Collaboration 2.0

— И че, — Юнги отпивает глоток пива, косится на поникшую подругу, которая хмуро вглядывается в этикетку своего светлого нефильтрованного, — реально взял тебя помощницей в свою позолоченную команду и всё? Девушка кивнула, сжав губы, подняв обиженный взгляд, устремляя всё внимание к полкам студии. Какие-то книги, музыкальные пластинки, награды и красивые алкогольные сосуды с яркими этикетками. Всюду витал уют и царила гармония. Не то чтобы у них с Юнги вошло в привычку собираться вот так каждую субботу. Просто это было необходимо. Усядутся вот так на ковер, подперев спины диваном, после съемок Шучиты, Юнги рассказывает про своего нового гостя, Джи рассказывает про своего старого мучителя. Это стало настоящей традицией, вот уже два месяца, как Джи стала частью жизни равнодушного объекта. После изнурительной недели, проведенной с Чон Чонгуком, ей просто было необходимо наполниться позитивными вибрациями. Чертов Чонгук будто специально скакал на шаткой нервной системе, бросая девчонку в крайности своим официозом и ледяными глазами. Один нежный поцелуй в губы двумя месяцами ранее, и множество минут ожидания «чего-то». Того, что не происходило больше. Ни объятий, ни разговоров о «них». Будто этих «них» вовсе не было никогда. Только работа и вечное созерцание его успеха, стоя в сторонке. — Так, я не понял. — Задумчиво проговаривает парень, хмуря брови. — Ты приехала к нему, он ахуел, ты произнесла громкую речь о том, как тебе без него пиздецки плохо, вы страстно пососались, горько поплакали, и… — И ничего. — Пара переглянулась с похожими эмоциями, девушка для правдоподобности даже руки в стороны развела, натягивая на страдальческое лицо гневное послевкусие. — Типа мы зашли, он весь такой галантный, приятный, обходительный, шевелюра гуще моей, пресс как будто отфотошопили, мышцы рвут футболку, и я даже слышала этот треск. — Девушка нескончаемо кивает, видя, как тихо посмеивается Юнги. — Либо это были ее края, либо мои натянутые нервишки, а он готовит мне долбаный травяной чай, и мы сидим молча минут сорок, он глазенки свои по сторонам прячет, бубнит там что-то про плотный график, а я в ахуе, понимаешь? — Юнги хохочет громче, вглядываясь в круглые глаза, щуря свои кошачьи, даже не пытаясь прервать возмущенный диалог взъерошенной подруги. — О работе блять, о том, сколько пар мартинсов он купил прошлой весной, о хуйне какой-то, когда вот она я, у тебя в доме спустя сраный год, думаю о том, чтобы затолкать свой язык в твою глотку и не вылезать из постели до следующего понедельника, а ты мне про график нудишь и дурацкий чайный сервиз показываешь? — Девушка возмущенно взлетает руками в стороны, изображая крайний глобальный пиздец в сложившейся ситуации. — И потом, как бы между прочим, он мне выдает — " Кстати, у меня в команде место освободилось, одна стафф в декрет уходит, ты не слишком занята?» Она наблюдает за тем, как Мин заваливает голову назад и протяжно смеется, оголив зубы, а ей остается только безмолвно наблюдать позитивную истерику, не срывая с лица полного негодования, практически отпечатавшегося за последние пару месяцев. — А я, блять, зачем-то сказала, что он может на меня положиться. Юнги заржал еще сильнее и получил смачный удар в плечо и тут же съехал спиной по мягкой обивке, завалившись на локоть и хихикал, держа на весу несчастную бутылку пива. Хотя несчастными в этом помещении были две вещи — алкоголь, который выдыхался из открытого горлышка, потому что изливать душу дело не пяти минут, и девушка, которая эту душу выжимает, как тряпку, в присутствии лучшего друга каждую субботу. — Эй, хватит ржать, достал. — Протестующе вопит Джи, дергая друга за локоть