Something unto memory

      Люди исчезают чаще, чем кажется. 284 400 — столько пропало то ли в прошлом году, то ли в этом, и их число все увеличивается, несмотря на технологии слежки.        Пропавший без вести — юридический термин, обозначающий человека, который исчез, и чей статус (живой или мертвый) не может быть подтвержден, поскольку его местонахождение и состояние неизвестны. Пропавший может исчезнуть добровольно, либо в результате несчастного случая, преступления, смерти в месте, где его невозможно найти, например в глубоком море или высоких горах, или по ряду других причин. В большинстве регионов мира без вести пропавшего человека обычно находят довольно быстро.       Преступные похищения являются одними из наиболее широко освещаемых случаев исчезновения людей.

***

      Однажды в их районе кто-то пропал. Это случилось много лет назад, когда брат еще водил его за ручку до детского садика, пока сам шел в начальную школу.       Та женщина стояла рядом с церковью, старинной, которая всем местным мозолила глаза, и держала большой, написанный вручную плакат. На белой бумаге красная, будто сделанная из крови, висела надпись: «Пропал человек! Если вы видели мужчину на фото, пожалуйста, сообщите…» Далее шел длинный набор цифр, который лень было читать.       Когда они возвращались с садика, она все еще там стояла. Уже стемнело, с неба падал снег, зажегся фонарь, освещающий тонкую белую пригоршню на ее голове, а она все стояла там и стояла. С утра до ночи. Ее лицо покраснело, то ли от холода, то ли от чего еще, может, простуды, глаза опухли и под носом замерзла сопля, а мокрая кожа пошла трещинами. На вопрос Рина, мама сказала что это скорбь…или утрата, в общем маленький он не понял значения этого сложного слова, но от него у женщины был совершенно пустой взгляд. Даже когда он, набравшись смелости, подошел к ней, она не обратила на него внимания, продолжая бездумно смотреть перед собой в кучку грязного снега.       А потом она исчезла. Ее привычный вид у церкви, казавшейся застывшей во времени, вдруг куда-то пропал, будто земля открыла пасть и проглотила ее живьем. Но вскоре ее оставленное пустым место снова стало таким же привычным, как до этого ее присутствие у церкви.                                                                    Люди не замечали ее исчезновения. В последствии Рину стало казаться, что они ее забыли. После пропажи Саэ он чаще стал замечать пропажу других людей, даже когда они не имели к нему никакого отношения. И каждый раз при их виде в душе нарастала поглощающая пустота, как та, что съела глаза женщины у церкви. Они вылезали из-за границ зрения, залезали на листовки, коробки из-под молока и бюллетени на столбах. Плакаты с их фотографиями, окруженные железными рамами, казались рекламой в ярко-блевотных красках, и они смотрели с нее жуткими зубастыми улыбками. — Просто не обращай на них внимания, — говорила мама, когда они проходили мимо, — Люди пропадают каждый день.       Рина передернуло. Ее слова прозвучали особо цинично, если учесть, что в тот момент она несла в полицию документы с фотографией Саэ.       Но она была неправа. Ему плевать было на них, чьих-то других людей, его волновала исключительно пропажа брата. Просто уж больно сильно казалось, что глаза на плакатах двигаются вслед за ними, будто шепча: "мы все еще где-то там».

