TommyInnit's Foolproof Guide To Having Too Many Identities

Обычно Томми не советовал бы надевать повязку на глаза ночью. Как бы круто это ни выглядело, гораздо полезнее и удобнее было видеть. Шутай был его последним псевдонимом линчевателя, и к тому времени он познакомился с очень интересным человеком, который настаивал на том, чтобы его называли Слаймом. Почему? Мир, возможно, никогда не узнает. Способности этого парня не имели ничего общего со слаймом, а были связаны с обнаружением лжи. Однако, что более важно для Томми, этот человек решил открыть бизнес на чёрном рынке, продавая специализированное оборудование. Это, пожалуй, был один из самых унизительных моментов в жизни Томми: он стоял перед человеком, способным распознавать ложь, и объяснял идею повязки на глазах как своего рода маски, потому что ему казалось, что это будет круто выглядеть. К счастью, мужчина согласился, и Томми потратил все свои сбережения на её покупку. А потом ещё несколько, когда получил следующую зарплату. Томми несколько часов катался по крышам в образе Шутая, поэтому, чтобы разнообразить свою жизнь, он спустился на землю и теперь прогуливался по пустой улице. В это время ночи все, кто находился на улице, скорее всего, либо брели домой пьяные, либо возвращались после ночной смены, либо выбирались из переулка под кайфом. Иногда работа линчевателя больше походила на человеческую опору, чем на что-либо ещё. Из одной из квартир, теснившихся на улице, доносился детский крик. Томми остановился, подняв глаза, чтобы определить, из какой именно. Не потому, что он мог что-то сделать с кричащим ребёнком. Ему просто было любопытно. Он определил источник непрекращающегося плача — окно на втором этаже, тусклый свет которого проникал сквозь закрытые шторы. Едва различимый силуэт расхаживал взад и вперёд. Крики были едва слышны Томми, и даже он начинал чувствовать напряжение от этого звука. Он не мог представить, что чувствует родитель. Было, наверное, два часа ночи? Может, позже. Не то чтобы это его касалось. Даже если он мог легко уложить ребёнка спать. Он боролся с преступностью и помогал спотыкающимся людям добраться домой. А не являлся на порог какого-нибудь случайного человека в экипировке линчевателя, заявляя, что может уложить его ребёнка спать. Это почти наверняка прозвучало бы как угроза. Фигура снова прошлась у окна. Удивительно, как сильно мог кричать этот ребёнок. Томми посчитал окна, машинально вычисляя номер квартиры. Не то чтобы ему это было нужно. Он собирался уйти. Он собирался уйти и найти грабителя или что-то в этом роде. Томми вошел в жилой комплекс. К сожалению, ему не удалось уйти от кричащего ребенка. Ему не нужно было считать окна, было совершенно очевидно, из какой квартиры доносились крики. Томми — Шутай — остановился перед дверью в тускло освещенном коридоре. Какой же он был глупец. Без всякого плана или какой-либо умной идеи он постучал в дверь. Минуту ничего не произошло, и он задумался, достаточно ли громко он постучал, чтобы его услышали сквозь шум. Может, постучать еще раз? Может, уйти? Что ему делать? Сказать: «Привет, не волнуйся, я здесь, чтобы позаботиться о ребенке»? Это звучало очень зловеще. Замок на двери щёлкнул, и женщина по ту сторону двери уже говорила, открывая её. — Извините за шум, клянусь, я пытаюсь… Её глаза расширились. Томми протянул руки вдоль тела, показывая, что они пустые, в умиротворяющем жесте. Женщина захлопнула дверь. Честно? Понятно. Томми стоял там как идиот, хотя ему следовало бы бежать. Женщина, вероятно, звонила в полицию. Сообщала о нём как о… вежливом грабителе или что-то в этом роде. Прежде чем он успел очнуться от оцепенения, дверь снова открылась, ровно настолько, чтобы женщина смогла наполовину выйти. Одной рукой она держала дверную ручку, другой – невероятно острый нож для стейка. Томми мог это уважать. — Шутай? – резко спросила она. О, хорошо, по крайней мере, ему не придётся объяснять эту часть. Остальное… Он неуверенно улыбнулся ей. — Здравствуйте, мэм. Я хотел бы, э-э, предложить свою помощь? Как вы, возможно, знаете, я могу усыплять людей. Вашему малышу… похоже, это не помешало бы. Несмотря на то, что она была зажата между дверью, её ноги стояли устойчиво, нож в руке она держала поднятым. Она определённо выглядела так, будто могла перерезать ему горло. — Разве… разве вы не наводите людей на кошмары своими способностями? — её голос был напряжённым. — Я могу этого не делать. Какой именно сон вам приснится, зависит от меня; я усыпляю злодеев и тех, кто меня преследует, но не младенцев, — он попытался говорить тихо, чтобы успокоить женщину перед собой и не дать соседям присоединиться к этому неловкому разговору. — Э-э, извините, что беспокою вас, если хотите, я могу просто… — Подождите. Они долго смотрели друг на друга, из квартиры доносились крики младенца. Женщина все еще выглядела испуганной и готовой зарезать его, но он заметил кое-что еще. Что-то просачивалось сквозь её слова и скрывалось в глазах. Отчаяние. Отчаяние, приправленное недосыпанием. Она глубоко вздохнула, слёзы навернулись на глаза. — Я… мне очень нужно, чтобы он выспалс, — прошептала она. Томми кивнул, ожидая. Она помедлила ещё мгновение, прежде чем вернуться внутрь, оставив дверь открытой для него. Томми вошёл, двигаясь медленно. Меньше всего ему нужна была испуганная мать с кухонным ножом. Что ж, именно это у него и было. Не нужно было усугублять ситуацию и пугать её. Он почувствовал облегчение, покинув пустой, гулкий коридор. Он привык прятаться в тени и за мусорными контейнерами, бегать по крышам, а не стоять на виду в освещённом коридоре. Женщина не отводила от него взгляда, медленно ведя его в гостиную, где в колыбели громко и очень расстроенно кричал ребёнок. Она защитно склонилась над ним. — Клянусь, если ты причинишь ему боль, я тебя убью. — Хорошо, что он смотрел на неё, пока она говорила, её голос почти не заглушался. Томми снова кивнул. — Не буду. Обещаю. Он держал одну руку поднятой на виду, а другой тянулся к ребёнку. Взгляд матери был прикован к этой руке, которая слегка дрожала. Томми легонько коснулся лба ребёнка одним пальцем, сдерживая свою силу, выпуская её мельчайшую, самую маленькую частичку. Он не давил на неё силой, позволяя ей действовать постепенно, успокаивая ребёнка. Крики сменились капризным плачем, а затем тихим воркованием. Он осторожно убаюкал ребёнка, и тот охотно уснул. Томми отстранился, едва осмеливаясь дышать. Мать переложила нож в нерабочую руку и тут же протянула руку к ребёнку, проверяя дыхание, пульс, признаки боли. Когда она убедилась, что ребенок уснул, всё её тело поникло, напряжение улетучилось. Она рухнула на диван рядом с колыбелью, устало глядя на Томми. — Спасибо, — прошептала она. — Пожалуйста, — сказал он, внезапно растерявшись и не зная, что делать с руками. — Я просто… пойду. Запри дверь за мной, не хочу впускать сюда никаких хулиганов. Женщина кивнула, но не попыталась встать. Томми сделал шаг назад, а затем откинулся назад. — Мэм? Важно, чтобы вы заперли дверь. У меня, очевидно, нет ключа, чтобы сделать это самому. Женщина снова кивнула, глаза её опустились. Она не сможет запереть дверь. Вероятно, она больше не сможет связно говорить. Он задумался, сколько ночей она провела без сна с кричащим ребёнком. Вздохнув, он присел перед ней, осторожно протянув руку, чтобы взять её голову в свои руки. — Мэм? Вы можете поспать через секунду, только сначала послушайте меня, хорошо? Она посмотрела на него полузакрытыми глазами. Томми рискнул оглядеть квартиру. — Хорошо, не волнуйтесь, я... я сам запру