обратно к себе. — К моей работе в кафе прибавилось еще его расписание, концертные программы и подготовка ко всем существующим шоу, на которые он меня как на зло таскает. Папа косо смотрит из-за вечных опозданий, а я сижу вся такая в глаза эти блестящие таращусь и мямлю «Всё хорошо, Чон», «Нет, что ты, Чон, я вовсе не тороплюсь в другой конец города в час-пик на метро», «Мой папа вовсе не хочет убить меня, Чон, за то, что связалась с тобой опять». Девушка обреченно хлопнула ладонями по бедрам, хватая свою забытую бутылку. Юнги всё еще улыбался, присев обратно, и парочка безмолвно чокается стеклом, делая синхронные глубокие глотки из своих бутылок. — А вчера поздно было уже. — Выдает следом после глотка, прижав рукав к губам. — Ну я подхожу такая, с полной надеждой на то, что у Чон Чонгука еще не атрофировался мозг, говорю, мол «Чон, ты домой?» и стою глазами хлопаю, в надежде, что мой принц усадит меня на соседнее сидение своего железного коня, и я уже предвкушаю все эти смущенные взгляды и утренний запах кофе, а он поворачивается, сумку на плечо, и выдаёт «Ага, я слышал менеджер Сон в твоем районе живет, может тебе лучше с ним поехать?» — Юнги подносит бутылку к губам, широко улыбаясь и беззвучно хихикает, разглядывая удрученный вид, вслушиваясь в тонны раздражения. — Я поворачиваюсь, а этот лысый менеджер Сон зубатку свою сушит, стоя у выхода в очках, которые из космоса видно. Ему еще не хватало ладошкой своей сальной помахать, и готовый маньяк из фильма ужасов. Улыбка у него какая-то жуткая, брр. Девица съежилась, скривилась, и опустила приевшийся, грустный взгляд на этикетку. — Мелкая, чего ты дуешься? — Юнги легонько боднул подругу плечом. — Чон всегда был тугодумом, не понимает он твоих намёков. — Да как не понимает, Юнги?! — Взрывается девушка, резко развернувшись. — У меня на лице всё написано! Всегда было! Раньше он понимал! Девушка обиженно стукнулась спиной об обивку, вернувшись в прежнее положение, опуская провальный взгляд. — Не надо было мне вообще тебя слушать тогда, не приехала и проблем бы не было, смотрела бы дальше его трансляции и всё на этом. — Если бы не поехала, он бы спился. — Кивает Юнги, смотря на игрушку котика в одном из отделений своей импровизированной полки. — Тебе просто надо взять его за яйца, вот прям взять, прижать где-нибудь в углу и сказать «Слышь, ковбой, меня это не устраивает, давай ты не будешь ломаться…» — Юнги обратил внимание на внимательный взгляд сбоку, отводя горлышко бутылки, слегка замявшись от осуждающего посыла под ее густыми ресницами. — Ну типа что-то в этом духе. — Мне кажется, возьми я его за яйца, он завопит так, что услышит Бан Ши Хёк, и мне не видать потом даже вакансии поломойки. — С гнетущим разочарованием произносит Джи Су, потупив взгляд. — Мелкая, — улыбчиво произносит Юнги, слегка приобнимая подругу одной рукой, придвигаясь ближе, — не драматизируй, хочешь, я ему мозги вправлю? Джи удрученно складывает щеку на плечо друга, отрицательно мотая головой. — А в тур со мной поехать хочешь? — Спрашивает улыбчиво у макушки, смакуя остатки пива, получая ту же реакцию, что и на первый вопрос. — Если фан база узнает, что я опять мечусь от одного к другому, то… — То похуй. — Договаривает Мин, чувствуя, как упираются чужие, печальные глаза в собственную скулу. — Никого не должно ебать, что и как. — Спасибо, Юнги-оппа, — бубнит девушка, прикладывая щеку обратно к плечу, — спасибо. Одобрительный хлопок по плечу в стенах уютной студии, и можно на минутку прикрыть глаза. Расслабиться вот так, посидеть, ни о чем не думая, и наконец осознать, что Мин Юнги — лучшее, что досталось ей в плане поддержки, дружбы и ментального пиздюля. — Приходи