L'enfant des champs de coton

Легкий ветер шуршал в кронах огромных дубов. Он поднимал листья с земли, унося в сторону реки Флинт. Это были территории южнее Атланты, не носившие определённого названия. Первые переселенцы, выкупившие эти земли, не соизволили дать им название. Лишь спустя много лет они получили прозвища, так и закрепившиеся в народе. Поместья, раскинувшиеся на этих землях, принадлежали зажиточным семьям, которые прибыли сюда из Европы. К примеру, Смитов. Их отец, Рей, уехал на новые земли из Бельгии вместе со своей женой. Или Брокстоуны. Госпожа Лилли была бродячей музыканткой из Франции, а господин Лу — танцором. Семья Стормов были зажиточными аристократами, которые брали свои корни с Великобритании. Отец не раз говорил Морро, что будь они в этой великой державе, то могли быть не последними людьми в государстве. Но судьба распорядилась иначе. Прадеды семейства Хамбро и Сторм решили, что душный Лондон не для них, и вместе с первым попавшимся кораблем уплыли покорять на тот момент неизвестные земли. Морро каждый раз тяжело вздыхал, когда слышал эту историю. Все так любили распинаться про то, какие трудности пережили все переселенцы. Одни индейцы чего стоят. Но сразу же закрадывался закономерный вопрос. Ради чего? Америка того времени не могла предложить ни сотую долю того, что имела сейчас. Так почему же все эти люди, ныне считавшие себя южанами-конфидератами, тогда решились бросить всё, чтобы приехать сюда? Когда-то он задал этот вопрос матери. Мелоди лишь улыбнулась. «Возможно, они хотели свободы, которую не имели на Родине?» — ответила она. Хоть Сторм до конца так и не понимал этого. Единственная причина переезда, которую он принял за вескую, была у господина Диллона, дедушки его крестной сестры, Скайлор. Он был частью революционного движения в Ирландии и случайно убил человека. Поэтому скоропостижно сбежал из родной страны. -Ну что ты там стоишь? - сказал голос позади. Услышав его, Морро лишь тяжело вздохнул. - Жду, когда приедут гости. Катара, его младшая сестра, лишь закатила глаза. На ней было одето светло-желтое платье. Отец привез его с Атланты совсем недавно, и сестра еле уговорила маму и служанку Мини, чтобы одеть его на сегодняшний банкет. - Говори прямо, что ждешь, когда приедет семья Монтгомери. - фыркнула девушка и встала рядом с ним. Они стояли на балконе, прямо над тропинкой, которая выходила к подъездным воротам. - Я не виделся с ними почти четыре года. Катара снова закатила глаза. Ей не понять, каково испытывать тоску по близкому человеку. - Будто вы не писали друг другу письма каждый день. Я видела, как ящик Ллойда завален твоими письмами. Морро зло посмотрел на неё, но их спору помешал звук копыт. Совсем скоро в поле зрения появилась карета. Сторм узнал ее в ту же секунду и радостно улыбнулся. Его крестная, госпожа о'Харра, как обычно, приехала первая, чтобы помочь Мелоди. Сзади кареты ехал господин Чен на своем вороном жеребце. Морро бросился к выходу с балкона. Катара от неожиданности отскочила назад, но через мгновение сообразила и тоже побежала за братом. Парень же уже съезжал с лестницы. Если бы мама увидела его в таком положении, то упала бы в обморок. Он же джентльмен, окончивший Вест-Поинт, элитную армейскую академию. Из столовой вышли его друзья, которых он привез с собой. Джереми зевал, а Пьеро что-то увлечённо говорил. Они оба были из зажиточных семей Флориды, но находились в немилости по разным причинам. Джереми был не в любимчиках у отчима, которого безбожно любила мать. Сразу после выпуска из академии ему прислали дарственную на земли в Миссисипи и окончательно забыли о его существовании. Люзолин не сильно об этом беспокоился, поэтому с удовольствием поехал в Джордию, надеясь присмотреть себе землю. Пьеро же был из семьи эмигрированных французов. Он бежал от женитьбы на какой-то зажиточной девушке из Саванны, поэтому родители отказались от него. Сам Лерой предполагал этот исход, поэтому успел скопить небольшое состояние. Когда Морро пронесся мимо этих двоих, то они замерли, удивленно приподняв брови. В следующее мгновение их внимание обратилось на младшую Сторм, бежавшую следом за братом. Катара держала в руках юбки и спускалась по лестнице. В это время парень выскочил во двор, где мать с отцом уже встретили гостей. Госпожа о'Харра лепетала что-то о настроении, а Скайлор стояла рядом. Как только она увидела Морро, то издала какой-то радостный визг и бросилась ему навстречу. Сторм только успел раскинуть руки, как ему в объятия упала крестная сестра. Она сжала его шею и что-то щебетала. -Морро! С возвращением! - воскликнул господин Чен, улыбаясь во все зубы. Его верный слуга, которого он возил везде с собой, тоже кивнул головой. Клаус не отличался эмоциональностью, в отличие от всей остальной семьи. Наконец Скайлор отпустила его и поправила воротник, который успела помять. Она выглядела такой счастливой, что Сторм даже не возмутился этому факту. Госпожа о'Харра и господин Амсвери подошли и тоже тепло поприветствовали его. Морро галантно поцеловал кончики пальцев госпожи Скарлетт и пожал руку господину Чену. Пока они обменивались приветствиями Катара вместе с Джереми и Пьеро успела выйти на улицу. Они присоединились к разговору. Через время и остальные гости начали прибывать. Семья Уолкер приехала сразу за о'Харра. Джей сразу же радостно бросился в дружеские объятия. Этот дружелюбный юноша, только переступивший порог шестнадцатилетия, был одним из близких друзей Морро. Если быть честным, то почти все парни, жившие в соседних поместьях, были его друзьями. Несмотря на то, что Сторм был старше, все детство они провели вместе. Вся компания знала наизусть все окрестности, проведя множество часов на реке Флинт. Гости все прибывали и прибывали, а семейство Монтгомери так и не появлялось на горизонте. Каждый раз, когда по дороге слышался топот лошадиных ног, то Сторм внимательно смотрел в окно. Но каждый раз это оборачивалось только разочарованием. И вот, наконец ко входу подъехала карета, из которой начала выходить вся семья Ллойда. Сердце Морро ушло в пятки, когда он увидел того, о ком мечтал все эти четыре года. Ллойд довольно сильно изменился. Детское личико стало более мужественным, движения более элегантными, а сам он явно стал старше. Когда отец и мать отправились встречать гостей, парень обошел подъездную аллею через сад и стал дожидаться, когда Ллойд пройдет мимо куста, в котором он затаился. И вот господин Гармадон вместе со своей женой и братом двинулись мимо, стараясь быстрее дойти до двери. Младший Монтгомери шел неспеша, будто кого-то выискивая. Морро знал, что Ллойд искал именно его. Как только старшие скрылись в дверях, а блондинчик оказался совсем рядом, Сторм сделал резкий выпад. Схватив руку паренька и потянув на себя, он упал на траву за кустом. Ллойд даже не успел вскрикнуть, как упал на него, расставив руку по бокам от головы. Черноволосый видел, как лицо блондина меняется с легкого испуга до восторга. - Ты приехал! - прошептал Ллойд и упал на него, сжимая в объятиях. - Конечно приехал, как же могло быть иначе. Я же обещал, - мягко ответил Морро и тоже сжал Монтгомери в объятиях. - Расскажешь, что тут было, пока я грыз гранит науки?