дверь. И я выйду... через окно. Думаю, я смогу закрыть его за собой. — Там был приличный подоконник, он, наверное, мог бы на нём удержаться. Почему бы и нет. — Так что не паникуйте, когда проснётесь. Я обо всём позабочусь. Он почувствовал лёгкий кивок в своих руках и осторожно снова высвободил свои силы. Её легко было усыпить, но он помог ей уснуть спокойно и расслабленно. Не настолько глубоко, чтобы она не слышала плач ребёнка, но и не настолько легко, чтобы она не смогла отдохнуть. Он уложил её и забрал у неё из обмякшей руки нож для стейка. Он отнёс нож на кухню и положил его на видное место на столешнице. Он запер дверь, добавив для верности цепочку, и снова остановился в гостиной. Женщина напомнила ему его приёмную мать. Она слишком часто уставала после работы, когда забирала его и дочь из школы, и шутила о том, что представляет опасность на работе из-за своей склонности к несчастным случаям. И всё же, как бы устало и измождённо она ни выглядела, она никогда не давала ему почувствовать себя обузой или ненужным. Её дочь тоже вела себя так, будто его присутствие было воплощением мечты, а не вторжением. Это было приятно. Воспоминание словно нож, и, зацикливаясь на нем, он только усиливал боль. Он больше всего на свете хотел остаться с ними. И поэтому он ушел, как только заметил, что опасность подстерегает его на пути. Томми покачал головой, снова сосредоточившись на тускло освещенной гостиной, схватил плед, чтобы накрыть мать, и повернулся к окну. Затем он провел следующие десять минут, пытаясь понять, как работает окно. Большинство окон, из которых он выпрыгивал, были уже открыты. Или разбиты. Или отсутствовали. Это же окно должно было остаться целым и закрыться за ним после того, как он выпрыгнет. Он выскользнул наружу, осторожно переступая через небольшой выступ подоконника, кончиками пальцев вцепившись в раму, и закрыл окно. Он крепко зажмурил глаза, делая долгие, успокаивающие вдохи. Это был всего лишь двухэтажный спуск. Сила удара будет примерно такой же, как при приземлении с парашютом. Он знал, как смягчить такое падение. Он даже мог предотвратить переломы костей. Наверное. Это было всего два этажа. Он повернулся, опустившись на колени боком на подоконник, и посмотрел вниз, планируя приземление. Увиденное вызвало у него головокружение и легкую тошноту, но он увидел чистое место, через которое мог бы проехать, не задев ничего. Раньше он был таким бесстрашным перед высотой. Отец говорил, что он родился с резиновыми костями. В детстве он лазил по всему подряд, а потом кричал ближайшему родителю: — Смотри! — и вызывал у них сердечный приступ, прыгая. Он сохранил привычку лазить и прыгать, но бесстрашие ему так и не удалось. Падение причиняло боль; и чем выше падаешь, тем больнее становится. Томми поднялся, повернувшись спиной к окну, и шагнул с карниза, резко вдохнув при падении. Он держал ноги вместе, сначала пальцы ног, и, коснувшись земли, перекатился на бок через плечо. Было больно. Он лежал на земле, глядя сквозь повязку на крошечные звёздочки на небе. Было больно, но не так, как от сломанных костей. У него будут разноцветные синяки, и завтра всё будет болеть, но в целом он был в порядке, ничего не сломано. Если бы его сердце наконец-то перестало биться в четыре раза чаще обычного, это было бы замечательно. Он растопырил руки, прижимаясь к земле, чтобы убедиться, что она твёрдая, потому что почему-то ему всё ещё казалось, что он падает. С ним всё было в порядке. Его дыхание было таким же быстрым, как обычно. Он вот-вот встанет. Или, может быть, сейчас самое время полюбоваться звёздами. Это принесёт ему немало очков в глазах девушек-астрологов, если бы только они были рядом и оценили то, как он решил остановиться и посмотреть на небо. Может быть, если он продержится там