Fortuitous choice

Призрачный город не умолкал круглые сутки. Даже в камере без окон, спрятанной глубоко под фундаментом Дома Блаженства, слышались отзвуки музыки и голоса беснующейся нечисти. Света не было. Хэ Сюань зажигал фонарь, только когда спускался к пленнику, а случалось это не чаще, чем раз в две-три недели. Как только бледный огонек озарил подземелье, Мин И, сощурившись, отвернулся. Глаза казались воспаленными, когда-то смуглая кожа приобрела пепельный оттенок, а порез на запястье, из которого Хэ Сюань собирал его кровь, до сих пор не затянулся. — Прекращай голодовку, — цыкнул демон. — Ты все равно не умрешь, так зачем мучиться? — Не хочу, чтобы мертвые шлюхи кормили меня с ложки, — Мин И облизнул потрескавшиеся губы. — Надо ж как заговорил. Что ты за бог такой, если оскорбляешь невинных дам? — Имей совесть снимать мое лицо, когда приходишь сюда. Присев на единственный в камере стул, Хэ Сюань скинул маскировку. Он стыдился того, что украл чужую жизнь, уподобляясь Ши Уду. Тем более что ему самому довелось годами томиться в сыром подземелье, умирая от голода. Первое время он пытался сделать условия плена более терпимыми, но Мин И без конца нападал на стражу, пока не очутился здесь. Сцепленные над головой бескровные руки были белее, чем у мертвеца. Несмотря на божественное здоровье, Мин И вряд ли смог бы замахнуться на него, не говоря уже об ударе. Хэ Сюань полтора столетия искал способ заменить кандалы проклятой кангой, но пока они довольствовались варварскими средствами. — Слышал, Посланник Убывающей Луны заходил поболтать, — закинув ногу на ногу, поинтересовался демон. — Надеюсь, ты был вежлив? — Будь проклят этот предатель. — Значит, не был… Хочешь послушать, что творится на Небесах? — Ничего хорошего, раз уж там расхаживают покойники в чужой шкуре. Мин И, как всегда, дерзил, но хотя бы отвечал. Всех остальных он только поливал изощеренной бранью, какой позавидовал бы и Зеленый Фонарь. Забавно, но плен так озлобил Повелителя Земли, что если бы они оба появились на небесах, чиновники скорее всего приняли бы Хэ Сюаня за оригинал. Прикованный к стене человек ничем не напоминал того скромного архитектора, который годами не выходил из мастерской и кланялся другим, равным ему по статусу, божествам. — Пэй Мин завел интрижку со смертной заклинательницей, — стал вспоминать сплетни Хэ Сюань. — Линвэнь наконец-то избавилась от старого козла и стала Верховным божеством литературы. Наньян и Сюаньчжэнь опять опозорились на пиру: по площади до сих пор пучки волос летают. Ты получил двести сорок фонарей — на пятнадцать больше, чем в прошлом году. Я не забрасывал твои обязанности, между прочим. — Может, мне здесь самое место, раз демон справляется лучше меня, — Мин И повесил голову, отчего голос был едва слышен. — Не забывай, что мне суждено было вознестись. Я рожден быть богом. — Так забери мою судьбу и покончим с этим. Нет ничего хуже, чем отчаяние, пришедшее на смену гневу. Хэ Сюань видел, как призраки развеивались лишь о того, что теряли волю к жизни. Кто знает, бывает ли такое с богами. На этом этапе плана, когда Небеса уже заполонили десятки клонов, смерть Мин И не станет препятствием к долгожданной мести, но Хэ Сюань не желал ему такого конца. Голос Повелителя Земли шелестел, как песок. Слуги насильно заливали в него воду, но он сплевывал, сколько мог, а последняя крошка еды побывала у него во рту несколько лун назад. Пошарив по карманам, Хэ Сюань нашел небольшое зеленое яблоко и встал на ноги. — Кусай. — Что? — Мин с трудом приподнял подбородок. — Тебе нужно что-то есть, а я не мертвая шлюха, верно? Если бы Мин И возразил, это стало бы позорным моментом в жизни Хэ Сюаня, но ответа, к счастью, не последовало. Пленник замер в раздумьях и снова облизнул губы. Демон поднес спелый плод еще ближе, чтобы запах проник в ноздри голодающего. — Я никому не скажу. Все, что здесь происходит — между нами двумя, — тихо-тихо сказал Хэ Сюань. Проиграв в видимой борьбе с самим