***

      Рин расхаживал вперед-назад по коридору; его быстрые, нетерпеливые шаги эхом отлетали от стен, ногти на сжатых в кулак пальцах впивались в кожу до фиолетовых пятен.       Наконец с лестницы в коридор послышались шаги, а затем из-за дверей появился тот, кого он ждал здесь час с лишним. Рин тут же обернулся на звук, сощурив взгляд на приближающейся светлой башке.       Кайзер держал в руке планшетку, в которой писал на ходу, не смотря под ноги.       — И долго ты тут туда-сюда бро-       Договорить очередной едкий комментарий он не успел — Рин схватил его за грудки и с силой приложил к стене.       — Ты соврал мне, сволочь, — прорычал он сквозь зубы в чужое лицо.       От резкого удара Кайзер зашипел, жмурясь от звона в ушах. Михаэль ошарашенно уставился на него, замерев, прижатый к стене. Планшетка выпала, отлетев на пару шагов с глухим стуком. А Рин злился. Очень злился. В нем давно не было столько злости, несколько месяцев, а, может и год, как когда брат внезапно решил сорваться и уехать на полгода за границу, ничего не сказав. Тогда они сильно подрались, и тонкий шрам, оставленный ему наманикюренными ногтями Саэ, белел где-то на загривке.       Его пальцы так крепко сжимали чужую кофту, что костяшки начали белеть и трястись до болезненности в кистях. — Ты-, — процедил еще раз Рин, от злости не зная, что еще сказать. С каждой секундой его лицо мрачнело, казалось, что он вот-вот начнет душить Кайзера, как врага.       Потому он соврал ему. Потому что он не сказал, что Саэ не просто умрет, что он может не просто никогда не увидеть и его тела. Потому что его брат буквально исчезнет, а от него собирались это скрыть.       Несколько секунд они смотрели друг на друга в тишине пустынного коридора, но каждый был погружен в свои мысли, Рин — в крайне деструктивные. Во взгляде Кайзера что-то мелькнуло, похожее на старое воспоминание, заставившее застыть. Натянутые края кофты неприятно впивались в шею, что труднее становилось дышать. Итоши продолжал сверлить его взглядом, собираясь хорошенько стукнуть о стену еще раз, как вдруг у шеи Кайзера что-то шевельнулось.       Рин успел отпрыгнуть лишь благодаря хорошим рефлексам — из-под воротника Кайзера резко вылетело что-то, разрезав воздух, где только что была его щека, но не успел он опомниться, как оно, блеснув серебром, уже скрылось обратно в воротнике.       Рядом послышалось гневное шипение.       — Старая, мать ее карга.       Кайзер, оправившийся от внезапной атаки, потер шею и уставился глазами куда-то вперед, но взгляд его был направлен не на Рина, а на темный угол коридора.       На лице его отразилось отвращение.       — Миссис Анри, — громко обратился он к углу, скалясь, — Не хотите ли объясниться?       В том конце коридора послышался женский смешок. Из-за угла нежно вплыла, элегантно заложив руки за спину, знакомая девушка. Мисс Анри склонила голову, рассматривая их, будто двух любопытных зверьков, к которым наконец можно было приблизиться. А Итоши, только сейчас осознал, что за ними следили. По спине невольно пробежался холодок.       — О, милый герр Кайзер, зачем же так грубо! От чего вы так злитесь, неужели я вас как-то обидела? — девушка подошла к ним, перебирая ножками, и невинно захлопала глазами, — ох, кажется, действительно обидела. Ну-ну, не хмурьтесь так.       Мисс Анри, подпрыгнув, ткнула пальчиком между нахмуренных бровей Кайзера, который с виду хотел ей этот палец оторвать вместе с рукой. Он бы больно шлепнул ей по ладони, но девушка вовремя отдернула палец и покачала им, как перед ребенком за шалость.       