Четыре желания

      Открытая война между факультетами набирала обороты. В разных частях школы звучали её отголоски перебранками недовольных студентов, подбрасыванием друг другу вредных сладостей, магических хлопушек, подливанием шуточных зелий и невинными дуэлями. Всё это не шло ни в какое сравнение с разгромом библиотеки, за которую вышедших из-под контроля школьников отчитали и заставили родителей расплатиться. Серьёзные разборки закончились, уступив глупым розыгрышам, на которые преподаватели не обращали внимания.              — Могла бы и подбросить кому-нибудь хлопушку, — не без претензии сказала однажды Вероника.              Они с Алисой только выходили из столовой на заднем дворе. Посреди учебного дня студенты спешили на занятия, не замечая никого даже прямо перед своим носом. Вероника за край рубашки отвела Алису в сторону, на угол перекрёстка.              — Я не буду этим заниматься.              — Ну давай, — заканючила Вероника. — Ну бахни одну. Совсем одну.              — Нет.              — Ты сказала, что твоя вредная соседка отцепилась. Можно и бахнуть одну.              — Причём здесь это?              Вероника задумалась.              — Больше… свободного времени?              Алиса закатила глаза, поворачивая к школе.              — Мне пора, — кинула через плечо она и открыла расписание в телефоне. — Происхождение магии, — устало протянула Алиса. — Хорошо.              Она прошла мимо теплиц, к основному крылу, где зашла через заднюю дверь и свернула на узкую лестницу, откуда вышла к стройному ряду шкафов со статуэтками, табакерками, тарелками, книгами. Коридор заканчивался огромной дверью, которую Алиса проигнорировала. Она свернула и наткнулась на двух перешёптывающихся младшекурсников. Мальчишки нервно поглядывали на двери, иногда прислушиваясь к громким голосам.              — Заблудились? — подошла к потеряшкам Алиса. Она перевела взгляд с одного мальчишки на другого.              — Нет, — мотнул головой первый и вперил в неё самоуверенный взгляд.              — Хорошо, — пожала плечами Алиса. — Но, если вдруг вам это когда-нибудь понадобится, ну вдруг… По той лестнице, — указала она туда, откуда пришла, — можно выйти на улицу.              Алиса отошла, и, как только она открыла дверь в свою аудиторию, по коридору прошёл топот ног. Мальчишки пропали за углом. Алиса хлопнула дверью.              Три ряда столов были заняты почти полностью. Алиса попыталась найти взглядом Любу, но та уже разговаривала с одногруппницей, сидя за одним столом и смеясь. Тогда Алиса свернула на первый ряд и заняла место рядом с малознакомой новенькой девочкой с растерянным взглядом суженых глаз и тёмными косичками, в которые были вплетены яркие ленточки.              — Привет? — неуверенно обратилась Алиса.              — Привет, — нервно, с явными признаками иностранного акцента ответила девушка.              — Как жизнь?              Бодрый настрой Алисы пропал, как только с неловкой улыбкой на лице незнакомка кивнула несколько раз.              — Я спрашивала о твоём настроении, — уточнила Алиса. — Но тут всё и так понятно.              Дверь резко отворилась, и на пороге появилась статная женщина со вздёрнутым подбородком и пышными волосами, спутанными волнами спускающимися по плечам. При каждом шаге её пряди игриво подскакивали, что совершенно противоречило гордой осанке и сжатым в тонкую линию губам.              — Ну так, — начала с расстановкой преподавательница, встав в центре аудитории. — Все готовы? Напомните ли, где мы остановились?              Зашелестели страницы, корешки тетрадей застучали, и с разных сторон посыпались фразами кусочки конспекта.              — Хорошо, Бог с вами, начнём новую тему. — И преподавательница пустилась в долгие размышления о природе магии.              По поверхности листа скребла ручка, выводя как придётся буквы. Алиса краем глаза видела, как соседка по парте заглядывала к ней в тетрадь, и это раздражало. Они встретились взглядами. Иностранка отвернулась. Снова заскрежетала ручка.              — Так и будешь пялиться? — агрессивным шёпотом спросила Алиса, подловив второй раз.              Иностранка что-то сказала на другом языке, картаво и прерывисто, но при этом мягко. Алисе просто не было что возразить.              — Вы можете поделиться со всеми, — громко обратилась преподавательница.              Всё сжалось в Алисе. Она нерешительно посмотрела на преподавательницу и медленно поднялась. Иностранка, беспомощно озираясь, скорее интуитивно поняла, что ей тоже надо, и встала. Все взгляды устремились на них. Преподавательница изогнула бровь.              — И где вся ваша спесь? — спросила она. — Почему все всегда замолкают? Я даю возможность выговориться, а все молчат. Говорите же.              Но Алиса кусала губы, не решаясь даже пискнуть. И тут тихонько раздался голос слева:              — Я. — Иностранка приподняла руку, неловко, осторожно. — Я.              — А, — поняла преподавательница, устало вздохнув. — Что мне с тобой сделать? Ты понимаешь меня, да? Сложно тебе, наверное. А ты? Простите, да, садитесь. Что делать-то?              Рука преподавательницы дёрнулась к подбородку. Алиса села, и соседка по парте тоже. Занятие вернулось к теме магии. Происхождение тёмной, светлой… Алиса смущённо смотрела на полупустой лист, а щёки покрылись мягким румянцем.              — Спасибо, — тихо сказала она.              — Амина, — ответила иностранка, и Алиса непонимающе на неё уставилась. — Я Амина.              — Алиса.              Занятие потекло дальше. Размышления о природе магии, её сути и заклинаниях быстро смешались в голове Алисы в единую кашу, которую она не хотела расхлёбывать. Всё было слишком сложно, и в конце занятия она просто захлопнула тетрадь, встав из-за стола и выйдя в коридор. Последнее занятие, как всегда, принесло облегчение.              — Он завалил в прошлом году финансы, так ему всё равно оценку поставили. — За цветком, не защищающим от сплетен, стояла Люба, а рядом с ней устроились её новые подружки. — Вот, что делает фамилия. — И она цокнула.              — Дал же кому-то Бог родственников, — разочарованно протянула подружка по правую сторону от Любы, потирая очки с круглой оправой. — Если бы я была из их рода…              — Избалованный богач, — отчеканила девушка с левой стороны, держа руки скрещенными на груди, но изредка убирая ими непослушную чёлку со лба. — Потомок той самой Анастасии.              Поняв, о ком идёт речь, Алиса уже повернулась, чтобы спешно покинуть общество сплетниц, но Люба её заметила и, свистнув, окликнула:              — Эй, соседка. А ты вовремя!              Бежать уже было некуда. Алиса развернулась одним круговым движением и подошла к Любе, подтянув спадающую сумку с тетрадями.              — Ты что-то хотела?              — Ещё как! — воскликнула Люба и зачем-то тут же понизила голос, словно её не слышали уже все, кто мог. — Скажи, ты подружка Романова?              — Какого? — переминаясь с ноги на ноги и не смотря на Любу, спросила Алиса.              — Не тупи, Родиона, конечно. Ты знаешь ещё Романовых?              Алиса пожала плечами и коротко ответила:              — Фамилия не такая уж и редкая.              — Да, да, но мы говорим о Родионе. — Люба отмахнулась и, наклонив голову, попыталась заглянуть Алисе в глаза. — Да не стесняйся ты. Один вопрос. — Алиса подняла на неё уставший взгляд. — Всего один, мучить не буду. Так вот, скажи по секретику, если несложно: ставят же Романову за так оценки? Ну ставят же. — Алиса стойким оловянным солдатиком стояла и прямо смотрела на Любу, хотя её рука, лежащая на ремешке сумки, подрагивала. — Ставят.              — К нему… особое отношение, — уклонилась Алиса.              — Называй вещи своими именами, — презрительно посмотрела челкастая подружка Любы. — Он блатной. Не чета среднему классу.              — Да какие классы. — Но слова Алисы потонули в общем гуле возмущений системой образования.              — Да они все там блатные!              — А он блатнее всех!              Алиса под шумок попыталась уйти, но Люба ловко перехватила её за руку.              — Ты не уходи. — Люба смотрела на своих подруг, почему-то продолжая удерживать Алису, которая уже, впрочем, никому здесь не была интересна. — Да не ёрзай ты!              И Алиса молча встала, переминаясь. Усталость тянула её к общежитию.              — Хорошо быть в свите, — произнесла вслух подружка в очках и уставилась на Алису.              — Что?              — В свите Романова. Круто быть. Не поругают.              Взгляд очкастой как-то недобро блеснул, и Алиса выдернула руку, поспешив уйти.              — Бежит, потому что правда, — полетело вслед от челкастой, и девочки рассмеялись.              — Сами вы свита, — гневно прошептала Алиса.              Следующий день, обещавший быть наполненным бессмысленными уроками, наступил чересчур быстро. Алиса с Любой игнорировали друг друга, Амина пыталась сблизиться со своей новой соседкой по парте. Когда занятия почти кончились, директриса освободила их группу от занятий и увела на полупустой стадион, где несколько команд по квиддичу, летая на мётлах, перекидывали друг другу, отбивали и ловили мячи разных мастей. Алиса протолкнулась к верхнему ряду и села рядом с Сашей, которого заприметила ещё на входе на трибуну.              — Кто побеждает? — закинув сумку на колени, спросила Алиса. Она неосознанно смотрела на игроков, следя исключительно за тем, как закидывают мяч в кольцо.              — Пока наш. — Алиса непонимающе посмотрела на поле, но тут различила гордо выпрямившуюся фигуру Родиона. На него указал и Саша. — Но математики могут переломать счёт. Если ловец поймает снитч.              Саша так отчётливо произнёс последнее слово, что Алиса не сдержала улыбки.              — Ловец? Это?..              — Он что-то вроде главного. Если поймает снитч, то они победят.              — Автоматически?              — Не совсем, там дело в том, что добавят большое количество очков и… — Саша прервался, не видя особой заинтересованности на лице Алисы. — Хочешь расскажу забавный факт?              — Хочу, — оживилась Алиса.              — Англичане думают, что мы летаем на дубах. — Саша поднял ладони перед собой, показывая что-то толстое и мощное. — С корнями выкорченные там, со всем таким. И летаем. Играем.              — Серьёзно?              — Точно так, — кивнул Саша. — Это пошло после шутки одной. Однажды мы решили устроить чемпионат, в котором использовали реальные деревья. Так, смеха ради. А в это время тут был волшебник, который решил, что это нормально. Слух разошёлся по Англии и остальной Европе. Факт прицепился и стал как бы непреложным. Забавно, да?              — И откуда ты всё знаешь? Мы только проходим происхождение магии, а ты уже в курсе, откуда всё и зачем.              — У вас есть такой курс? — резко отвлёкся от игры Саша. — И ты нам не сказала?              — А вам он был нужен? — растерялась Алиса.              — Это же прекрасная возможность спросить о ритуале! — воскликнул Саша. — Подойди к ней и узнай, нам же как раз нужна помощь.              — Не-е-ет, — протянула Алиса, вжимая голову туловище. — Ни за что. Я не могу ей показать книгу.              — Можно и показать, сказать, что стало любопытно. А можно и не показывать. Спроси просто о заклинании. Не знает ли она что-нибудь о нём. Скажи, что где-то услышала и тебе стало любопытно. Что угодно.              Алиса отвернулась на стадион, сглотнув. По полю ещё летали на мётлах студенты, а мячи неосторожно летели на трибуны, чтобы в последний момент их ловили игроки. Всё это выглядело очень ненадёжно, и руки Алисы дрожали, когда она думала о том, чтобы спросить учительницу, да и не просто о чём-то, а о каком-то ненадёжном ритуале, который они провели. Мяч на всей скорости полетел в их с Сашей сторону, но Родион перехватил раньше, чем в кого-то попали.              — Не боись. Родион Романов всегда рядом.              И он подмигнул Алисе, улетев на поле. Она только провожала его взглядом широко раскрытых глаз. А потом несколько раз моргнула.              — А ловец уже полетел, — заметил Саша.              На поле, разогнавшись, догонял серебристый шарик блондинистый парень в форме факультета магической инженерии. Он стрелой просвистел мимо трибуны и начал кружиться, набирая высоту. Снитч вилял, не даваясь так просто в руки, а игрок из команды Родиона едва поспевал за противником.              — Будет жарко, — прокомментировал Саша.              Ловец тянулся к заветному шарику, поблёскивающему на солнце. Он напрягся, кряхтя и чуть продвигаясь на метле вперёд, ближе к концу. Алиса зажмурила глаза. «Опасно», — вырвалось у Саши. Свист продолжал раздаваться в воздухе.              Грохот заставил стадион замолчать. Алиса широко открыла глаза. Одна из балок, оторвавшись от трибун, с треском упала на едва успевшего увернуться ловца. Его соперник, ни на секунду не теряя бдительности, юркнул под балкой и перехватил снитч. Взрыв аплодисментов заглушил удар крепления о землю, и все начали вставать. Лишь первые ряды любопытно перегибались через перила, не упуская ничего. Проигравший ловец держался в воздухе, и его искажённое лицо надолго отпечаталось в памяти сокомандников. Они подлетали к другу, трепали по плечу, не находя лучше средства, чтобы успокоить.              Когда Игроки начали подлетать к земле и спрыгивать, на поле также подтянулись преподаватели. Они осматривали балку, пытаясь найти видимые повреждения, но только пожимали плечами. Простая случайность, определившая победу одной из команд.              — Судьба! — выбежал из раздевалки Родион.              На выходе его уже ждали друзья, и он пожал руку Саше и подмигнул Алисе.              — Как я тебя спас? Видела, а?              — Точно, — неловко кивнула Алиса и различила сквозь возмущённый бубнёж команды противника гневное: «Это несправедливо» от ловца.              — В мире вообще много несправедливости, — мелодично протянул Родион. — Давайте, не стоит вам тут задерживаться. — Он подтолкнул друзей на тропу, которая вела от раздевалки прямиком к школе. — Нас тут заклюют.              — Это настолько серьёзно? — нахмурилась Алиса.              — Это спорт, — прыснул Родион. Он снял очки с майки и набросил на глаза. — Здесь всё серьёзно. Взрослые устроили спорище на поле. Да они там глотки друг другу перегрызут. Кто прав? Может быть, аннулировать результаты? Случайность или намерение? — На последних словах Родион заговорчески наклонился в сторону друзей и опустил очки, обнажая не слишком обеспокоенный взгляд. — Даю пари, — выпрямился Родион, — они ничего не аннулируют. Доказательств мухлежа нет, да и никого не пришибло. Ловец отказался проверяться, но по нему и так видно. Сломал бы руку — не воротил бы нос. А наш только рад возможности показать себя.              — Это нечестная игра, — внёс свои пять копеек Саша. — Сам посуди, никто не мог ожидать того, что стадион начнёт ломаться. Я всё понимаю, но это…              — Это закон выживания, — снова песенно протянул Родион. — Не будь душнилой. Наш ловец подстроился, а их — продул. Всё честно.              — Мы подростки, а не профессиональные игроки.              — Откройте окно, откройте окно! — заголосил Родион и устало вздохнул. Он повернулся лицом к Саше, не переставая шагать, только теперь задом наперёд. — Правда в том, что наш справился. И не надо тут быть профессионалом. Адьос, господа. До следующего матча или нападения.              Родион повернул на развилке к школе, Алиса с Сашей же застыли перед двумя дорогами.              — У меня нет занятий, — прервала тишину Алиса.              — И у меня. — Они переглянулись. — Можем дойти до твоего общежития.              — Как скажешь.              И они медленно двинулись по дороге под долгий монолог о том, почему Родион совершенно не прав в своём взгляде на эту игру.