Пепел и Мёд

Ветер в тот вечер пришёл с Чёрного Леса злой и голодный. Он выл между домами, срывал солому с крыш и нёс с собой тяжёлый запах гнили и старой крови. Жители Серых Ручьёв закрывали ставни раньше обычного и шептали молитвы старым богам. Элира как раз возвращалась с опушки, где собирала поздние осенние грибы и кору ивы. Корзина была тяжёлой, спина ныла, но она шла быстро — уже темнело. Когда она проходила мимо поленницы, где обычно работал Кайрен, его там не было. Только аккуратно сложенные дрова и топор, воткнутый в чурбан. «Наверное, в своей развалюхе», — подумала она и почему-то почувствовала лёгкое раздражение. Внезапно из леса раздался крик. Не человеческий — пронзительный, полный животного ужаса. А следом — низкий, утробный рык, от которого у Элиры волосы встали дыбом. Она бросила корзину и побежала на звук, выхватывая из ножен на поясе небольшой, но острый кинжал. Дар уже начал пульсировать — она чувствовала чужую боль и страх. У самой кромки леса она увидела его. Кайрен стоял спиной к ней, широко расставив ноги. В руках — тот самый кинжал, который он точил в первую ночь. Перед ним кружил огромный зверь — когда-то, наверное, волк, но теперь это было нечто другое. Чёрная шерсть местами облезла, под ней виднелись пульсирующие тёмные метки, точно такие же, как у Кайрена. Глаза зверя светились красным. — Отойди! — крикнул Кайрен, не оборачиваясь. — Это не обычный зверь! — Я вижу! — огрызнулась Элира, останавливаясь рядом. Зверь бросился вперёд. Кайрен встретил его ударом кинжала, но тварь оказалась быстрее. Когти полоснули по его плечу, разрывая рубаху и кожу. Кровь брызнула. Элира почувствовала вспышку его боли так остро, будто ранили её саму. Она не думала. Просто метнулась вперёд и вонзила свой кинжал в бок зверя. Лезвие вошло легко, но тварь даже не взвыла — только повернула голову и щёлкнула зубами в её сторону. Кайрен успел оттолкнуть Элиру в сторону, и они оба упали на мокрую землю. — Ты совсем дура?! — рявкнул он, поднимаясь. — Сам такой! — ответила она, тяжело дыша. Зверь снова атаковал. На этот раз Кайрен не стал уклоняться. Он встретил тварь грудью, обхватил мощной рукой за шею и вонзил кинжал прямо под челюсть. Чёрная кровь хлынула на его руки и грудь. Метки на теле Кайрена вспыхнули ярче, реагируя на магию зверя. Элира не стояла в стороне. Она схватила тяжёлый сук и ударила зверя по задним лапам. Тот зарычал, дёрнулся, и в этот момент Кайрен провернул кинжал. Раздался хруст, и тварь наконец обмякла. Несколько секунд они стояли молча, тяжело дыша. Кровь зверя дымилась на земле. Кайрен повернулся к Элире. Его плечо было сильно разорвано, кровь стекала по руке. — Ты ранена? — спросил он хрипло. — Нет. А ты… — она кивнула на его плечо. — Нужно обработать. Быстро. Эта тварь была заражена. Метки могут ускориться. Кайрен посмотрел на мёртвого зверя, потом на свои руки, покрытые чёрной кровью. — Он был как я, — сказал он тихо. — Только дальше зашёл. Элира подошла ближе и, не спрашивая, разорвала остаток его рубахи, чтобы осмотреть рану. Прикосновение снова ударило даром. Она почувствовала не только свежую боль, но и ярость, и странное… облегчение? Словно Кайрен был рад, что убил это существо. — Идём ко мне, — сказала она твёрдо. — Здесь нельзя оставаться. Если один такой появился, могут быть и другие. Они шли быстро. Кайрен слегка прихрамывал, но отказался опираться на неё. Уже у её дома он остановился. — Ты могла не лезть, — сказал он, глядя на неё сверху вниз. — Это не твоя война. — Теперь моя, — ответила Элира, открывая дверь. — Раз уж ты здесь, то и лесные твари тоже стали нашей общей проблемой. В доме она заставила его сесть у очага и начала обрабатывать рану. Руки двигались привычно, но сердце билось быстрее обычного. Он был слишком близко. Запах крови, пота и того тёмного, мужского, что исходило от него, заполнял небольшое пространство. — Почему ты не боишься? — спросил Кайрен, когда она накладывала мазь. — Боюсь, — честно ответила она. — Но ещё сильнее ненавижу, когда кто-то умирает рядом со мной, когда я могу помочь. Он поймал её руку, когда она завязывала бинт. Его ладонь была горячей и шершавой. — Ты странная, травница. — А ты — ходячее бедствие, — ответила она, но не выдернула руку сразу. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. В воздухе повисло тяжёлое, густое напряжение. Ненависть, усталость, странное притяжение — всё смешалось. Кайрен первым отвёл взгляд. — Спасибо, — сказал он тихо. Элира фыркнула. — Не привыкай. Но когда он ушёл, она долго стояла у окна и смотрела, как он идёт по улице, держась за плечо. В груди было тяжело и горячо одновременно.