Мрак забвения

Мрак не зовет — он дожидается.

      Страх захватил Арвен. Ладони вспотели, а сердце бешено стучало. Нет, она сильная, она справится. Но тело не слушалось. Властные мужские руки обнимали ее за талию, поцелуй становился все глубже. Он обжигал, погружал в неизведанную бездну. Ноги подкосились, и Арвен ничего не могла с этим сделать. Запах демона одурманивал: плотный аромат стиракса ударял в нос, но в то же время веял сосредоточенностью, порядком. На глазах навернулись слезы, которые медленно стекали по щекам, дрожь охватила все тело, она не могла это контролировать. Все казалось дурным сном, наваждением. Похоже, это длилось целую вечность, потому что Арвен поняла, что небо стало еще темнее, а вокруг разрасталась давящая тишина. В ушах звенело, в горле пересохло, руки беспомощно болтались, не могли найти опору. Ведь к демону она ни за что не прикоснется добровольно.       В это время в голове пульсировала только одна мысль: что будет с Роуз, как она сейчас там. Остальное было уже неважно. Она это делает ради нее, потому что так надо.       Слезы защипали глаза, когда в голове появился образ сестры: такой веселой и беззаботной. Она была готова отдать все, лишь бы та была счастлива. Но какой ценой.       А этот демон только выполняет свою работу, не более. Но от чего так горько? Наверное, от того, что теперь все ее воспоминания будут превращаться в пыль. Арвен чувствовала беспомощность и беззащитность. Ведь они всегда были ее верными спутниками по жизни.       Арвен видела впереди себя густой и темный лес, стелющийся туман по земле, который захватывал все больше пространства. Не было слышно даже шелеста листвы и пения птиц. Это таинственное место вокруг них как будто закрыл невидимый купол, но он не защищал, а, наоборот, душил своим присутствием. И если бы все это продолжалось и далее, то окончательно бы раздавил.       Прикосновение губ оборвалось. Арвен открыла глаза и увидела, что теперь демон находился на расстоянии вытянутой руки. Выглядел он как типичный аристократ: зачесанные назад черные, как смоль, волосы, сюртук, завязанный платок на шее, спокойный взгляд. Казалось бы, ничего не говорило о том, что это был не человек, если бы не глаза... Глаза были страшнее бездны, они завораживали, но в то же время вызывали внутри Арвен неподдельную дрожь. И это в нем особенно выделялось.       Рядом с ними зиял небольшой разлом, вокруг которого была выжжена трава. Это был проход в подземный мир, в Тасхас.       Демон разглядывал лицо Арвен, словно считывал эмоции. Не было понятно: смотрел он с высока или любопытствовал. Арвен подумала, что демон проворачивал уже тысячу таких сделок, поэтому и эта для него была очередной рутиной.       Арвен заметила, как он сунул руку в карман и достал оттуда небольшой кулон, в котором была высечена капля, наполненная чем-то красным. Демон протянул ей подвеску:       — Это артефакт. Капля будет испаряться по мере исчезновения воспоминаний.       Арвен сглотнула, дрожащими руками принимая «подарок». Теперь он будет ей напоминать о скором и полном забвении.       — Итак, все условия оговорены, реймис Флеминг. — Он поправил свою белоснежную рубашку, ни одна мышца на его лице не дрогнула.       Демон кивнул, поднимая руку, чтобы сделать щелчок пальцами, но остановился. Арвен все это время наблюдала.       — Не прощаюсь.       И он исчез.       Арвен показалось, что в нее ударила молния. Она попятилась назад и, развернувшись, побежала вглубь леса. Солнце давно село за горизонт, наступила ночь. Ветки цеплялись за лицо, в нос ударял запах застоявшейся воды, но она не останавливалась. Арвен думала, что бег был бесконечным, а время замерло вместе с ней. Она видела свет от огоньков, которые мелькали где-то вблизи, но в то же время казалось, что до них еще далеко. Арвен боялась, что она будет навечно заперта в этом страшном лесу, который полон тьмы и мрачных загадок.       Через некоторое время за деревьями уже появились очертания домов. Она скоро окажется рядом с ней.       Дыхание сбивалось, колени ныли, но Арвен продолжала бежать.       Миновав последнее дерево, она очутилась на окраине небольшой деревни. В некоторых домах еще кипела жизнь. Арвен свернула направо.       