Дождь над старым дубом

Глава 4. Гроза над замком Прошёл ещё месяц, Хогвартс жил в напряжении, как натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент. Война приближалась, и даже стены старого замка, казалось, дрожали от предчувствия. Студенты шёпотом передавали новости извне: падения, атаки, исчезновения. В коридорах стало тише, смех слышался реже, но для Драко Малфоя и Лилит Розье эта война была не просто политической, она была личной. Их патрули стали регулярными, два раза в неделю они встречались в темноте, обменивались колкостями, смотрели друг на друга с ненавистью, которая с каждым разом становилась всё более живой. Они искали друг друга взглядами в Большом зале, следили друг за другом в коридорах, и каждый раз, когда их пути пересекались, воздух между ними искрился, как перед грозой. Студенты замечали это. Гарри Поттер как-то сказал Гермионе: — Ты видела, как они смотрят друг на друга? Это как будто они хотят убить друг друга взглядом. — Или поцеловать, - поправила Гермиона, задумчиво глядя на пару, которая стояла по разные стороны стола. — Я не могу понять, что именно. Рон фыркнул: — Малфой и Розье? Это как вода и масло, они взорвутся быстрее, чем мы успеем сказать «Люмос». Но никто не знал, что на самом деле происходило между ними, никто не видел их столкновений в тёмных коридорах, не слышал их голосов, которые дрожали от переполняют их их чувств.

***

Они шли по коридору Западной башни. Дождь хлестал в высокие окна, и капли стекали по старым камням, как слёзы. Лилит держала палочку наготове, но её взгляд был прикован к спине Драко. Он шёл впереди, и она ненавидела то, как её глаза следили за каждым его движением. Она замечала всё: напряжённые плечи, сжатые кулаки, резкие, почти агрессивные шаги. Парень был как сжатая пружина, готовая разжаться в любую секунду. — Ты так и будешь пялиться на меня? - бросил он, не оборачиваясь. — Я слежу за врагом, - ответила она, и голос её был холоден, как лёд. — Это моя обязанность. — Твоя обязанность смотреть по сторонам, а не на мою спину, - он остановился и резко обернулся, и в его серых глазах сверкнула молния. — Или тебе просто нравится то, что ты видишь? Лилит медленно подошла к нему, сокращая расстояние, пока между ними не осталось всего несколько сантиметров. Она смотрела прямо ему в глаза, и в её взгляде горела такая ярость, что Драко на мгновение замер. — Тебе кажется, что я могу найти в тебе что-то привлекательное, Малфой? - усмехнулась она, и в этой усмешке было столько презрения, что он почувствовал, как его внутренности скручивает в тугой узел. — Ты всего лишь мальчик, который боится собственной тени, и ты думаешь, что я могу посмотреть на тебя иначе, чем на кусок дерьма, который случайно прилип к моим ботинкам? Драко побелел, но не отступил. Он шагнул вперёд, сокращая расстояние между ними до минимума. Лилит не отступила, ведь не отступала никогда. Она видела, как дёрнулся его кадык, как сжались его челюсти, и это придало ей сил. — А ты девочка, которая не может признать, что её тянет ко мне, - ответил он тихо, почти шёпотом. — Ты думаешь, я не вижу, как ты дрожишь, когда я рядом? Как твои глаза ищут меня в толпе, а потом задерживаешь дыхание, когда я подхожу слишком близко? — Это от холода, - отрезала она, но её голос дрогнул, и он это заметил. — Ты не настолько важен, чтобы вызывать у меня дрожь. — Тогда почему ты не можешь смотреть на меня без этого огня в глазах? - прошептал он, и в его голосе появилась странная, почти болезненная интонация. — Почему ты каждый раз ищешь меня взглядом? — Потому что я хочу видеть, как ты страдаешь, - ответила она, и голос её был холоден, но внутри неё всё горело. — Твоё унижение - моё удовольствие. Я хочу видеть, как ты падаешь, сдаёшься. Я хочу, чтобы ты чувствовал ту же боль, что и я. Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья, только горечь. — Ты лжёшь себе, Розье, и это твоя самая большая слабость. Ты боишься, что я прав, и твоя ненависть просто маска для того, что ты не можешь контролировать. Ты не можешь ненавидеть меня так, как хочешь, потому что мы с тобой одного поля ягоды, Лилит, и ты это знаешь. Она не выдержала. Её рука взметнулась, схватила его за воротник мантии и притянула к себе, сжимая ткань в кулаках. Их лица были так близко, что она чувствовала его дыхание на своих губах, чувствовала запах его душного одеколона, как бьётся его сердце так же быстро, как и её собственное. Её дыхание сбилось, и она ненавидела себя за это. — Ты хочешь знать, что я чувствую, Малфой? - прошептала она, и в её голосе дрожала ярость. — Я чувствую отвращение, ненависть и желание стереть тебя с лица этой земли, но ни капли того, что ты хочешь увидеть. Ты - ничто и никогда не будешь для меня чем-то большим. Ты - просто ошибка, которую я должна исправить. Она оттолкнула его так резко, что он пошатнулся и ударился спиной о стену. Его лицо на секунду исказилось от боли. — Ещё раз коснёшься меня, - сказала она, поворачиваясь к нему спиной, — И я сломаю тебе руку. Но она не сделала ни шага. Она замерла, когда услышала его тихий голос. — Ты уже сломала мне что-то другое. Влезла в мою голову, и теперь я не могу избавиться от тебя. Это все твоя магия, дрянь? Она обернулась медленно, в её зелёных глазах мелькнул интерес. — Нет, - ответила она, и голос её был тихим, как шёпот ветра. — Это не магия, ты сам сделал меня частью себя, потому что у тебя ничего нет другого. Твоя жизнь пуста, Малфой. Ты придумал меня, чтобы заполнить эту пустоту, но я не буду твоим спасением. Я - твоё проклятие. Она развернулась и ушла, оставив его стоять в коридоре. Драко смотрел ей вслед, и его руки дрожали. Он хотел крикнуть ей что-то, остановить её, но слова застряли в горле.

