Забавно, но раньше все казалось таким простым, когда мы были молоды

— Выписывают? — Переспросил Тилл так, словно впервые услышал это слово прямо сейчас и теперь пытался узнать о его значении. — Да, — подтвердил Иван, сложив руки на коленях, как всегда, с ровной спиной. — Через два дня. Эта новость всплыла слишком неожиданно. И в то же время, она была до банального логичной. Разумеется, рано или поздно Ивана должны были выписать. Стал бы он торчать здесь на постоянной основе. Но, до сего момента, Тилл никогда об этом не задумывался. В его маленьком мире, довольно быстро визиты сюда стали чем-то постоянным. Как будто Иван всегда был там. Как будто он был там, где ему положено быть. Но теперь, его безоговорочная вера в постоянство была нарушена. Тилл отчетливо осознал, что после выписки Иван будет вне его контроля. Что миры, к которым они принадлежат, возможно больше никогда и не пересекутся. — О… ну… рад за тебя?.. — А выглядит так, будто наоборот. Иван произнес это мягко, словно говорил с ребенком. Словно, может быть, ждал от самого Тилла чего-то. Тиллу уже порядком надоело играть в эти игры. — У тебя есть мой номер, — сказал он сухо. — Если понадоблюсь — пиши. Если не отвечу — звони. Хршо? Он напряженно вгляделся в ничего не выражающее лицо Ивана. Затем, тот вдруг заулыбался. — …Хршо, — согласился Иван. Его выступающий клык задорно топорщился из-под верхней губы, что придавало ему фриковатый вид, свойственный тому старому Ивану, которого он знал. Эта его откровенно дурацкая физиономия вселила в сердце Тилла надежду. — И не смей меня передразнивать! — Возмутился он вслух, для приличия.

***

После этого, Иван замолчал. Если до выписки он периодически писал короткие сообщения, то после они резко прекратились. Тилл злился. Он догадывался, что так будет, но все равно злился. На Ивана, на себя, на то, почему вообще нельзя просто прочесть чужие мысли и привести в порядок свои. У Ивана был скрытый профиль. Тилл даже не мог определить по онлайну, заходил ли тот вообще. Иногда ожидание оборачивалось нервной паникой. Тилл громил квартиру, ворочался под одеялом, порываясь позвонить в два часа ночи. Но в итоге каждый раз обещал себе, что подождет еще один день. Или два. Или неделю. На исходе второй, в пятницу, Тилл наконец получил знак, что Иван все еще был жив. «У тебя есть планы в это воскресенье? ヽ(o＾▽＾o)ノ» — Написал он, сопроводив текст идиотским смайликом. Тилл уставился на этот смайлик, испытывая раздражение и одновременно с этим огромное облегчение. Он даже не мог обругать этого кретина, ведь сам же сказал писать, если понадобится, а не составлять ежедневный подробный отчет где Иван был и что делал. Вдобавок, Тилл осознавал, что и сам такой же. Что избегал писать Ивану, выжидая неизвестно чего, хотя в любой момент мог написать банальное «привет, как дела?» В конечном итоге, они встретились на парковке у центрального торгового центра, который послужил хорошим ориентиром. Также, это было отличным местом, где можно было оставить как машину Ивана, так и байк Тилла. Иван выглядел немного устало. Возможно, ему стоило потратить свободное время на отдых, а не на то, чтобы тащиться на бессмысленные посиделки с другом детства в свой выходной. И все же, Иван был тем, кто инициировал встречу. Лавочек здесь предусмотрено не было, потому Тиллу пришлось временно пересесть в салон явно дорогой тачки, которая возможно стоила бы Тиллу всех заработанных за всю жизнь денег. Тилл колебался. Он хотел узнать, как Иван справляется. Все эти две недели он беспокоился, думая о том, насколько Иван несчастлив в своей обыденной жизни. Но выразить это все вслух казалось слишком