достаточно долго, кто-нибудь попытается его ограбить, и ему не придётся самому искать их. Да, он был таким умным. — Только не говори, что ты упал с крыши. Это заставило его сесть. Кто-то шел к нему из глубины переулка, руки были засунуты в передний карман толстовки. Голос показался ему знакомым, несмотря на то, что его озвучивал голосовой преобразователь, и наконец дыхание Томми выровнялось. Он поднялся, опираясь на руки, все еще прижимаясь к твердой земле. — Очевидно, я наблюдаю за звездами. Мститель Тесей остановился в нескольких шагах от него, глядя на него сверху вниз. Слабый свет уличного фонаря освещал его лицо в маске. — Странное место для этого, но каждому свое. Ты вообще можешь что-нибудь разглядеть сквозь эту маску? Томми усмехнулся. — Хотел бы ты узнать, синоптик? Тесей вытащил руку из фиолетового кармана толстовки и протянул ее, поднимая Томми на ноги. Капюшон был опущен, обнажая две антенны, торчащие из волос. — Тебе больно? — Нет, — сказал Томми, стряхивая с рукава осколок старого чека. — Что ты здесь делаешь, Тесей? Разве ты обычно не в районе Погтопии? Мститель посмотрел на него с лёгким удивлением. — Полагаю, представляться не нужно. Да, я обычно бываю в Погтопии, но подумал, что стоит заглянуть и посмотреть, не встречу ли я этого нового мстителя, о котором все начали говорить. Не ожидал застать его за наблюдением за звёздами. Томми пожал плечами. — Тебе стоит как-нибудь попробовать. Э-э, приятно познакомиться. Я Шутай. Между ними возникло смутное чувство дежавю, и от этого у него сжалось сердце. Что-то было одинаковым, но в то же время противоположным. Что-то было невероятно правильным и невероятно неправильным одновременно. Возможно, они были слишком стары или слишком тихи. Тесей наклонил голову, его усики слегка завибрировали. И тут новый голос сверху прервал этот момент, заставив их обоих вздрогнуть. — Эй, неудачники! Подняв глаза, они увидели девушку в зелёном плаще, стоящую на крыше жилого комплекса, в белой маске с чёрной надписью «XD». В одной руке она держала чёрную косу, спускаясь с крыши и плавно паря в тусклом зелёном свете своих сил. Что касается эффектного появления, то она справилась на отлично. — Привет, зануды! — сказала она, положив косу на плечо. — Пёрплэд, я тебя везде искала. Уже начала думать, что ты заблудился в дебрях, если ты понимаешь, о чём я. Тесей вздохнул. — Пожалуйста, не говори так. XD повернулся к Томми с невероятным рвением, которого не хватало для двух часов ночи. — Я XD, а ты Шутай. Можешь называть его Пёрплэдом, если хочешь. Мы так его называем, потому что однажды на 1 апреля кто-то… — Зачем ты меня искала? — перебил Тесей. — Подожди, если ты объясняешь имена, — вмешался Томми, — то что означает XD? Инопланетянин? Он знал, что означает XD, но долгое время держал это в секрете. Правда, в его голове это могло бы звучать гораздо смешнее. Два линчевателя уставились на него одновременно, и между ними воцарилась испуганная тишина. Томми решил воспринять это как победу. — Что? — спросил Тесей. XD усмехнулась. — Это была шутка про инопланетян… которая не была адресована мальчику с антенной? Это потрясающе. Мне нравится. Ты довольно неплох, новенький. — Не ребенок, — задумчиво сказал Томми. — Верно, и у меня нет способностей. Никто не начинает защищаться от того, что его называют ребенком, быстрее, чем подросток, которым ты, как и большинство из нас, вероятно, и являешься. — XD пожала плечами. — Расслабься, тебя же не арестуют за то, что ты несовершеннолетний. Они слишком заняты тем, чтобы арестовать тебя за другие, гораздо более крутые вещи. Было впечатляюще, как ему хотелось подружиться с ней и одновременно ударить ее по лицу. Он задавался вопросом, испытывали ли другие люди то же самое, когда встречали её впервые. Тесей