ко мне на Шучиту после тура. — Гордо вещает хозяин помещения, девушка улыбнулась пустоте, в которую смотрела, медленно моргая от накатившей усталости. — Посидим так же, только при камерах. — Ну и кто захочет смотреть мои дорамные сопли? — Бурчит подруга, разглядывая того же игрушечного кота. — Поверь, есть кому. — Заключает парень, и по интонации понятно, что он улыбается. — Чимин уже месяц доёбывает, ты одна из всех ещё не приходила. — Правда? — Тихо спрашивает девушка, опуская глаза, получив в ответ одобрительное угуканье и очередной глоток пива. — Я иногда скучаю по нашей прошлой жизни. — Ее тон приобрел ностальгические нотки. Она чувствует, как ладонь слегка похлопывает ее по плечу. И от этого жеста тепло. Так умеет только Мин Юнги. Безмолвно поддержать, одним лишь легким жестом или даже ругательством. Но это окажется таким нужным и правильным, что она уже и не понимала, как могла весь этот год справляться без него. Стоит посидеть вот так полчаса с ним, пусть даже в тишине, слушая его мелодию, исходящую из недр синтезатора, и плотный комок тугих нервов развязывается, и на смену ему приходит умиротворение. Только Юнги мог так. Непринужденно и правильно. Ее лучший друг. — Я думала, мой уход только на руку агентству. — Тихо бормочет девушка с грустью в дрогнувшем голосе. — Ага, просрать столько бабла после твоего фееричного ухода, а потом быстренько всех по армиям распихать, чтоб внимание отвлечь, ну. Минутная заминка и капля тишины. В ней комфортно. Джи слабо подтянула уголок рта, разглядывая незначительные детали, которые бросаются в глаза. Под ребрами стучит одинокая и уютная грусть, в голове промелькнет мысль, и девица остановит свой взгляд прямо, обдумывая вопрос, которым незамедлительно захочет поделиться. — А ты когда в армию, дружок? — Девушка подняла заинтересованный взгляд на хитрое лицо. — А тебе скажи. — Задорно отвечает Мин, косясь на подругу. — Ну Юнги-и-и… — Тянет по-детски, вызывая у друга череду смешков. — Позвонишь сейчас Чонгуку, тогда скажу. — Девушка вздрагивает и резко отстраняется, своими круглыми глазами цепляется за ехидное выражение, активно мотая головой. — С ума сошел? В такой час? — Мы оба знаем, что он не спит. — К ней уже тянется телефон из пальцев Юнги. Джи отодвигается, недоверчиво мечет взгляд от гаджета к непринужденному лицу друга, не совершая каких-либо других движений. Мин тяжко вздохнул, закатив глаза. — Боже, Кан, звонить бывшим под градусом — абсолютно нормальное явление. Брови девушки злостно упали, она хмуро созерцает лицо друга, которому будто абсолютно наплевать на ее протесты. Он всё так же держит свой телефон на весу, будто ожидая, что внутренний девичий барьер сломается. — И что я ему скажу? «Привет, Чонгук, почему ты такой придурок?» — Девушка встает на ноги, отходя от злополучной вещи подальше, выдыхая скопившееся напряжение, отворачиваясь, прикладывая ладони к теплым щекам. — Даже не проси, не буду. В мозгу пульсирует доза алкоголя, либо это сердце качает кровь так быстро, что та прилила к голове и назойливо липнет к щекам. — Мелкая. — Напирает своей интонацией, глядя на подругу снизу вверх. — Нет. — Отрицательно мотает головой, разглядывая стыки ламината под босыми ногами. — Хорошо. — Кивает Мин, разворачивая телефон к себе, внедряясь скучающим выражением в экран. — Сам позвоню. Девица сделала резкий разворот вокруг своей оси. Мгновенный ужас отразился в ее спокойных чертах, пока захмелевший и расслабленный Мин Юнги набирал номер. Срыв с места. в карьер Несется к парню, налету практически подминая его под себя, выдергивая вещи из пальцев. Юнги гогочет, а у нее сердце выпрыгивает, чтобы стремительно разорваться от