Вопреки крови

Утро следующего дня встретило Королевскую Гавань туманом липким, серым, пропахшим солью и гарью. Ева стояла у окна своих покоев и смотрела, как внизу, во внутреннем дворе, суетились слуги. Кто-то готовил конюшни, кто-то тащил корзины с провизией, и весь этот механизм оживал с каждой минутой. Она знала, что сегодня прибудут Старки. Об этом говорили все, от последнего лакея до самого короля, который вчера за ужином пьяно провозгласил: «Нед! Наконец-то! Я соскучился по его кислой роже!» Ева позволила себе легкую усмешку. Старки. Северяне. Эти суровые люди с их древними богами и еще более древними традициями. Она слышала о них многое , о том, что они прямолинейны до глупости, что их честь это тяжелый груз, который они тащат за собой, как приговоренные. И о том, что Эддард Старк был единственным, кто осмелился бросить вызов Тайвину при дворе. «Интересно, - подумала Ева, заплетая свои длинные кудри в свободную косу, - насколько они похожи на свои легенды? Или за суровой маской прячется та же грязь, что и везде?» Она оделась просто, но со вкусом - темно-зеленое платье, которое делало ее глаза еще более темными, почти черными. Никаких драгоценностей, кроме маленького золотого кулона с львом, который подарил ей отец перед отъездом. Снаружи - скромность, внутри - сталь. - Он там? - спросила она у служанки, которая колыхалась в углу. - Королева приказала передать, что вы должны быть в тронном зале через час, миледи. Прибытие лорда Старка будет встречать сам король. Ева кивнула и направилась к выходу. Тронный зал гудел от напряжения. Роберт Баратеон сидел на троне, и в этот раз он был трезвее, чем обычно насколько это вообще было возможно для короля. Рядом с ним, как ледяная статуя в золотом, стояла Серсея. Её лицо было безупречным, но Ева заметила напряжение в плечах, едва заметное, доступное только тому, кто учился видеть такие вещи. Ева встала в толпе придворных, чуть позади, выбирая позицию, откуда было видно всё, но никто не замечал её самой. Она чувствовала на себе взгляд Тириона, тот стоял в другом конце зала, но его глаза, умные и насмешливые, скользили по залу с той же хищной внимательностью. Она слегка улыбнулась ему и отвела взгляд. И вот двери открылись. Герольд громко провозгласил их имена, и в зал вошли Старки. Ева сразу поняла, почему о них говорят как о людях с Севера, они несли с собой запах соснового леса и холода, даже здесь, в душной гавани. Эддард Старк шел впереди, прямой, как меч, с лицом, на котором годы чести вырезали глубокие морщины. Его глаза, серые, как зимнее небо, быстро окинули зал, останавливаясь на короле, на Серсее, на Джейми. Рядом с ним шла его жена - Кейтилин, чьи рыжие волосы горели, как осенний костер, а в глазах читалась настороженность. За ними дети. Ева пересчитывала их, запоминая лица: старший сын, Робб, уже почти взрослый, с таким же суровым выражением лица, как у отца. Две дочери - Санса и Арья. Одна - воплощение южной леди, с идеальными манерами и светлыми волосами. Вторая дикарка, с растрепанными патлами и глазами, которые сразу же начали изучать зал с дерзким любопытством. И был еще один - бастард. Джон Сноу, судя по всему. Ева заметила его почти сразу: он стоял чуть позади остальных, его лицо было мрачным, глаза теми же серыми, что у отца, но с какой-то глубокой, затаенной болью. «Интересно, - подумала она. - Бастард, которого все видят, но никто не замечает. Как удобно. Такие люди часто видят больше, чем те, кто стоит на свету». Роберт встал с трона с кряхтеньем, с тяжелым вздохом, и шагнул навстречу Неду. - Нед! - прогремел его голос, и в этом крике было столько искренней радости, что Ева на миг удивилась. - Ты приехал! Ну наконец-то! - Ваше