***

Лилит ворвалась в гостиную Слизерина, тяжело дыша. Она чувствовала, как её руки трясутся, как в груди бьётся сердце, которое не желало успокаиваться. Её щёки горели, и она ненавидела себя за эту слабость. Астория сидела в кресле у камина с книгой в руках, но она тут же закрыла её, как только увидела подругу. Её глаза расширились, когда она заметила состояние Лилит. — Ты выглядишь как человек, который только что победил врага, - сказала она осторожно. — Или проиграл? — Я не играю, - отрезала Лилит, проходя мимо неё, но её голос дрожал. — Я воюю. — С кем? С Драко? - Астория покачала головой, откладывая книгу в сторону. — Ты воюешь с собой, Лилит, не можешь этого не заметить. Ты же видишь, что происходит между вами. — Я не хочу это видеть, - Лилит прижалась спиной к холодной стене, закрыла глаза и попыталась успокоить дыхание. — Он не должен иметь на меня такого влияния. Почему я не могу просто ненавидеть его так, как должна? — Потому что ненависть не всегда холодна, - ответила Астория мягко, подходя ближе. — Иногда ненависть - это другая сторона страсти. Ты чувствуешь его целиком, и это пугает тебя. Лилит открыла глаза. — Я не хочу этого чувствовать, - сказала она почти жалобно. — Я даже верить не хочу в этот бред. Он - чудовище, и я должна уничтожить все эти глупые чувства. — Но ты не сделаешь этого, - ответила Астория, подходя ближе и беря её за руку. — Ты не сможешь, потому что ты уже чувствуешь его, именно это делает тебя живой. Ты чувствуешь что-то настоящее, даже если это больно и разрушает тебя. Это лучше, чем пустота. Лилит смотрела на неё, и в глазах её появилась уязвимость, которую она так тщательно скрывала от всех. — Я переживаю, - призналась она. — Что если я позволю себе почувствовать это, то потеряю себя? — Может быть, - Астория пожала плечами, но в голосе её была уверенность. — Но может быть, ты обретёшь себя. Как говорится, никогда не узнаешь, если не попробуешь, ты всегда можешь отступить, если станет слишком больно. — Но я никогда не отступаю. — Я знаю. Но, - Астория улыбнулась, и в улыбке её была теплота, которая пробивалась сквозь холодную обстановку подземелий, — Может быть, это твой шанс научиться. Не быть идеальной, неуязвимой Лилит Розье, а просто быть собой. Лилит посмотрела на неё с благодарностью, которая переполняла её, но которую она не могла выразить словами. — Ты всегда знаешь, что сказать, - сказала она тихо. — Я всегда знаю, что сказать тебе, - улыбнулась Астория. — Потому что я знаю тебя, Лилит. Ты сильнее, чем думаешь, и с этим тоже справишься. Лилит кивнула, но в её груди всё ещё бушевала буря. Она подозревала, что чувствует к нему, и это дерьмо пугало её больше, чем любая война. Лилит боялась не его, а себя. Боялась, что однажды её ненависть превратится во что-то другое, и она не сможет контролировать данное чувство,  не могла позволить себе потерять контроль.

