Мы забыли свои имена.

Тишина прерывает тихим блеением овцы, что жевала траву неподалёку. В глаза бил солнечный свет. Неуверенно и дрожа, девушка поднялась на ноги. Вокруг никого только редкие деревья, цветы, да пара овец. Чуть дальше, ближе к песчаному берегу, слышно журчание воды. В голову сразу пришла мысль о том, что нужно делать. Вернее, это даже не мысль, а чёткое осознание на уровне тела. Будто всё, что нужно было, сделано ей уже сотню раз до этого момента. Подойдя к дереву, она спешно начала его лупить кулаками. Спустя несколько секунд, на земле лежал кубик дуба. Девушка продолжила ломать ствол, не оставляя ни одного блока. Затем она скрафтила из дерева доски, из них верстак и палки. Последние были объединены с досками на верстаке. После некоторых манипуляций получились деревянные инструменты. Несчастную овечку, что всё ещё бегала неподалёку, пришлось лишить жизни. Ничего не поделаешь. Либо у девушки будет шерсть, чтобы пережить ночь, но умрёт овечка, либо погибнет уже девушка в борьбе с монстрами, но овечка продолжит жить. Тихо встав на колени, она тихо прочитала молитву: — О, Всемогущий Нотч, отец этой Утопии. Да прости мне этот грех и прими эту несчастную душу, павшую от руки моей. Собрав с зависшей листвы, опавшие ветки и яблоко, девушка пошла добывать ещё деревья и шерсть. Попутно она садила саженцы на месте срубленных деревьев, оставляя себе излишки. Ей нужен дом, чтобы защититься от ночных монстров. Нет времени на подумать. Сначала нужно выжить. Она собрала достаточно дерева для основы маленького домика и немного песка для переплавки в стёкло. Нужен камень. Благо поблизости была гора с огромными кратерами, возле которых мирно паслись коровы. Добыча камня не вызвала трудностей. Несколько коров тоже пришлось убить, так как нужны шкуры для обуви и мешки. Закончив с этим, она побрела по острову, изучать местность. «Какое-то странное ощущение, будто я уже была здесь». Она шла по красивому полю синих цветов. Даже собрала парочку. Где-то в море девушка увидела что-то очень синее, похожее на осторовок, но не стала приближаться к неизвестному строению. До него слишком далеко идти и плыть. Горы преградили путь, и она решила их обойти, углубляясь вглубь острова. Путешественница нашла деревянный столб, срубила его и побрела дальше. Ещё один такой стоял совсем не далеко, а за ним ещё один и ещё. Стало понятно, что это не просто столбы, а деревья без листвы. Видимо кто-то срубил блоки листвы до прихода девушки. Это значило, что она на острове не одна. В душе теплилась надежда, а в голове звучали тревожные мысли. Кто знает, быть может намерения у этого "соседа" не совсем благие. Она увидела чей-то дом среди торчащих столбов. Он весь в паутине. Местами не хватало блоков камня и дерева. Стёкла и вовсе отсутствовали. Девушка зашла внутрь. Прозвучал тихий лай внутри. Чёрный волк сидел в заперти за железными решётками и скулил. Судя по наличию ошейника, он явно кому-то принадлежал. Хвост бедняги опущен – его давно никто не кормил и не лечил. Девушка села рядом, сломала железные прутья. Кроме них здесь ничего не было. Она помогла собаке встать на лапы и ей протянула сырой стейк. Пёс с охотой принялся есть угощение. – Тебя тоже бросили, да, малыш? – спросила она. Девушка осторожно посмотрела на ошейник но не могла найти имя. – Я буду звать тебя Найт. Уже вечерело. Путешественница стала быстро заделывать дырки в стенах, чтобы никто не ворвался в дом. Пёс послушно следовал за ней, куда бы та не шла. Будто признавал в девушке хозяйку. То, что он подчинялся командам, наводило на мысль, что возможно, собака приручена ей лично в прошлом. Но почему в голове не осталось об этом воспоминаниий? Верстак был поставлен в углу комнаты возле двери паралельно. Там сделала и поставила рядом печку. Чтобы не было темно, она переправила девево в древесный уголь, используя деревянный топор и дерявную кирку с лапатой и мечом в качестве топлива. Уголь и палка превратились в четыре факела, которые тут же был повешены на стены. Получив ещё немного уголя, она начала готовить мяско, попутно делая на верстаке себе каменные инструменты. За стенами дома слышалось рычание зомби, крокотание паука и хихикает ведьмы. Даже стук костей скелета. Эти звуки пугали. Что если они ворвутся в дом через одну из незакрытых щелей? Девушка переправила песок в стекло и осторожно, избегая встречи со взглядом монстров, аккуратно выламывал доски среди каменных стен и вставляла вместо них стёкла. В один момент Найт увидел скелета и с сердитым лаем побежал в его сторону, но тут же врезался в окно, поставленное девушкой. – Эй! Аккуратнее! Ну-ка сидеть. Пёс повиновался и сел. Девушка похвалила его, погладив по голове, и продолжила чинить дом изнутри. Закончив готовку и переплавку, она наконец-то, сделала себе кровать из боков шерсти и досок. Поставив их паралельно верстаку и печке с другой стороны от двери, уставшая, бедняга плюхнулась на мягкую удобную поверхность. – Найт, ко мне. Пёс повиновался и забрался на неё сверху, но ложиться не стал. Он спешно начал бегать по комнате, заинтересованый звуками снаружи. Вскоре, все шумы, кроме топата чёрных лапок и лая, утихли. Девушка уснула. Но даже во сне путешествентца не могла избавиться от навязчивого чувства дежавю.