Милая улыбка не сходила с лица «Миссис» Анри, но от этой улыбки отчего-то мурашки шли по коже. Она была кривой в буквальном смысле этого слова. Чем дольше Рин смотрел, тем больше она казалась неестественной — как у свежей глиняной куклы, которой в рот запихнули пальцы и растянули края до ушей. Но больше пугала мысль, что все то время, что он ходил здесь, кипя от злости, она стояла здесь. Рядом. Где-то за спиной, каким-то образом проскользнувшая мимо незамеченной в коридоре, где был только один вход и выход.       Анри тем временем спокойно покачивалась на пяточках, не обращая внимания на их недружелюбные взгляды, а Рина вновь охватило ощущение, что перед ним стоял совершенно другой человек.       Кайзер холодно наблюдал, как девушка кривляется перед ними. Казалось, он хотел обозвать ее погрубее, чем «старая карга», но мог позволить себе лишь недовольно скрестить на груди руки.       — Вы сообщили пострадавшему информацию в обход моего расследования. Как я должен это понимать, миссис Анри? Вы пытаетесь меня саботировать?       Девушка ахнула, всплеснув руками. Звук от хлопка ее ладоней больно хлестнул по ушам. Кажется… она только и ждала, чтобы на нее скинули побольше обвинений, а злобное лицо Кайзера ее жутко веселило. — Саботировать?! Ох, что вы, как я могу! Мешать вам искать бедных, несчастных, больных людей! А впрочем… — тут ее голос резко упал на пару нот. Лицо помрачнело, сощурив два острых, как скальпель, глаза. Обоих юношей мгновенно обдало холодом, — Я ведь должна следить за работой инспекторов, не так ли, милый Кайзер? Мистер Итоши, — Анри повернулась к Рину, вежливо ему кивнув, — Я правильно понимаю, что вам до сих пор не объяснили всех обстоятельств дела, которые вам могли бы объяснить?       Ее обращение заставило Итоши вздрогнуть. Он подсознательно чувствовал, что с виду заботливый вопрос нес под собой нехорошую подоплеку. Хотя ему действительно так ничего и не объяснили, а минуту назад он сам собирался выбить все из Кайзера кулаками, сейчас бы он предпочел незнание ее пристальному взгляду. Она словно пыталась незаметно залезть в его душу.       Рин отрицательно покачал головой, не ради того, чтобы пожаловаться, а лишь бы эти два, будто пластиковых глаза перестали на него смотреть.       — Кайзер, — наконец Анри отпустила глазами его, позволяя с облегчением выдохнуть, — Вы знаете, как важно сообщать больным всю информацию о Растворении.       —Я не обязан этого делать, — процедил Михаэль сквозь зуб, но взгляд отвел в сторону, тоже не выдержав фальшивого вида ее лица.       — Вы не обязаны, но это все же важная часть вашей работы. Что если больные по незнанию снова заразятся? Кайзер раздраженно выдохнул носом.       — Вы безосновательно вмешиваетесь в мое дело. Я сообщу об этом в рапорте. Эта угроза, которая прозвучала совсем по-детски, как от ребенка, грозящего нажаловаться воспитателю, вызвала у девушки только смех.       — Конечно, Кайзер. Я обязательно расследую саму себя и выдам себе штраф, если вам так будет спокойнее. Чем меньше ошибок вы делаете, тем лучше для всех нас.       Анри вдруг шагнула к нему. Затем еще раз. В секунду девушка оказалась к Кайзеру вплотную — ее острые ногти впились в плечо юноши. Лицо с улыбкой на натянутой коже прильнуло к нему, заставляя вздрогнуть, и спавшие волосы пощекотали щеки холодом.       — А вы ведь последнее время много ошибаетесь, не так ли, милый Михаэль?       Рин наблюдал, как лицо Кайзера постепенно бледнеет. Парень явно злился, но не мог сдвинуться с места, будто неведомая сила вдавила его в пол. Казалось, ему трудно было дышать да даже просто открыть рот, его брови хмурились, будто он упорно пытался сквозь что-то пробиться.       Когда его грудь заметно расширилась, не сделав вдоха, Рину невольно самому стало тяжело дышать.       Тонкие пальцы впивались в кофту, как иглы в плоть, ткань пошла складками. Анри сжимала чужое плечо все сильнее, но ее глаза не сходили с лица напротив. Она ждала, очень ждала, когда же оно дрогнет, и предвкушала, какой оттенок боли на нем появится.       