TommyInnit's Foolproof Guide To Having Too Many Identities

«Добро пожаловать, я сейчас подойду!» — крикнул Томми через плечо, не отрывая глаз от кофейных зерен, которые он засыпал в эспрессо-машину. У него болели суставы после вчерашней драки, и с тех пор они успели затвердеть. Всю прошлую ночь он провёл в кафе. Переодевшись и отмыв всю кровь, он приготовил себе латте с тремя порциями белого мокко и выпил его, сидя на полу за стойкой. От напитка он едва избежал сердечного приступа, поэтому взял стакан воды и так же выпил её, но сделал это слишком быстро и в итоге его вырвало на тщательно вымытый кафельный пол. Он взял второй стакан воды, выпил его медленно, а затем вытер пол, когда головокружение утихло. После этого он просто сел на пол и стал ждать, пока ночь сделает свое дело и пройдет. Его разум полностью отключился, и он просто смотрел в никуда рассеянным взглядом. Вероятно, это было самое долгое и спокойное занятие, которым он занимался с пятнадцати лет, когда еще мог засыпать. И это не считая тех случаев, когда он проводил время без сознания. Он плотно закрыл крышку аппарата, бросил на него долгий, подозрительный взгляд и отошёл. Он позаботится о том, чтобы этот аппарат не стал последней каплей, чего бы это ни стоило. «Спасибо, что подождали, я… о, привет, ребята», — сказал он, узнав Шейенн и девочку, с которой его взяли на воспитание, стоявших по обе стороны от их приемного отца. - «Чем я могу вам помочь?» Мужчина, выглядя немного усталым, натянуто улыбнулся Томми. - «Ванильный латте и два горячих шоколада, спасибо». «Так, а потом добавить взбитые сливки ко всему этому?» — спросил Томми, многозначительно улыбнувшись детям. «Только горячий шоколад,» — сказал мужчина. — «Добавьте им немного больше, им нужно успеть сделать школьные задания». Когда Томми пробивал заказ, на его лице появилась более искренняя улыбка. Он не мог не заметить, как загорелись глаза маленькой девочки, когда она попросила его сделать заказ. О, он собирался добавить немного больше, это точно. Учеба по выходным была ужасна. У этого парня была правильная идея, и мнение Томми о нем немного улучшилось. Он взял несколько больших стаканчиков, чтобы вместить как можно больше взбитых сливок. Когда он начал готовить напитки, его взгляд постоянно пытался расфокусироваться и отвлечься, что, технически, было опасно делать перед капризной эспрессо-машиной, но Томми был слишком крупным мужчиной, чтобы беспокоиться о таких мелочах, как ожоги первой или второй степени. У него были гораздо более серьезные проблемы. Например, как получить дополнительную помощь в поиске Федерации и освобождении пропавших детей, желательно без того, чтобы эта помощь сразу же пыталась убить одного из членов Синдиката. Может быть, он смог бы уговорить кого-нибудь из линчевателей. Скорее всего, не Тесея. Он уже ясно дал понять, насколько сильно хочет быть вовлеченным во все это. XD была, судя по всему, непредсказуемой; она делала, что хотела, и не вдаваясь в подробности. Хотя она, кажется, появлялась рядом с Тесеем, и она была новым линчевателем, когда он пал, превратившись в Икара. Была большая вероятность, что она откажется сотрудничать с Синдикатом. Или попытается их убить. Большинство линчевателей, похоже, питали злобу к Блэйду. Мэнифолд, Панз, Тесей, XD… было трогательно, хотя и немного раздражающе, видеть, как они все объединились против Блэйда. В конце концов, если бы он действительно убил Икара и избежал наказания, он надеялся бы, что его союзники-линчеватели хотя бы вспомнят об этом. Он начал наливать эспрессо, пока паровой аппарат шипел, заливая молоко. Может, ему стоит обратиться к героям. Хотя, возможно, не к Капитану. Она бы убила Блэйда при первой же встрече, или, по крайней мере, арестовала бы каждого из них. Томми содрогнулся от этой мысли. Тюрьма — и так достаточно плохо, держать его в ловушке, пока весь мир знает, где он находится; это лишь вопрос времени, когда кто-нибудь из Федерации придет за ним, замаскировавшись под охранника, и ему некуда будет бежать. Но как Орфей, и как человек, связанный с Синдикатом? Хранилище Пандоры. Ему больше никогда не доведется увидеть дневной свет. Пароварка шипела и шипела, нагревая