Кровь Мерлина & Бессмертие Салазара

Геральт долго не хотел брать Сильвану на настоящую охоту. Не потому, что не верил в неё. Наоборот. Именно потому, что верил слишком хорошо. Он видел, что она умеет. Видел, как быстро учится, как чувствует движение противника, как читает следы и замечает то, что пропускают даже опытные охотники. Но он также видел другое. Как её магия реагировала на страх. Как в момент опасности она могла попытаться решить проблему силой, которую сама ещё не понимала. А ведьмак слишком хорошо знал цену ошибки. Одна ошибка на охоте могла стоить жизни. — Нет, — спокойно сказал он, когда Сильвана снова попросилась с ним. Она скрестила руки на груди. — Ты даже не подумал. — Подумал. — И? — Нет. Сильвана прищурилась. — Очень убедительный аргумент. Геральт затянул ремень на ножнах. — Ты хочешь пойти потому, что готова? — Да. — Или потому, что хочешь доказать, что уже взрослая? Она открыла рот, чтобы ответить, но замолчала. Потому что знала. Он попал точно. — Иногда ты ужасно раздражаешь, — пробормотала она. — Знаю. — И тебя это не беспокоит? — Уже нет. Цири, сидевшая у костра, тихо рассмеялась. — Вы действительно разговариваете как отец и дочь. Наступила тишина. Сильвана отвернулась. Геральт ничего не сказал. Но Цири заметила, как на мгновение изменилось его лицо. Он никогда не называл себя её отцом. Но иногда слова других людей попадали слишком близко к правде. Через несколько недель всё изменилось. В одном из северных поселений начали пропадать люди. Не торговцы. Не солдаты. Обычные крестьяне. Геральт нашёл следы возле леса. Большие отпечатки лап. Глубокие царапины на деревьях. И запах. Старый, тяжёлый запах хищника. — Это не волк, — сказала Цири. Геральт кивнул. — Нет. Сильвана присела возле следа. — Большой. — Да. — Опасный? Геральт посмотрел на неё. — Если бы был не опасный, меня бы здесь не было. Она вздохнула. — Ты всегда отвечаешь так, будто хочешь напугать. — Я всегда отвечаю так, будто хочу, чтобы ты вернулась домой живой. Сильвана ничего не сказала. Но эти слова она запомнила. Когда они углубились в лес, стало слишком тихо. Даже птицы исчезли. Геральт остановился. — Назад. Сильвана сразу напряглась. — Нет. — Сильвана. — Я не ребёнок. Геральт повернулся к ней. — Нет. Она удивилась. — Что? — Ты подросток. Он поправил ремень с мечом. — И именно поэтому я говорю тебе держаться рядом. Она хотела возразить. Но лес ответил за неё. Из темноты раздался рык. Не звериный. Слишком глубокий. Слишком разумный. Между деревьями показалось чудовище. Огромное. Его тело напоминало смесь волка и древнего хищника. Чёрная шерсть покрывала мощные лапы, а глаза горели жёлтым светом. Геральт медленно достал серебряный меч. — Неккер это не... Цири подняла свой меч. — Тогда что? Геральт не отрывал взгляда от твари. — Проблема. Чудовище бросилось. Первый удар принял Геральт. Он двигался быстро, почти невидимо. Серебряный клинок оставлял глубокие порезы на шкуре монстра. Цири атаковала с другой стороны. Она была быстрой. Очень быстрой. Но зверь был сильнее. Он отбросил её в снег. — Цири! Сильвана уже подняла руки. Геральт увидел это. — Нет! Она посмотрела на него. — Я могу помочь! — Я сказал нет! Но чудовище уже повернулось к нему. И тогда Сильвана поняла. Если она сейчас остановится — кто-то может погибнуть. Не из-за её магии. Из-за её страха. Она закрыла глаза. Вспомнила слова Геральта. Не подавлять. Не бояться. Контролировать. Когда она открыла глаза, мир изменился. Снег замер в воздухе. Ветер остановился. Звуки исчезли. Время подчинилось. Чудовище застыло в прыжке. Его когти остановились всего в нескольких сантиметрах от Геральта. Ведьмак медленно поднял взгляд. Он впервые увидел не вспышку силы. Он увидел контроль. Сильвана подошла к зверю. Не как маг. Как ведьмак. Она достала меч. Тот самый, который ей сделали в Каэр Морхене. Её руки немного дрожали. Но она не отступила. — Геральт сказал, что чудовище — это не всегда то, что выглядит страшно. Она посмотрела на зверя. — Но иногда чудовище просто остаётся чудовищем. Сильвана подняла меч. На секунду золотые линии на её ключице вспыхнули. «Сильвана Мерлин». Память о мире, которого она не знала. О человеке, который отправил её сюда. А затем она сделала движение. Один удар. Точный. Чистый. Как учили ведьмаки. Голова чудовища упала в снег. Время снова пошло. Тело зверя рухнуло на землю. Наступила тишина. Сильвана стояла неподвижно, всё ещё держа меч. Потом её ноги подкосились. Цири подбежала первой. — Сильвана! Она поймала её за руку. — Ты цела? Сильвана тяжело дышала. — Кажется. Она посмотрела на Геральта. — Он будет злиться? Цири посмотрела на ведьмака. — Очень. Геральт подошёл к ним. Несколько секунд он молчал. Сильвана приготовилась к выговору. Но вместо этого он сказал: — Хороший удар. Она удивлённо моргнула. — Это всё? — Нет. Он посмотрел на неё серьёзно. — Теперь ты будешь неделю слушать лекции Весемира о том, почему нельзя бросаться к монстру без приказа. Сильвана облегчённо выдохнула. — Значит, ты не злишься? Геральт посмотрел на неё. — Злюсь. Пауза. — Но горжусь больше. Она замерла. Потому что от Геральта эти слова значили больше, чем любые похвалы. Позже у костра Цири сидела рядом с Сильваной. — Знаешь, — сказала она, — ты всё ещё ужасно самоуверенная. Сильвана усмехнулась. — А ты всё ещё слишком много говоришь. Цири улыбнулась. — Значит, мы подходим друг другу. Геральт сидел напротив, чистя меч. Он смотрел на двух девушек и понимал одну простую вещь. Одна была ребёнком Старшей Крови. Другая — дочерью мага, которого никогда не знала. Обе несли силу, способную изменить мир. Но для него они были не пророчествами. Не оружием. Не легендами. Просто девочками, которых он должен был вернуть домой. И впервые за много лет Геральт подумал, что, возможно, судьба не всегда приходит, чтобы что-то забрать. Иногда она приходит, чтобы напомнить человеку, ради чего он всё ещё живёт.