В какой-то момент Кайзер, упорно сжимающий кулак захваченной руки, все же выдержал и рвано выдохнул, выдавая невыносимость ощущений в плече.       И только тогда Анри отпустила его — девушка довольно улыбнулась, и ее длинные пальцы отцепились от кофты, в которой почти проделали дыру. Она похлопала Кайзера по плечу, и на его лице отразился еще больший дискомфорт.        Анри не обратила на это внимания. Кажется, его злой, искореженный ее пальцами взгляд только доставил ей лишнее удовольствие. Она без особого интереса взглянула на отступившего подальше Рина, и радостно провозгласила:       — Ладно, мальчики, давайте! , — миссис Анри похлопала сама себе в ладоши, — у меня дела. Буду ждать отчет, Кайзер.       Миссис Анри, довольно прикрыв глаза, прошла мимо них той же тихой, женственной походкой, с которой появилась. Но теперь она перестала казаться милой, а выглядела чрезмерно наигранной.       Ее присутствие словно вправду несло с собой холод — стоило ей отдалиться, как Рин почувствовал, что воздух вокруг потеплел и кровь притекла обратно в щеки.       Только парни выдохнули, как миссис Анри вдруг развернулась, скрипнув каблуками по полу.       — Мистер Итоши! , — помахала она им ручкой, заставив вздрогнуть от внезапного оклика, — Если он вдруг вздумает вас обижать, не стесняйтесь, пожалуйтесь мне! Я его проучу.       «Как именно проучите?», — подумалось Рину, но для себя он уже решил, что ничем хорошим для Кайзера это не светит. Скорей всего для него тоже.       — Конечно, миссис Анри, — ему понадобилось собрать всего себя в руки, чтобы голос не выдал появившейся дрожи, — Спасибо за вашу заботу.       Миссис Анри в ответ улыбнулась очередной миловидной улыбкой и наконец скрылась за дверьми выхода из коридора.       На несколько минут воцарилось молчание. Кайзер так и смотрел куда-то в пол, не до конца оправившийся от ее близости к собственному лицу, а Рин почувствовал усталость, от которой хотелось усесться на пол, как после пробежки, и перевести дух.       — Что это было? , — рвано спросил он, найдя опору в стене.       Кайзер промолчал. Все еще бледный, он медленно наклонился, приподнимая и несколько раз отряхивая планшетку, словно весь пол был покрыт пылью, от которой ее обязательно надо было почистить, но, кажется, так он просто давал себе больше времени продумать следующие слова.       — Ничего, — сказал он, — Ничего, с чем стоило бы связываться.

***

      Кайзер привел в его очередной кабинет, в который изначально планировал до… их столкновения.       Помещение было маленьким, побольше кабинета Михаэля и новой комнаты Рина, но все еще достаточно небольшим, чтобы пять человек уместились с большим трудом. Напоминало переговорную, какими он их представлял, основываясь на фильмах, но вместо кресел, столиков и шкафчиков повсюду были мониторы, блоки питания и провода, обдуваемые шумным вентилятором.       Здесь было темно, стены нависали как большой железный ящик. Но самым необычным была стеклянная перегородка в соседнюю комнату. Как окно на улицу, только если бы оно вело к соседу. В соседней комнате было тоже темно, даже слишком. Света не было за исключением одной красной лампочки, мигающей в темноте с идеально подсчитанным темпом. В этом периодическом клочке света различались очертания человеческого силуэта, который сидел неподвижно в одиночестве. Должно быть, там работал кто-то любящий фокусироваться целиком и полностью на задаче, а стекла на самом деле были затемненные, потому и казалось, что в свет не включен. Честно, Рин не хотел иметь дело с мыслями, кто, если там правда кто-то есть, может там скрывать, потому он решил заставить себя не обращать на соседей внимания.       В их кабинете тоже не горел свет. Единственным освещением были включенные экраны мониторов.       