молоко, а густая пена поднималась наверх. Возможно, из двух вариантов хранилище Пандоры было предпочтительнее. Возможно, оно было достаточно безопасным, чтобы ни один из его кошмаров наяву не смог преследовать его там. Впрочем, это было небольшим утешением, утешительным призом за то, что остаток жизни он проведет в тюрьме строгого режима. Может быть… может быть, Войдволкер поможет. В конце концов, он же хотел найти Майкла. Томми не знал, сможет ли он убедить этого парня работать с Синдикатом, но, вероятно, у него были хорошие шансы убедить его в том, что дети в опасности, и, возможно, он согласится сотрудничать с ними достаточно долго, чтобы добраться до них. Ранбу умеет хранить секреты. Наверное. Хотя он постоянно тесно сотрудничал с Андергроутом, и Таббо был умён. Таббо бы во всём разобрался. Хорошо ли это? Он был так же расстроен исчезновением Майкла, как и Ранбу, и достаточно упрям ​​и громок, чтобы дело не замяли. Томми хотел им доверять, и это пугало его больше всего. Он знаком с ними всего несколько месяцев. Они были коллегами и ничего о нём не знали. Они думают, что Блинк полон решимости выследить Блэйда и привлечь его к ответственности, а они даже не встречались с Орфеем; зачем им слушать его, когда он перевернет всё с ног на голову? Томми схватил шоколадный сироп и взбитые сливки. Он знал других героев ещё меньше, чем Андергроута и Войдволкера. Рейнард, Антфрост, Бумер, Эли… и были ещё герои, с которыми он ещё официально не встречался. Он до сих пор не помнил, чей просроченный буррито он съел в тот раз. Войдволкер и Андергроут всегда хорошо отзывались о Фулише, но это не означало, что тот поверит ему на слово и не арестует Синдикат, пока они все вслепую обыскивают город в поисках места, которое заставит Томми паниковать, если он позволит себе слишком много о нём думать. Нук был бы могущественным союзником, но он был одним из героев, работавших с Блэйдом и Найтингейл, и обиделся на их падение почти так же сильно, как и Капитан. Не говоря уже о том, что он уже много лет не покидал базу героев, чтобы участвовать в боевых действиях. Томми назвал названия напитков, ставя их на прилавок, и слегка удовлетворенно улыбнулся, увидев горки взбитых сливок на двух порциях горячего шоколада. Он сразу же вернулся к кассе, где ждал другой покупатель, пробивая свой заказ. На базе героев в целом находилось так много героев и сотрудников, что если кто-то из них тайно работал на Федерацию? Что если Томми попросит помощи не у того человека? Что если... что если он допустит ошибку, и всё развалится? Снова? А если во всем виноват он? Томми закончил готовить напиток и поставил его на стойку, выкрикивая имя клиента. На этот раз он должен был победить. Просто обязан . А если это означало сделать невозможное… что ж, у него не было другого выбора. Он не допустит, чтобы другой выбор появился . Шейенн снова стоял у кассы, на его верхней губе виднелись едва заметные кремовые усы. Томми отвлёкся от своих мыслей и подошёл к парню. - «Вам что-нибудь нужно?» «Твоя табличка перевернута вверх ногами», — показал мальчик. «А у тебя на губах взбитые сливки», — ответил Томми, потянувшись за салфеткой. - «Вот, возьми это… или используй рукав. Ага. В любом случае, возьми салфетку для украшения. Так ты выглядишь изысканно». Шейенн взял салфетку. - «Почему твоя табличка с именем перевернута вверх ногами?» «Потому что это смешно. Во всяком случае, это не моё». «Правда? А как тебя зовут?» «Томми». - Он скрестил руки на стойке и наклонился вперед. - «Зачем? Ты собираешься написать мне письмо или что-то в этом роде?» «Вы умеете читать?» Томми притворно обиделся: - «Конечно, я умею читать! Я взрослый мужчина, работаю на настоящей работе, и вы думаете, я не умею читать? Грубо!» «Это объясняет, почему на вашей табличке с именем написано неправильно», — сказал Шейенн, улыбаясь. Томми вздохнул, покачав головой. Нынешние дети. Никакого уважения к старшим. Чему они вообще сейчас учатся… он сделал паузу, слегка прищурив глаза на мальчика перед собой. - «Ты случайно не уклоняешься от домашнего задания, разговаривая со мной?» Улыбка Шейенн сменилась гораздо более серьезным выражением лица. - «Я ненавижу домашние задания». Томми