С наступлением Бури

Весь персонал собрался в небольшом помещении со сценой и небольшой трибуной, за которой уже стоял напряжённый Галпин, пытавшийся собраться с мыслями и мимолётно поглядывавший на всех, кто уже занял места. Он также заметил ту самую троицу, что недавно бесила его на ресепшене. Они не заняли ни одного стула, а наоборот решили предпочесть облокотиться о стену около выхода, скорее всего, чтобы побыстрее покинуть зал после совещания. Галпин недовольно скривился, но вздохнул и взял себя в руки. — Уважаемые коллеги. Все разговоры внезапно стихли, и сотрудники начали с интересом смотреть на своего начальника в ожидании, что он скажет дальше. Галпин вынул платок из своего нагрудного кармана и протёр им испарину на лбу. Он явно волновался, что было совершенно неестественно для него. — Прошу услышать меня, ведь на этот раз ситуация страшнее, чем мы думали. Мне пришел приказ из самого Лондона и… кхм, предупреждение: о скорой опасности, которая, может быть, уже началась, но мы активно её игнорируем. Он вновь сделал паузу, но никто из зала не издал и звука. Все ждали того, что же старик скажет дальше. — На Европу уже нахлынула «Буря» или «Эти» или как их там ещё называют… Но это не имеет сейчас значения. Сейчас нам надо быть предельно осторожными и относиться к каждому делу с особой бдительностью. После совещания у каждого в выдвижном ящике рабочего стола будет лежать папка с делом. Слежка, расследование, осмотр территорий, допросы, переговоры с заключёнными. Ваша цель не только решить поставленную задачу, но и сконцентрировать внимание на том, с кем вы общаетесь и за кем следите. Сейчас нельзя доверять никому. Можете меня осудить, но я не доверяю даже всем вам в той или иной степени. Мужчина сделал ещё одну небольшую паузу и опустил взгляд на свои бумаги. — Может быть, не доверяю даже себе самому… Ладно, пройдёмся по уже готовым отчётам. Микки, что там на побережье? Собрание медленно переходило в еженедельный новостной сбор, что проводился для поддержания курса обстановки. Пиппа хотела бы остаться до самого конца и послушать, чтобы быть в курсе всех событий, но её плеча коснулась рука СиСи, что звала её прочь из зала обратно в коридоры. Британка даже не заметила, как вторая из их троицы просто испарилась в воздухе. — А где… Уэнсди? Вместо ответа по пустому коридору раздался сдавленный идиотский смех со стороны блондинки, на что Пиппа вопросительно вздёрнула бровь, словно не понимала внезапной эмоциональной вспышки. — О Господи, ты просто прелесть, но, пожалуйста, не говори больше так. Её имя Уэнсдей. И да, она ушла в свой кабинет, как только услышала про новые дела. Так что нам лучше поспешить. Заодно увидишь своё новое рабочее место. — Мистер Галпин выглядел очень встревоженным и нервным. Так дёргался, будто новость о «Буре» ему что-то напомнила. — Не что-то, а кого-то. Когда-то давным-давно его жена без вести пропала на несколько лет и от неё не было никаких новостей. В то время ни о какой «Буре» и речи не было. Всегда такие бывают — пропадает человек без следа и всё, ищи-свищи — вон сколько таких же дел на стене висит. Они проходили по коридору и СиСи указала пальцем на одну из досок для объявлений, на которой висели фотографии и дела пропавших людей. Годы исчезновения считывались чуть ли не десятилетиями, когда «эпидемии» не существовало даже в Европе. На Пиппу невольно нахлынула горечь от осознания того, что, скорее всего, все эти пропавшие уже больше никогда не найдутся. А если и найдутся, то уже будут не теми людьми, какими были до исчезновения. — И теперь, когда всё внимание сфокусировалось на «Буре», он вновь вспомнил жену? — Может быть да, а может, и нет. Кто знает? Оказавшись перед нужным кабинетом, СиСи кивнула в сторону двери и слегка приоткрыла её. Взгляду британки открылось обширное помещение с небольшим окном, прикрытым жалюзи; высокие стеллажи, забитые старыми книгами и запыленными папками. Два рабочих стола, расположенных друг напротив друга, были завалены кипами документов, папками и пепельницей, использовавшейся по назначению от случая к случаю. На стене красовалась большая пробковая доска с заметками. Однако единственным содержанием доски были фотографии разных людей с короткими описаниями: разыскиваемые, пропавшие без вести, потенциально причастные к нераскрытым