откашлялся. — XD, зачем ты меня искала? XD поправила капюшон, словно он перекосился. — Заметила ещё несколько ростков в дренажных туннелях Погтопии. Ты их уже видел? Возможно, нам придётся их перекрыть. Тесей откинулся на стену переулка, снова засунув обе руки в карманы. — Перекрытие дренажных туннелей может вызвать проблемы. Сколько их там было? Томми нахмурился, переводя взгляд с одного на другого. Ростки? Неужели XD действительно выследила Тесея, чтобы поговорить о сорняках, растущих в дренажных туннелях? Конечно, может быть, это и проблема, но это не похоже на то, что нельзя было бы исправить небольшим количеством гербицида, и уж точно не на ту проблему, о которой обычно беспокоятся линчеватели. Может быть, они говорили на каком-то языке. — Всего пару штук я видела, но не смогла подойти близко. Тесей взглянул на Томми. — Ты видел какие-нибудь красные растения, растущие где-нибудь в последнее время, Шутай? Томми прищурился за повязкой на глазах. Казалось, они не разыгрывают его, но он не удивился бы. Если кто и умеет хорошо скрывать эмоции, так это Тесей. — Я… не очень-то люблю растения? — Может, тебе стоит начать, — сказала XD. Было трудно понять, серьёзно ли она говорит, так как всё её лицо было скрыто, но её голос звучал убедительно. Подозрительно убедительно. — Если увидишь красные, не подходи слишком близко. Особенно если тебе кажется, что ты слышишь голоса. Он посмотрел на неё пару секунд, а потом снова на Тесея. Это должна быть шутка, и он не мог позволить себе поверить. Они шутят, да? Голоса? — Да, он думает, что мы его разыгрываем, — вздохнул Тесей. — Надо просто показать ему. Я всё равно хочу посмотреть на те, что ты нашла. — Если у тебя есть время, — сказала XD, поворачиваясь к Томми. — Не знаю, XD, — сухо заметил Тесей, — он был занят наблюдением за звёздами, когда я пришёл. Томми улыбнулся ему. Это было почти естественно, почти знакомо. — От меня не так-то просто избавиться. Покажите мне эти странные растения. Погтопийский район был застроен множеством зданий. Он не входил в состав первоначального города, поэтому не был построен по той аккуратной, прямой сетке улиц, которую так любят архитекторы. Здания располагались где попало, а между ними втискивались новые постройки, пока люди не перестали пытаться дать названия улицам, которые зигзагами пересекали их. Если и было место, где можно научиться перепрыгивать через сетчатые заборы, то это была Погтопия. Томми, следуя за XD, чего-то ждал, хотя трудно было понять, чего именно. Это просто витало в воздухе между ним и… Тесеем, понял он. Он ждал, что Тесей пошутит, или бросит ему вызов сделать что-нибудь глупое, или вообще что угодно, кроме этого далёкого незнакомца в маске рядом с XD. Однако XD, похоже, не смущалась. Между ними не было напряжения, несмотря на то, что казалось, она будет действовать ему на нервы. Им было комфортно вместе, и Томми… Томми был чужаком. Он был незнакомцем. Конечно. Конечно, он был таким. Это было нормально. Хотя он был по своей природе приятным и мог вписаться в любую компанию. Внезапно XD остановилась. Она замерла, уставившись в пустоту, словно подслушивала что-то, чего Томми не слышал. Она потянулась к наушнику и дважды постучала по нему. — Конечно, — сказала она, бросив взгляд на Тесея. Тот вопросительно наклонил голову. Она кивнула. — Да, мы уже в пути. Они обменялись взглядами, а затем XD повернулась к Томми. — Как ты отнесешься к тому, чтобы сделать крюк и помочь нам сорвать потенциальную сделку по продаже наркотиков? — XD, нам не нужно… — Звучит заманчиво, — сказал Томми. Она кивнула, слегка толкнув плечом Тесея, прежде чем снова тронуться с места. Тесей лишь тихо застонал и последовал за ней. Они скорректировали курс и направились к докам, где границы Погтопии соприкасались с рекой. Доки