сложным. — Ты как? — Выпалил Тилл без предисловий. Иван посмотрел на него удивленно. Казалось, оба они никогда не привыкнут к подобной искренности со стороны друг друга. — Все хорошо, — ответил он мягко. От его интонаций, сердце Тилла предательски дрогнуло. — Иван, — произнес он предупреждающе. Тот ничуть не смутился. — Нет, правда. Так даже проще, понимаешь? — Иван посмотрел в лобовое стекло, словно выискивая там что-то. — Погружаешься в эту рутину, не думая. А. хотя, — спохватился он, — наверное, тебе это не знакомо. Бизнесу не важны чувства, важен лишь результат. С твоими картинами все не так, верно? Это заставило Тилла задуматься. — Наверное… — протянул он неуверенно. — На самом деле, иногда я сам не знаю, какие чувства хотел передать. Просто рисую и все. — Ты все еще ходишь в торговый центр? — Спросил Иван внезапно. — На игровые автоматы. — А? …Нет. «Туда бессмысленно ходить в одиночку» — хотел сказать Тилл, но вместо этого ответил другое. — Для моего возраста это было бы глупо. Иван замолчал. Он выглядел так, как будто не ожидал такого ответа. И Тилл запоздало осознал, к чему был задан этот вопрос. — М-м-может… — быстро выпалил он, заикаясь от волнения. — Может, все было бы не так плохо, сходи мы туда, ну, з-знаешь… вдвоем? — Ты хочешь? — Иван просиял. — Угу… — буркнул Тилл, чувствуя, как от восторженного блеска в глазах Ивана начинает гореть лицо. — Я просто подумал… — добавил он, — почему бы и нет… Конечно, с тех пор многое изменилось. Площадка стала поменьше, да и ТЦ был совсем не тем ТЦ, куда Тилл приводил Ивана годы назад. — Ты поддался! Тилл возмущенно уставился на Ивана, в то время, как он посмотрел в ответ с насмешливым весельем. — Нет, — ответил тот просто. Слишком самодовольно. Тиллу не понравилось. — Да не пизди! — Повысил он голос, игнорируя взгляды прохожих. Тилл знал, что когда сердился, он смешно морщил лицо. Одно время, даже пытался это контролировать, но ничего так и не вышло. Но Иван почему-то перестал смеяться. — Неужели, ты настолько не веришь в себя? — Спросил он, все еще улыбаясь, но Тилл осознал, что тот спрашивал серьезно. Тилл замолчал. И правда, почему это не могло быть просто везением? Иван же не был ботом, запрограммированным на его уничтожение. Да и, говорят же, скрипты тоже могут ошибаться. Тилл снова посмотрел на Ивана. Иван смотрел на него. Протянув руку, Тилл щелкнул его по лбу. — Лох, — заявил он, довольно усмехнувшись. Иван потер лоб.

***

Наверное, все было в порядке? Ну, по крайне мере Тиллу так казалось. Они по-прежнему виделись периодически. По-прежнему говорили ни о чем. Расходились. Наверное, говоря объективно, смысла в этом общении было в общем-то никакого. Но, вопреки этому, что-то внутри Тилла всегда нетерпеливо екало, каждый раз, когда они списывались. Однажды, Иван даже пришел на их встречу вместе с Мивиной, затащив их обоих в какой-то смехотворно дорогой ресторан, от цен которого у Тилла заболел желудок. — Мизи пришлось внепланово отлучиться и мы не успели связаться с няней, — пояснил Иван, словно оправдываясь перед Тиллом. — Окей, — тот пожал плечами. Он чувствовал себя скованно рядом с детьми, вынужденный следить за речью и поведением, но и не ненавидел их. Вдобавок, он бы соврал, сказав, что ему не любопытно разглядеть сына Ивана и Мизи поближе. Это была сложная смесь какого-то странного трепещущего в груди чувства и обиды на несправедливость, которой одарила его жизнь. Соприкосновение с миром, частью которого Тилл никогда не являлся и не имел на это права. Но все равно, хотелось. — Привет? — Неуверенно обратился к мальчику Тилл, посчитав, что игнорировать его присутствие было бы не вежливо. Ему