серьезно кивнул. - «Да, я знаю. Мне тоже это не нравилось. Поэтому я и бросил учебу». «Ты бросил школу?» «Эй, не начинай строить никаких планов, Шейенн», — Томми погрозил ему пальцем. — «Я, может, и чертовски хороший бариста, но всему, чему ты не научишься там, ты должен научиться здесь, а здесь не так много желающих учиться». Шейенн задумался, и его следующие слова прозвучали с нерешительностью. - «Хотите посмотреть, чему я учусь?» Томми взглянул на их столик. Ему совсем не хотелось объяснять их приемному отцу, почему бариста вдруг решил присоединиться к их мирному столику и сесть рядом с его детьми. Или, что еще хуже, превратить приятную атмосферу в тяжелую, неловкую тишину. Однако Шейенн не стал ждать ответа, побежал обратно на свое место и схватил учебник. Он принес его, и девочка, казалось, проявила достаточно любопытства, чтобы бросить свою работу, встать и пойти за ним. Их приемный отец поднял взгляд, на мгновение понаблюдал за тем, что они делают, а затем вернулся к своей работе. Он выглядел слишком уставшим, чтобы продолжать эту борьбу. Шейенн положил свой учебник истории на прилавок между ними. - «Они постоянно пролистывают интересные вещи, — сказал он жестами, — а мне приходится запоминать даты и все такое». Томми скривился и понимающе кивнул. Шейенн продолжил показывать иллюстрации в его учебнике и объяснять некоторые исторические моменты, которые он изучал. Спустя несколько минут, когда Шейенн пытался найти нужную страницу, Томми слегка помахал девушке рукой и жестами сказал: - «Привет, я Томми». Девочка слегка помахала в ответ, а затем жестом сказала: «Я Лулла». Лулла. Одна сторона ее растрепанных длинных локонов была заправлена ​​за ухо, где было видно, что она носит слуховой аппарат, а другая падала на лицо, придавая ей вид одноглазой разбойницы. Томми кивнул с улыбкой, а затем ему внезапно сунули в лицо учебник. Шейенн, сжимая в побелевших от напряжения края криво висевшего учебника истории, энергично указала на раздел, который он пытался найти. Томми едва прочитал первое предложение, как мальчик бросил книгу обратно на прилавок, размахивая руками. - «Как я должен запомнить все эти имена? Даже взрослые не могут их все назвать, почему я должен?» Томми сочувственно покачал головой. - «Они даже ничего интересного о себе не рассказывают». «Именно так», — с досадой вздохнул Шейенн. Дверь открылась, впуская ещё одного посетителя. Томми посмотрел поверх голов детей, чтобы увидеть, кто вошёл, надеясь, что это, возможно, не тот, кто хочет что-нибудь заказать, потому что тогда детям придётся вернуться к своему столику, а ему — и ему стало страшно об этом думать — придётся работать. И, конечно же, это Фил. Фил, который стал появляться на работе Томми все чаще и чаще. Медленная улыбка расплылась по его лицу. Если бы у него были деньги на пари, он бы поставил на то, что этот парень пришел сюда не за кофе. У него был самый скучный заказ на свете, и он часто задерживался у стойки еще долго после того, как его забирали. Фил даже не пытался скрыть, как его глаза осматривали комнату в поисках владелицы кофейни. К его большому разочарованию, ее там не было. Ему, честно говоря, было нелегко. К огромному облегчению Томми, Фил, бросив один взгляд на их группу, «жалующуюся на домашнее задание», у кассы, решил оставить их в покое и вместо этого завязал разговор с приемным отцом детей. Это, пожалуй, было самым экстравертным поступком, который Томми когда-либо видел. И к тому же очень удачным. В течение следующих двадцати минут Томми начал обманом заставлять Шейенн делать домашнее задание, спрашивая у него ответы на вопросы, а затем добавляя: «О, тебе бы следовало это записать», а Фил подружился с приемным отцом. Они показывали друг другу фотографии на своих телефонах и все такое. Они пробыли там несколько часов, хотя детям пришлось вернуться к своему столику, когда пришли новые посетители. В конце концов, Фил сделал заказ: «Один черный кофе с собой, пожалуйста», и ушел, сказав Томми передать Кристин привет. Томми скорчил ему гримасу, но после того, как тот ушел, он все равно достал телефон и написал Кристин. Конечно же, с ухмыляющимся смайликом. Она просто велела ему вернуться к работе.