Оказавшись на крыльце, она резко распахнула дверь и вбежала в дом. В висках пульсировало, мысли вихрем проносились в голове.       Подходя к комнате Роуз, она остановилась. Медленно коснувшись ручки двери, отворила ее. Лунный свет мягко ложился на лицо спящей девочки. Арвен опустилась на колени возле кровати, разглядывая Роуз. Сестра дышала медленно, ровно, щеки порозовели, хрипов не было слышно, как ранее. Это уже говорило о многом. Арвен поднесла руку и убрала с лица сестры прядь волнистых русых волос. Еще какое-то время она наблюдала за тем, как та мило свернулась калачиком и тихо сопела.       — Спи, моя девочка, — прошептала Арвен.       В этот момент она поняла, что все сделала правильно. За нее она бы отдала многое, даже собственную жизнь. По телу растеклось приятное облегчение, все сомнения мигом растворились в воздухе.       Поднявшись, она обернулась и застыла. На пороге стояла ее мать. Лицо осунулось, темные круги под глазами при свете керосиновой лампы выглядели особенно пугающе. Она сощурилась, пытаясь отыскать причину недавнего шума.       — Теперь она в порядке, — сказала Арвен.       Та быстрым, но тихим шагом направилась к постели младшей дочери, оттолкнув Арвен. Она потрогала ее лоб, оглядела лицо, проверила дыхание. Все было спокойно.       Мать посмотрела на Арвен, зеленые глаза потемнели, наполнились презрением и отвращением. Она кинул взгляд на ее шею, на которой висел кулон и направилась прочь из комнаты. Арвен последовала за ней.       — Ты ходила к разлому? — грозно спросила мать.       — Да, и я…       — Я знаю, что ты сделала! — она зашипела. — Ты как была отродьем нашей семьи, так и осталась.       — Я спасла Роуз! — выпалила грубо Арвен, а внутри была уже готова разрыдаться.       — Ты предала нашу веру, — отрезала мать.       — Небеса мертвы, Астреон мертв, — произнесла Арвен. — Никакая вера уже не имеет значения.       Она не успела ничего понять, как получила пощечину. Щека начала пульсировать, Арвен приложила ладонь к месту ушиба.       — Ты думала, что я тебе в ноги буду кланяться? — Мать подошла ближе, прожигая взглядом. — Думала, что скажу «спасибо»? Теперь моя никчемная дочь сгорит в Тасхасе… Хотя, я не удивлена. Ты здесь чужая.       Она выплюнула эти слова, а Арвен словно окатили ледяной водой. К чему мать сказала ей это? Она ведь всю жизнь росла в Клертоне.       Помутневший рассудок озарился ярким светом. Арвен пожертвовала собой, чтобы Роуз жила, а мать ее просто смешала с грязью.       И да, теперь ее душа будет вечно испытывать муки и медленно гореть. А что, лучше скитаться в Междумирье?       — Ты не хочешь, чтобы Роуз была жива? — спросила Арвен. — Да ты в ней души не чаешь.       — На все воля Астреона, — мать взяла в руки кулон.       На подвеске был треугольник, разделенный на три части. Верхняя половина обозначала Лумению, средняя — мир людей, а нижняя — Тасхас. Это был символ луменианской веры, когда-то распространенной в Деордейле, но теперь это уже не имеет значения.       — Это безделушка, — сказала Арвен, прожигая кулон взглядом. — Ты с ней хоть в гроб ложись, все равно попадешь в Междумирье или того хуже.       — Да как ты…       Мать хотела замахнуться, но Арвен молниеносно перехватила ее руку и сжала. Она не хотела этого делать, но мысли не давали покоя. Арвен заключила сделку, чтобы спасти сестру, а в ответ получила лишь оскорбления.       — Лучше бы он был жив, а не ты, — процедила мать.       Эти слова окончательно добили, но Арвен ничего не ответила. Она развернулась и ушла в свою комнату.       Переодевшись, Арвен плюхнулась на кровать. Свет луны проникал внутрь, освещая деревянные старые стены. Она лежала и не могла заснуть, прокручивая в голове все, что с ней произошло за эту ночь. Только вчера она жила обычной жизнью, а сегодня все перевернулось с ног на голову, хотя к стремительным поворотам судьбы ей не привыкать.       Стало душно. Арвен думала о том, кого или что она забудет первым. Во время сделки демон сказал, что исчезать будет все, без разбора, а это значит, что память об отце и Роуз навсегда покинут ее? Арвен свернулась в клубок и накрылась одеялом.       