Четыре желания

      — Я вырвалась, — выдохнула Алиса, хлопнув книгой по массивному дубовому столу. — У меня голова уже пухнет от этого доклада. Сказала, что в библиотеке книжки полистаю. Кто-нибудь знает о святом Августине?              — Каком именно? — жуя что-то, спросил Родион.              — Который жил в пятом веке. Аврелии.              — Не, не знаю, — сплюнул Родион косточку в небольшой пакет и уткнулся в телефон.              — А про какого знаешь?              Он отвлёкся от экрана и пожал плечами.              — Да никакого.              — И что за доклад такой? — спросила Вероника.              — Очень интересный, — саркастично протянула Алиса. — Мне на мозги Люба капает ежедневно. Ей кто-то сказал, что наша историчка валит всех докладчиков. Я решила: «Хорошо, так даже лучше». Если всех валит, значит, нет смысла стараться. А она как заведённая теперь. Ещё немного, и она поедет в Италию искать римские архивы, клянусь. Её просто не остановить! Никогда с ней больше не буду писать доклады.              — Зачем начала вообще? Необязательно объединяться с соседкой, — заметила Вероника.              — Я не знала! — беспомощно развела руками Алиса. — Мне казалось, так удобнее. Она как-то ни с кем не общается, я — тоже. А мы соседки. Удобно. Да и она опоздала на занятия. Кто же знал, что человек может написать объяснительную, а потом копаться в библиотеке, чтобы получить пятёрку?              — Смотри осторожно, — заговорчески улыбнулся Родион. — А то она как появится здесь.              — Если это случится, вы мне скажете.              — Ничего не обещаем, — покачала головой Вероника.              — Да не факт вообще, — отозвался Родион.              — Мы скажем, — смерил их серьёзным взглядом Саша. — Но мы тут не для Любы собрались. Что насчёт книги? Ты её читала летом?              — А, да, — вспомнила Алиса. Из её головы совершенно вылетела цель, ради которой они все собрались. — Я её пролистала вдоль и поперёк. Заклинания как заклинания, некоторые показались мне… странными, возможно… но они ничего плохого не делают.              — Чудесно, — всплеснул руками Родион и приподнялся, собираясь уходить, но Саша его опустил обратно на стул. — Да что? Ну если нет там ничего, что мы ищем?              — Кто сказал, что что-то должно быть? — спросил Саша.              — Да как сказать, — протянул Родион, усмехаясь. — Сколько ты знаешь именитых тёмных магов, у которых в биографии нет строчки: «Перебил деревушку неведов, чтобы доказать превосходство волшебников»?              — Нисколько, — согласился Саша. — Но что-то мне подсказывает, что тёмных магов намного больше, чем на страницах учебников. Болгары вот изучают тёмную магию в школе.              — Да, поэтому там однажды устроили резню.              — Это была не резня. И ученика исключили, — возразил Саша.              — А давайте о чём-то поприятнее, — попыталась прервать спор Вероника.              — Я о том, что тёмная магия может быть разной…              Алиса отвернулась. Её внимание привлекла группа студентов, ввалившаяся в библиотеку. Какие-то шумные ученики миновали вход и сели в дальнем углу, скрытом за полками почти ото всех. Один из парней положил большую чёрную сумку рядом со столом, облокотив её на ножку стула.              — Ой, так ты фанат тёмной магии? — наигранно удивился Родион. — Не знал.              — Не фанат, просто…              Студенты за дальним столом ничем не выделялись, кроме громкости голосов. И всё же Алиса поежилась. Ей казалось, что сумка подрагивает, но кто бы додумался пронести в библиотеку питомца.              — Руны, — прозвучал бас за соседнем столом, и Алиса вздрогнула, прислушавшись. — Недавно нашли какую-то новую руну. Ты не слышала? Ими пользовались маги эпохи…              — Ты однобоко смотришь на тёмную магию, — заметил Саша.              — Да ну. Особенно на заклинание, которое причиняет мучительную боль другому человеку. Моё любимое. — Родион поднял очки на макушку, обнажив презрительный взгляд.              — Ну руны и руны, — фыркнула девушка тоненьким голоском.              — Дак это, считай, язык древней магии. Представляешь, что можно с ними сделать?              — Только бы не добавили в программу, — прощебетала тоненький голосок, и тихий звук от поцелуя донёсся до Алисы. — Но ты же мне поможешь?              