Кровь Мерлина & Бессмертие Салазара

Рождение огня Ночь перед рождением была самой спокойной за последние месяцы. Именно это пугало Мерлина больше всего. Он привык к бурям. К крикам на полях сражений. К грохоту стали и к голосам тех, кто перед смертью произносил последние молитвы. Опасность обычно приходила громко. Она появлялась с армиями, знаменами и огнем. Но сейчас мир молчал. Слишком сильно. Даже лес за домом казался чужим. Деревья стояли неподвижно, словно кто-то приказал им не двигаться. Не было слышно ни птиц, ни зверей, ни даже привычного ночного ветра. Мерлин сидел у очага и смотрел на огонь. В его руках была книга. Старая. Настолько старая, что кожа на переплете потрескалась, а некоторые страницы уже невозможно было прочитать. Он открыл ее не потому, что искал ответ.Он знал, что ответов там не будет. Просто иногда человеку легче держать в руках старые тайны, чем признаться себе, что он ничего не может сделать. — Ты снова читаешь то, что уже знаешь. Голос Элис заставил его поднять голову. Она стояла у двери, придерживая живот одной рукой. Мерлин тут же поднялся. — Тебе нужно сидеть. Она улыбнулась. — Я не хрустальная статуя. — Я знаю. — Тогда перестань смотреть на меня так, будто я вот-вот разобьюсь. Он хотел возразить, но не смог. Потому что именно так он и смотрел. Элис подошла к нему и закрыла книгу. — Сегодня ты не маг. Мерлин посмотрел на нее. — Нет? Она покачала головой. — Сегодня ты просто мужчина, который ждет рождения своего ребенка. Он тихо усмехнулся. — Не уверен, что знаю, как это делать. — Никто не знает. Она взяла его руку и положила себе на живот. — Но ты уже делаешь всё правильно. Мерлин замер. Он почувствовал движение. Слабое. Почти незаметное. Но для него оно было сильнее любого заклинания. На мгновение исчезли Моргана. Исчезли войны. Исчезли пророчества. Остались только он и его дочь. — Она знает, что я рядом? — спросил он тихо. Элис посмотрела на него с теплотой. — Думаю, да. — Как? — Потому что дети чувствуют то, чего взрослые давно перестали замечать. Мерлин улыбнулся. — Ты говоришь как Гаюс. — Это оскорбление? — Нет. Он посмотрел на нее. — Это один из самых больших комплиментов. В Камелоте Артур стоял на стене. Снизу в темноте горели факелы патрулей. Он видел, как солдаты проверяют ворота, как рыцари готовят оружие, как город готовится к войне. Но мысли его были далеко. О Мерлине. О друге, который всю жизнь скрывал от мира, кем являлся на самом деле. О человеке, который мог получить всё, но выбрал тихий дом на окраине деревни. К нему подошел сэр Леон. — Ваше величество. Артур не обернулся. — Что случилось? — Разведчики нашли следы. Артур напрягся. — Люди Морганы? — Да. — Где? Рыцарь помолчал. — В нескольких милях от дома Мерлина. Несколько секунд Артур ничего не говорил. Затем медленно повернулся. — Сколько их? — Мы не знаем. — А Мерлин знает? — Пока нет. Артур посмотрел в сторону деревни. В его глазах появился гнев. Не королевский. Личный. — Тогда почему ты еще стоишь здесь? Леон склонил голову. — Потому что ждал приказа. Артур достал меч. — Мой приказ прост. Он посмотрел на рыцаря. — Никто не подходит к этому дому. Аларик стоял среди деревьев. Он видел дом. Одинокий. Тихий. За окном горел свет. Он мог войти. Мог выполнить приказ. Вернуться к Моргане и сказать, что нашел то, что она искала. Но что-то останавливало его. Он убивал людей. Видел смерть. Знал жестокость войны. Но здесь было иначе. В этом доме не было оружия. Не было армии. Только семья. Позади него появился другой воин. — Почему ты медлишь? Аларик не обернулся. — Она не сказала нам убивать. — Пока. Воин усмехнулся. — Когда Моргана получит ребенка, всё изменится. Аларик посмотрел на него. — Ты уверен, что она хочет ребенка? Воин промолчал. И именно это молчание сказало больше любых слов. Утро Когда первые часы рассвета начали приближаться, Элис проснулась от боли. Мерлин понял сразу. Не как маг. Как муж. Он был рядом мгновенно. — Началось? Она кивнула. На ее лице была боль, но в глазах не было страха. — Похоже, наша дочь решила, что достаточно ждать. Несмотря ни на что, Мерлин улыбнулся. — Уже упрямая. — В кого интересно? Он посмотрел на нее. — Не знаю. Элис подняла бровь. — Правда? — Хорошо. Он сдался. — В тебя. Она улыбнулась. За окном начал идти дождь. Первый за много недель. Капли ударяли по крыше, наполняя дом спокойным ритмом. Гаюс прибыл через час. Он сразу увидел лицо Мерлина и тяжело вздохнул. — Ты выглядишь так, будто собираешься сразиться с армией. — Это было бы проще. Старик покачал головой. — Конечно. Он положил свои вещи на стол. — Война с армией хотя бы имеет правила. Время потеряло значение. Мир сузился до одной комнаты. До голоса Элис. До тревожных шагов Мерлина. До дыхания человека, который впервые в жизни боялся не смерти. Когда он слышал крики чудовищ, он шел вперед. Когда видел врагов, он поднимал руку. Когда сталкивался с тьмой, он отвечал магией. Но сейчас он стоял за дверью и мог только ждать. И это было страшнее всего. Наконец раздался голос Гаюса. — Мерлин. Он замер. — Ты можешь войти. Дверь открылась. Мир остановился. Элис лежала на кровати. Уставшая. Счастливая. В ее руках был ребенок. Девочка. Мерлин не сделал ни одного шага. Все знания исчезли. Все пророчества. Все века магии. Он был просто человеком. — Подойди, — тихо сказала Элис. Он подошел. Медленно. Словно боялся, что этот момент исчезнет. Она посмотрела на него. — Познакомься. Мерлин посмотрел на дочь. И впервые за много лет не почувствовал тяжести будущего. Он почувствовал надежду. — Она маленькая, — прошептал он. Элис улыбнулась. — А ты ожидал дракона? Он тихо рассмеялся. Настоящим смехом. Таким, которого она давно не слышала. — Возможно. Он осторожно взял девочку на руки. И тогда произошло то, чего не ожидал никто. Не было грома. Не было вспышки. Не было разрушительной силы. Просто ребенок открыл глаза. И посмотрел на него. Но в этот момент свечи в комнате начали менять цвет. Огонь стал голубым. Где-то далеко, в глубинах Черных гор, Килгарра открыл глаза. Он почувствовал это. И впервые за много столетий древний дракон произнес имя, которого еще никто не слышал. — Сильвана. А далеко на севере Моргана проснулась от одного ощущения. Не страха. Не гнева. Осознания. Она посмотрела в сторону Камелота. — Нашла тебя... И в ту ночь война изменилась. Потому что теперь у нее появилась цель.