Казер проверил, что дверь плотно закрылась, издав характерный щелчок, будто пытаясь перекрыть путь чему-то, что могло следовать за ними, прежде чем встать посередине комнате. Камера, висевшая сверху, над мониторами, проснулась от движения в своем поле зрения — ее корпус нагнулся, будто приветствуя вошедшего.       — Здравствуй, Несс, — сухо поздоровался Кайзер с камерой. Камера в ответ пару раз покрутила фокусом внутри. Раздалось щелканье включающихся динамиков, и по всей комнате разнесся громкий голос.       — Здравствуй, Кайзер!        Голос звучал электронным, роботизированным, хотя в нем слышались нотки радости. Сразу вспомнились современные модные ии-ассистенты, правда, этот голос звучал куда натуральнее какого-нибудь очередного гпу-чата, не слишком синтезированным. И все же его легко можно было отличить от настоящего человеческого. Было ощущение, что голос готов был разразиться типичным «чем я могу вам помочь? Я могу провести анализ, подготовить отчет, сформировать презентацию…», но Кайзер вовремя оставил его.       — Я присылал описание. Ты нашел что-нибудь? Синтезированный голос замялся. Пару секунд компьютер думал, будто его в самом деле перебили на полуслове, а потом быстро ответил тем же вежливым тоном.       — Конечно! Я нашел несколько записей, соответствующих запросу. Последняя от xx.xx.хх. числа. Вывести на экран?       Здесь Рин окончательно убедился, что Кайзер разговаривал с помощником-искусственным интеллектом местного производства. Мысль, что и до сюда эти дурацкие LMM-модели вызвала разочарованный вздох. Впрочем, местный ии, как его там Кайзер обозвал, Несс, не сильно далеко ушел от своих собратьев, поскольку до сих пор не обратил на него внимания. Не то, чтобы Итоши жаждал внимания к своей персоне, просто это было странновато. Обычно такие ии-шки были предельно вежливыми. Рин воспринял молчание ии по поводу своего присутствия как то, что находился вне поля его зрения камеры, а Кайзер не посчитал нужным его представлять. И хорошо. Лучше он постоит в сторонке и послушает, оценит, что от него на этот раз требуется.       — Выводи. Мне нужны три последние, — сухо скомандовал Михаэль, фокусируясь на мониторах.       Несколько спящих экранов сверкнули, и спустя пару помех на них появилось несколько нечетких изображений. Изображения были некачественные, наверное, еле добивали до 240p, будто фотку с телефона с силой растянули по краям, с расстояния ничего нельзя было различить. Со своего места в углу Рин не мог разглядеть, что же было изображено. Кайзер с ии обменялись парой фраз, когда картинки были сделаны, а дальше его вопросы и ответы ии превратились в сплошной гул из бессвязных терминов. Мысли Рина быстро скоро начали уходить в себя.       К тому же ему снова ничего не объяснили по дороге, храня молчание. Кайзер даже не следил за ним украдкой, как Рин начал замечать, что он делал, всякий раз стоило ему оказаться где-то в слепой зоне обзора, но на сей раз Итоши сам не лез с вопросами. Слова той… женщины витали в голове, хотя сейчас разбираться с этим «Растворением» желания не хватало, ведь чувство «не по себе» после встречи с ней в коридоре не отступило окончательно. Единственное — он надеялся, что все эти бюрократические процедуры, напоминающие бесконечную поликлинику, действительно могли найти Саэ.       В какой-то момент он осознал, что силуэт в окне обернулся на них. Взглянув в стекло, он понял, что мигающая лампочка за стеклом была вовсе не лампочкой, а одним, массивным глазным яблоком с маленьким зрачком. Мигание было все равно что морганием — ярко-горящее в темноте красный глаз опускал веки и медленно их поднимал, не сводя с них взгляд.       Силуэт пристально следил за ними. Стоило одному из них шевельнуться — мигающий глаз тут же следовал за движением.       