Узлы на запястьях

***

Ночь перед сдачей проекта они провели в Выручай-комнате. Проект был готов, но расходиться не хотелось. За окнами мела метель, камин потрескивал, и Драко сидел на диване, закутавшись в плед и поджав под себя ноги. — Можно вопрос? — спросил Гарри, сидящий на полу у его ног. — Валяй. — Тот листок. Там было что-то ещё? Что ты не дописал? Драко помолчал. Потом достал из кармана тот самый смятый пергамент и протянул Гарри. — Читай уж. Раз начал. Гарри развернул. Почерк был ещё более неровным, чем он помнил. «… и когда я вижу, как он смеётся, мне кажется, что я всё ещё могу дышать. Это неправильно. Это всё неправильно, но темнота внутри меня отступает на полшага, когда он рядом. Я ненавижу его за это. Я ненавижу себя. Но, кажется, я люблю его. И это самое страшное из всех заклятий, которые меня поразили». Гарри прочитал. Перечитал ещё раз. Поднял глаза на Драко — тот сидел, закрыв лицо ладонями. — Драко, — тихо позвал Гарри. — Я знаю, что это жалко, — глухо ответил тот. — Не нужно ничего говорить. Гарри поднялся с пола, сел рядом, отнял его руки от лица. Заглянул в серые глаза, полные страха и ожидания. — Самое страшное заклятие? — переспросил он с лёгкой улыбкой. — Я переживал Круциатус, Драко. И любовь — это явно не оно. Драко смотрел на него, не дыша. — Я не могу этого сказать, — прошептал он одними губами. — Я всё ещё не могу. Слова застревают. Как будто я не заслужил права их произносить. — Тогда я скажу за двоих, — Гарри наклонился и поцеловал его в лоб. — Я тебя люблю. И это чудовищно неудобно, нелогично и совершенно не вовремя. Но это правда. Драко зажмурился. Из-под ресниц всё-таки выкатилась одна слеза. Он смахнул её сердито, почти зло. — Ты всё делаешь не по правилам, Поттер. — Малфой, — Гарри усмехнулся. — Ты только сейчас это понял?