каждого последующего гудка. Она кряхтит, он сопротивляется, она пытается нажать сброс вызова, он сжавшись, заваливается на плечо, вытягивая телефон в противоположную сторону. — Юнги, не смей! — В кряхтящей возне она визжит, почти взгромоздившись на упавшего парня, в панике вырывая телефон. — Юнги! — Ай, блять, плечо! — Орет парень, отпихивая девушку, закрыв глаза, продолжая ржать уже куда-то в пол, до последнего стискивая устройство. До того момента, пока из динамика не послышался голос. Тот самый, от которого мурашки по всей поверхности кожи. Тот самый, от которого замирает сердце, тело, глаза, уставившиеся на горящий экран. Тот самый, от которого перехватывает дыхание, и способность говорить улетучивается. А Юнги продолжает тихо ржать в деревянное покрытие пола и получает толчок в плечо. — Алло, Юнги? Джи привстала на четвереньки, осторожно сползая с распластанного тела, подбираясь к злополучному устройству, чтобы нажать «сбросить». — Алло, хён? — Эй, Чон! — Смеющийся парень ставит подбородок на пол, поглядывая на застывшую девушку, стрельнувшую в него своим осуждением. — Че делаешь? — Да так, спать собираюсь, неделя тяжелая была, а ты чего звонишь так поздно? — Юнги, не вздумай. — Одними губами произносит девушка, смотря на уж слишком довольную физиономию друга. — В общем, тут со мной Джи. Юнги улыбается так широко, что можно ослепнуть. Джи медленно закрывает глаза, принимая весь факт своего провала. Поджимает губы и хочется провалиться под землю. — Джи? Его голос кажется удивленным. Удивленным неприятно? Удивленным равнодушно? Просто удивленным? У удивления бывают оттенки? — Да, она самая. — Продолжает веселиться Юнги, смотря на хмурое лицо напротив. — Тут такое дело, в общем мы уже как полчаса такси не можем вызвать, Джи выпила и за руль не сядет, ты не мог бы ее забрать? — Я убью тебя. — Беззвучно шипит девушка, вселяя в свои черты громадное недовольство, саданув по плечу парня, закрывающего голову одной рукой. — Я…да, да, куда ехать? Заминка заставила девушку не хило так понервничать в минувшие несколько секунд. Она присела на полу, с надеждой глядя в горящий кран, его имя и счетчик минут. — Моя студия для интервью. — Вы пили в твоей студии для гостей? — Да, ты против? — Улыбчиво ходит по краю парень, разглядывая свою краснеющую от злости подругу. — Эм…нет…конечно нет. Я скоро буду. — Давай, ждём. После окончания звонка Юнги стерпит еще пару отчаянных хлопков по спине, и довольно перекатится спиной на ровную гладь, положив телефон на грудь, умиротворенно закрыв глаза. Слушать, как она шипит и наворачивает громкие шаги по пространству — потешало его. — И что ты наделал? — Верещит девушка, одаривая отстраненного пылкими взглядами. — Устроил твою личную жизнь. — Парень перекатил голову, открыв глаза, хихикая над тем, как утопая в панике, девушка опустошает бутылку пива крупными глотками. — Я просто, просто в ах… — Цыц, — осекает ее Мин, вытягивая руки, потягиваясь, — в этой студии разрешено ругаться только мне. Джи отодвинула спинку высокого стула, упав на сидение, смотря в одну точку. — Давай, королева драмы, завязывай. — Парень встает с пола, приняв сидячее положение на диване. — Если ничего не предпринимать, вы так и будете ходить вокруг да окало. — Ты вынудил его. — Обиженно констатирует девушка, сложив руки на столе, упав лицом в них. — Я? — Хмыкнул юноша. — Мелкая, если бы он не хотел, сказал бы, что тоже выпил, выходные же. Успокойся и собери свои булки в кулак. Когда в студию приехал главный персонаж ее эротических снов, она просто мялась в сторонке, пряча глаза, пока они с Юнги приветствовали друг друга. Взглянула на него украдкой, быстро отводя глаза, будто обожглась, и