Предназначенный судьбой

Рано или поздно всё заканчивается. Даже самые прекрасные мгновения. Костер догорел, светлячки разлетелись, и ночная прохлада начала окутывать поляну. Рыцари стали сворачивать лагерь, гасить угли, седлать лошадей. Пора было возвращаться в Камелот. Королевство не могло долго оставаться без короля. Мерлин молча собирал свои вещи, но Артур, знавший его как свои пять пальцев, сразу заметил перемену. Плечи Мерлина поникли, улыбка стала натянутой, а в глазах появилась та самая знакомая тоска, которую Артур видел в моменты, когда Мерлин думал, что никто не смотрит. Артур подошёл к нему и, впервые за долгое время сделав это без колебаний, мягко коснулся его плеча. — Мерлин, что-то случилось? Мерлин вздрогнул от прикосновения — по его телу пробежала дрожь. Он попытался её подавить, но Артур почувствовал это и только сильнее сжал пальцы. — Просто... — Мерлин вздохнул, не поднимая глаз. — Здесь я могу быть самим собой. А в Камелоте опять придётся притворяться. Я так устал врать, Артур. Так устал. Артур слушал, и его сердце сжималось от боли за этого мальчишку. — Конечно, я скажу Гвен, — продолжил Мерлин, теребя край рубашки. — Но весь дворец не будет об этом знать. А если узнают... они наверняка возненавидят меня. И только здесь, вдали от города, в лесах, во время битв, я могу не скрываться, быть собой. Рядом с вами. С тобой. — Мерлин, — Артур взял его за подбородок, заставляя поднять голову. Их глаза встретились. — Ты глупец, если думаешь, что кто-то сможет тебя возненавидеть. Тебя все обожают. Я иногда даже боюсь, что больше, чем меня. Мерлин слабо улыбнулся, но в глазах его всё ещё стояли слёзы. — А Гаюс? — спросил Артур, не отрывая взгляда. — Он знает? Мерлин удивлённо моргнул. — Да. С первого дня, как я приехал из Элдора. Я зашёл к Гаюсу, а он упал с лестницы, и мне пришлось применить магию, чтобы спасти его. Он стал мне как отец. Артур кивнул. Он помнил, как Гаюс всегда смотрел на Мерлина с особой теплотой, как защищал его и прикрывал. Теперь это обретало смысл. — Мерлин, — Артур сжал его плечо. — Я не хочу, чтобы ты и другие хорошие маги жили в страхе. Я изменю закон. Мерлин замер, не веря своим ушам. — Что? — Я изменю закон, — повторил Артур твёрже. — Мои люди больше не будут бояться за свои жизни. Я не позволю, чтобы такой, как ты, прятался. Ты заслуживаешь жить свободно. Слёзы хлынули из глаз Мерлина. Он смотрел на Артура так, будто тот только что подарил ему весь мир. — Правда? — прошептал он, голос его сорвался. — Артур, правда? — Слово короля для тебя ничего не значит? — усмехнулся Артур, и в его голосе послышалась та самая знакомая теплота. — Спасибо! — Мерлин кинулся к нему, обхватывая руками за шею. — Спасибо, спасибо, спасибо! Артур поймал его, прижимая к себе, и почувствовал, как Мерлин дрожит, уткнувшись лицом в его плечо. А затем Мерлин, сам не понимая, что делает, поцеловал его в щёку. Коротко. Легко. Но этого было достаточно, чтобы сердце Артура остановилось, а затем забилось с бешеной скоростью. Он почувствовал, как краска заливает его лицо, и не мог вымолвить ни слова. Мерлин отстранился, и его глаза расширились, когда он осознал, что сделал. Он открыл рот, чтобы извиниться, но рыцари уже заметили. — О-о-о! — Гавейн присвистнул, ухмыляясь во весь рот. — Когда свадьба? — Молчать! — рявкнул Артур, но его голос прозвучал скорее смущённо, чем грозно. — Ещё хоть слово, и ты будешь чистить конюшни до конца своих дней! Гавейн лишь засмеялся, и остальные рыцари тоже не скрывали улыбок. Мерлин стоял с горящими щеками, не зная, куда деть глаза, но Артур не отпускал его, всё ещё держа за плечи. Они сели на лошадей и двинулись в обратный путь. Солнце уже клонилось к закату, когда впереди показались стены Камелота. Вернувшись в замок, Мерлин сразу же отправился к Гвен. Она сидела в одной из комнат замка, перебирая какие-то вещи, наверное чью-то одежду, и подняла голову с улыбкой, когда он вошёл. — Мерлин! Вы вернулись! Я так волновалась, — сказала она, вставая и обнимая его. — Гвен, мне