Смерть подождет, или Трудности искренности

***

Гарри Поттер и Джинни Уизли привычно препирались на кухне из-за немытой посуды и нежелания Гарри идти на очередной семейный ужин в Нору. Внезапно защитные чары дома жалобно звякнули, и в дверях кухни нарисовался Малфой. ​Выглядел он паршиво: бледный, худой, в поношенной мантии, но его глаза горели невиданным, почти безумным торжеством. ​ — Малфой?! — Гарри мгновенно вскочил, хватаясь за палочку. — Ты как сюда попал? Что случилось? ​— Поттер, закрой свой героический рот и послушай, — Драко вальяжно отодвинул стул и сел, закинув ногу на ногу. Зелье уже не просто покалывало, оно полыхало в его венах, начисто выжигая гордость, страх и остатки здравого смысла. — Я пришел сказать, что ты редкостный, конченый, непроходимый идиот. ​ — Малфой, какого черта?! Ты... — Гарри подался вперед, хватаясь за палочку, но Драко резко вскинул руку, полоснув по нему бешеным взглядом. ​— Нет, ты дослушай меня! — рявкнул Малфой, и в его голосе звенящим аккордом ударила накопленная годами желчь. — Сиди и слушай, Поттер, потому что у меня осталось слишком мало времени на эту исповедь. Я люблю тебя. Да-да, блядь, именно так! Я люблю тебя уже чертовых семь лет, со времен нашей убогой школы, и это самая унизительная, самая омерзительная и болезненная вещь, что происходила со мной за всю жизнь! Ты — очкастое, неотесанное чмо с вечным, блядь, комплексом спасателя. Ты помнишь Хогвартс? Помнишь, как ты бесил меня с первого курса своим дурацким благородством? Как ты гордо отверг мою руку в поезде, а потом все эти годы ходил с таким видом, будто тебе вся вселенная обязана за твое существование? Ты же ходячая гриффиндорская катастрофа, Поттер! На шестом курсе ты преследовал меня по всем углам, дышал мне в спину, следил по своей дурацкой карте, был одержим мной как помешанный ублюдок! А когда я действительно начал тонуть, когда мне нужна была помощь — ты просто выиграл эту чертову войну и стал недосягаемым национальным святошей. ​Твой эмоциональный диапазон — как у дверного косяка, а твоё вечное стремление служить безотказным щитом для всех сырых и убогих вызывает у меня рвотный рефлекс. Ты три года строишь из себя национальное достояние, пока тебя юзают все кому не лень, а ты и рад утирать сопли всей Магической Британии, наплевав на себя! Ты абсолютно, непроходимо слепой болван, Поттер. Ты умудрился проглядеть человека, который сдыхал от голода и жрал сырую овсянку прямо у тебя под носом, просто потому, что этот человек не просил у тебя, великого Спасителя, пощады! И ведь магия тянется к тебе, представляешь? К чучелу, которое даже галстук ровно завязать не способно без помощи Грейнджер. Твои магловские лохмотья, в которых ты до сих пор таскаешься, оскорбляют мое эстетическое чувство. Но я люблю тебя. И это меня бесит. Иди убейся об стену, Поттер, твоя прическа — преступление против человечества. ​ На кухне повисла мертвая тишина. У Гарри отвисла челюсть. Палочка в его руке дрогнула. ​Джинни медленно повернулась к Гарри. На её лице сменялись все оттенки красного. — Поттер... — тихо сказала она. — Он сейчас признался тебе в любви. А ты... ты смотришь на него так, будто у тебя встал прямо сейчас. ​ — Джинни, это не... — выдавил Гарри, чьи уши стремительно багровели. Эти три года он пытался заглушить собственные мысли о Малфое, встречаясь с Уизли и убеждая себя, что это просто последствия войны. ​— Знаешь что? С меня хватит, — Джинни резко поднялась, швырнув кухонное полотенце на стол. — Вы оба больные на голову. Малфой, удачи с этим придурком. Поттер, мы расстаемся. Вещи заберу завтра. ​Дверь Гриммо громко захлопнулась. Драко весело расхохотался, откидываясь на спинку стула. — Браво, Поттер! Минус одна проблема. Хотя, признаться, Уизлетта проявила удивительную адекватность. ​Гарри тяжело опустился на стул напротив. Его взгляд был диким, растерянным и... отчаянным. — Малфой. Какого хрена? Почему ты говоришь мне это сейчас? Почему не год назад? Не в Министерстве, когда я пытался с тобой заговорить? ​ Драко посмотрел на старинные напольные часы в углу кухни. — Потому что, дорогой мой Гарри, через сорок минут мое сердце превратится в ледышку, и я сдохну прямо на твоем убогом ковре. Я выпил Зелье Замедленной Смерти. Терять мне нечего, репутация в канаве, так почему бы напоследок не испортить тебе жизнь своей искренностью? Взаимности я не ждал, ты же у нас по девочкам... ​— Идиот! — Гарри резко рванулся через стол, хватая Драко за грудки мантии. В зеленых глазах Поттера плескалась настоящая паника. — Какой же ты кретин, Малфой! Я три года пытался тебя забыть! Думаешь, я просто так торчал у твоего дома? Думаешь, я с Джинни сходился от большой любви? Да я в каждом углу твою блондинистую башку искал! А ты... ты просто решил сдохнуть?! ​ Драко замер. Блоки зелья начали слабеть, пропуская первую осознанную вспышку шока. — Оу, — вырвалось у него. — То есть... ты тоже? Ну надо же. Какая ирония.