***

Присев за мусорным контейнером, Томми вытащил из спрятанного там рюкзака синюю куртку-бомбер Шутая. Он уже собирался надеть её, когда запах заставил его остановиться. Он подержал её перед собой, сморщив нос. Куртку пора было постирать. Со вздохом он скомкал её и положил обратно в рюкзак. Ему нужно было скоро сходить в прачечную. Скоро, но не прямо сейчас. Ближайший рюкзак с костюмом Шутая находился в соседнем районе. Он не был в восторге от необходимости ходить по городу без какой-либо маски, но это был не первый раз. Он просто старался избегать этого, когда мог. Томми вышел из-за кофейни и, повернув, направился к следующему рюкзаку самым прямым путем. Улицы были окутаны тенями, которые сгущались по мере приближения солнца к горизонту; на земле между возвышающимися по обеим сторонам зданиями всегда темнело раньше. На улице все еще было достаточно людей, чтобы он не выделялся, но не настолько много, чтобы можно было спокойно раствориться в толпе. Его взгляд метнулся в пространство между зданиями, в воображении предстали блестящие глаза, смотрящие на него в ответ. Кожа на его лице казалась слишком открытой, чтобы находиться на улице. «Томми?» Он вздрогнул, резко повернув голову в сторону своего имени, прежде чем узнал голос. Техно стоял на краю тротуара, держа телефон в руке, словно переписываясь с кем-то. Томми выдохнул сдавленный воздух. - «О, привет, Техно. Извини, ты меня напугал». Техно сунул телефон в карман и извиняюще улыбнулся. - «Да, ты выглядишь немного взволнованным. Идёшь домой с работы?» «Э-э, да», — сказал Томми, потому что он был обычным человеком, у которого была такая штука. - «Ага, м-м, я иду домой». Кто вообще так разговаривает ? «Я пойду с тобой», — сказал Техно, отступая от края улицы. - «Ужасно идти домой одному после захода солнца». Это было... очень мило и внимательно с его стороны. Это было невероятно неудобно, поскольку Томми не шел домой пешком и не особенно радовался идее завести парня в какой-нибудь подозрительный уголок, где тот мог бы выкопать свой потрепанный рюкзак, полный секретов. Он сделал несколько маленьких шагов и продолжил путь с нервной улыбкой. - «О-о, спасибо, чувак, но мне и так хорошо. Я живу недалеко, и солнце еще светит». «Сейчас у меня больше нет дел.», — пожал плечами Техно, засовывая руки в карманы и идя рядом с Томми. - «Не отказался бы немного прогуляться, хороший вечер и все такое». И, как ни старался Томми, он не мог придумать убедительного оправдания тому, что этот парень не выполняет свои обязанности добропорядочного гражданина. Особенно такого, которое не звучало бы крайне подозрительно. «. . . хорошо.» Всё было хорошо. Они немного гуляли, а потом расходились, когда Томми говорил ему, что его дом находится чуть дальше по улице. Всё было в порядке, ему просто нужно было придумать какой-нибудь короткий разговор, чтобы заполнить пустоту между ними на пару минут. Он умел вести светские беседы. Он работал в кофейне, конечно же, он умел вести светские беседы. Это всё, чем он там занимался. Ну, и ещё жаловался на домашние задания. «Так вы недавно пробовали какие-нибудь новые наркотики?» — небрежно спросил он. Шаги Техно на мгновение прервались, словно он наткнулся пальцем ноги на неровную трещину в тротуаре. - «Я… нет?» Томми многозначительно кивнул, смутно понимая, что у него не получается вести этот разговор. - «Да, я тоже. Жаль». Что-то проскользнуло в узкую щель между двумя зданиями. Томми на мгновение заглянул в это пространство, прежде чем двинуться дальше. - «Ты когда-нибудь задумывался о том, чтобы лизать кости? Думаю, у костей на самом деле нет вкуса, ведь зубы — это тоже кости, и ты их постоянно лижешь, и они никак не пахнут. Если, конечно, они всё-таки пахнут, но мы так к этому привыкли, что не думаем, что у них есть запах; знаешь, как ты не думаешь, что у тебя есть акцент, потому что ты всегда так говоришь, или что-то в этом роде». «Ты уверен, что в последнее время не пробовал наркотики?» — сухо спросил Техно. Томми отмахнулся от него. - «Нет, это всё моя заслуга, детка. Это называется „природное обаяние“. Ты ничего об этом не знаешь». «Уверен, если бы кто-то захотел завладеть вашим кошельком, ваше „природное обаяние“ превратило бы ограбление в убийство второй степени». «В любом случае, как только грабитель узнает, что у меня нет кошелька, это, вероятно, закончится убийством, в зависимости от того, насколько плохо ему сегодня живется», — сказал Томми. Техно бросил на него косой взгляд. - «Что, ты просто носишь деньги и удостоверение личности в кармане?» Он пожал плечами. - «Иногда. У меня в некоторых карманах есть наличные. Но не в одежде, так что вам не повезет, если вы собирались меня ограбить. Думаю, мой документ, удостоверяющий личность, где-то дома». На самом деле, она находилась в задней комнате кофейни, где он обычно её и хранил, если только не чувствовал, что она ему понадобится. "Братан." «Ну вот! Мой дом прямо там», — сказал Томми, указывая на улицу слева. - «Я сам доберусь до конца. Было здорово тебя видеть». Техно продолжал идти с ним, когда свернул на другую сторону улицы. - «Я провожу тебя до двери, убедиться, что ты благополучно войдешь». «Ах». - Ну, это была проблема. Очень интересная проблема. И у него не было хорошего решения. Они продолжали идти. «Э-э, что вы думаете об этом великолепном и сложном существе, утконосе?» «Томми, тебе не обязательно поддерживать разговор», — сказал Техно, его губы изогнулись в улыбке. - «Я не думаю, что это твоя сильная сторона, когда ты не на работе». «Извините, мои разговоры прекрасны и в рабочее время, и вне его», — возмущенно сказал Томми. — «Вы просто не цените их по достоинству». «Моя ошибка. Вы — замечательный собеседник». «Разве защитник природы — это не тот, кто заботится о дикой природе?» — спросил он. «Н-ну да, но я использовал не это слово. Я сказал „разговорщик“. То есть, тот, кто умеет вести беседу». Томми усмехнулся. - «Это же особый вид обуви, верно?» «Не так, как я это использовал», — раздраженно вздохнул Техно. - «Я сказал „разговорщик“ в смысле „говорить“. То есть я хотел сказать, что ты фантастически… знаешь что? Я передумал. Я возвращаюсь к своей первоначальной позиции: тебе не нужно говорить». «Но это же ужасно скучно!» «Тебе сколько лет, двенадцать?» Он кивнул. - «Да, по шкале от одного до десяти». «Полагаю, это шкала, где десять — это самое…» «Красивый, да». Техно рассмеялся. - «Ты не доверил мне это сказать?» «Нет, ты собирался сказать что-нибудь нелепое и неправильное», — сказал Томми, покачав головой. — «А я совсем не такой». «В смысле, один из двух — это неплохо…» «Я не…! » — оборвал он себя, недоуменно наклонив голову. - «Подожди, который из них ты говоришь я?» «Из чувства неловкости и неуместности?» "Да." «Хм…» - Техно долго смотрел на него, а затем протянул руку и взъерошил волосы Томми, игнорируя его протестующий возглас. - «Фу». Томми пригладил волосы, пытаясь снова придать им нужную форму. - «Я не какой-то там жалкий тип . Я суперкрутой и лучший, а ты просто завидуешь, что у тебя нет моих навыков». «Ну ладно. Думаю, ты вполне неплох». Они дошли до перекрестка, и Томми повернул направо, потому что на этой стороне пешеходного перехода был подсвечен знак пешеходного перехода. - «Я готовлю тебе лучший в мире кофе, а сам я просто „довольно неплох“?» «Слушай, кофе был неплохой, но я бы не сказал, что это лучший кофе в мире…» «Ну, вы же не дали мне много материала для работы, мистер „сколько порций эспрессо вы можете мне приготовить“. Эспрессо горький, знаете ли. И его нужно долго готовить, так что первые уже остынут к тому времени, как…» «Ладно, ладно, хорошо», — согласился Техно. - «Ты входишь, наверное, в число пятидесяти самых известных мне людей». Томми фыркнул. - «Ты что, знаешь пятьдесят человек?» "Замолчи." «Видите ли, я мог бы, — сказал он, поворачивая налево и направляясь по красивой улице, — но тогда вы бы упустили, какой я замечательный защитник природы». «Разговорчивый человек». «Я так и сказал». «Это то, что чувствуют люди с дислексией?» Эта улица была хорошая, на тротуаре было меньше трещин, и на одной стороне дороги даже были уличные фонари. Люди шли не по освещенной стороне, но все равно было приятно. «Говорят, что я оказываю такое влияние на некоторых людей». «Например, на кого?» «Дислексики». Техно покачал головой, и они на мгновение замолчали, любуясь зданиями, мимо которых