нужно тебе кое-что сказать, — Мерлин замялся, но потом решился и выпалил всё: — Я маг. Самый сильный маг. Я Эмрис. Я скрывал это все годы, но Артур знает, и теперь я хочу, чтобы и ты знала. Он зажмурился, ожидая её реакции. Но Гвен лишь крепче обняла его. — Я знаю, — тихо сказала она. — Что? — Мерлин отстранился, не веря своим ушам. — Я не знала точно, — поправилась Гвен, улыбаясь. — Но я всегда догадывалась. В глубине души. Ты слишком много раз оказывался в нужном месте в нужное время, Мерлин. И я видела твои глаза пару раз, когда ты думал, что никто не смотрит. Мерлин расплакался, и Гвен обняла его снова, гладя по спине. — Всё хорошо, — шептала она. — Всё будет хорошо. — Гвен, — всхлипнул Мерлин, отстраняясь и вытирая глаза, — я ещё кое-что должен сказать. Я... я поцеловал Артура. Гвен удивлённо вскинула брови. — В щёку! — поспешно добавил Мерлин. — Случайно! Он просто сказал, что изменит закон о магии, и я так обрадовался... Ты не злишься? Гвен рассмеялась, и её смех был лёгким и искренним. — Мерлин, я уже давно встречаюсь с сэром Ланселотом. Мы с Артуром просто друзья. — Но вы же встречались! — воскликнул Мерлин. — Я думал, он влюблён в тебя, а ты в него. — Да, мы попробовали, — Гвен пожала плечами, и в её глазах мелькнула грусть. — Но ничего не вышло. Моё сердце было занято другим человеком. И у Артура тоже. Мерлин замер. — У Артура... он влюблён в кого-то? Гвен посмотрела на него с лёгкой, понимающей улыбкой. — Да. Но не мне тебе это рассказывать, Мерлин. Ты должен узнать сам. Она сжала его руку, а затем отпустила, оставляя его одного в коридоре. Мерлин вышел, и слова Гвен крутились у него в голове. «У Артура сердце занято другим человеком». Значит, всё, что случилось в лесу — объятия, прикосновения, его рука на бедре, когда Мерлин пытался отодвинуться — было лишь поддержкой. Дружеской заботой. Зачем Артур так прикасался к нему? Чтобы утешить после раскрытия магии? Чтобы показать, что не держит зла? Мерлин чувствовал, как в груди разрастается боль. Как глупо с его стороны было думать, что между ними может быть что-то большее. Он сдерживал слёзы, идя по коридору, и не заметил, как Артур вышел ему навстречу. — Мерлин? — Артур остановился, заметив его подавленный вид. — Ты говорил с Гвен? Всё в порядке? — Да, — выдавил Мерлин, стараясь улыбнуться. — Всё хорошо. Она всё знает и не злится. — Отлично, — Артур улыбнулся своей тёплой улыбкой, и Мерлина это заставило хотеть разрыдаться ещё сильнее. — Я рад. Мерлин кивнул, не глядя ему в глаза, и почти убежал к себе в комнату. Артур проводил его взглядом, и его улыбка померкла. Что-то было не так. Он знал Мерлина слишком хорошо, чтобы не заметить, что тот сдерживает слёзы. Но потом он вспомнил поцелуй. Лёгкий поцелуй в щёку, от которого у него до сих пор горела кожа. «Зачем Мерлин поцеловал меня?» — думал Артур, идя по коридору к своим покоям. — «Он мог просто обнять. Но он поцеловал меня. Зачем?» Он остановился у двери, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Возможно... возможно, его чувства всё-таки не безответны? Но как узнать наверняка? Артур провёл рукой по волосам и усмехнулся. Он был королём, который сражался с драконами и монстрами, но признаться в любви собственному слуге казалось ему страшнее любой битвы. «Будь что будет», — решил он и вышел в коридор, чтобы догнать Мерлина. А Мерлин тем временем сидел на своей кровати в комнате Гаюса и смотрел в стену, чувствуя, как его сердце разбивается на тысячу осколков. «Дурак, — думал он о себе. — Ты влюбился в короля. В короля, который никогда не сможет быть с тобой. Он просто добр к тебе. Просто хочет, чтобы ты был счастлив. А ты... ты всё испортил своим поцелуем». Но в его груди, где-то глубоко, теплился маленький огонёк надежды. «А что, если нет? Что, если Артур тоже...» Он зажмурился, прогоняя эту мысль. Нельзя было надеяться. Это только приносит боль. Но когда дверь вдруг открылась и в комнату вошёл Артур — взъерошенный, с горящими глазами и решительным выражением лица, — Мерлин забыл, как дышать.