Эхо павших кланов

Третья ночь без сна. Тисс уже не чувствовала усталости — только лёгкое гудение в кончиках пальцев и странную, почти неестественную ясность мыслей. Она сидела на кровати, скрестив ноги, и смотрела на три розы, выложенные в ряд на столе. Три цветка. Три послания. Три шага к тому, ради чего она вернулась в Мортенхол. За окном начинался дождь — мелкий, серый, с примесью пепла. Капли стучали по стеклу, и звук был похож на то, как крысы скребут когтями по дереву. В «Трёх шпорах» было тихо — даже пьяные наёмники в общем зале наконец угомонились, и только ветер гудел в печной трубе. Она взяла записку Тая и перечитала в сотый раз: «Жду вас завтра. Чертог. Полдень. Т.» Никаких «пожалуйста», никаких «буду рад». Он ждал. Этого было достаточно. Чего он хотел? Озвучить ответ на её предложение — да. Но не только. Тай не был человеком, который вызывает кого-то в Чертог, чтобы просто сказать «да» или «нет». Он хотел посмотреть на неё ещё раз. Оценить. Взвесить. Понять, сколько она стоит на самом деле, а не на словах. Она сделала бы то же самое на его месте. Тисс поднялась. Мышцы затекли от долгой неподвижности, но она не обращала на это внимания. До рассвета оставалось часа три. До полудня — вдвое больше. У неё было время. Она надела сапоги, накинула плащ и вышла из комнаты. Хозяин «Трёх шпор» снова спал за стойкой — на этот раз его храп был похож на предсмертный хрип. Тисс прошла мимо, даже не взглянув.

***

Она нашла старый колодец за постоялым двором ещё в первый день — память на такие вещи у неё была отработана до автоматизма. Ржавая решётка, скользкие ступени, уходящие в темноту. Воздух в туннеле был спёртым, пахло известняковой крошкой и серой. Чем глубже она спускалась, тем ощутимее становилось тепло — сухое, равномерное, как из открытой печи. Змей был внизу, и его присутствие отдавалось у неё где-то под грудиной тупым, почти забытым ощущением. Она не была здесь трое суток. Он это знал. Она нашла его не в пещере, а в одном из боковых туннелей — он перебрался туда, пока она была наверху. Чешуя потускнела без влаги, на боку темнело пятно засохшей подземной грязи. Он не спал — смотрел на неё немигающим зрачком, и в его взгляде читалось не осуждение, а что-то более простое. Так смотрит пёс, которого оставили одного надолго: без обиды, но с вопросом. — Прости, — сказала Тисс, опускаясь рядом на корточки. — Было много дел. Она провела ладонью по его морде, и Змей выдохнул — медленно, с присвистом, пар вырвался из ноздрей и растаял в холодном воздухе подземелья. В ответ по связи пришёл образ: темнота, капли воды, чужие шаги где-то далеко. Он показывал ей это и в прошлый раз, но сейчас картинка была чётче. Четыре силуэта. Двое с факелами, один с магическим жезлом, четвёртый — безоружный, но с амулетом на шее. Они шли по туннелю, которого Тисс не знала, и впереди у них было что-то, чего Змей не мог разглядеть. — Когда? — спросила она вслух. Образ: темнота, прерываемая только светом факелов. Не дневной свет. Ночь. Они были там ночью — либо прошлой, либо позапрошлой. — Ещё увидишь их — сразу покажи мне, — сказала она. Змей моргнул и опустил голову на скрещённые передние лапы. Разговор был окончен.

***

В «Три шпоры» она вернулась, когда небо над Мортенхолом начало сереть. До полудня оставалось несколько часов. Она сняла плащ, умылась ледяной водой из кувшина и села на кровать, чтобы подумать. Люди Сибель в пещерах. Это меняло дело. Если Дом Тир искал что-то под городом, значит, у них были интересы, выходящие за рамки обычной охоты за властью. Лаборатория ядов? Возможно. Но Тисс чуяла: дело не только в ядах. Сибель была слишком умна, чтобы рисковать людьми ради поиска ингредиентов, которые можно купить на чёрном рынке. Она искала что-то конкретное. Что-то, что мог дать только подземный Мортенхол. Эта информация была козырем. Тай не знал об этом — иначе его гвардейцы уже прочесали бы пещеры. Значит, у неё было что предложить ему помимо своей шпионской сети и дракона. Она оделась тщательнее, чем в прошлый раз. Не платье — на этот раз она выбрала тёмно-серый костюм для верховой езды, бриджи, высокие сапоги, приталенный жилет поверх рубашки. Никаких украшений, кроме цепочки с кристаллом. Кинжал в ножнах на бедре — во дворец с оружием не пускали, но она знала, что Тай сделает исключение. Он хотел видеть её такой, какая она есть. Не фрейлину. Не просительницу. Оружие.