проезжали. «Ты купил ту портативную колонку, которую хотел для работы?» — неожиданно спросил Техно. «Что?» — Томми нахмурил брови, пытаясь вспомнить… ах да, на день рождения. Чтобы поиграть на работе, когда будет затишье. - «О, нет. Я подумал, раз у Кристин уже есть колонки, я мог бы просто подождать еще немного, пока их установят, понимаешь?» «Конечно, это понятно», — нахмурился Техно, оглядываясь по сторонам. - «Разве ты не говорил, что твой дом был совсем здесь, примерно пять кварталов назад?» «Да», — сказал Томми. — «Это совсем рядом». «Если вы заблудились, я могу вам помочь…» «Нет, я знаю, где мой дом. Но если вам нужно уйти, ничего страшного, я достаточно близко, чтобы благополучно добраться домой». Техно махнул ему рукой. - «Я просто говорю, что хорошо ориентируюсь на местности, если вам понадобится помощь. Я никуда не спешу». Ну, разве это не было просто фантастически? Томми сдул выбившуюся прядь волос с глаз. Солнце действительно садилось. Ему очень хотелось протянуть руку и усыпить Техно, лишь бы поскорее закончить, но это было бы ужасно для сохранения тайны личности, и к тому же не лучшим решением оставить друга спать на обочине дороги в сумерках. Друг? Может, он так его называет? Томми посмотрел на него, задумавшись. Они вместе смотрели мультфильм «Вверх», так что да, его, наверное, можно считать другом. Он почти уверен, что так это и работает. Они перешли еще один перекресток. Томми поднял взгляд, где небо начало менять цвета: тонкие, легкие облака отражали золотистый огонь на бледно-розовом фоне. Раньше его цветом был золотой; теплый, живой и яркий, как луч послеполуденного солнца. Этот цвет всегда делал его волосы гуще, а голубые глаза — почти бирюзовыми, по крайней мере, до тех пор, пока его способности не превратили их тоже в золотые. Он опустил взгляд на свои руки, обесцвеченные вечерними тенями. Он давно уже не чувствовал тепла. Оно всё ещё было там, в самой глубине его существа — золотисто-красное, плотно обволакивающее его сердце, — но было время, когда оно скользило по его коже, окутывая его, словно воспоминание о материнских объятиях. У него тоже давно такого не было. Это была печальная мысль. «Э-э, Томми?» "Да?" «Ты говорил, что твой дом был прямо за углом, когда мы были в Истсайде». - Техно наклонил голову, бросив на него косой взгляд. - «Сейчас мы в Саутсайде». Уже на юге, да? Он точно окажется с другим рюкзаком, чем планировал изначально. Его шея вот-вот покрылась холодным потом. «Ага». У этого парня, конечно, было отличное чувство направления. Ему просто не повезло, что домой его вел живой GPS-навигатор. Томми свернул налево на тихую улицу. «Томми». - Техно бросился вперёд, а затем резко развернулся перед ним, остановив их обоих. - «У тебя… нет дома?» Его волосы почти совпадали по цвету с розовым оттенком неба. Томми одарил мужчину лучезарной улыбкой. Это было единственное, что внушало доверие. - «Слушай, приятель, когда весь мир у твоих ног, тебе не нужно заморачиваться о том, что есть, а что нет. Я свободный человек, и этот город — мой дом». Техно смотрел ему прямо в глаза, на его лице читалось какое-то недоумение. - «…ты бездомный». «Я только что сказал, что этот город — мой дом, Техно», — фыркнул Томми. - «Я провожу тебе экскурсию по своему имению. Не отставай». «Вам нужно где-нибудь переночевать? У меня в гостиной стоит очень удобный диван. Я не против». «Я не бездомный», — упрямо ответил Томми. - «Спасибо за предложение, но у меня всё в порядке». «Спать на улице – это нехорошо. Вы видели уровень преступности в этом месте?» Город в целом? Да. Это конкретное место? Он не был уверен. Придётся уточнить в следующий раз, когда он будет на базе героев. - «Я не сплю на улицах, так что это не проблема». «Ага?» — Техно скрестил руки. — «А где ты спишь?» «Ну, понимаешь, Большой Человек, я — нет», — Томми показал ему два «пистолета» из пальцев и широко улыбнулся. — «Потому что я решаю проблемы». Техно опустил взгляд на жест «пистолеты из пальцев», а затем снова посмотрел на Томми с поднятыми бровями. - «Томми, когда ты в последний раз спал в настоящей кровати?» Томми нахмурился, задумавшись. Он предположил, что койки в этом учреждении можно