собой, Мин И рывком вцепился в зеленый бочок. Как только зубы распороли тонкую кожицу, по пальцам Хэ Сюаня побежал сладкий сок, но он позволил капле закатиться под рукав и развернул яблоко другим боком. Мин И, жмурясь от удовольствия, укусил снова. — Что тебе захватить в следующий раз? — воодушевился Хэ Сюань, вытирая руки платком. — Яду. — Да что ж такое… — А чего ты ожидал? — Мин И тряхнул головой, убирая челку с глаз. — Я даже не знаю, что хуже: попасть в плен или знать, что никто не заметил подмены. — Только потому, что я лучший в мире актер, — попытался успокоить его Хэ Сюань, хотя на самом деле обман удался по другой причине: Мин И не имел ни семьи, ни друзей, и никто не знал его достаточно хорошо, чтобы увидеть разницу. — Потерпи еще немного. Вернешься на Небеса, как только Ши Уду сдохнет. — Ты просто отпустишь меня? — Конечно. Даже если захочешь отомстить — силенок не хватит. Нет смысла убивать тебя… или оставлять здесь. Хэ Сюань осекся, осознавая, что подземелье и правда скоро опустеет. В последнее время он только и делал, что целыми днями слушал бестолковую болтовню Цинсюаня, изредка цапался с Хуа Чэном и работал за Повелителя Земли. Когда-то он наслаждался, воображая будущую месть, но эти мысли давно приелись. Он продолжал из принципа, уже не чувствуя предвкушения, и единственным, что разбавляло рутину, стал Мин И. Хэ Сюань был словно старушка, которая продолжает вставать по утрам, потому что ей не на кого оставить кота. Ему льстило, что пленник относится к нему чуть лучше, чем к остальным тюремщикам. Увидев, как белые зубы впиваются в яблоко, он внутренне подпрыгнул от восторга. Зверь по имени Мин И покорился ему одному. Цепи звякнули, когда Повелитель Земли пошевелил плечами. Его губы все еще блестели от сока, глаза привыкли к свету и широко раскрылись. Хэ Сюань видел себя в его огромных зрачках. Задумавшись, он провел языком по демоническим клыкам. Они и так стояли близко, когда Хэ Сюань кормил пленника, но теперь он прижался вплотную и сгреб темные волосы в кулак, заставляя Мин И запрокинуть голову. Обычно он брал кровь из запястья, но этот раз синяя венка на шее вызывающе выпирала под кожей, словно требуя обратить на нее внимания. — Что ты делаешь? — завозился Повелитель Земли. — Божественная ци слабеет, когда ты голодаешь. Придется взять больше крови, — на ходу придумал Хэ Сюань и, не давая себе времени передумать, вонзил клыки в белую шею. Мин И резко втянул воздух; Хэ Сюань губами почувствовал, как раздулась его трахея. Кровь толчком плеснулась в рот, соленая, как морская вода. Демон держал его за челюсть, с силой сжав пальцы. Живое, теплое тело с бьющимся сердцем приникло к нему, прогоняя посмертный холод изнутри и снаружи. Хэ Сюань чувствовал, как кровь стекает по пищеводу, наполняя его божественной ци. Так должно ощущаться восхождение на Небеса, которого его лишили. Наслаждение было столь сильным, что он слишком поздно заметил — ослабленный Мин И уже теряет сознание. Хэ Сюань нехотя отстранился, напоследок проведя языком по шее. Ранки тут же срослись благодаря циркулирующей между ними духовной энергии. — Не запускай себя, иначе я не знаю, что мне придется взять в следующий раз, — произнес демон около уха Мин И. Ошарашенный бог не смог вымолвить ни слова. Когда эйфория спала, Хэ Сюань почувствовал двусмысленность их положения: тела, облаченные в похожие черные одеяния, жались друг другу вплотную. Пользуясь заминкой, он вышел из камеры, не забыв напоследок потушить фонарь. На том конце лестницы, ведущей в холл Дома Блаженства, его предсказуемо ожидал сам Хуа Чэн. — Ты задержался, — сказал градоначальник: когда открывали камеру, он оставался поблизости, на случай, если бог опять попытается ускользнуть. — Так получилось, — спокойно ответил Хэ Сюань и утер рукавом рот. — Ты бы ему в следующий раз цветочков прихватил, что ли. — Зачем? — Он же Повелитель Земли. Улыбка Хуа Чэна ему совсем не понравилась, но Хэ Сюань притворился, что все идет по плану.