не ответили. Казалось, тому было все равно, что помимо отца с ними был еще третий человек. — Привет, — попытался Тилл снова. Но Мивина снова его проигнорировал, продолжив ковырять скатерть, пока Иван не убрал его руку со стола. — Не бери в голову, — сказал Иван. — Он не очень хорошо сходится с людьми. Когда принесли еду, Тилл ожидал, что Ивану придется кормить Мивину, но тот только подвинул тарелку ближе, чтобы его сын мог дотянуться. Для ребенка с явными проблемами речи, тот слишком проворно орудовал ложкой. Наверное, Тилл слишком начал походить на отца в своем предвзятом суждении, раз уж это показалось ему взаимосвязанным. — Па, — когда они вышли, Мивина подергал Ивана за штанину, а затем поднял руки вверх в уже знакомом Тиллу жесте. — Иди сам. Здесь недалеко, — отозвался Иван спокойно. Мальчик послушно зашлепал за ним, не став спорить. Он выглядел как маленькая копия Ивана. Те же глаза, те же брови, черты. Родство с Мизи угадывалось лишь в цвете волос, да форме носа. Тилл вдруг подумал, что мог бы к нему привязаться. — Почему у тебя такое странное выражение лица? Услышав обращенные к нему слова, Тилл перевел взгляд на Ивана. Только сейчас он осознал, что его губы расплылись в дурацкой улыбке. — Он… — забормотал Тилл, запоздало смутившись, — так сильно похож на тебя. Разве не здорово? — Почему? — Иван моргнул. Смутившись еще больше, Тилл совсем сник. Иван смотрел на его муки с недоумением. Мивина тоже повернул голову в сторону Тилла, как будто пытаясь понять, почему они остановились. — Ил, — сказал мальчик неожиданно. — Да, — подтвердил Иван. — Это Тилл. — Он знает, как меня зовут?.. — Почему бы ему не знать, как тебя зовут? Тилл почувствовал себя глупо. Разумеется, и Мизи, и сам Иван столько раз повторяли его имя ранее. — Ил, — повторил Мивина. — Бован. Тиллу потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить. Бросив гневный взгляд в сторону Ивана, он обнаружил, что тот отвернулся. Его плечи дрожали.

***

Не сказать, что их общение всегда шло гладко. Иван все еще был… Иваном. Все еще сбивал Тилла с толку. Все еще был слишком упертым там, где не надо. Так, например, однажды, когда Тилл подкалывал его по поводу того, что Иван избегает пить алкоголь, тот, с абсолютно нейтральным выражением лица ответил, что если будет мешать этиловый спирт с рецептурными таблетками, высок риск летального исхода. Весь остаток их встречи, Тилл чувствовал себя максимально неловко. Иван как-то странно косился на него, но больше эту тему не поднимал. Или же как в тот вечер, когда они полчаса спорили, как именно им следует разойтись. — Уже поздно, — заявил Иван. — Ехать на твоем байке в такую погоду по темноте опасно. Его тон звучал так, как будто он уже все решил. За них обоих, не спрашивая мнения Тилла. — Я уже много раз это делал! — Огрызнулся тот в ответ. Но Иван по-прежнему ничего не хотел слушать. — Я отвезу тебя, — в который раз повторил он и Тилл понял, что сейчас они поругаются. … Иван действительно его отвез. Даже подержал зонт, пока Тилл, матерясь, возился с ключами, пытаясь выудить их из узкого кармана джинсов. Даже на этаж проводил, хотя, наверное, к тому времени прикрываться защитой от непогоды было уже глупо. Ни один, ни другой никак это не прокомментировал. — Ты промок, — заметил Тилл, коснувшись пальцами холодной щеки. — Простудишься, идиот. — Ничего страшного. У меня крепкое здоровье. Иван не врал. Болел он действительно редко. И все же, Тилл не хотел рисковать и затем чувствовать себя виноватым за то, что этот кретин держал над ним зонтик, не догадавшись при этом встать под него самому. — Давай, я принесу тебе хотя бы футболку, — предложил