считать настоящей кроватью. Хотя он на них не спал. Да и настоящей кровати у него не было уже несколько месяцев после побега из приемной семьи. - «Какой сегодня день?» "Суббота." Томми кивнул, глядя на небо. Цвета стали мягче. - «Суббота. Значит, прошло чуть больше… двух лет?» «Чуть больше двух… » — Техно оборвал свою фразу, покачав головой. — «Нет, парень, ты пойдешь со мной домой. Я могу полежать на диване». Честно говоря, если бы Томми мог поспать, это было бы очень приятное предложение. Даже не имея возможности поспать, он всё равно оценил бы его. Дело в том, что он совсем не хотел сидеть в комнате восемь часов, притворяясь без сознания, пока Техно пытается уснуть на диване. Техно был высоким парнем. Ему никак не было удобно сидеть на диване. И вообще, у него были дела. Он не мог лежать неподвижно, уставившись в потолок, тратя драгоценное время, отведенное на самосуд. А как же его улицы? А как же преступность? «Техно, чувак, послушай. Предложение хорошее, конечно, но я правда не могу». «На самом деле, это вполне возможно». «Я не сплю, мне это не нужно. У меня иммунитет». Техно фыркнул. - «Просто позволь мне дать тебе кровать, Томми. Тебе она может даже понравиться». «Нет, это невозможно». - У него были зацепки. Или, вернее, ему нужно было найти какие-то зацепки, а затем следовать им. Ему предстояло разобраться в целой куче дел, а ещё нужно было кое-кого навестить. - «Я не люблю кровати. На самом деле, у меня аллергия. Кровати убили моих родителей. Я поклялся им отомстить. Они очень вредны для моего здоровья». «Ммм.» Томми закатил глаза. - «Техно, со мной все в порядке. Я взрослый человек, дайте мне жить спокойно». «Вы выглядите на четырнадцать». Ладно, грубо. Возможно, он ещё не взрослый, но ему точно не четырнадцать . «Да, я бы показал вам свой документ, удостоверяющий личность, чтобы доказать, что я не он, но я оставил его дома». Техно прищурился. - «Где твой паспорт?» «Дома», — сказал Томми, стараясь говорить как можно более невинно. «Дом, ради которого мы прошли пешком полгорода». "Ага." «И до сих пор не нашли». "Ага." Техно покачал головой, слегка приподняв и опустив плечи. - «Томми, ты, конечно, не внушаешь мне доверия, но ты взрослый человек. Если передумаешь, предложение останется в силе». Томми кивнул, доставая бутылку, прекрасно понимая, что понятия не имеет, где живет Техно. Он надеялся, что это недалеко. «Увидимся позже, Техно-бой», — сказал Томми. - «Мне еще нужно познакомить тебя с миром фраппучино, латте и сахара». Техно обернулся, помахал рукой и раздраженно улыбнулся. - «Продолжай мечтать, енот». Томми возмущенно фыркнул в ответ на затихающий смех Техно. Он не был енотом . В любом случае. Ему нужно было надеть маску.

***

Крыша дома, где жил приемный ребенок Шрауд, была пуста, когда Томми забрался на нее. Он сел на то же место, где сидел, когда встретил мальчика, пытаясь убедить себя, что это не разочарование, которое он чувствовал в груди. Просто... было бы приятно увидеть этого парня. Вот и все. Он не боялся, что мальчик пропадет или что-то в этом роде. Его сердце сжалось в груди, сжимаясь, как толстая резинка. Ладно, возможно, он немного испугался. Но Шрауда там не было, и это было нормально. Это не было заявлением о пропаже человека. В любом случае, это было маловероятно, ведь этот парень не забирался на крышу каждую ночь… «О! Вы здесь!» Томми вздрогнул, обернувшись настолько, чтобы увидеть темную фигуру мальчика, спускающегося с другой стороны крыши. - «Шрауд?» Мальчик плюхнулся рядом с ним, ухмыляясь. На одном плече у него был потрёпанный рюкзак со сломанной молнией. Одного переднего зуба у него не было. - «Я надеялся, что ты вернёшься. Хочу тебе кое-что показать». Томми удивленно моргнул сквозь повязку на глазах. В прошлый раз, когда он его видел, Шрауд был немного сдержаннее. Конечно, это был странный мститель в маске, появившийся ночью, когда мальчик сидел на крыше. У него были веские причины быть сдержанным. Однако мальчик перед ним — совсем другая история. Шрауд вытащил из переднего кармана рюкзака рисунок в рамке из палочек от мороженого. Клей, скреплявший рамку, не совсем скреплял все углы, но достаточно хорошо держал форму. Мальчик