***

- И представляешь, он бросился прямо в реку! - жестикулировал Ллойда, энергично рассказывая о том, как Кай утопил в реке сапоги, купленные в Вашингтоне и привезенные в подарок на день рождения. - А разве он не боится воды? - Морро склонил голову набок и внимательно наблюдал за действиями собеседника. Он подмечал каждое движение губ, каждый глубокий вдох, когда он переводил дыхание и не мог налюбоваться. Боже, как он скучал! - В том-то и дело! Ну ты представь, если бы госпожа Смит узнала, что эти сапоги пали в нечестном бою с илом и сомами. Сторм улыбнулся, представляя разъеренную госпожу Смит, которая ругает Кая на чем свет стоит. Только Ллойд отвлекся на что-то, как Морро не удержался и притянул его к себе для поцелуя. Нет, он слишком скучал, чтобы быть джентльменом в этот момент. Всем вокруг давно стало понятно, что отношения Ллойда и Морро были чем-то большим, чем «лучшими друзьями». Все это прекрасно знали, но еще ни раз никого не попрекнули. Возможно, старшее поколение старалось сделать вид, что они перебесятся и это прекратится, но Сторм знал, что все, что было, есть и будет между ним и Монтгомери, не прекратится никогда. Как бы изначально он не пытался отрицать свои чувства, но в академии окончательно убедился, что женщины его не интересуют. Каждый раз, когда его товарищи отправлялись в бордель, Морро оставался в общежитии. Даже не из-за того, что он был джентльменом, чье воспитание не позволяло даже думать о таких местах, скорее из-за того что проститутки не вызывали даже крохи тех эмоций, что он испытывал, находясь рядом с Ллойдом. Их идилии помешал топот ног, бегущий в их сторону. Несмотря на то что они спустились ближе к огромному дубу, который стоял тут еще со времён индейцев, их легко нашел Конан, слуга отца Морро. - Юный господин, боюсь, дело не терпящее отлагательств, - сказал он, пытаясь отдышаться. - Ваш отец срочно вызывает вас. - Хорошо, секунду, - сказал Сторм, отряхиваясь от пыли. Ллойд поднялся следом. - Так что случилось? - Янки объявили войну югу. Совсем скоро нас ждет что-то намного хуже мексиканской войны. Нет, даже хуже, чем война за независимость. - Но разве мы не одолеем их за пару сражений? Янки всего лишь трусы и воры. Один южанин стоит двадцати янки! - воскликнул на эмоциях Ллойд, окрыленный патриотизмом. - Я очень на это надеюсь, молодой господин Монтгомери, - покачал головой Конан, поворачивая в сторону поместья