Тилл. Помедлив, Иван согласно наклонил голову. Когда он вернулся, тот уже успел стянуть с себя рубашку. Мозг замкнуло в ту же секунду, как взгляд Тилла помимо воли прилип к вставшим от холода соскам. Ему вдруг захотелось поймать один из них языком и узнать, какой звук издаст Иван при этом. Иван был хорошо сложен. Тилл видел его и раньше, когда тот переодевался в раздевалке колледжа. Но прошедшие годы стерли детальность картины из его головы. То, что ему запомнилось — контраст широких плеч и узкой талии, когда Иван, отвернувшись, рылся в шкафчике. Многие годы, Тилл мечтал коснуться этой талии. Иван рассмеялся. — Ты смотришь на меня так, будто собираешься съесть, — заметил он. — Я?.. Я…да?.. — Пробормотал Тилл растерянно. Иван подошел ближе, чтобы взять одежду из его рук. Почувствовав прохладную чужую кожу на своей, Тилл слегка дернулся. Подавшись вперед, он поймал ладони Ивана своими. Тот не отстранился. Осознание этого, заставило Тилла почувствовать себя смелее. Прижавшись, он уткнулся носом в мокрые волосы. От Ивана пахло дорогим парфюмом, грозой и чем-то своим, едва уловимым. Знакомым Ивановым запахом. … Они поцеловались. Наверное, стоило ожидать, что этим все кончится. Что Иван пришел к нему явно не для того, чтобы переждать непогоду. Понимал ли он изначально, какое влияние на Тилла окажет его полуобнаженный растрепанный вид? Честно говоря, это было последним, о чем Тилл думал в данный момент. Все, что занимало его мысли, как идеально соприкасаются их тела. Как язык Ивана скользит по его собственному, компенсируя недостаток опыта Тилла в поцелуях. Иван уже не вел себя так застенчиво, как это было в их далекий первый раз. Он целовал с жадностью, за которой Тиллу было не угнаться. Не то, чтобы ему это не понравилось. Но все же, невольно обожгло ревностью к тем, кто имел возможность целовать Ивана все эти упущенные им самим годы. Их губы разъединились с влажным звуком. Иван спустился ниже, с неожиданной осторожностью примкнув ртом к шее. — Щекотно, — пробормотал Тилл, слегка врезав Ивану для подтверждения своих слов. Того это ничуть не смутило, Иван продолжил лизать кожу на шее Тилла, словно голодная собака, предоставив тому возможность изучать собственное тело так, как душе угодно. Разумеется, Тилл тут же воспользовался этой возможностью. Он с восторгом почувствовал, как напрягся живот Ивана, стоило Тиллу огладить его ладонью. Едва заметно, но Тилл слышал, как дыхание Ивана на мгновение сбилось. Не совсем то, что рисовало воображение, но всего лишь от этого, палатка в его штанах заметно увеличилась. — Нечестно, Тилл, — заныл Иван у него под ухом. — Почему ты все еще в одежде, а я нет? И правда, почему… Подумав об этом, Тилл запоздало оробел. Иван был прекрасен, словно модель, сошедшая со страниц какого-нибудь популярного журнала. Тилл же… скажем… противопоставить красоте и статности Ивана ему было нечего. Но в этот момент, Иван, не подозревающий о его моральной дилемме, просто бесцеремонно потянул футболку Тилла на себя. — Эй! — Возмутился Тилл. Прежде чем он успел осознать произошедшее и загнаться по новой, Иван уже успел завалить его на кровать. — Ты такой красивый, Тилл, — сообщил Иван так, словно делился какой-то тайной, о которой никто больше не должен был узнать. — Т-ты что, дурак?.. Выпалив это, Тилл осознал, что все идет к сексу. Настоящему, не ограниченному его влажными фантазиями. Физическому, к которому он явно был не готов. — Знаешь… я не против, — сказал Иван мягким полушепотом. Его дыхание щекотно ощущалось на шее Тилла, а зуб каждый раз царапал кожу, из-за чего по заднице Тилла каждый раз бежали мурашки. — Н-не против