Чувство вины всюду следовало за Арвен по пятам, обволакивало, приглашало в свои объятия. И она поддавалась ему. И как бы Арвен не старалась доказать матери и всему остальному миру свою стойкость, убеждать себя не получалось. Какой в этом смысл, если в голове полный бардак?       — Гребаная жизнь, — пробубнила Арвен.       Она всячески не хотела признавать, что ее мать так отреагировала. Арвен знала, что та была очень верующим человеком, но отчаянные ситуации требуют отчаянных мер. Ведь сами боги были уничтожены демонами. Но ее мать оказалась фанатиком. Тем самым человеком, которому важно укреплять свою веру, держаться ее. А то, что происходит с родными — это воля богов.       Если бы она могла, то забрала бы Роуз и уехала далеко, за пределы Вепроса. Может быть даже в столицу Реит. Ей так хотелось уберечь сестру от матери и от всего мира, но в нынешних реалиях это невозможно. Сложно укрыться там, где царит хаос и беззаконие.       Арвен?       Голос резко прозвучал в ее голове. Арвен выглянула из-под одеяла и посмотрела по сторонам.       — Кто здесь?       Арвен, это я.       Она помассировала виски, думая, что сходит с ума после сложного дня.       Ее уши в мгновение заложило. Голова затрещала, раскалывалась, все тело охватила агония. Арвен, пошатываясь, встала с кровати, но тут же упала на колени. В глазах потемнело, а в тело словно впились тысяча иголок, не давая сделать даже малейший вдох. Она не понимала, что происходит.       Арвен. Арвен. Арвен.       Голосов стало много, они зазвучали в унисон. Это было настолько невыносимо, что Арвен легла на пол, обхватив руками колени и умоляла прекратить это.       Арвен. Арвен. Арвен. Арвен. Арвен. Арвен.       Однако звуки не умолкали. Они становились настойчивее, громче и пульсировали уже глубоко в подсознании, растекались по телу. Казалось, что они витают перед ней, но в то же время звучат глубоко внутри.       Она нутром ощутила чье-то присутствие. Кто-то находился в комнате. Арвен почувствовала отдаленный запах кардамона. Легкий, едва уловимый. Рука коснулась ее подбородка. Арвен посмотрела наверх: над ней нависала черная тень. Она не смогла разглядеть, кто это был. Ни лица, ни глаз, ни одежды. Это было что-то неосязаемое. Темное.       Скоро придет время.       Она глубоко вздохнула и…       Проснулась.       Арвен осмотрела комнату и поняла, что лежит на полу. Был это сон или реальность? Кости ломило, во рту пересохло. Она медленно поднялась и посмотрела в окно: сквозь кроны деревьев виднелись лишь серые тучи. Арвен сжала пальцами переносицу и постаралась детальнее вспомнить все то, что с ней произошло. Что за голос звал ее? И кто находился в спальне? Голова раскалывалась от бесконечного потока рассуждений. Арвен подумала, что это могут быть последствия сделки. Она много раз слышала истории о том, как люди заключали соглашение с демонами, но никогда не задумывалась о дальнейшей жизни после этого. Может, теперь до конца дней ее будут мучить кошмары?       Арвен мотнула головой.       Она переоделась: бежевые льняные широкие штаны, из такой же ткани белая рубаха, а сверху — кожаный корсет. Арвен не любила излишки в одежде, предпочитая более простое и не слишком броское одеяние. Да и средств на что-то особое не так уж и хватало.       Арвен вышла на крыльцо. На улице было спокойно, лишь некоторые соседи уже вовсю трудились на своих участках. Она втянула носом воздух. Он был настолько плотным, что дышать здесь всегда невыносимо трудно. Утренний туман обволакивал располагавшийся рядом лес, звал за собой. И если долго вглядываться, то со временем будет казаться, что на тебя смотрит беспросветная тьма. Тягучая, осязаемая.       Через время Арвен услышала непонятные звуки, доносящиеся из дома. Она напрягла слух и поняла, что Роуз проснулась. Арвен резко вбежала в дом и остановилась у порога комнаты сестры. Ее мать помогала Роуз встать с кровати. Та выглядела здоровой, бодрой.       — Арвен! — Роуз подбежала и вцепилась в нее, обнимая. — А у меня уже ничего не болит!       Сестра подняла голову и улыбнулась.       Мать в это время испепеляла взглядом Арвен. Ночной разговор после сделки оставил свой отпечаток. И теперь она всегда будет ее презирать за то, что Арвен сделала. В угоду своим богам, которых больше нет.       — Я очень рада, крошка, — Арвен погладила сестру по голове. — А пока что ложись в постель, сегодня придет доктор и осмотрит тебя. Договорились?       Роуз кивнула и направилась к кровати.       — Матушка сказала, что это чудо, благословение богов, — Роуз мяла в руках одеяло.       — Конечно, — согласилась Арвен, поднося к губам пальцы, вспоминая поцелуй с демоном. Тот поцелуй, который заберет у нее жизнь.       Мать мотнула головой. Она чмокнула Роуз в лоб, а затем вышла из комнаты.       — Отдыхай, — Арвен подмигнула сестре и закрыла за собой дверь.       Войдя на кухню, Арвен увидела, что мать начала готовить. Она зачерпнула ложку сахара и дрожащими руками насыпала в миску.       — Сегодня сходишь в пекарню за хлебом, — отчеканила она, не глядя на Арвен. — И еще отдашь рейму Грину долг.       Арвен подошла к матери и потянулась к картошке.       — Давай помогу.       Мать ударила ее по руке, они застыли друг напротив друга.       — Убирайся прочь! Лучше сходи в огород и проверь, не украли ли там чего. А заодно и грядки прополи. И вообще не попадайся на глаза.       Арвен находилась в полном смятении. Ее злило поведение матери, она была на грани ярости. Как достучаться до человека, который остается верен лишь своей религии? В глубине души она хотела, чтобы мать приняла ее, простила, но сейчас Арвен сделала только хуже. Переживает ли та за нее? Будет ли тосковать? Арвен прокручивала эти мысли в голове, словно это помогало ей справиться со всем тем, что на нее навалилось.       Сделав все дела, Арвен собралась на центральную площадь, будто это был самый обычный, ничем не примечательный день. И таких должно быть тысячи. Только у нее теперь их осталось не так уж и много.       Проходя мимо жилых домиков, Арвен всегда обращала внимание на их состояние. Одни выглядели вполне прилично, другие запустели, третьи разграблены. После того, как демоны стали контролировать Деордейл, в стране началась полная неразбериха: процветание насилия, беззакония и беспредела. Человеческая натура почувствовала вкус свободы, которую даровали демоны. И люди пошли против друг друга: грабили, убивали, уничтожали все на своем пути. Кто-то отбивался, другие не смогли спастись. Со временем человек насытился и успокоился, но хаос никуда не исчез. Он лишь затаился, выжидая лучшего момента. И когда он снова наступит, никто не знал.       Арвен посмотрела на небо. Солнце то появлялось из-за туч, то исчезало. Это было редкое явление. Как правило, в Вепросе всегда шли проливные дожди и господствовал плотный туман. Иногда настолько густой, что даже разглядеть свои руки было невозможно.       Оказавшись на центральной площади, Арвен осмотрелась: несколько торговых лавок, где продавцы предлагали купить всякие безделушки и овощи с фруктами. Бездомные просили милостыню, дети играли у старого фонтана, который больше не работает.       — Святая вода, благословленная самим Астреоном! — человек, походивший на лумена , в белом длинном одеянии, стоял за прилавком с кувшинами. — Один пайт за кружку, десять — за кувшин.       Арвен поморщилась. Она прекрасно знала, что этот человек — мошенник. Торгует тем, что не дарует тебе защиту от демонов и исцеление, ведь святая вода больше не поможет. Потому что боги не смогут послать свое благословение, чтобы ее освятить.       Она посмотрела вдаль. Между торговых лавок и зданий с кабаками и магазинами, виднелся полуразрушенный купол храма. Это было главное святилище Астреона до Священной войны. После того, как демоны победили богов, они практически уничтожили все обители. Некоторые из них превратились в склады, другие так и остались в запустении. Но в Вепросе, а особенно в городе Клертоне, в котором жила Арвен, настолько была сильна луменианская вера, что в храмах до сих пор тайком поклонялись богам и устраивали церемонии.       Пока Арвен шла, она чувствовала запах подгнившего картофеля, слышала стук ботинок незнакомцев по стертой брусчатке, нелепую считалочку детей, которые затеяли очередную игру.       В пекарне уже с утра галдела толпа. Как правило, все люди были одеты скромно, неприметно. Арвен встала в очередь. Рейм Грин пек самый лучший хлеб, а еще булочки, калачи, пирожки с капустой и другие вкусности. Пока Арвен стояла, в лавку вошли двое мужчин. Она напряглась.       — Ты точно уверен в своем решении, Джек?       — Жена болеет, денег не хватает, — понизил голос один из них. — Тем более, мне моя жизнь не мила. Пусть хоть Ребекка и дети ни в чем не нуждаются.       — Как знаешь. Уже точно не передумаешь, когда к тебе придет обворожительная демоница.       Повисла неловкая пауза.       — Сумасшедший что ли? — рявкнул Джек. — И вообще, настроение не порти мне.       Арвен смяла в руке тканевую сумку. Она уже не слышала дальнейший разговор, задумавшись о своем. В мыслях снова и снова гудел голос матери: «Ты чужая». Вкладывала ли она в эти слова какой-то смысл?       — Арвен, здравствуй! — Хиленький мужичок улыбнулся, когда она подошла к прилавку.       — Здравствуйте, рейм Грин, — Арвен кивнула. — Мне как обычно.       Мужчина стал собирать заказ Арвен, что-то напевая себе под нос.       — И еще долг, рейм Грин. — Арвен протянула ему несколько монет.       Не успела она вложить их в руку мужичка, как заметила его изменившиеся лицо. Арвен услышала выстрел. Все закричали, разбегаясь по углам, кто-то присел. Она обернулась и увидела стоящего на пороге человека с оружием в руках. В потолке виднелась дыра. Ствол мушкета смотрел почти на нее. Арвен сглотнула, не смея пошевелиться.       — Выкладывай все, что у тебя есть, старик, — прорычал он. — И без фокусов.       Арвен глубоко дышала. Вдох, выдох. Она старалась приободрить себя всеми силами. Если бы он захотел кого-то убить, то давно бы уже это сделал. Значит, ему просто нужны деньги, не более.       — Какая хорошенькая. — Грабитель оглядел ее, отвлекаясь. — Со мной пойдешь…       Не успел он договорить, как Арвен услышала сзади себя хлопок и застыла: голова вора превратилась в месиво, мужчина с грохотом упал на пол. Арвен обернулась и увидела, что рейм Грин выглянул из-за прилавка с ружьем в руках, его лицо побагровело.       — Я тебе не старик.       Находившиеся в хлебной лавке люди мигом покинули ее. Арвен и рейм Грин остались вдвоем.       Арвен закрыла глаза. Из-за выстрела заложило правое ухо, но она старалась держаться спокойно. Уже не впервые видела подобные сцены.       Мужичок вышел из-за прилавка, осматривая тело.       — Поганец. — Он пнул его ногой в бок. — Теперь из-за тебя все тут драить.       — Вам помочь, рейм Грин? — Арвен опомнилась.       — Нет, Арвен, ступай, — бросил он. — Сейчас своего сына позову, девушкам не стоит таким заниматься.       Арвен посмотрела на кусок хлеба, который она хотела взять, но после случившегося живот скрутило. Нет, сегодня она поест без него.       Арвен вышла на улицу. У лавки рейма Грина начали появляться зеваки, которые так и норовили заглянуть в окна.       Ей казалось, что в носу до сих пор стоит запах свежей плоти и крови. Она часто видела трупы. Сначала они вызывали отвращение, рвотные позывы, теперь же Арвен привыкла. Практически через день что-то да происходило здесь.       Шла до дома Арвен быстро, погруженная в свои размышления. Она не успела более тщательно обдумать произошедшее, как оказалась на крыльце. Отворив дверь, Арвен услышала:       — Чудо! Чудо! Не иначе. Тебе повезло, малышка.       В комнате у Роуз Арвен увидела лекаря, который осматривал сестру.       — Ну-с, реймис Флеминг. — Мужчина поднялся со стула. — Я еще загляну к вам через несколько дней, чтобы отследить процесс выздоровления.       Он прошел мимо Арвен и, посмотрев на нее, покачал головой. Мать проводила врача.       — Арвен, мы теперь снова можем играть! — Роуз вскочила с кровати и подбежала к ней.       — Конечно, крошка, — улыбнулась Арвен. — Только пообещай мне, что будешь себя беречь. Мы же не должны расстраивать маму, верно?       Роуз закивала и побежала на улицу.       Мать подошла к ней.       — Ты ему сказала? — спросила Арвен.       — А как иначе? — она развела руками. — Еще не хватало, чтобы по Вепросу слухи расползались. Скажи спасибо, что я Роуз не рассказала. Врачу я приказала, чтобы при ней о демонах даже и слова не проронил.       Арвен вздохнула.       — Я теперь по жизни буду у тебя в немилости?       — Тебе осталось немного. — Она посмотрела в ту сторону, куда убежала ее младшая дочь. — Но знай: когда забвение настигнет тебя, у твоей кровати я сидеть не буду.

