Помни, кто ты

Следующие два дня Элис пыталась жить как обычно. Получалось плохо. Словно мир внезапно решил стать чуть-чуть неправильным. Совсем немного. Настолько, чтобы остальные не замечали. Но достаточно, чтобы она начала сомневаться в собственном рассудке. Сначала это проявлялось в мелочах. Она шла по улице и вдруг ловила ощущение, что кто-то идёт следом. Не слышала шагов. Не видела движения. Просто кожей чувствовала чужое присутствие за спиной. Обернётся — никого. Только прохожие. Машины. Витрины. Осенний ветер, гоняющий мокрые листья по тротуару. В магазине ей на секунду показалось, что в отражении холодильной дверцы кто-то стоит слишком близко. Прямо за её плечом. Элис резко повернулась. Пустой проход. Ряд бутылок с водой. Женщина у кассы, которая долго считала мелочь. Ничего. Дома телефон дважды сам загорался на столе. Без звонка. Без сообщения. Просто чёрный экран вдруг становился светлым, будто кто-то с той стороны хотел привлечь её внимание. Элис смотрела на него несколько секунд. Потом переворачивала экраном вниз. Это помогало примерно никак. Самым неприятным было не то, что происходило. А то, что происходило недостаточно явно. Если бы перед ней появился призрак, демон или хотя бы человек с табличкой “да, ты сходишь с ума”, стало бы проще. Ужасно, конечно. Но проще. А так всё выглядело как усталость. Как стресс. Как недосып. Как тревожность, которой можно дать красивое название и попытаться не замечать. Элис именно так и делала. Не замечала. Шутила с Мией. Репетировала. Отвечала посетителям. Делала вид, что всё нормально. Так убедительно, что иногда почти верила сама. Почти. В четверг вечером бар был почти пуст. За окном моросил дождь, превращая стекло в мутное зеркало. Музыка играла тихо, скорее для фона, чем для настроения. Мия протирала стаканы за стойкой. Элис сидела неподалёку, положив локоть на стол, и листала новости в телефоне. Не потому что ей было интересно. Просто нужно было чем-то занять руки. Очередная статья мелькнула в ленте, и она уже собиралась пролистнуть дальше. Но палец остановился. Не сразу. Сначала она просто увидела фотографию. Мужчина лет сорока. Обычное лицо. Немного усталое. Ничего особенного. И всё же внутри что-то неприятно сжалось. Элис нахмурилась и вернулась к статье. “Местный житель найден мёртвым…” Дальше слова расплылись. Она смотрела только на фотографию. Откуда я тебя знаю? Воспоминание пришло не сразу. Сначала — ощущение ветра. Потом шум машин. Потом красный свет светофора. Пешеходный переход. Несколько дней назад. Элис стояла у края тротуара с кофе в руке и пыталась не опоздать на репетицию. Рядом с ней был этот мужчина. Тогда она почти не обратила на него внимания. Только заметила, что он нервно оглядывается, слишком крепко сжимает телефон и всё время шевелит губами, будто беззвучно повторяет одну и ту же фразу. Потом он уронил телефон. Элис машинально наклонилась, чтобы помочь, но он поднял его первым. Их взгляды встретились. На долю секунды. У него были глаза человека, который хотел что-то сказать. И не решился. Потом загорелся зелёный. Люди вокруг двинулись вперёд, поток машин остановился, и обычная городская суета проглотила этот момент так быстро, будто его никогда не было. Элис больше его не видела. До сегодняшней статьи. — Эй, — позвала Мия. — Ты чего так побледнела? Элис моргнула и быстро заблокировала телефон. — Ничего. — У тебя очень плохое “ничего”. — Спасибо, я работала над ним всю жизнь. Мия прищурилась, но спорить не стала. Только медленнее поставила стакан на полку. Элис снова посмотрела на экран. Уже без разблокировки. Странное совпадение. Очень странное. Через несколько часов появился ещё один повод для тревоги. На этот раз совершенно случайно. Один из постоянных посетителей бара пришёл ближе к закрытию. Элис видела его раньше пару раз: спокойный мужчина, обычно брал тёмное пиво, сидел у окна и уходил, никому не мешая. Сегодня он выглядел иначе. Сел не у окна, а почти у стойки. Сначала заказал кофе. Через минуту попросил виски. Потом передумал и снова попросил кофе. Мия посмотрела на Элис через плечо, будто без слов спрашивая: “Ты тоже это видишь?” Элис видела. Мужчина постоянно оглядывался. Вздрагивал от каждого звука. Сжимал чашку так крепко, что костяшки пальцев побелели. Под глазами у него залегли тёмные круги, а взгляд всё