Величество, - ответил Старк с поклоном, в котором не было ни капли подобострастия. - Дорога была долгой. - Долгой, говоришь? - Роберт хлопнул его по плечу так, что тот едва удержался на ногах. - Ничего, теперь ты здесь, и мы будем пить и вспоминать старые времена! Серсея, стоящая за спиной короля, смотрела на эту сцену с плохо скрываемым презрением. Её взгляд скользнул по лицам Старков и остановился на старшей дочери Сансе. Девочка была красивой, в этом не было сомнений: рыжеватые волосы, голубые глаза, идеальная осанка. Настоящая южная леди, рожденная не на Севере. И тут Серсея обернулась, встретилась взглядом с Евой и сделала то, чего Ева не ожидала. Она подошла к ней плавно, как хищница, и наклонилась к самому уху. - Приглядывайся, сестричка, - прошептала она, и в голосе её звучал яд, смешанный с насмешкой. - Уверяю тебя, ты выйдешь за старка. Твой отец это уже обсуждал с моим. Связь между Югом и Севером это выгодно. И ты же хочешь быть полезной семье, правда? Ева на миг оцепенела. Внутри неё поднялась волна такой холодной ярости, что она едва не сжала кулаки. «За старка? За какого-то дикого северянина с их снегами и их глупой честью?» Она улыбнулась широко, тепло, почти по-детски. Улыбнулась так, что Серсея на мгновение замерла, не понимая реакции. А потом Ева чуть склонила голову, словно принимая наставление. Но внутри неё звучал только один голос, холодный, стальной. «Лучше сдохнуть». Она повернулась к толпе и встретилась взглядом с тем самым бастардом, Джоном Сноу. Он смотрел на неё с лёгким удивлением, видимо, заметил, как королева шептала ей на ухо. Ева задержала на нём взгляд на секунду дольше, чем нужно, и улыбнулась, уже той улыбкой, в которой не было ни капли тепла. Джон нахмурился и отвернулся. А Ева уже переводила взгляд на остальных Старков, оценивая их, как товар на рынке. «Старки. Лорд Нед - честный дурак. Его жена подозрительна. Старший сын молодой, а значит горячий. Две дочери, одна глупышка, вторая дикарка. Бастард - скрытный и опасный. И все они семья, которую привезут на бойню, даже не подозревая об этом». Она сделала шаг вперед, грациозно и легко, и оказалась прямо перед Эддардом Старком. Она присела в идеальном реверансе, опустив ресницы. - Лорд Старк, - сказала она мягко, с той теплотой, которую могла включить по своему желанию. - Я Ева Ланистер. Дочь лорда Матиса. Добро пожаловать в столицу. Север так далек отсюда - вы, должно быть, устали с дороги. Если вам понадобится помощь в чем-либо, я буду рада быть полезной. Нед посмотрел на неё с той же настороженностью, с какой смотрел на всех Ланнистеров, но смягчился, увидев такие мягкие манеры. Он кивнул, сдержанно поблагодарил. Ева отошла назад, в тень колонны, и позволила себе снова посмотреть на семью Старков. Их было так много. Таких разных. Таких... наивных. «И они думают, что переживут этот город, - думала она, глядя на Сансу, которая с восторгом смотрела на Джоффри, не замечая его пустых, жестоких глаз. - Они думают, что их честь защитит их здесь. Глупцы. Но...» Она перевела взгляд на Арью, которая стояла, сжав кулаки, и с вызовом смотрела на Серсею. «...Но из них можно сделать что-то полезное. Если знать, как подойти». Ева улыбнулась и отвернулась, уже планируя, как она будет использовать эту семью. Как она будет казаться им другом. Как она будет говорить мягкие слова и давать правильные советы. И как, когда настанет час, она перережет нить, связывающую их с жизнью, если это потребуется. - Я не выйду за старка, - прошептала она одними губами, глядя в окно, где за серыми тучами пряталось солнце. - Я не выйду ни за кого, кого мне прикажут. Я буду выбирать сама. Или не буду выбирать никого. Но это будет моя воля.