***

      — Арвен, не уходи далеко! — позвал ее отец.       — Хорошо, папа, — девочка лет семи обернулась, в ее руках переливался синий гладкий камень. — Я уже иду.       Пока Арвен бежала, ветки хрустели под ногами, где-то вдалеке свою песню пел пересмешник, ветви в лесу медленно раскачивались от ветра.       Чем ближе она была, тем больше черт папиного лица бросались ей в глаза: взлохмаченные темные волосы, сияющие голубые глаза, острый подбородок, шрам у виска. Папа выглядел уставшим, но таким воодушевленным.       — Показывай, что отыскала, — он сел на пенек.       — Смотри, — она показала ему камень.       — Арвен! — Он встрепенулся и потянулся к находке. — Ты такая умничка, что нашла его!       — Правда?       — Да. — Отец погладил ее по голове. — Это гизрадорайд, очень редкий камень. Его покровителем была Элентор.       — Сама богиня плодородия? Здорово! — воскликнула Арвен. — А он поможет напугать демонов?       — Не совсем. — Отец поник. — Когда-то очень давно боги выбрали камни в помощники людям и вложили в них часть своей божественной силы. Но время шло, Лумения превратилась в руины, и энергия начала слабеть. Понемногу, но все же это происходило. И сейчас это практически пустышка, которая может лишь вызвать в демоне неприятные ощущения, но не более.       — А если собрать много-много таких камней? — спросила она.       — После Священной войны люди стали забирать такие камни себе и теперь их найти не так-то просто, поэтому твоя находка — это очень большое везение.       Арвен протянула камень отцу, а он накрыл ее руку своей и произнес:       — Это ты нашла. Береги этот камень обязательно.       — Хорошо, — кивнула Арвен.       — А теперь я хочу тебе кое-что показать.       Отец Арвен снял со своего пояса кинжал с маленькими рубинами. Даже без прямых солнечных лучей они переливались всеми оттенками красного.       — Он передается из поколения в поколение и когда-нибудь станет твоим.       — Очень красивый. — Арвен засмотрелась на оружие. — А можно подержать?       — Только осторожно.       Отец вложил в ее маленькую руку кинжал. Арвен почувствовала лишь небольшую тяжесть, но не более. Она пыталась рассмотреть его получше: рукоять кинжала украшали не только рубины, но и красивый узор, который походил на виноградную лозу с вкраплениями орхидей.       — В Деордейле таится много опасностей, Арвен. — Вдохнул отец. — И этот клинок поможет тебе выжить. Особенно, когда меня не станет.       — Нет. — Глаза Арвен наполнились слезами. — Ты будешь жить очень-очень долго!       — Конечно, милая. — Он взглянул на небо. — Но я не всегда могу оказаться рядом.       Арвен молча смотрела на него своими зелеными глазами. Он выдержал этот взгляд, а затем снова поднял голову.       — Скоро стемнеет. Пойдем домой, а то мама будет волноваться.

