Чужая реальность, свой человек

Морс встретил их с уже знакомой Гермионе доброжелательной улыбкой, которая уже не обманывала. Морс был пострашнее Корнелиуса, ее прежнего начальника. — Доброе утро, старшие авроры. Доброе утро, мисс Грейнджер. Обращаю внимание, что последующая беседа подпадает под параграф о конфиденциальности. Никто из вас не может разглашать третьим лицам что-либо услышанное без моего на то личного разрешения. Мистер Поттер, будучи Главным аврором, лично выбрал сотрудников, которые будут в курсе происходящего, и отвечать за их действия тоже станет он. Лицо у него на секунду стало жестким, но потом к нему вернулась маска доброго дядюшки. — Итак, мисс Грейнджер, вы, наверное, по косвенным признакам… — Морс глянул на Гарри, — … уже поняли, что Азкабан вам пока не грозит. Но я пройдусь по пунктам. Первое. История ваша, конечно, невероятная, но я проконсультировался у профессора Трелони, нашего главного эксперта по теоретической арифмантике. Она подтвердила, что теория множественности миров имеет полное право на существование. Более того, она уже обсчитала основные моменты этой теории, и теперь огорчена, что кто-то в волшебном мире узнал об этом раньше нее. — В вашем мире Трелони - теоретик арифмантики? — пораженно спросила Гермиона. — У нас она занимается тем, что всем подряд предсказывает смерть по чаинкам и хрустальным шарам. Морс погрозил ей пальцем, недовольный тем, что его перебили. — Обязательно потом расскажете Трелони об альтернативных занятиях, может, она бросит свою арифматическую скукотищу. Позвольте, я продолжу. Второе. Колдомедики, сопоставив взятые у вас пробы, дали ответ - физиологически вы - копия нашей Гермионы. Гермиона открыла рот, чтобы прокомментировать и это заявление, но Морс одним взглядом убедил ее этого не делать. — Третье. Целители духа не увидели на графиках вашего сознания никаких следов помрачения или ментальных вмешательств. Четвертое. Специалист по артефактам не нашел на вас следов магического воздействия. Пятое. Легилимент… — С вашего разрешения, я скажу сам, раз уж я тут нахожусь. Возможно, Грейнджер будет приятнее услышать кое-что неприятное непосредственно из моих уст. Малфой кинул виноватый взгляд на Гермиону, но она не купилась на него, как и на улыбки Морса. Надо же. Что-то неприятное, а ведь и виду не подал. — Сознание испытуемой было структурированным. Следов ложных воспоминаний не обнаружено. Кроме того, она проявила готовность к сотрудничеству. Это все замечательно за исключением одного факта - Грейнджер оказалась крайне опытным и сильным окклюментом. Ряд воспоминаний она не показала, зато я увидел воспоминания о жизни в альтернативном мире. Кстати, в ее мире я тоже очень красивый, хотя очень немногословный. Гермиона скептически подняла брови. — Я мог бы сказать, что и здесь все чисто. У каждого из нас есть моменты, которыми мы не готовы делиться с другими. Но как профессионал я обязан заявить - опытный окклюмент способен на многое. Он может контролировать действие Веритасерума. Он может заменять реальные воспоминания такими же убедительными, но придуманными. То есть, увы, существует возможность, что Грейнджер могла быть завербована и подготовлена для того, чтобы реализовать какие-то гадкие планы. Гермиона могла бы сказать, что это не планы у нее гадкие, а сам Малфой, который сначала вовсю шутит с ней, а потом снова пытается упечь ее в Азкабан. К сожалению, она прекрасно понимала его обоснованные сомнения. — А то, что за пару дней я сильно изменила свои личностные характеристики - это тоже следствие вербовки? — спросила Гермиона с любопытством, хотя уже догадывалась об ответе. Ей было интересно, работают ли здесь авроры и невыразимцы на том же уровне, что и в ее мире. — Есть такое понятие как “спящий агент”, — негромко ответил Гарри вместо Малфоя. — Когда его активируют, он переходит в другой режим. Теоретически. Все смотрели на Гермиону. — Согласна, — вздохнула она. — Теоретически такое может быть. И как раз для того, чтобы объяснить такую мощную трансформацию после пробуждения агента, ему и нужна дикая, но правдоподобная теория. Вы в своей подозрительности абсолютно правы, я бы сама рассматривала все варианты. Морс тихонечко хмыкнул. — Если бы я был спящим агентом, то сказал бы то же самое, чтобы усыпить бдительность. Мол, согласен со всем, делайте со мной что хотите. Поддаваясь, побеждаю. — У меня есть информация, которую я не показывала Малфою и не отдавала вам, Морс, в качестве воспоминаний, — сказала Гермиона. — Думала, что она не актуальна для вашего мира. Но сейчас я готова показать вам нечто потенциально важное в Омуте памяти. Морс молча достал его из нижнего ящика стола. Когда Гермиона сделала все необходимое, над Омутом появилась картинка. Ночное поле рядом с лесом. Авроры атакуют небольшую группу Пожирателей смерти, отделяя их друг от друга. Гермиона