были ничуть не свободнее, чем остальная часть района, представляя собой скопление складов, грузовых контейнеров, кранов и разбросанного мусора, беспорядочно заполнявшего любое свободное пространство, которое когда-то здесь было. XD указала на склад. — Внутри, погрузочная площадка. Восемь человек, как минимум двое с суперспособностями. Один из них — Торн. У другого сверхсила. Все хорошо вооружены. Я позабочусь об оружии, но с кнутом Торн непросто. Я оставлю её тебе, Тесей. Шутай, чем больше рядовых ты сможешь усыпить, тем легче всё пройдёт. В противном случае, постарайся схватить то, что они продают, и убирайся. Панц ждёт снаружи, он тебя прикроет. Томми кивнул. Панц. Это был пожилой линчеватель, с… рентгеновским зрением, если он правильно помнил. Тот самый парень, который, посмотрев кому-нибудь в глаза, спокойно объяснит, какие именно кости он сломал и насколько. Должно быть, это он на другом конце наушника XD. Тесей вытащил из кармана толстовки короткую палку и надавил на что-то, отчего палка превратилась в боевой посох. — Тихо, — сказал он. — Застаньте их врасплох. Они двинулись вперёд, Томми отстал от Тесея и немного сместился влево, в свою слепую зону. Парень по привычке забывал проверить левую сторону. Сначала они услышали голоса. Слова, которые Томми не смог расслышать. Они проскользнули в большой погрузочный отсек, пригнувшись за ящиками, сложенными по краям. Это выглядело как дилер с двумя здоровенными головорезами, противостоящими группе из пяти человек. Сама дилерша вызвала у Томми мурашки по коже, дикий блеск в её глазах вывел его из себя. В её волосах была роза, которая ничуть не смягчала её взгляд. Покупатель же стоял так, словно всю жизнь просидел, свернувшись калачиком на шезлонге, и мечтал вернуться туда. Дело было не столько в его осанке — хотя она, безусловно, тоже сыграла свою роль. Но казалось, будто все его кости сломаны и неправильно срослись. Его скелет нуждался в глажке. Его сопровождали четверо мужчин с очень внушительными пистолетами, один из которых наклонился вперед, чтобы поближе рассмотреть открытую коробку с флаконами. Не выпускать лекарство в порошковой форме было интересным решением. Большинство людей предпочитали таблетки, которые можно было измельчить — если только это не был безумный ученый, в этом случае жидкие флаконы были бы удачным маркетинговым ходом. Его наблюдения прервались, когда у всех вылетело из рук оружие, ударив по лицу тех, кто оказался ближе всего. Тесей бросился вперёд, направляясь прямо к женщине с розой в волосах. Томми выскочил вслед за ним, целясь в ящик с флаконами, но с дополнительным обходным путём, пытаясь схватить любого, кто попадался ему на пути. К сожалению, использование способности, активируемой прикосновением, заключалось в том, что ему приходилось опасно сближаться с людьми, выглядящими очень опасными, прежде чем он мог её использовать. В такие моменты всегда было так заманчиво использовать свои фантомные способности, но эти фантомные способности предназначались для Орфея, а не для Шутая. Одна способность на одну личность — таково было правило, потому что человек с несколькими способностями привлекает много внимания. А много внимания приводит к гибели людей. Или к ещё худшему. Но ему также нужно было работать по утрам, поэтому он старался избегать как можно больше травм. В начале своей карьеры в роли Шутая ему приходилось очень хорошо и быстро уворачиваться. Даже так, у него это получалось лишь посредственно. Может, ему стоит взять транквилизаторные дротики и стрелять ими? Первый парень был самым лёгким, потому что он всё ещё был удивлён и инстинктивно пытался использовать пистолет, которого у него больше не было. Томми ткнул пальцами ему в шею и погрузил его в глубокий сон с лёгким оттенком кошмаров. Второй