Неловкое бормотание третьего до этого молчаливого участника разговора заставило Алису скривиться.              — Вот, не только мне не нравится! — указала на неё Вероника.              Алиса растерянно оглянулась.              — Но вы мыслите очень… узко. Вся магия ведёт историю от древности. — Саша неотрывно смотрел на Родиона.              Алиса переключилась на дальний стол. Парень с сумкой опустил руку, медленно начав тянуть застёжку, пока что-то внутри колебало её, пытаясь выбраться.              — Надо под стол, — дёрнулась Алиса. — Никто её не слушал. — Под стол!              Громкий хлопок привёл всех в чувства. Алиса ударила по столу. Из сумки вылетели маленькие синие пикси, хихикая и щёлкая зубами. Алиса забралась под стол, и остальные последовали за ней. Топот прошёл через всю библиотеку вместе со звуком рвущихся страниц.              — Ответка! — громко крикнул парень, принёсший сумку.              — Дам я вам ответку, — топнула ногой библиотекарша, вышедшая на середину зала. — Акцио пикси! Брахиабиндо!              Не осталось звука рвущихся страниц и воплей, только попискивание пикси и скрежет их маленьких зубов. Когда Алиса выглянула из-под стола, она пересеклась взглядом с библиотекаршей, которая стояла напротив беспокойного клубка из синих телец, связанных друг с другом.              — Можешь не бояться и выходить. Эти мелкие… — сжала кулак библиотекарша. Она перевела взгляд на дальнюю часть помещения, где, встав ближе друг к другу, подрагивали от страха парни, протащившие пикси. — А их хорошенько накажут. Получат по самое не хочу. Выежёвни кочегаристые.              Алиса могла поклясться, что, будь здесь только нашкодившие студенты, без брани не обошлось бы. Она вылезла из-под стола и осмотрела помещение печальным взглядом. Большинство книг не пострадало, но обрывки некоторых страниц и перевёрнутые корешком вверх тома напоминали о погроме.              — А ну-ка геть сюда, — махнула библиотекарша, но студенты начали быстро собирать вещи, планируя сбежать. — Нет, вы здесь будете, голубчики. — И она поспешила к провинившимся.              Алиса села за стол вполоборота, всё ещё наблюдая за происходящим. Пока немногочисленные школьники, взбудораженные и шокированные, стояли с раскрытыми ртами и книгами в руках, нашкодившие студенты, спотыкаясь, выбегали, сталкиваясь друг с другом, в коридор. Библиотекарша, подняв палочку, поспешила за нарушителями спокойствия.              — Вот тру́сы, — выдал Родион, поправляя очки. — Нет бы отвечать за поступки. А они пришли, нагадили, и побежали. Идиоты. Раз уж выступили, так действуйте до конца.              — Это нам? — спросила Алиса. Она всё ещё грустно поглядывала на разбросанные книжки, которые никто не решался поднять, боясь нарушить установленную в библиотеке систему. — Они же из-за нас это сделали?              — Не удивлюсь, — ответил Саша. — И почему их тянет к библиотеке? Это не только ваша территория.              — Придурки, — не сдержалась Вероника. — Ну ничего, наша библиотечная крыска им по ушам надаёт. А нечего портить школьное имущество. В прошлом году ещё хорошо сделали, на полу нарисовали какую-то дрянь. А эти придурки, честное слово.              Повернувшись всем корпусом к столу, Алиса молча кивнула.              — Может такое быть, что это далеко зайдёт? — спросила она, опустив взгляд.              — Не думаю, — полный уверенности, ответил Родион. Алиса посмотрела на него. Родион достал из сумки черешню и уронил в рот, выкинув косточку после в пакет.              — Хотелось бы верить, — с сомнением в голосе прокомментировала Алиса.              — Нет, точно не зайдёт, — продолжил её уверять Родион. — Они ливнули же, знают, что получат. Другие не будут повторять.              — За главный зал никого там и не отругали, — заметила Алиса.              — Но в главном зале никого происходящее не коснулось, а здесь испортили книги, — парировал Саша. — Вероника правильно сказала: школьное имущество трогать нельзя. Как ты думаешь, кто решится повторить такой подвиг? И, напоминаю, мы тут собрались из-за книги, давайте к ней и перейдём.              — Да, точно. — Алиса открыла книгу на середине и повернула к друзьям. — Можете полистать, она не кусается, но ничего полезного я там не нашла.              