***

Путь до Чертога занял полчаса. Дневной Мортенхол был другим — менее зловещим, но не менее опасным. Свет выявлял то, что ночь скрывала: трещины в стенах, грязь на мостовых, усталые лица прохожих. На Верхнем Круге её снова узнавали. Две аристократки, шедшие навстречу, замолчали, когда она прошла мимо. Гвардеец у входа в Чертог посмотрел на неё дольше, чем следовало. Имя Вэдтри возвращалось в оборот, как старая монета, которую достали из-под половицы. У входа её ждали. Тот же церемониймейстер, что проверял списки на приёме, поклонился и провёл её через главный зал — пустой сейчас, гулкий, с пыльными лучами света, падавшими из высоких окон, — в боковой коридор. Они миновали три двери, поднялись по лестнице и остановились перед четвёртой. — Его Высочество ждёт вас, леди эя Вэдтри, — сказал церемониймейстер и отступил. Тисс открыла дверь. Кабинет Тая не был похож на кабинет наследного принца. Никаких гобеленов, никаких золотых канделябров, никаких картин в тяжёлых рамах. Маленькая комната с голыми каменными стенами. Узкое окно, выходящее на драконьи гнёзда — внизу, в провале между башнями, виднелись тёмные силуэты спящих зверей. Стол из тёмного дерева, два стула, шкаф с книгами. На столе — роза тёмной крови в простом стеклянном стакане. Больше ничего. Тай сидел за столом. Когда она вошла, он поднял глаза — тёмно-зелёные, глубокие, как хвоя в сумерках, — и не улыбнулся. — Леди эя Вэдтри, — сказал он. — Вы пунктуальны. Садитесь. Она села на стул напротив. Спина прямая, руки на коленях. Никакой суеты. — Вы хотели меня видеть, Ваше Высочество. — Хотел. — Он откинулся на спинку стула и посмотрел на неё долгим, оценивающим взглядом. — Я думал над вашим предложением. — И? — И я задал себе вопрос: зачем вы мне? Тисс не отвела глаз. — Я думала, это очевидно. У меня есть шпионская сеть Ордена. У меня есть дракон, которому нет равных. У меня есть знания, которые могут сохранить вам трон. — Всё это у вас есть, — согласился Тай. — Но это не ответ на вопрос. Зачем вы мне? Не ваша сеть. Не ваш дракон. Вы. Она помолчала. — Потому что я не предам вас, — сказала она. — Не из благородства. Из прагматизма. Мне нужен Дом Вэдтри. Вам нужен трон. Наши цели совпадают. Это лучшая гарантия верности, чем любые клятвы. — Клятвы ничего не стоят, — согласился Тай. — А прагматизм стоит ровно столько, сколько стоит выгода. Если кто-то предложит вам больше, чем я, — что тогда? — Никто не предложит мне больше. — Откуда такая уверенность? — Потому что никто, кроме вас, не может вернуть мне имя. — Она чуть наклонила голову. — И потому что я не заключаю сделок с теми, кто проиграет. Тай усмехнулся — коротко, сухо. — Вы продолжаете льстить моим шансам на победу. — Я не льщу. Я оцениваю. — И какова ваша оценка? — Вы выиграете, — сказала Тисс ровно. — Если не допустите ошибок. — И вы предлагаете мне не допускать ошибок? — Я предлагаю вам себя в качестве страховки от них. Тай помолчал. Потом взял розу со стола и повертел в пальцах. — Я согласен на сделку, — сказал он. — Но на моих условиях. — Слушаю. — Первое. — Он поднял палец. — Вы работаете на меня. Не на Орден. Не на Ирвина. Не на кого-то ещё. Если я узнаю, что вы передаёте информацию кому-то за моей спиной, сделка расторгается. И не только сделка. — Принято. — Второе. Ваш дракон будет зарегистрирован в имперском реестре. Я не потерплю незарегистрированного зверя в своём городе. Он останется у вас, вы будете его наездницей, но о его существовании будут знать. Хватит прятаться по пещерам. Тисс стиснула зубы. Регистрация означала, что Змей перестанет быть тайным оружием. Она ожидала этого — но всё равно было неприятно. — Принято, — сказала она. — Но реестр будет закрытым. Только вы и я. — Только я, вы и мой архивариус. У него нет