парень оказался значительно сложнее. Томми потребовался всего один удар в предплечье, чтобы понять, кто этот человек со сверхсилой. Всё его внимание было сосредоточено на том, чтобы не попасть парню в голову. Сотрясения мозга — это ужасно, как и расколотые черепа. Томми даже не пытался ответить ударом; скорее всего, он сломал бы руку о каменные мышцы, а его руки нужны, чтобы взбивать молоко. Ему просто нужно было найти ритм парня. Затем он смог дотянуться и коснуться кожи, не получив удара, а затем… Кто-то сбил его с ног сбоку, и он поскользнулся по земле, оказавшись сверху с новым противником. Не идеально, но возможностей для контакта кожи предостаточно. Едва прошла секунда, как Томми столкнулся с новой и захватывающей проблемой: как вырваться из-под мертвого груза, теперь навалившегося на него. Сверхсильный парень нанес мощный удар ногой прямо ему в голову, и Томми почувствовал, как воздух пронесся мимо него, едва успев пошевелиться. Выбравшись из спутанных конечностей, он сделал обманный маневр вправо, а затем бросился влево, возвращаясь к своей более важной цели: наркотикам. Он мельком увидел Тесея, уворачивающегося, переворачивающегося и прыгающего от длинных, зеленых, вращающихся колючих кнутов, которыми теперь размахивала дама с розой. Если бы только Томми мог так уворачиваться! Вместо этого его ударило ещё одно тело, отлетевшее в бок. На этот раз, правда, парень уже обмяк. — Извини! — крикнула XD, переключаясь с использования своих способностей на размахивание косой. И тут этот суперсильный чувак преградил ему путь. Томми перевёл дыхание и побежал к нему. Его уклонение оставляло желать лучшего, и он не мог поднимать людей силой мысли, но он мог выполнять свою работу. Или, по крайней мере, мешать кому-то другому делать свою. В конце концов, его не зря называли Томми Проблемный Нерв. На этот раз парень попытался схватить его, и Томми ухмыльнулся, когда тот схватил его за воротник рубашки, отдернув другой кулак для удара. Томми схватил руку, державшую его, его силы резко возросли, и парень мгновенно потерял сознание. Он поправил куртку. Теперь. Вернёмся к наркотикам. Он схватил ящик с флаконами, захлопнул его и, сжимая в руках, поспешно убежал, оглядываясь по сторонам, чтобы оценить обстановку. Кнут женщины по имени Торн издал громкий треск прямо там, где только что стоял Тесей. Тесей отлетел назад, окруженный слабым зеленым свечением, и врезался в XD. Торн убежала, а Томми поспешил к остальным линчевателям. У Тесея были длинные разрывы на капюшоне и пара неглубоких порезов, но в остальном он был в порядке. XD оттолкнула его от себя, извиняясь за мгновенное решение оттащить его с помощью своих способностей. Они занялись связыванием спящего и без сознания, чтобы его могли найти правоохранительные органы, и Панц присоединился к ним. Затем они открыли ящик, чтобы посмотреть, что продается. В мягких прорезях лежали сверкающие красные флаконы. — Я никогда не видел наркотика, который выглядел бы так, — сказал Томми, глядя на остальных. Они тоже, похоже, не понимали, что это такое. Панц покачал головой. — Я о них не слышал, поэтому не знаю, что это такое. Знаю только, что они заплатили целое состояние, чтобы это достать. — Он кивнул на наполовину рассыпанный на полу мешок с деньгами. — Мне это не нравится, — сказала XD. — Это… как-то странно. И ты чувствуешь этот запах? — Как гнилые яблоки, — сказал Тесей. Томми снова уставился на флаконы, чувствуя тошноту в животе. Они напоминали ему шприцы, лабораторные халаты, белые стены и запах отбеливателя. Это не то, что предназначено для улицы. По крайней мере, изначально. Панц закрыл футляр, достал тряпку и протёр его. — Оставим это полиции. Они отправят это в свои лаборатории на анализ. Нам будет гораздо проще следить за ними и получать