***

      Арвен часто вспоминала отца, даже после его смерти. Он был одним из тех, кто понимал и принимал ее такой, какая она есть. Еще у нее была Роуз. Но ей всего лишь десять, поэтому она еще многого не понимала.       Ей всегда нравилось выбираться с отцом в лес, чтобы попробовать отыскать редкие камни. Это было их любимое занятие и самое любимое время, когда она могла провести время с ним. Даже сейчас он оставался для нее самым лучшим другом. С остальными ребятами она никогда не могла подружиться. И Арвен не понимала — дело в ней или все же в них.       Во время этих размышлений Арвен полола грядки. Капуста, морковь, огурцы — лишь немногое, что они могли вырастить у себя в огороде. Содержание животных вылетало в приличную сумму и была большая вероятность того, что их могут украсть, поэтому в Деордейле корову или козу себе мало кто мог позволить, но зато рыбы было вдоволь.       Пока Арвен занималась своими делами, то поняла, что может быть она в последний раз так вспоминает отца, а завтра проснется с большой дырой в душе. Ведь папа был единственным, ради которого она хотела жить. И сейчас она существует лишь благодаря памяти о нем.       — Арвен! — Из дома послышался голос матери.       Арвен подошла к крыльцу, когда она вышла.       — Когда все сделаешь, сходишь к рейму Грину, а то в предыдущий раз ты нас без хлеба оставила.       — Хорошо, — кивнула Арвен.       На порог тут же выбежала Роуз.       — А можно мне с Арвен? — воскликнула она.       — Нет, милая. — Мать потянула ее обратно в дом. — Твоя сестра сама справится.       Арвен стиснула зубы, но ничего не сказала.       После того, как она разобралась с делами, Арвен снова отправилась на центральную площадь. Почти стемнело, поэтому Арвен взяла с собой на всякий случай кинжал отца, который до сего момента бережно хранила.       В центре народ бродил туда-сюда, однако некоторые торговцы уже сворачивали свои пожитки и шли по домам. Мать всегда нагружала Арвен работой, даже если на город опускался вечер. Почему нельзя было сходить за хлебом утром, как, например, несколько дней назад? Там ведь, наверное, почти не осталось ничего.       В этот раз в лавке рейма Грина было спокойно и без происшествий. Арвен с облегчением вздохнула, думая о том, что сегодня будет обычный день.       Арвен вышла на улицу. Черные пики гор смотрели вверх, словно острые зубы. Арвен втянула воздух, но тут же поморщилась: пахло помоями. Она скривилась, но продолжила путь. Площадь уже практически опустела, лишь в кабаках кипела жизнь. Проходя мимо одной из улочек, она услышала вдалеке женский голос:       — Нет, прошу, пожалуйста, не надо…       — Не ломайся, тварь! Тебе будет даже приятно.       Арвен хотела было пройти мимо. Все-таки вечер и надо быть осторожнее, но ноги сами понесли ее вверх по улице.       Страх пульсировал в висках, по спине уже градом струился пот. Но она не боится, она не такая. И если кто-то посмеет назвать ее трусихой, ему несдобровать. Для нее было очень важно доказать это другим, потому что только так она выживает в этом мире. В мире, полном жестокости и беспредела.       Когда Арвен завернула за угол то увидела, что трое мужчин держат девушку, которая пыталась всеми силами сопротивляться. Они практически сорвали с нее платье и развернули спиной. Арвен коснулась кинжала, который был спрятан у нее в поясе. Руки предательски дрожали, но она сглотнула и нахмурилась.       — Тихо ты! А то башку оторву.       — Умоляю… — Девушка рыдала.       Арвен в то же мгновение подумала о сестре. А если эти трое убьют ее, то кто присмотрит за Роуз? И вообще, какие у нее шансы против взрослых мужчин? Она только сейчас осознала, что это была роковая ошибка.       — Смотрите-ка, еще одна к нам пожаловала. — Один из мужчин заметил ее. — Будешь на десерт. Парни, хватайте ее!       Остальные тоже повернулись. Двое из них настигли Арвен, третий остался в стороне, держа за руку девушку, чтобы она не сбежала. Арвен сразу поняла, что нужно действовать быстро. Выставив оружие вперед, она произнесла:       — Только троньте.       — А она не из робких. — Мужчина попытался слева обойти Арвен, но она старалась не упускать никого из виду.       Арвен металась то в одну, то в другую сторону, не позволяя к себе прикоснуться. Только не сегодня, только не здесь.       