убийствам; также снимки, сделанные во время слежки, и кадры с мест преступлений. За одним из столов уже находилась Уэнсдей, быстро просматривая детали нового дела. Её брови сошлись к переносице в недовольном изгибе, а рука задумчиво прикрывала губы. Она даже не пошевелилась, когда в кабинет вошли ещё двое. СиСи направилась ко своему столу и взяла оттуда аналогичную папку с делом. Открыв её, она пробежала глазами по первым строкам и ухмыльнулась, затем подошла к Пип и протянула ей бумаги. — Вот и твоё первое дело. — Я думала, что меня поставили напарником, а не отдельным детективом. — Не смеши меня, ты всё ещё напарник, просто дело у тебя побочное. На, открой и прочитай. Взяв протянутое ей дело, Пиппа углубилась в чтение. По сути, задача не представляла особой сложности. Типичное поручение для начинающего сотрудника, на которого скидывают или простейшие задания, или беготню за кофе (либо и то, и другое). Стандартное наблюдение за объектом. Для Амоби это было привычным делом. Странность заключалась лишь в отсутствии фотографии цели в полученной информации. Только имя. «Вада Кавел». — Что-то на грани задачи для первоклассника или испытания для экстрасенса. Как мне вообще найти эту девушку и проследить за ней? — брови британки взлетели вверх. Информации не то чтобы было мало — можно было сказать, что она вообще отсутствовала. — Ну ты же детектив, верно? Тебе точно такое не впервой! — довольная своей шуткой, усмехнулась Уолкер. — Да, но я в другой стране, в другом городе и с другими людьми, — скрестила руки на груди Пиппа, недовольно хмурясь. — Ваши дела практически совместимы с делом основного детектива. Я без понятия, что там у Уэнсдей, но она точно должна тебе помочь, — подмигнула СиСи, чем вызвала у Пиппы желание закатить глаза к потолку. — Мне казалось напарник здесь она, а не я. Внезапно в разговор вступила девушка с косами, положив свою папку папку на стол с лёгким хлопком. — Ничего особенного. Допрос подозреваемого. — Видишь? Может, даже и один и тот же человек будет! — попыталась исправить обстановку Уолкер, а заодно обнадёжить. — Мужчина тридцати пяти лет по имени Эйбел Макконен Тесфайе. Может, он даже жертва обстоятельств. Не неси чушь, Уолкер! Это явно не женщина, — сморщила нос Уэнсдей, чувствуя подступающий приступ головной боли от очередной порции идиотических высказываний уже бывшей напарницы. Внезапно дверь кабинета вновь открылась, и внутрь вошла девушка. Одета она была как типичная секретарша: узкая чёрная юбка-карандаш, что подчёркивала её фигуру, лёгкая белоснежная рубашка в бледно-голубую полоску, высокие каблуки, что добавляли ей значительного роста, компенсируя собственный невысокий. На лице красовались аккуратные очки в черной оправе, слегка съехавшие к кончику аккуратного носа. В руке она ловко держала полный поднос для кофейных стаканчиков. Пиппа озадаченно моргнула. Новоприбывшая была чем-то неуловимо похожа на её нового напарника. Она незаметно смерила взглядом обеих, тряхнув головой. Нет, наверное всё-таки показалось. — Вижу вы, как обычно, решили пропустить недельный новостной отчёт? Хотя бы соизволили узнать о делах. Похвально, — припухлые губы пришедшей брюнетки растянулись в ехидной улыбке. Она даже не попыталась скрыть в тоне своего голоса промелькнувшую тень сарказма. — Что ты тут на этот раз забыла? В голосе Уэнсдей читалась горечь с нотками яда, будто она говорила это своему злейшему врагу, но недавно вошедшая девушка на вид выглядела довольно привлекательно и говорила вполне правильные слова. Конечно, это было лишь первое впечатление. Пиппа не стала делать поспешных выводов, ведь за первым впечатлением о характере сказать что-либо было сложно… — Пришла проверить, соблюдаете ли вы приказ Галпина, и, как вижу, частично. Девушка прошлась взглядом по всем трём и остановила свой острый взор тёмно-карих глаз на СиСи, что невольно съёжилась на месте, резко умолкнув. Пиппа отметила эту странную реакцию со стороны такой весёлой и нахальной блондинки очень… неестественной. — Уолкер, почему ты всё ещё здесь? — чёрная, аккуратная бровь дёрнулась вверх, а взгляд новопришедшей стал цепким. — А… А где мне ещё быть? Это вроде как мой кабинет, — попыталась найти оправдания блондинка, бросая на Амоби взгляд со сквозящей в нём мольбой. Пиппа незаметно дёрнула плечами, как бы