кивнула в знак приветствия. Юнги ржал всё время. Хихикал, когда шел провожать их до лифта, хихикал, когда двери закрылись, и она совершенно точно уверена, что хихикал, когда шел обратно в свою обитель, выключать освещение. Возможно даже когда ехал домой. Девушка вжалась плечом в железную стену лифта, разглядывая пол. Рядом стоит, и этот момент словно зачаровывает. Просто тем, что такой притягательный объект находится в полуметре и сонно разглядывает металлическую гладь. Она размышляет о том, хотела бы, чтоб он пришел? Хотела бы? Конечно, хотела. Именно поэтому внутри поджигается фитиль и искрится яркими искрами, когда понимает, что Чон кинул парочку многозначительных взглядов на ее профиль, который от подобного действия начинает гореть и плавиться. Просто взгляд, а в него вложено много смысла. Для неё одной. Лифт так медленно едет, а шкала напряжения прыгает с высокой амплитудой. Джи оттягивает ворот куртки. Душно, очень душно. Косится на парня, который хмуро вглядывается в закрытые створки дверей. Поблагодари его. Просто скажи спасибо. СПА-СИ-БО. В мозгу вертится мысль в самых разных вариациях и интонациях. Так просто сказать одно слово у себя в голове. А наяву ком застрял в горле, и первый вылетающий звук изо рта — это подобие унизительного хрипа. Джи стыдливо косит взгляд, Чон поворачивается к ней, оглаживая ее напуганное лицо своим странным взглядом. Будто животным или голодным. Смотрит так напряженно, заставляя девушку напрячься, как струна. И ее этот взгляд напуганный, а его тревожный. Будто зол на что-то. Будто готов ее размазать по стене кабинки. Его ровное и размеренное дыхание становилось тяжелым и протяжным. Будто вдохи ему даются с особой сложностью. В точности, как и ей. Нечем дышать. Рядом с ним всегда так. Он хмурится сильнее, она вопросительно округляет глаза. — Чон…— Пробно мямлит девушка, разглядывая опасливо, даже боязливо, не зная, чего ожидать. И для него это звучит в точности как сигнал. Как красная тряпка, как выстрел из ракетницы. Она испуганно дернулась, когда он резко развернулся и пригвоздил ее к ближайшей стене, практически с треском. Впился, ворвался, не спрашивая, заставляя уставиться в его лицо насколько это возможно. Его вкус опьяняющий. Вкуснее, чем красное полусладкое. Пьянее, чем самый высокий градус элитного бухла. Она истерично вопит ему в жадные губы. Он кусает, раскрывает, напористо вторгается, хватая ее лицо своими большими ладонями. Одежда шуршит. Их куртки так сильно мешают. Она пытается дышать сквозь пошлые терзания своих губ, жмурится, и его слюна вязко стекает в горячий рот следом за скользким языком. Поцелуи с ним всегда были вкусными, а его запах… Он накрыл ее своим коконом, и она добровольно растекается под его плавящим гнетом. Стеснительно сжимает края его куртки, дрожа всем телом. Затылок елозит по скользкой глади холодного металла, его ненасытность уходит за границы ее губ, которые охают от развязного и алчного напора на собственную шею. И стоит закатить глаза, вытянуть шею для большего доступа и прикусить восторженно губу, отдаваясь. Радуясь краткому мигу. Слышать тихое, шипящее «Джи». Как он произносит это. Словно молит о чем-то. Она тоже будет прямо здесь умолять, знает, о чем. И ей так горячо, ей уютно от его поцелуев на коже, граничащих с укусами. Это его «Джи». Вопрошающее, волнительное. — Джи? Девушка моргнула, разглядывая перед собой пальцы. Отвлекают, щелкая перед лицом. Она заморгалась, вытягивая разум из легких фантазий и обращает внимание на склонившееся к ней лицо. Чонгук хлопает ресницами, вопросительно глядя на девушку, а сразу перед ними давным-давно раскрылись двери, выпуская своих минутных заложников в