Но попытки были тщетны. Один из них рывком ее взял за предплечье, выворачивая. Арвен скорчилась от боли, ослабляя хватку. Стоявший справа сразу же схватил кинжал.       Мерзкие, неприятные движения пугали. Эти незнакомцы хватали Арвен своими грязными, мерзкими руками. В глазах потемнело, а по спине пробежал холодок. Все ее самые страшные сны сбывались. Лоб покрылся испариной, эмоции притупились, дыхание сперло.       — Милый кинжальчик. Мой будет.       Последнее слово Арвен расслышала чётче, словно все чувства в один миг обострились. Ее тело наполнилось силой, энергией, которая неумолимо распирала, хотела вырваться наружу. Стало невыносимо жарко. Теперь Арвен начала чаще дышать.       — Святой Астреон, что с ее глазами? — заорал один из мужчин.       — Это демон или она одержима?       Арвен уже не осознавала, что делала. Она смотрела на все происходящее своими глазами, но изнутри. В голове появился кто-то другой, более могущественный, более сильный. И ее тело уже было в его власти. Она поняла, что мощь этого некто многогранна, бесконечна: от макушки до пят растекалась тьма. Осязаемая, тягучая, такая неукротимая.       — Думаете победить меня?       Эти слова сами вырвались из ее рта. Она попыталась совладать с собой, пошевелить руками, ногами, но ей оставалось лишь метаться внутри своего сознания.       Арвен не поняла, что произошло, однако она резко выдернула обе руки и развела их в стороны. Из ладоней вырвался черный поток чего-то неведомого, похожее на скопление пыли. Двоих мужчин отшвырнуло в противоположные стороны. Она молниеносно приблизилась к третьему, который стоял поодаль, взяла за горло и легким движением свернула шею. Он упал на землю замертво.       Поднялся свирепый ветер, сбивая с ног. Небо стало еще темнее, земля дрожала, но Арвен оставалась на месте.       Что происходит? Это магия?       Она увидела, что один из мужчин был в сознании. Он стал закрывать лицо руками.       — А теперь ваш выход, — сказала глухо Арвен.       Это ее голос? Больше похож на мужской бас.       — Прошу, не надо…       Арвен еще какое-то время продолжала испепелять его взглядом.       — И что же ты можешь сказать в свое оправдание?       — У меня семья, дети, — проревел мужчина.       — Как интересно. — Арвен чуть наклонила голову. —Пристаешь к беззащитным девушкам, но в то же время тебя дома ожидают жена и дети. Такие души в Тасхасе очень-очень вкусные.       Арвен стала подходить ближе.       В глазах мужчины читался яростный страх. Зрачки все больше и больше расширялись, готовые заполонить всю радужку целиком.       — Но сегодня тебе повезло. — Она лукаво улыбнулась.       И все резко стихло. Арвен словно пробудилась ото сна и рухнула на землю. Сила испарилась, стало легче и свободнее дышать. Арвен поняла, что тело снова принадлежало ей и в тот же момент пошевелила пальцами, разглядывая их. Из ее ладоней только чуть вылетала неведомая ей сила. Арвен затряслась.       Поднявшись, она перевела взгляд на двоих мужчин, которые лежали друг напротив друга, а потом на третьего. Ее глаза расширились от ужаса:       — Что я наделала…       Девушка, на которую напали мужчины, все это время стояла и наблюдала со стороны, стискивая в руках юбку платья.       — Вы демон? — спросила она дрожащим голосом.       — Я… — Арвен не знала, что ответить.       Она увидела, что поодаль валялся кинжал. Арвен медленно подошла к мертвецу, забрала оружие, а затем развернулась и побежала по улице. Где-то в барах пили и веселились люди, не думая ни о чем, однако Арвен нужно было обдумать многое. Она только что убила человека. Что с ней произошло?       Она не успела задать себе все вопросы, как ее резко взяли за шкирку и потащили в переулок.       Арвен отбивалась как могла, но незнакомец был сильнее. Ее резко впечатали в стену.       — Да хватит трепыхаться! — сказал голос из-под накидки.       — Тогда отпустите меня! — крикнула Арвен, выставляя кинжал вперед. — Не то придет конец.       — Да не собираюсь я ничего делать! — Мужчина поднял руки в знак примирения.       — Что вам нужно?       Незнакомец откинул капюшон. Арвен сразу приметила повязку на правом глазу и грозный взгляд.       — Меня зовут Райден Хардман. И я могу вам помочь.