Рин осторожно взглянул на Кайзера, но тот на мигание с боку не обращал внимания. Либо делал вид. В любом случае его голову будто приварили к шее, и она могла смотреть только вперед, только вверх на мониторы, не меняя направления.       Итоши хотел было ткнуть его в плечо, но потом… Он еще раз взглянул на силуэт, потом на Кайзера, вспомнил мисс или миссис Анри? и решил что с него, пожалуй хватит. В отличии от той женщины, от странного силуэта не исходило ни холода, ни опасности. Красный глаз просто смотрел и все.       В любом случае, это было не его дело, и Рин, махнув головой, отвернулся, убедив себя, что его воображение слегка разыгралось.       Наконец Кайзер позвал его подойти ближе. Лицо у него было серьезным, глаза напряжены, будто он нашел кусочек огромного пазла и обдумывал, куда его правильно вставить. Так, должно быть, выглядело его типичное «рабочее» выражение. Пожалуй, такое его лицо вызывало в Рине наименьшее раздражение, потому он без возражений вошел в небольшой круг, освещаемый мониторами. Он ожидал, что камера теперь точно отреагирует и придется выслушать поток вежливых роботизированных приветствий, но почему-то ии продолжил хранить молчание — только прокрутил зрачком камеры, будто прищурившись на него.       Вблизи видно было, что на мониторах висели фотографии нескольких улиц и входов магазины, заполненных людьми. Рин все еще не понимал, что он должен был разглядеть конкретно в этих картинках, где разноцветные головы, будто отрезанные на корню ножницами, стояли редкими кучками.       Кайзер бросил на него короткий взгляд, словно хотел что-то сказать, но быстро передумал и вновь обратился к компьютеру.       — Покажи ему, Несс.       Компьютер подчинился, меняя картинку на центральном экране.       На секунду Рин оглох. Нет, прошла не секунда, а целая минута, шок ощущался одновременно слишком быстрым и слишком медленным, и тело онемело от этого противоречивого чувства.       Мозг обработал увиденное мгновенно. Но мозг поверил в увиденное не сразу.       Рин медленно подошел к мониторам, не слыша, как его пытаются достучаться два голоса.       Это была фотография. Фотография Саэ. Фотография, которую Рин раньше не видел, но точно не забывал, и от ее вида в глубине души поднялось что-то, давно придавленное невыносимой тяжестью.       Глаза скользнули к дате в нижнем углу монитора. Фото было новым.       Рин резко развернулся, смотря большими щенячьими глазами. Кайзер от такой неожиданной перемены даже отшатнулся, начавшая появляться на его лице усмешка исчезла, так и не успев залезть на него полностью.Взгляд у Итоши был почти детский, будто ребенку наконец показали вживую его мечту, о которой грезили пару месяцев.       От столь… внезапно невинно-безобидного вида Рина Михаэль временно потерял дал речи. Он попытался открыть рот, но, так ничего не сказав, захлопнул его обратно.       Рин выглядел так, что сейчас кинется обнимать либо монитор, либо самого Кайзера, что заставило последнего отступить подальше. Итоши должен был выглядеть мило, но, видимо, в глазах напротив смотрелся жутковато. Но ничего, Рин в эту минуту готов был простить ему все едкие комментарии и усмешки. Его переполняла неописуемая радость, облегчение вместе с нахлынувшей надеждой, что наверняка, должно быть, они скоро найдут Саэ. Найдут же? Да? Если он недавно попал на камеры, то он точно где-то в городе, по тем же камерам можно найти еще раз.       Спустя столько недель безрезультатных усилий, переживаний, бессонных ночей, сплетенных только из кошмарных предположений, этот человек вдруг свалил на него новую фотографию с Саэ всего за день. В тот момент Рин по-настоящему поверил, что сможет увидеть брата снова.       Кайзер же его энтузиазма не разделял да смотрел как-то по-странному. Неловкую паузу, повисшую между ними, прервал звук из динамиков.       — Прошу прощения, — голос ии прорезал тишину электронным треском, — Можно ли считать вашу реакцию как подтверждение, что на фото ваш брат?       Рин развернулся на все 180 и, упершись глазами в камеру, активно закивал головой. Кайзер, пока в него не впивались радостным взглядом, прокашлялся в кулак, отводя глаза.       — Да, Несс, думаю… думаю тут все вполне ясно. Запиши подтвержденное опознание.       — Записываю. Вскоре они вышли из кабинета, после того, как Михаэль попросил Несса выписать ему информацию, где, кем и когда было сделано фото, и парню предстояло, как инспектору, разобраться со всеми вытекающими проблемами.       Когда они уходили, Рин чуть не светился от счастья и готов был ускакать туда, сам не знаю куда, лишь поскорее найти Саэ, чем продолжал вызывать в Кайзере смешанные чувства, и юноша держался на пару шагов подальше. Он закрывал за ними дверь, настороженно смотря в спину Рину, когда сзади послышался электронный голос.       — Мика, у тебя кровь. Кайзер замер, держа дверь полуоткрытой, но через секунду захлопнул ее с громким щелчком. Со спины ткань кофты, под которым скрывалось плечо, пропиталась несколькими ярко-красными пятнами.

***

      По дороге до комнаты Рин шел бодрее обычного. Если до этого он ощущал такую дикую усталость и опустошение, что мог бы отрубиться, стоило голове коснуться подушки, то сейчас он бы точно не смог уснуть. Итоши походил на радостного хорька: хоть лицо по привычке пыталось удержать все мышцы в строгом, безразличном выражении, приподнятые уголки губ выдавали его с головой.       Эти самые уголки губ, кажется, Кайзера и смущали.       — Есть ли что-то о твоем брате, о чем ты не сообщил в записи? — спросил он, нагнав Итоши, зачем-то понизив голос, — Какие-то разногласия, споры, что-то…особое между вами, о чем ты не мог сказать под запись? Мне важно знать, потому что такое может стать мотивом для исчезновения. Я не лезу в чужую личную жизнь, если что, просто нужно понимать обстоятельства, и когда дело касается работы тут обычно не…осуждают, — подобрал он в конце концов правильное слово.       Рин удивленно посмотрел на него, искренне не понимая, что Кайзер имеет в виду.       — Нет? , — он упустил пару моментов о время той записи на диктофон, но то были детали, вроде «Саэ любит кошек и последнее время розовый». Ничего, что могло бы указать, куда он пропал, — Почему ты спрашиваешь?       Кайзер прищурился, внимательно рассматривая выражение его лица, пока не покачал головой, вздохнув.       — Неважно, забудь.       Он не стал провожать Рина до комнаты и свалил работать, бросив что «Рин не хрупкая девушка, дорогу до общаги сам найдет», с чем трудно было поспорить. О том, что Итоши блуждал меж зданий и коридоров добрые полчаса, пока не нашел свою комнату, он бы ни за что не признался.       О комендантском часе никто ничего не сообщал, но свет везде был включен и в жилом корпусе стояла мертвая тишина, такая, что звук его шагов наверняка можно было было услышать с противоположного конца.       Тихонько проскользнув через дверь, Рин залез на кровать, откидываясь на подушки. Ожидаемо, они были ужасно неудобными, но сейчас даже будь они сделаны из облаков с самих небес он б все равно не уснул. Сердце стучало в груди, как сумасшедшее, мысли все не могли (и не хотели) отлепиться от фотографии Саэ.       Брат был жив, скорей всего жив, и где-то недалеко, в городе, скрываясь меж высоких зданий.       Итоши приобнял жесткое одеяло, крепко прижимая к себе.       Поскорей бы он нашелся, и весь ужас остался позади.

***

      Рин не надеялся, что сон для него пройдет спокойно, но каково же было его удивление, когда к часу ночи к нему вдруг постучались, и на пороге оказался Кайзер, держащий в руках бумажный конверт.