Кровь Мерлина & Бессмертие Салазара

Лето 1944 года. Лондон. Поезд остановился с протяжным скрипом, выпуская последний клуб дыма над платформой. Двери вагонов открывались одна за другой, и на перрон хлынул поток учеников Хогвартса, которые на несколько месяцев возвращались в обычный мир. Одни смеялись, обсуждая планы на лето, другие радостно бросались в объятия родителей, которые ждали их после долгого учебного года. Вокруг царила привычная суета — голоса, смех, обещания писать письма и встречи в сентябре. Том Реддл стоял немного в стороне от этого шума. Он спокойно поправил ремень чемодана, взял свои вещи и направился к выходу со станции. Шестой курс закончился. Ещё один год в Хогвартсе остался позади. Как и каждый год, его никто не встречал. Ни родителей. Ни друзей. Ни одного человека, который действительно ждал бы его возвращения. Но Том давно перестал обращать на это внимание. Одиночество не причиняло ему боли. Он давно понял, что большинство людей называют семьёй нечто, что лишь делает их зависимыми друг от друга. Они боялись остаться одни, боялись быть забытыми и поэтому цеплялись за любую связь, которая давала им ощущение безопасности. Том не нуждался в такой безопасности. Он сам был тем человеком, на которого хотел полагаться. Дорога до приюта Вула заняла больше времени, чем ему хотелось. Лондон встретил его привычным запахом сырости, угольного дыма и пыли от разрушенных зданий. Война изменила город. Там, где раньше стояли дома, теперь оставались груды кирпича. Окна многих зданий были заколочены или разбиты. Люди проходили мимо разрушений с усталыми лицами, словно постепенно научились не замечать то, что ещё несколько лет назад заставило бы их остановиться. Война стала частью их жизни. Дети росли среди звуков сирен. Взрослые привыкали к пустым полкам магазинов и тревожным новостям. Каждый день люди убеждали себя, что завтра будет лучше, даже если не имели никаких доказательств. Том наблюдал за ними с привычным спокойствием. Его всегда удивляло одно: люди могли пережить почти всё, но всё равно оставались рабами собственных эмоций. Когда он вошёл в знакомое серое здание приюта Вула, его встретила миссис Коул. Она стояла в коридоре с папкой в руках и несколько секунд молча смотрела на него. — Том Реддл... Вернулся. — Добрый вечер, миссис Коул. Она поправила очки и внимательно осмотрела его. За этот год он заметно изменился. Стал выше, увереннее, взрослее. В нём уже не было ничего от маленького мальчика, которого когда-то нашли в этом же здании. Перед ней стоял молодой человек с безупречными манерами и спокойным взглядом. Слишком спокойным. — Надеюсь, за это лето у меня не будет с тобой неприятностей? На губах Тома появилась лёгкая улыбка. — Разве я когда-нибудь доставлял неприятности? Миссис Коул нахмурилась. — Нет. Но рядом с тобой всегда происходит что-то странное. Том чуть склонил голову. — Возможно, мне просто не везёт. Она ничего не ответила. За годы работы в приюте она научилась чувствовать людей. Большинство детей были понятными. Их можно было рассердить, обидеть, успокоить. Тома Реддла было сложнее понять. Он всегда был слишком собранным. Слишком взрослым. Словно внутри него жило что-то, чего она не могла увидеть. Лондон продолжал жить войной. Днём улицы были наполнены движением: рабочие спешили на фабрики, солдаты проходили по улицам, женщины в форме выполняли обязанности, которые раньше считались исключительно мужскими. Газеты писали о событиях на фронте, а люди обсуждали новости с осторожностью, словно каждое слово могло изменить их судьбу. Но ночью город становился другим. Когда наступала темнота, окна закрывали плотными шторами, свет гасили, а улицы погружались в почти полную тишину. Только редкий звук шагов нарушал покой. А потом начиналась сирена. В ту ночь Том проснулся мгновенно. Он лежал в кровати и несколько секунд просто смотрел в потолок, слушая знакомый вой. Воздушная тревога. Через несколько мгновений по коридору уже разносились торопливые шаги. — Все вниз! Быстрее! В убежище! — кричала воспитательница. Двери комнат открывались. Дети выбегали наружу, сонные и испуганные. — Мне страшно... — Не отставай! Младшие дети держались друг за друга, пытаясь найти хоть какую-то защиту. Том медленно поднялся с кровати. — Том! — окликнула его воспитательница. — Ты идёшь или нет? — Уже иду. Он сказал это спокойно. Слишком спокойно. Спускаясь вниз, он смотрел на людей вокруг себя. Они боялись не только бомб. Они боялись собственной беспомощности. Их пугало понимание того, что они не могут контролировать происходящее. В убежище было тесно и холодно. Дети сидели вдоль стен, стараясь не плакать. Взрослые повторяли, что всё будет хорошо. Но Том видел правду. Они говорили это не потому, что знали. Они говорили это потому, что им было необходимо во что-то верить. Очередной взрыв заставил стены содрогнуться. С потолка посыпалась пыль. Несколько детей вскрикнули. Том даже не поднял головы. Его мысли были заняты другим. Смертью. Не самой смертью как событием. А её властью над всеми. Люди строили города, создавали армии, открывали новые знания, но в конце концов всё равно становились одинаковыми перед одним неизбежным концом. Том не принимал этого. Он никогда не принимал. Если магия существовала, значит, должны существовать ответы. Если другие волшебники соглашались со своими ограничениями, это не означало, что он обязан делать то же самое. Смерть была не законом. Она была задачей. А любую задачу можно решить. И именно поэтому он искал. Изучал. Запоминал. Потому что где-то среди забытых книг и запрещённых знаний существовал ответ. И Том Реддл его нашёл. Рассвет После окончания тревоги приют снова вернулся к обычной жизни.  Утром Том был примерным молодым человеком: вежливым, спокойным и воспитанным. Он помогал воспитателям, разговаривал с детьми и никогда не давал повода обвинить его в плохом поведении. Но это была лишь маска. За ней скрывался человек, который наблюдал. Каждый день. Каждый час. Он изучал людей так же внимательно, как изучал магию. Его интересовало не только то, что они делали. Его интересовало, почему они это делали. Почему толпа могла поверить одному человеку. Почему страх заставлял людей подчиняться. Почему люди предпочитали следовать за кем-то, вместо того чтобы самим выбирать путь. Для Тома это было не просто любопытством. Это было знанием. А знания всегда давали власть. Однажды вечером один из младших мальчиков по имени Питер случайно задел книги Тома на столе. Несколько старых томов упали на пол. Мальчик мгновенно побледнел. — Я... я не хотел, Том. Том медленно поднял взгляд. Он мог бы напугать его. Мог бы заставить сожалеть об этой ошибке. Но он уже давно понял одну вещь: истинная власть не всегда требует наказания. Иногда достаточно, чтобы человек сам боялся повторить ошибку. — Подними книги. Питер быстро наклонился и собрал их. — Будь осторожнее. — Да, Том. Когда мальчик ушёл, Том открыл одну из книг. На её страницах были не сказки и не обычные истории. Там были знания. Магия. Тайны, которые большинство волшебников предпочитало не искать. Он провёл пальцами по старой странице и задумался. Лето только начиналось. Впереди был Хогвартс. Дамблдор. Запретные коридоры. И ответы, которые он искал. Том Реддл ещё не стал тем, кем его запомнит история.Но он уже сделал первый шаг. И назад дороги не было.