протянул его Томми. Шутаю. - «Я сделал это для тебя». Томми медленно протянул руку, взял фотографию и посмотрел на неё. Это был рисунок паука с… девятью лапами, стоящего на траве, с солнцем в верхнем углу. - «Ух ты», — тихо сказал он. «Тебе нравится?» — Шрауд практически разминал руками верхнюю часть своего рюкзака. - «Ты… ты действительно можешь видеть сквозь эту повязку на глазах?» Томми подумывал сказать: «Хорошая попытка, заставили меня снять маску», но мальчик, казалось, искренне переживал и надеялся, что ему понравится рисунок. Поэтому он отвечает серьезно, хотя и немного сдавленно. - «Да, я очень хорошо вижу. Мне нравится. Ты нарисовал мне паука. В прошлый раз, когда я тебя видел, твое лицо было похоже на его лицо». Шрауд сиял от радости. - «Ура!» «Ты сам это для меня приготовил?» — спросил Томми. «Ммм», — кивнул он, — «это чтобы вы меня запомнили. Я написал своё имя на обороте». Томми перевернул его, и, конечно же, внутри крупными неразборчивыми буквами было написано «Шрауд». При виде этого он тихонько рассмеялся. - «Спасибо, Шрауд. Я… спасибо тебе». «Вчера у меня выпал зуб, видишь?» — усмехнулся Шрауд, демонстрируя заметную дырку в уголке своей улыбки. Томми кивнул, стараясь не отставать. Раньше ему никогда ничего не рисовал ребёнок. - «Как ты его потерял?» «Достал его во время обеда. Мне захотелось съесть яблоко». Конечно, он так и сделал. Томми поднял руку, чтобы дать ему пять. - «Молодец!» Шрауд промахнулся в первый раз, но со второй попытки удачно дал пять. - «Я его сохранил. Все говорят, что за ним придет зубная фея, но я очень хорошо его спрятал, так что он у меня до сих пор есть. Я сохраню все свои зубы, а потом…» — он замолчал, оглянувшись назад. Он внимательно слушал несколько секунд, а затем продолжил. «Тогда у меня будет два комплекта зубов, как у акул». Томми медленно кивнул. Он был почти уверен, что Шрауд, вероятно, мог бы немного изменить форму своего рта, чтобы достать акульи зубы, но он не хотел нарушать план по сбору зубов. Мальчик понизил голос: - «Думаю, мне скоро нужно вернуться. Здесь меня ещё не поймали, так что я должен быть осторожен». «Хорошо, звучит неплохо», — сказал Томми, а затем его осенила мысль. - «Подожди! Стоп». Он порылся в своих многочисленных карманах в поисках чего-нибудь, чем можно было бы писать, или чего-нибудь, на чем можно было бы писать… маркера! Он всегда носил с собой маркер. - «У тебя есть бумага?» — спросил он, продолжая рыться в карманах. Шрауд тут же достал школьную тетрадь, вырвал одну из последних страниц и протянул её ему. Томми взял листок и начал писать. - «Хорошо, слушай. Я, наверное, не буду часто здесь бывать, но если тебе станет страшно или ты подумаешь, что тебе угрожает опасность…» — он посмотрел в темные-темные глаза Шрауда. Он был рад, что повязка скрывала его глаза, так что мальчик не мог видеть, как сильно он напуган. - «Найди телефон и позвони мне. Хорошо?» Он вернул бумагу, его план уже рушился в его голове. Шансы на то, что у Шрауда будет доступ к телефону в опасности, были ничтожно малы. Тем не менее, глаза мальчика расширились, когда он осторожно взял бумагу обратно. - «Я могу это сделать. На кухне есть телефон на случай чрезвычайных ситуаций». «Если будет пожар или что-то подобное, вызывайте пожарных», — сказал Томми, поправляя волосы мальчика, как это сделал ранее Техно. - «Но если тебе страшно и ты нуждаешься во мне, я приду. Я побегу до самого конца. Береги себя, хорошо?» «Хорошо!» — Шрауд запихнул бумагу в рюкзак и снова перекинул его через плечо. — «А если тебе станет страшно, можешь подойти сюда. Я впущу тебя через окно». Ему уже было страшно. Он крепче сжал палочку от мороженого. - «Договорились». Шрауд вскарабкался на другую сторону крыши и исчез. Томми глубоко вздохнул и задержал дыхание. Страх опустился в самое сердце, словно монетка, брошенная в фонтан. Придётся ему там остаться. Он мог держать всех на расстоянии, мог убегать от них, но это нисколько не уберегло бы их от опасности, в которой они и так уже находились. Всё, что он мог сделать, это бежать вперёд, чтобы опередить их, а затем сбить их с ног. Сколько бы правил он себе ни устанавливал, ему всегда было слишком не все равно.