результаты, чем пытаться анализировать это самим. XD кивнула и отошла. — В любом случае, нам нужно кое-куда ещё идти. Тесей пробормотал что-то вроде «ты не мой отец», но повернулся и последовал за XD без дальнейших возражений. Панц посмотрел на Томми, прищурив глаза. — Не думаю, что мы знакомы. — Если ты достаточно сильно закатишь глаза и воспользуешься своим рентгеновским зрением, — с любопытством спросил Томми, — сможешь ли ты увидеть свой собственный мозг? Мститель моргнул. Он моргнул в ответ и повернулся, чтобы бежать за XD. --- Как оказалось, они действительно говорили о настоящих растениях. Все трое присели в дренажных туннелях под Погтопией, разглядывая крошечные красные ростки, которые, казалось, дрожали под светом фонарика XD. Томми прищурился, сделав шаг ближе, чтобы лучше их рассмотреть, но Тесей схватил его за руку. — Не стоит подходить слишком близко, — сказал он. — Почему? — Ты начнёшь слышать голоса, — сказала XD. — И тогда нам придётся самим вытаскивать тебя отсюда. Томми вернулся в их очередь. — Тогда как нам от них избавиться? XD пожала плечами. — Не знаю. Если я попытаюсь использовать свои силы, чтобы вытащить их, я просто попаду прямо к голосам, да ещё и с головной болью. — Пока что они не появлялись в местах, где люди могли бы на них наткнуться, но они распространяются, — сказал Тесей. Его усики бешено дергались, на концах тускло светясь фиолетовым. — По крайней мере, гербицид, кажется, замедляет их. Покрытие растений цементом в основном прекратило голоса, но там, где мы это пробовали, образуются трещины, и они снова просачиваются. Это не постоянное решение. — Они прорастают сквозь цемент? — спросил Томми. — я имею в виду, посмотрите на них, — сказала XD. Она указала на ростки перед ними, которые действительно прорастали сквозь цемент. — В любом случае, — сказал Тесей, — следите. Голоса как бы вводят людей в транс, и я действительно не хочу выяснять, что происходит после этого. Прежде чем Томми успел ответить, мститель повернулся и ушел. — Пока, Пёрплэд, — крикнула XD ему вслед. Она потянула Томми за собой, и они тоже ушли. — Ну, думаю, еще увидимся. — сказала она, когда они снова оказались на улицах. — Если найдешь что-нибудь важное, чем захочешь поделиться, иди ко мне. Я немного непоседливая, так что удачи, но я, пожалуй, лучший вариант, чем Тесей. В последнее время он в основном держится особняком, поэтому я удивилась, увидев его с тобой раньше. В любом случае, пока. Ее окружило зеленое свечение, и она бросилась к ближайшей крыше. Хвастунья. Томми покачал головой и пробирался по улицам Погтопии. Он нашел камень, чтобы пнуть его, и некоторое время пинал его, пока не потерял в ливневой канализации. Глубоко вдохнув, он огляделся. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз был в Погтопии, но это место было таким же знакомым, как звук его собственного голоса. Он вырос там. Ну, не совсем, он уехал в свой первый приемный дом в десять лет, но он считал это место единственным местом, где остались настоящие детские воспоминания. Конечно, он часто возвращался сюда, и с этим местом были связаны и другие воспоминания, но нигде больше не ощущалась чистая детская ностальгия. Другая жизнь. Рука пульсировала там, куда её ударил тот суперсильный парень. Это было досадно. Хотя он был на семьдесят восемь процентов уверен, что не сломал кость. Всё тело начало болеть после прыжка с двухэтажного здания, и теперь, когда звёзды почти померкли и никого не было рядом, чтобы отвлечь его, он осознал, насколько устал. Что было глупо, на самом деле, потому что его тело всё равно не давало ему спать. Он не мог этого сделать с тех пор, как… ну, с того дня, как его жизнь пошла прахом, очень быстро. Но, с другой стороны, по крайней мере, ему не приходилось страдать от кошмаров.