Саша притянул ближе к себе том и стал листать. Он открыл страницу с их ритуалом и пробежал глазами по хорошо знакомому тексту.              — Если ты надеялся найти что-то новое, шиш тебе, мы вдоль и поперёк инфу вычитали. — Родион присвистнул, когда Саша перелистнул несколько страниц, остановившись на болотно-зелёном зелье с черепком. — Яд.              — И очень странный, — сузил глаза Саша, — потому что он никого не сможет отравить. В прямом смысле этого слова.              Родион опустил взгляд на страницу с описанием свойств и распахнул глаза, подняв очки.              — Это не яд. А череп нафига тогда?              — Судя по ингредиентам, — задумчиво протянул Саша. — Оно усыпляющее. — Он внезапно отклонился, хмуро глядя на рецепт. — Чем-то похоже на усыпляющее зелье. И свойства схожие. Но его изобрёл другой человек. Английский зельевар какой-то.              — Вот поэтому книжка бредовая, — заметил Родион.              — Может быть, и не бредовая. — заговорила Вероника, оторвавшись от экрана телефона. — Я слышала, что нет ничего уникального. Если бы кто-то не открыл что-то, был бы тот, кто это что-то открыл.              — Что ты несёшь, — протянул Родион, закатив глаза.              — Захлопнись, а. — Вероника села прямо на стуле, показывая пальцами молчать. — Сам посуди. Это имеет смысл. Все открытия были в двух экземплярах с разницей в несколько лет. Мы знаем только тех, кто вошёл в историю, но на другом конце планеты другой человек, — не связанный, естественно, с первым, — делает то же самое. Коннект!              — Твоя взяла. Эта книга, — Родион зачем-то поднял книгу за корешок, наигранно внимательно рассматривая обложку. — Да, точно, века так пятнадцатого.              — Усыпляющее зелье было открыто… — уточнил Саша.              — Спасибо, кэп, — отмахнулся Родион. — Этой книжке не больше сотни лет. Видишь яти? Я тоже не нахожу.              Саша нахмурился, выхватив книгу из рук Родиона и с хлопком положив на стол.              — Даже закрывая глаза на твою выходку, — начал Саша, — ты прав. — Он повернулся к Веронике. — Это зелье отличается от усыпляющего. Более того. — Пытливый взгляд направился в скорое путешествие по страничке. С каждым прочитанным словом он всё сильнее мрачнел. — Мне кажется, оно похоже на ещё одно. Здесь намешаны ингредиенты и для усыпляющего зелья, и для напитка живой смерти.              — Ну, они чем-то похожи, я бы не удивился, — пожал плечами Родион.              — Учи матчасть. У этих двух зелий из общего в ингредиентах только Валериана. — Саша перелистнул на последние страницы и стал читать выведенную рукой надпись, в которой говорилось о подарке. — Алиса, напомни, откуда у тебя эта книга?              — Да нашла в бабушкиных вещах, — пожала плечами она. — Что-то не так?              Саша поставил книгу на стол, повернув лицом к Алисе. Его палец несколько раз стукнул по имени Василий Чернак, стоящий подписью под небольшим поздравительным текстом.              — Ты знаешь это имя?              — Понятия не имею, — повела плечами Алиса. — Пыталась найти, но у меня не получилось.              — Слабо старалась, — хмыкнул Родион.              — Спасибо за твоё важное мнение. Обязательно учтём, — подмигнула Вероника и посмотрела на взволнованного Сашу, уже набирающего в телефоне поисковой запрос. — Тебе не стоит так напрягаться, — аккуратно обратилась она к нему, проведя рукой по чужому плечу. — Один из клёвых любовников моей мамы когда-то сказал: «Будь как птица, когда наступает зима: улетай на Юг». Может быть, не надо нам париться по этому поводу? Тот любовник только потом улетел от мамы в Африку, но он хотел помогать бедным детям, ему простительно.              Сочувствующе Алиса взглянула на Веронику, которая непонимающе наклонила голову.              — Обязательно последую совету, — одобрительно похлопал по другому плечу Сашу Родион. — Лети в Африку.              — Ничего нет, — поглощённый своим поиском, ничего не слышал Саша. — Ни одного упоминания имени.              — А я говорила, — пожала плечами Алиса.              Зашелестел пакет, выглядывая из рюкзака Родиона, который полез за очередной порцией черешен. Он встретился взглядом с Алисой и указал небольшим кивком на ягоды, вопросительно поднимая брови.              — Какая странная книга, — пропадал в шелесте страниц голос Саши.              — Ты будешь? — уже передав ягоду через стол Алисе, обратился Родион к Веронике. Покривив лицо, она всё-таки кивнула и протянула руку прямо перед лицом Саши. Туда уже начал пересыпать часть черешен Родион. — Столько хватит?              Вероника другой рукой показала «OK», а затем большой палец.              — Ребята, вы можете мне не помогать, но можно же и не мешать, — оторвал возмущённый взгляд от страниц Саша.              — Можем и помочь, — дёрнулся Родион. — Скажи только, что тебя смущает, старик.              И он начал натоптывать какую-то мелодию, знакомую только ему, напевая себе под нос иностранные слова.              — Да всё смущает! — взорвался Саша.              И тут хлопнули входные двери. Громко топая, библиотекарша прошла до другого конца помещение и села за стол, что-то чёркая на бумажках.              — В этой книге всё не так. Вот возьмём это зелье. Для его приготовления нужны те же ингредиенты, что для усыпляющего зелья и напитка живой смерти вместе взятых.              — Ничего не имеем против его самоидентификации, — хмыкнул Родион, но притих под серьёзным взглядом Саши. Только Вероника, сплёвывая в корзину неподалёку, показала ему одобрительный большой палец.              — Не в этом проблема. Его свойства такие же… То есть, оно усыпляет того, на кого воздействует, лишая внешних признаков… — Тут Саша остановился, уходя в мысли. Через несколько секунд его рука столкнулась со лбом, выдав звонкий хлопок. — Я идиот, — протянул Саша, прямо на глазах опускаясь ближе к столу. Ребята переглянулись, не прерывая его. — Я идиот! — воспрял Саша. — Нет, такого быть не может… — И он снова мрачно уставился в книгу.              — Гении иногда тоже ошибаются, поверь, такое может быть, — поддержал Родион.        — Да заткнёшься ты сегодня? — раздражённо буркнул Саша. — Какого года эта книга? — Он снова обратился к Алисе, которая уже привычно пожала плечами. — Ничего не знаешь? Ты вообще хоть чем-то полезным занималась летом? — Алиса притихла, сконфужено уставившись на стол перед собой. — В этой книге нет ятей. Да ей не больше ста лет. Но почему тогда это так?              — Брат, может, ты начнёшь объяснять нам, а не задавать вопросы? — спросил Родион.              — Да не сходится. Это зелье, если так подумать, использовалось бы в веке так тринадцатом, не знаю. В общем, оно старее усыпляющего. Но не сходится. — Саша закрыл книгу, уставившись перед собой с прилепленными к голове руками.              — Тогда, может быть, зелье не из тринадцатого века? В это легче поверить, — сказал Родион.              — Магия устроена, как и любая система. Она развивается от более простых форм к более сложным, как экономика, наука и язык. Всё становится сложнее. Это закон природы. — Саша всплеснул руками. — Так и с зельями. Раньше они были проще, но потом начали изобретать новые, система распадалась, становилась сложнее. Одни зелья сменяли другие. У всякой магии один исток, так и у прародителя усыпляющего зелья и напитка живой смерти один.              — Молодец, умник, — саркастично выдал Родион. — Тогда как ты объяснишь, что у усыпляющего зелья так-то есть автор?              — Одно другому не мешает, — отмахнулся Саша. — Создатель же тоже основывался на каких-то знаниях о тех зельях, которые использовали в его время. Всё подвержено правилу преемственности.              — А если переписанное? — аккуратно влезла Алиса, привлекая к себе внимание поднятой рукой. — Книгу подарили моей бабушке, но откуда эти зелья, мы не знаем.              — Это точно не современная магия, — заключил Саша. — Но у нас нет автора оригинала. Только Чернак, о котором ничего не понятно. Всё упирается в Василия.              — А имя-то знакомое, — Родион тут же выпрямился. — Так, мы ещё не решили с этим. Ты хочешь сказать, что этим зельям больше… — Родион закатил глаза, что-то шепча. — Да быть не может. Им лет восемьсот?              — Мне так кажется, — пожал плечами Саша.              — Нифига себе, — протянул Родион удивлённо.              Все замолчали. На миг появившийся крючок тут же оборвался, и Алиса взяла книгу, чтобы убрать обратно в сумку.