Язык тишины

«Дом — это место, где начинают замечать, если тебя нет.» Жить в цирке оказалось странно. Не страшно. Не тяжело. Именно… Странно. Первые несколько дней МС постоянно просыпалась раньше остальных. По привычке. Будто ей снова нужно было открывать кафе. Но здесь никто не открывал двери в семь утра. Никто не включал кофемашину. Никто не ворчал из-за опоздавших поставщиков. Здесь утро начиналось иначе. Со скрипа деревянных полов. С далёкого лая собак где-то за пределами цирка. С тихого звона цепей, которыми закрепляли декорации. Она сидела на подоконнике, прижимая к груди кружку с горячим чаем. И наблюдала. Цирк просыпался. Первым появился Билл. Он всегда вставал раньше остальных. МС уже заметила это. Он молча открывал кассу, проверял замки, осматривал территорию. Каждое движение — спокойное. Выверенное. Словно он делал это уже сотни лет. …Хотя, кто знает. Она машинально улыбнулась. Билл поднял взгляд. Заметил её в окне. Коротко кивнул. Она ответила тем же. Больше ничего не понадобилось. Через несколько минут двор взорвался громким голосом. — Я НЕ ВИНОВАТ! Арлекин. МС даже не выглянула. И без того знала, что будет дальше. — Что ты опять сделал? Это уже Билл. — Ничего! — Тогда почему ты кричишь? … Пауза. — Для профилактики. Она не удержалась. Беззвучно засмеялась. Когда она спустилась вниз, Арлекин уже сидел за столом, подперев голову рукой. — Вот. Он ткнул в неё пальцем. — Она смеётся надо мной. МС показала: «Ты смешной.» — Это оскорбление. Она покачала головой. «Это факт.» Билл, проходивший мимо с кружкой кофе, тихо хмыкнул. Арлекин возмущённо посмотрел сначала на него, потом на неё. — Вы сговорились. После завтрака Доктор раздал всем обязанности. Это происходило почти каждый день. Кто-то занимался реквизитом. Кто-то костюмами. Кто-то подготовкой сцены. — Поможешь мне? МС подняла голову. Доктор смотрел прямо на неё. Она кивнула. Его кабинет был на удивление аккуратным. Баночки. Книги. Инструменты. Всё лежало на своих местах. Доктор сортировал какие-то коробки. — Вот эти наверх. Она послушно поставила коробку на полку. Потом вторую. Третью. Когда потянулась за четвёртой… На пол соскользнул старый карандаш. Она автоматически подняла его. Обычный графитовый. Сильно сточенный. Доктор заметил её взгляд. — Не пишет. Хотел выбросить. Она вопросительно посмотрела. Потом достала из кармана небольшой канцелярский нож. Несколько аккуратных движений. Деревянная стружка тонкой спиралью легла на стол. Через минуту карандаш снова стал острым. Она протянула его Доктору. Тот машинально провёл линию по листу. Графит оставил чёткий след. Доктор посмотрел сначала на карандаш. Потом на неё. — … — Спасибо. Она улыбнулась. Показала жест. «Пожалуйста.» Днём цирк готовился к представлению. МС сидела за кулисами и пришивала оторвавшуюся тесьму. Работа была однообразной. Но ей нравилось. Пальцы двигались сами. Игла мелькала между тканью. Она настолько сосредоточилась, что не заметила, как рядом кто-то остановился. Пьеро. Он молча наблюдал. Не мешал. Не говорил. Его взгляд задержался на её руках. Она подняла голову. Улыбнулась. Показала: «Что-то случилось?» Он медленно покачал головой. Потом перевёл взгляд на иглу. На ткань. Снова на неё. Будто хотел что-то спросить. Но не мог подобрать слов. Вместо этого он неожиданно протянул ей небольшой металлический напёрсток. Старый. Немного потёртый. Она удивлённо моргнула. Он молча вложил его ей в ладонь. И ушёл. … МС несколько секунд смотрела на подарок. Потом осторожно надела его на палец. Он подошёл идеально. Она не знала… Это был новый? Или… Чей-то старый? Вечером, когда представление закончилось, МС вернулась в комнату. День выдался долгим. Она открыла ящик. Достала скетчбук. Новый карандаш. Тот самый, который только что заточила. Она долго смотрела на чистую страницу. Потом начала рисовать. Не Пьеро. Не Арлекина. Не кого-то из цирка. Напёрсток. Совсем маленький предмет. Металл ловил отблеск лампы. Рядом лежала катушка ниток. Игла. Несколько незаконченных стежков. Когда рисунок был закончен, она ненадолго задумалась. А затем подписала внизу. «Он заметил, что я постоянно колю палец.» В это же время за стеной Арлекин лениво развалился на диване. — Слушай. Он посмотрел на Джестера. — Тебе не кажется… Что Пьеро стал… Другим? Джестер перевернул карту между пальцами. — Кажется. — Это плохо? — Не знаю. Он улыбнулся своим привычным, непонятным образом. — Но мне интересно посмотреть, что будет дальше. А МС уже закрывала скетчбук. Не подозревая, что с каждым днём рисунков становилось всё больше. И почти все они были посвящены одному и тому же месту. Цирку. Потому что сама того не замечая… Она уже перестала рисовать воспоминания. Теперь она рисовала настоящее.