оправдываясь, что вряд ли может тут чем-то помочь. — Ты явно не слышала приказ Галпина? Он отстранил тебя с момента, как дал Аддамс нового подопечного. Ты больше не работаешь в этом кабинете, — в голосе девушки послышались слегка ехидные нотки. — Что?! Да ладно! Так просто выкинуть меня на улицу? — взмахнула руками Уолкер, стараясь нагнать в голос побольше драматичности. Получалось откровенно плохо. — Нет, всего лишь в другой отдел. Можно сказать, тебя «повысили». Твоё дело у меня в кабинете, — с явным удовольствием ухмыльнулась неназванная ещё посетительница, не забыв подчеркнуть слово «у меня» интонацией. — Чего? Почему в твоём-то? — непонимающе моргнула СиСи, уставившись на девушку. — Теперь ты мой напарник. Кто-то же должен носить кофе, верно? Да и давно у меня личной охраны не было, — хмыкнула она, чуть сощурившись. СиСи выругалась про себя и недовольно покачала головой. Аддамс же, в свою очередь, невольно дёрнула уголком губ вверх, лишь на секунду, чего можно было бы и не заметить, если бы Пиппа в этот момент не посмотрела на неё. Похоже, именно такого результата она и хотела добиться. Амоби же чувствовала себя не в своей тарелке. Эти личные разговоры между сотрудниками, перепалки, недоговорённости, непонятные намёки… Они были ей чужды, некультурны и вызывающи. Она с грустью вспоминала свою жизнь в стенах лондонского участка, где были её давние друзья, родные шутки и сплетни ни о чём. Сейчас всё изменилось так резко, будто её окатили горючим и забывают поджечь. Может быть, скоро эта страшная зажигалка и щёлкнет прямо перед её носом. — Ах, Аддамс, перед тем как я уйду… Девушка подошла ближе и протянула Уэнсдей стаканчик всё ещё горячего кофе. Та охотно приняла его и сделала глоток. На напряжённом лице наконец-то появилось лёгкое спокойствие. Может быть, Пиппа всё же найдёт общий язык с этим детективом? Кто знает… — Хоть какой-то от тебя прок, кроме болтовни и виляния задницей. Девушка поправила очки и лукаво улыбнулась, развернулась на каблуках к двери и молча вышла в коридор. Уэнсдей же вернулась обратно к своему столу, СиСи невольно хохотнула, а Пиппа, держа в руках своё дело, продолжала глупо смотреть на дверь. — Виляет задницей, но зато какой… — тихо прошептала СиСи, заговорщицки толкнув Пиппу локтем в бок, на что британка не сразу смогла сообразить, о чём вообще шла речь. — Уолкер! А ну вышла вон из моего кабинета! — шипя выплюнула слова Аддамс, метнув грозный взгляд на бывшего напарника. Блондинка театрально вздохнула и поспешно вышла из кабинета с довольной ухмылкой на губах, оставляя уставшего детектива и её нового напарника наедине. Уэнсдей раздражённо вздохнула и поставила стаканчик кофе на свой стол, а затем обхватила рукой голову. — Эта паразитка станет моей погибелью… — Вы это говорите только потому, что она вас взбесила? — Нет, потому что она вообще ходит по этой земле и тратит мой кислород. Аддамс сделала второй глоток кофе и перевела взгляд на свою новую напарницу. Оглядев Пип с ног до головы, она обратила внимание обратно на дело, попутно поправляя белоснежную рубашку, которая на вид выглядела абсолютно идеальной и не требующей внимания к себе. Амоби всё же решила быть более уверенной и села за противоположный стол. Неудобно мягкое и сильно скрипучее кресло неприятным ощущением отдалось по всему телу британки. И как вообще на таком можно сидеть и работать? Только лишний дискомфорт. — Сразу отвечу на твой невысказанный вопрос: СиСи очень любила портить мне нервы этим стулом, так что, надеюсь, ты сможешь его заменить. — За свои деньги? — Если ты думаешь, что Галпин раскошелится ради тебя, то забудь. Он и так сократил пару отделов, потому что государство перестало спонсировать полицию с появлением «Бури». — Ладно… Итак, что будем делать? У тебя допрос человека, у меня слежка. Не можем же мы разделиться, верно? — Нет, но сначала займёмся моим делом. Допрос дело лёгкое. Тем более, в архивах сказано, что он очень активный и публичный человек. — Публичный? Он, что, пишет книги или записывает подкасты? — Проще. Он музыкант. И скоро у него будет выступление в одном из баров. Уэнсдей посмотрела на свои наручные часы, сверяя время и вставая из-за стола. Ей явно не хотелось терять ни одной лишней секунды. — Как раз можем встретить его около места проведения мероприятия. Собирайся.