Кровавые лепестки

После четвёртой схватки Селена почти не могла ходить. Левая нога плохо слушалась, рёбра трещали при каждом вдохе, а глубокая рана на боку начала гноиться. Она нашла заброшенную пещеру у подножия скал и провела там почти два дня, сжигая себя травами и заговорами. Но даже в бреду от лихорадки она думала только об одном — о нём. Рейнар Вельд. Она ненавидела его так сильно, что эта ненависть стала почти физической. Она жила в ней, как второе сердце. Каждый раз, когда Селена закрывала глаза, она видела его окровавленное лицо и тёмную усмешку. На третий день она встала. Нога всё ещё болела, но могла держать вес. Селена вышла из пещеры и продолжила охоту. След в этот раз вёл к Чёрным Горам — месту, куда даже королевские отряды заходили редко. Там, по древним легендам, когда-то произошло первое великое проклятие крови. Она нашла его на шестую ночь. Рейнар стоял на краю обрыва, глядя вниз на долину. Ветер трепал его длинные чёрные волосы. Он выглядел измождённым. Лицо осунулось, под глазами залегли глубокие тени. Но даже сейчас в нём чувствовалась опасная, хищная сила. — Ты пришла, — сказал он, не оборачиваясь. — Я уже начал думать, что ты наконец сдохла. Селена вышла из тени деревьев, держа клинки в руках. — Я не сдохну, пока ты жив. Рейнар медленно повернулся. В лунном свете его глаза казались кроваво-красными. — Тогда мы оба обречены на долгую жизнь, — ответил он с горькой усмешкой. На этот раз они не бросились друг на друга сразу. Они стояли и смотрели. Два измученных, покрытых шрамами существа, которые уже несколько недель не могли убить друг друга. — Почему ты не уходишь? — спросил Рейнар. — Я убил уже больше шестидесяти человек. Ты должна была понять, что не сможешь меня остановить. — Потому что если я отступлю, — ответила Селена, — то предам всё, во что верила. Орден. Богиню. Себя. Рейнар рассмеялся. Сухо и безрадостно. — Орден использует тебя, как оружие. А ты продолжаешь лизать им руки. — А ты — просто монстр, который оправдывает свои убийства жаждой выживания. Повисла тяжёлая тишина. А потом они одновременно двинулись вперёд. Битва на краю обрыва стала самой страшной из всех предыдущих. Они дрались на узкой каменной площадке, где один неверный шаг означал падение в пропасть. Клинки высекали искры из камня. Кровь летела во все стороны. Рейнар ударил её с такой силой, что Селена отлетела к самому краю обрыва. Она едва успела воткнуть кинжал в камень и удержаться. Рейнар прыгнул следом, целясь мечом в голову. Селена увернулась, и его клинок высек искры из скалы рядом с её лицом. Она ударила его ногой в колено. Раздался хруст. Рейнар зарычал и схватил её за волосы, ударив лицом о камень. Селена почувствовала, как ломается нос. Кровь хлынула в рот. Но она не сдалась. В ярости она вонзила кинжал ему в бедро и провернула лезвие. Рейнар взревел и ударил её кулаком в висок. Мир перед глазами Селены потемнел. Она упала на колени. Рейнар стоял над ней, тяжело дыша, с мечом в руке. Кровь текла по его лицу и телу. — Всё, Жрица, — прошептал он. — На этот раз я закончу. Он занёс меч. Селена подняла голову. Её лицо было залито кровью, глаза горели безумной ненавистью. — Тогда бей, — прохрипела она. — Но знай — я заберу тебя с собой. Рейнар замер. Меч дрогнул в его руке. Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга. Потом он опустил оружие. — Не сегодня, — сказал он тихо. — Не так. Он отступил назад и исчез в темноте, оставляя за собой широкий кровавый след. Селена осталась лежать на краю обрыва. Она кашлянула и сплюнула кровь. В груди теперь не просто покалывало — оно горело. Горячее, тягучее, неприятное тепло распространялось по венам. Она не знала, что это начало Проклятия Сердца. Она думала, что это просто усталость.