время скользил к двери, к окнам, к пустым углам зала. — Всё нормально? — спросила Мия осторожно. Мужчина нервно усмехнулся. — Конечно. Слово прозвучало так, что даже оно само себе не поверило. Мия мягче поставила перед ним чашку. — Просто вы выглядите так, будто давно не спали. Он провёл ладонью по лицу. — Кошмары замучили. Элис, до этого делавшая вид, что протирает столик, замерла. Незаметно. Почти. — Кошмары? — переспросила Мия. — Да. Странные. Каждую ночь. Одно и то же ощущение, будто кто-то стоит рядом и ждёт, когда я открою глаза. Мия ничего не сказала. Элис тоже. Мужчина сглотнул. — И голос. В баре вдруг стало очень тихо. По крайней мере для Элис. — Что за голос? — осторожно спросила Мия. Мужчина пожал плечами, но плечи у него дрожали. — Не знаю. Я его не вижу. Просто слышу. Он говорит какую-то чушь. Про память. Про прошлое. Про то, что я должен что-то вспомнить. Пальцы Элис соскользнули со столешницы. Тихий звук был почти незаметным. Но Мия повернула голову. Элис не смотрела на неё. Она смотрела на мужчину. Потому что слышала это раньше. Не сейчас. Не от него. Но смысл был тем же. Слишком похожим. Мужчина вдруг поднял глаза и посмотрел прямо на неё. На секунду Элис показалось, что он её узнал. Хотя они никогда не были знакомы. — Вам тоже нельзя спать? — тихо спросил он. Мия напряглась. — Простите? Мужчина моргнул, будто очнулся. — Ничего. Извините. Он резко поднялся, оставил деньги на стойке и вышел так быстро, что колокольчик над дверью жалобно звякнул. Элис ещё несколько секунд смотрела ему вслед. Тем же вечером, в мотеле на окраине города, Дин бросил папку на стол. — Что у нас? Сэм сидел за ноутбуком, вокруг него уже лежали распечатки, фотографии и две пустые чашки кофе. — Четыре случая за полтора месяца. Сегодня появился ещё один. Дин тихо выругался и опустился на край кровати. — Отлично. Обожаю, когда счёт растёт быстрее, чем у нас появляются ответы. Джек поднял голову от книги. — Это убийства? — Пока неясно, — ответил Сэм. — Но есть закономерность. Он разложил фотографии. Разный возраст. Разные профессии. Разные судьбы. На первый взгляд между ними не было ничего общего. Абсолютно ничего. Кроме одного. — Все жаловались на одинаковые симптомы, — сказал Сэм. — Бессонница, панические атаки, странные сны, галлюцинации, ощущение, что за ними наблюдают. Дин нахмурился. — Демон? — Возможно. — Призрак? — Возможно. — Очень полезно. — Спасибо. Сэм проигнорировал его тон и придвинул одну из фотографий ближе. — Но есть ещё кое-что. Все жертвы начали вести себя странно за несколько недель до смерти. Замыкались в себе. Избегали людей. Сообщали о голосах, тенях и повторяющихся словах. Джек посмотрел внимательнее. — Каких словах? Сэм опустил взгляд в записи. И нахмурился. — Почти у всех фигурировала одна фраза. В комнате стало тише. Даже Дин перестал двигаться. — Какая? — спросил он. Сэм медленно прочитал: — “Ты вспомнишь.” Джек почему-то почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. Не страх. Скорее отголосок. Будто фраза была важной, хотя он не понимал почему. Позже вечером Элис закрывала бар. Мия уже ушла домой. Последние посетители разошлись. В помещении стало тихо. Слишком тихо. Элис выключила музыку, собрала стаканы со столиков и потянулась к выключателю. И вдруг заметила человека за окном. Мужчину. Того самого. Он стоял под дождём, неподвижный, промокший до нитки, и смотрел прямо на бар. По коже пробежал холод. Элис медленно подошла ближе. Мужчина выглядел потерянным. Испуганным. Сломленным. Будто несколько суток не спал. Будто уже не понимал, где заканчивается реальность. Его губы шевелились. Элис не слышала слов через стекло, но почему-то не могла отвести взгляд. В этот момент он поднял голову. Посмотрел куда-то вверх, в пустое ночное небо, и прошептал так отчаянно, что она скорее прочитала по губам, чем услышала: — Оставьте меня в покое… У Элис перехватило дыхание. Потому что она знала этот взгляд. Это был взгляд человека, который чего-то боится. По-настоящему боится. Она шагнула к двери. Хотела выйти. Спросить, всё ли в порядке. Сделать хоть что-нибудь, потому что стоять и смотреть было невыносимо. Её пальцы уже коснулись ручки. В этот момент свет мигнул. Всего на секунду. А когда вернулся — мужчины уже не было. Только дождь. Пустая улица. И Элис, так и оставшаяся стоять возле окна.