наблюдает за происходящим, почти не вмешиваясь. Численное превосходство на стороне авроров, и они действуют слаженно. Большинство Пожирателей уже лежат на влажной земле - оглушенные или связанные заклятием. — Нарушение контура! — орет Рон. В этот момент из леса появляются люди в темных мантиях. Слабый свет, исходящий от их палочек, освещает маски на их лицах. Это не маски Пожирателей. Они не серебристые, а золотистые. На них нет никаких украшений - они гладкие как скорлупа. Когда неизвестные волшебники подбегают ближе, Гермионе удаётся разглядеть выгравированный на них знак аптекарских весов. — Мы Уравнители, — негромко говорит один из них, но его голос отчетливо слышен в наступившей тишине. За дальнейшим Гермиона наблюдает со смесью восхищения и ужаса. Те, кто назвали себя Уравнителями, используют неизвестное ей заклинание, накрывающее Пожирателей защитным куполом. Судя по всему, внутри купола действует магия, снимающая все наложенные аврорами заклятия. Пожиратели начинают шевелиться и подниматься на ноги. — Уходите! — кричат им Уравнители. — Мы уничтожили антиаппарционный барьер. Гермиона реагирует первой - она создает новый барьер, но заклинание требует времени. Пожиратели исчезают один за одним в клубах черного дыма, а вслед за ними и Уравнители. Когда аппарирует последний Уравнитель, она поворачивает голову в сторону Гарри. — Что это, блядь, было? И кто это? — спрашивает Гарри потрясенно. — Новые игроки, — задумчиво отвечает Гермиона. — Невероятно подготовленные. На звуках учащенного дыхания Гермионы воспоминание гаснет. — До моего заточения я поняла, что в вашем мире Уравнителей не было. Либо наши миры развиваются по различающимся сценариям, либо некоторые события в вашем мире могут случиться позже. Если второй вариант верен, то я смогу вас подготовить. Кое в чем я успела разобраться. Могу, как минимум, рассказать, как в нашем мире развивалась ситуация. — Зря ты сразу об этом не рассказала, — покачал головой Морс, — вчера вечером на рейде произошло в точности то же самое, не считая того, что тебя там не было. И я хотел бы отметить, что почти одновременное появление Уравнителей и новой Грейнджер тоже вызывает определенное подозрение. — Как и то, что я показала вам это воспоминание, — протянула Гермиона. — Это тоже может быть трюком. Она подумала, что козырь оказался не таким уж и козырным. Он и вправду был скорее джокером. Чтобы прервать поток мыслей, Гермиона встряхнула волосами. Больше она ничего не могла сделать. Выводы делать им, а ей остается только ждать. — Какое решение вы в конечном итоге приняли? — спросила она. — У меня есть план по укреплению вашей системы магического боя, пока магия еще действует. Можете поселить меня в камере и выпускать только на тренировки, я не против. Так я не смогу связаться ни с кем из потенциальных нанимателей, вы будете меня полностью контролировать. Кроме того, я бы хотела продолжить исследовать причины угасания магии. — Зачем же сразу думать про камеру, — обиделся Морс. — Мы поместим тебя в самое защищенное место магической Британии и дадим тебе надежных сопровождающих. Подозрения подозрениями, но мы не можем исключать и того факта, что ты можешь быть полезной. Гермиона улыбнулась, поняв, о каком защищенном месте он говорит. Надежнее секретных коридоров Министерства был только один объект. — Под самым защищенным местом вы имеете в виду Малфой Мэнор, а под сопровождающими - Клариссу и хозяина поместья, который ко всему прочему еще и аврор? — Разумеется, милая. И имей в виду, что пока никто, кроме находящихся здесь людей, не в курсе твоего возможного иномирного происхождения. Я всем рассказал, что ты находишься под действием экспериментального артефакта, меняющего личность на ее противоположность. Кому-то это понравилось, кому-то нет. — Я знаю, кому не понравилось - Миранде! — с горечью в голосе воскликнула Гермиона. — Кстати, еще один человек в курсе моей истории. Полумна Поттер. Я в первый вечер рассказала обо всем не только Гарри, но и ей. — Она оставила себе свою фамилию, — печально сказал Гарри. — Но я, конечно, совершенно не против. Морс медленно моргнул, как будто от пустых разговоров он засыпал. — Сегодня вы с Малфоем и Клариссой отправляетесь к нему в поместье, а завтра ты покажешь свои наработки по боевой системе. И напиши мне доклад об Уравнителях со всеми известными тебе деталями. Малфой кашлянул в несвойственном ему смущении. — Грейнджер, ты сможешь находиться в Малфой Мэноре после того, что с тобой сделала моя тетя? — Поверь, Малфой, — сказала Гермиона. — После войны со мной случались гораздо более страшные вещи, чем проклятые кинжалы и Круцио Беллатрисы. Не переживай, в обмороки я падать не стану. Гарри выдохнул сквозь зубы. Он явно знал, о чем Гермиона говорит. И это означало, что их с Гермионой-2 пути скорее всего разошлись именно после этого события.