мир, полный разочарований. — Прости, задумалась. — Застенчиво выдохнула девушка, обходя молодого человека. Они молчали всю дорогу. Джи то и дело кидала взгляды на парня, сконцентрированного только на вождении. Она обратила внимание на его пальцы, подрагивающие в такт своей же песне, звучащей из колонок радио, на его непринужденный вид, на руку, которой он рулит. Она нехотя проводит параллель между их соприкосновениями когда-то давно и сейчас. И становится неуютно. Он будто покрыт броней и не собирается из нее выбираться. Молчание. Оно хуже множества слов, которые норовят вырваться из ее собственного рта. И всё будто бы правильно Она. Он. Ночной Сеул, и множество огней из бетонных коробок, вросших в землю. Подобное она видела. Когда-то давно, на сцене. Всматривалась в океан звездного неба, завороженно оборачиваясь, разглядывая масштабы волшебного мига. Как горели ее глаза тогда. — Юнги значит? Девушка, прилипшая лбом к стеклу, повернулась, вглядываясь в задумчивый профиль парня. — Что? — Гармошка прорезалась между ее собственных бровей. — Вы с Юнги много стали времени вместе проводить. — Чон глянул на нее вскользь, а на лице явный легкий посыл к непринужденной беседе. — А, — девушка кивнула, потупив взгляд, — да, мы видимся, когда у него есть время. — Встречаетесь? Подобный вопрос застал врасплох. Она напрягла плечи, сильнее впившись ладонями в ремень безопасности, который стискивала всю дорогу. Чон Чонгук, с чего ты взял эту чушь? Сидишь молча полчаса и не нашел ничего лучше, чем спросить эту ересь? Что ты мелешь вообще? Ты не видишь, что сводишь с ума своим только присутствием? Мне дышать трудно, когда ты смотришь на меня, не то чтобы думать или анализировать. Ты вообще что-нибудь видишь дальше своего носа? Как тебе в голову такое пришло? Да если бы не Юнги, меня бы вообще здесь не было. И если хочешь знать, мне не особо нравится работать у тебя на побегушках, я делаю это только ради той слепой надежды, которая угасает с каждым днем, потому что кроме как поцеловать меня около своей сраной двери спустя год, ты больше ничего и не делаешь. — Нет. — Коротко отвечает девушка, напряженно уставившись в окно на пролетающие мимо ночные силуэты домов. — Понятно. Выдал так равнодушно и с легкостью, что пришлось побороть в себе желание закатить глаза. Закатить и треснуть. Это сухое «понятно» даже не имеет оттенков или эмоций. Это просто какое-то обычное понятно в обычной обстановке двух давно знакомых людей. Если бы она сказала, что завтра собирается за Юнги замуж, он бы тоже ответил своё блядское понятно? Руки на ремне сжались сильнее, до ногтей впившихся в мясо. Машина затормозила в знакомых окрестностях ее района. Она буравит своим пустым взглядом лобовое стекло, отсоединяет ремень и в тяжести кричащего молчания получает добродушную улыбку. — Ну, до понедельника тогда? — Вопрос, застывший в его карем море, разрывает Джи на множество кусков. Она лишь кивает и получает в ответ аккуратные, непринужденные объятия, которые посыпались на нее во мгновение и разорвались с приторной улыбкой на его прекрасном лице. А после Джи стоит на тротуаре, следя за тем, как скрывается машина во мгле ночного города. Он помахал ей в окно своей ладонью, как будто поиздеваться решил. И послевкусие тяжелее камня, осевшего на душе. Телефон завибрировал в кармане ее болоньевой куртки. Джи достала устройство, вглядываясь в сообщение, щурясь от света. Юнги-хён 24:03: Ну как ты, мелкая? Чон уже отвёз тебя к себе, показывать свою золотую статуэтку? Набрала ответ, блокируя телефон, шумно втягивая воздух легкими. Так, что до предела, так, чтобы до основания выбить чонов запах из ноздрей. 24:04: Я в полной жопе, Юнги.