чего?.. — Ошалело переспросил Тилл, беспомощно цепляясь за чужие плечи. — Чтобы ты проник в меня. Тилл подавился воздухом. Иван, мечта каждой студентки их колледжа, спортсмен, президент студсовета только что фактически предложил эмо-изгою выебать себя в зад. Надо отдать Тиллу должное, после таких шокирующих откровений, он даже смог удержаться на ногах, после того как сполз с кровати, пытаясь вспомнить, есть ли у него презервативы. Несмотря на внутреннюю гомофобию, Тилл бы соврал, если бы начал утверждать, что никогда не пытался изучать вопрос анального секса. Он мог бы назвать это простым любопытством. Другие назвали бы это лицемерием. Прежде, Тилл часто уверялся в том, что секс ему не нужен. После — он уже не был бы так уверен. Ни одна ночная дрочка наскоро во время бессонницы и близко не могла сравниться с этим. То, как теплое, практически горячее нутро Ивана обволакивало его камнем стоящий член, сжимая каждый раз, когда Тилл двигался. Потерявшись в ощущениях, кажется, Тилл нес что-то глупое, постыдное и однозначно слащавое. Пока громкий всхлип не заставил его открыть глаза. И тогда Тилл заметил. Влажная дорожка, прочертившая путь куда-то вбок, в подушку, отчетливо блестела в свете ночника. От этого зрелища, его словно прошибло током. Тилл вздрогнул. — Иван! Блять, Иван, больно? — Залепетал он, склонившись над ним. Иван открыл рот, но вместо ответа Тилл услышал только несколько непроизвольно вырвавшихся рыданий. Он запаниковал. Иван никогда не плакал. Никогда. Даже в детстве. Тилл резко подался назад, но Иван ему не позволил. Он весь дрожал и это пугало Тилла до отчаяния. — Вань… Ванечка, ну ты чего?.. — Сбивчиво бормотал Тилл, целуя его то в нос, то в мокрые щеки. Но тот продолжал рыдать, заставляя сердце Тилла сжиматься от невыносимой тяжести неизвестных ему причин, которые заставляли Ивана издавать эти душераздирающие звуки. Разумеется, в такой атмосфере член Тилла давно упал. Иван больше не пытался помешать ему выйти, поэтому Тилл неуклюже попытался отстраниться нижней частью тела, при этом продолжая прижимать Ивана к себе. Несмотря на попытки Тилла утешить Ивана, тот плакал, казалось, целую вечность, пока наконец не начал успокаиваться. Предположив, что быть совсем обнаженным так себе способствовало комфортным ощущениям, Тилл вскочил, пытаясь отыскать свалившееся с кровати одеяло. Иван лежал на боку, наблюдая за его действиями. Выглядело так, будто он наполовину дремал. — Ты как? — Укрыв его, тихо спросил Тилл, не желая тревожить. — Принести воды? Иван покачал головой. — Я в порядке. — Ты каждый раз так говоришь. Забравшись на кровать с ногами, Тилл нерешительно навис над ним. Он не знал, должен ли он обнять Ивана, неловко похлопать по плечу, или же дать ему личное пространство и уйти спать на диван. Иван разрешил его дилемму, дернув на себя и лишив опоры, из-за чего Тилл буквально рухнул сверху, приложившись скулой о чужую челюсть. — Иван! — Возмущенно рявкнул Тилл. Но осекся, услышав его тихий смех. Иван откинул край одеяла, словно приглашая. Сбивчиво выдохнув, Тилл прижался к Ивану, обхватив щеку своими костлявыми пальцами. Тот послушно повернулся, подставившись для поцелуя. — Прости… — пробормотал Иван тихо. — Не хотел тебя пугать. — Я не… просто… я сделал что-то не так? — Наоборот. — Тогда почему ты плакал? — Не знаю. — Скажи мне. — Я не знаю, Тилл. Что-то в его голосе, заставило Тилла перестать допытываться. Шумно выдохнув, он прижался к груди Ивана щекой, чувствуя, как неровно бьется сердце. Иван нервничал. Или был смущен. Или напуган. Хотел бы он знать наверняка. Но, вместо этого, Тилл снова ощутил стену, отделяющую их миры друг от друга.