***

Ночью Лилит не могла уснуть. Она лежала в своей кровати, глядя в потолок, и чувствовала, как мысли возвращаются к нему, к его колючим фразочкам. Вспоминала его серые глаза, которые смотрели на неё с такой болью, что у неё сжималось сердце, а его руки дрожали, когда она держала его за воротник. Она перевернулась на бок, закрыла глаза, и снова увидела его. Блондин стоял в коридоре, смотрел на неё, и в его взгляде было столько чувств, что она заметила, как её собственное сердце разрывается на части. — Что ты делаешь со мной? - прошептала она в темноту. Но ответа не было, только шум дождя за окном, который всё не прекращался, и холод, который проникал в её комнату, как будто сам замок плакал вместе с ней. Она знала, что это не конец. Это было только начало, и что бы ни случилось дальше, она не могла позволить себе проиграть. Но она также знала, что он уже проник в её сердце тихо, незаметно, как дождь, который стучит по крыше. Со временем Хогвартс превратился в осаждённую крепость. Слухи о смерти Дамблдора ещё не подтвердились, но все знали, что что-то не так. Замок дрожал от напряжения, студенты шептались по углам. Учителя ходили с мрачными лицами. Война дышала в спину, все боялись исхода, но внутри Драко Малфоя и Лилит Розье прорастала внутренняя борьба, как сорняк, который невозможно вырвать с корнем. Патрули отменили, стало слишком опасно, участились нападения у окраин замка. Теперь эти двое встречались случайно в коридорах, в библиотеке, на лестницах, и каждая такая встреча была как удар током - внезапная, болезненная, от которой перехватывало дыхание. Со временем эти двое научились делать вид, что буря внутри них не имеет значения, но это была ложь, в которую оба продолжили пытаться верить. Она сидела в библиотеке в тот вечер, когда он вошёл. Не поднимая глаз, уже чувствовала присутствие блондина за мгновение до того, как он появился. Это словно стало привычкой, такой странный, почти магический зов, который заставлял её поднимать голову каждый раз, когда он оказывался рядом. — Ты снова здесь, - сказал он, останавливаясь у её стола. — А ты снова следишь за мной, - ответила она, переворачивая страницу. — Мы оба знаем, что это не случайность. Он сел напротив неё, даже не спросив разрешения. Она почувствовала, как внутри неё что-то дрогнуло. Лилит ненавидела то, как его присутствие действовало на неё. — Мне нужна книга, - сказал он. — И ты решил, что я покажу тебе её? — Ты единственная, кто знает, где что лежит. Ты проводишь здесь больше времени, чем в своей гостиной. — Я люблю тишину, - ответила она, поднимая глаза. — В отличие от тебя, мне не нужно постоянное внимание, чтобы чувствовать себя живым. Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Ты всегда такая колючая, Розье. — Ты всегда такой надоедливый, Малфой. Они замолчали, и тишина между ними была приятной, это была тишина двух людей, которые знали друг о друге больше, чем хотели бы признать. — Твой отец, - сказал он внезапно. — Он всё ещё в бегах? Она невольно сжала страницы книги. — Это не твоё дело. — Я знаю, - он пожал плечами. — Но я хотел спросить. Я просто... думал о нём. — Ты думал о моём отце? — Я думал о том, что бы я чувствовал, если бы мой отец был в бегах, - сказал он тихо. — Если бы я знал, что его ищут, чтобы убить, и каждое утро может быть последним. В его взгляде не было насмешки, только задумчивость. — Почему ты спрашиваешь? - спросила она. — Я хочу понять, - ответил он. — Как ты можешь быть такой сильной, когда всё против тебя? — Я не сильная, - сказала она. — Я просто не позволяю себе слабость. — Это одно и то же. Она не знала что ответить, лишь смотрела на него, и чувствовала, как внутри что-то меняется. — Ты не должен был спрашивать, - сказала она наконец. — Я знаю. Малфой ушёл через несколько минут, и Лилит осталась сидеть в тишине, но её мысли были уже далеки от книги…