глаз, так что он никому не расскажет. Она моргнула. — У вашего архивариуса нет глаз? — Были. До прошлого Сезона. — Тай не стал объяснять. — Третье. Вы будете сопровождать меня на публичных мероприятиях. Не как фрейлина, не как советница — как представитель Дома Вэдтри, действующий в союзе с Домом Эйни. Это укрепит ваши позиции и покажет моим врагам, что я не один. Заодно — покажет вашим врагам, что за вами стою я. — Это выгодно нам обоим. — Да. Но это также означает, что вас будут пытаться убить чаще, чем раньше. — Я справлюсь. — Не сомневаюсь. — Он положил розу на стол. — Четвёртое. Вы будете докладывать мне лично. Не через посредников, не через записки. Раз в два дня. Здесь. В это же время. — У вас будет полный отчёт. — И последнее. — Он подался вперёд и посмотрел ей прямо в глаза. — Никакой лжи. Я чую ложь, леди эя Вэдтри. Вы можете умалчивать, вы можете не отвечать, вы можете говорить «я не стану этого обсуждать». Но если вы солжёте мне — хоть раз, хоть в мелочи, — я узнаю. И тогда наша сделка закончится. Тисс выдержала его взгляд. — Принято, — сказала она. — Теперь мои условия. Тай поднял бровь. — У вас есть условия? — Сделка работает в обе стороны, Ваше Высочество. Иначе это не сделка, а капитуляция. — Говорите. — Первое. Дом Вэдтри будет восстановлен в полном объёме. Титул, земли, место в Совете. Не после вашей победы — немедленно. Документы, печати, публичное объявление. Если вы погибнете в Сезоне, мой титул останется при мне. — Вы составляете опись выгоды, а не ведете переговоры. — Я составляю опись того, за что готова рискнуть жизнью. Ваше величие ценно, но бумаги надежнее. Я хочу гарантий. Тай помолчал. Потом кивнул. — Хорошо. Документы будут готовы завтра. Подпишем до заседания Совета. Что ещё? — Второе. Мой дракон остаётся под моим командованием. Вы можете просить меня о вылете, но не приказывать. Змей не ваша собственность. — Вы сильно привязаны к этому зверю. — Он спас мне жизнь. Я — ему. Это больше, чем привязанность. — Принято. Что-то ещё? Тисс помедлила. Потом достала из кармана бумагу, которую нашла на теле Линя. — Информация, — сказала она. — Люди леди Сибель эя Тир что-то ищут в подземных пещерах под городом. Они спускались туда недавно. Я знаю, потому что мой дракон видел их следы. Тай взял бумагу и прочитал слово «Тир». Потом поднёс её к свету и рассмотрел чешуйки яда. — Вы уверены? — Мой дракон не ошибается. — И что, по-вашему, они ищут? — Не знаю. Но это что-то важное. Сибель не стала бы рисковать гвардейцами ради пустяка. Тай отложил бумагу. Его лицо было неподвижным, но в глазах мелькнуло что-то — холодный, расчётливый интерес. — Это ценная информация, — сказал он. — Почему вы отдаёте её сейчас, а не придержали для торга? — Потому что хочу, чтобы вы знали: я полезна не только на словах. — Она чуть наклонила голову. — И потому что, если Сибель найдёт то, что ищет, это может ударить по нам обоим. — По «нам»? — Он выделил слово интонацией. — Вы уже говорите «мы». — Это сделка, Ваше Высочество. Вы предложили условия — я приняла. Я предложила свои — вы приняли. Мы либо работаем вместе, либо не работаем вообще. Тай долго смотрел на неё. Потом улыбнулся — той улыбкой, от которой у людей холодело внутри. — Вы мне нравитесь, леди эя Вэдтри, — сказал он. — Это плохой знак. — Для вас или для меня? — Время покажет. Он протянул ей руку через стол. Тисс посмотрела на неё, потом пожала. Его пальцы были холодными и твёрдыми, как сталь. В момент прикосновения она почувствовала лёгкий укол — ментальная магия, лёгкое касание, проверка. Она не отдёрнула руку. Пусть проверяет. Ей нечего скрывать. Пока. — Добро пожаловать в Дом Эйни, — сказал Тай. — Надеюсь, вы не пожалеете. — Я никогда не жалею, Ваше Высочество. Это непозволительная роскошь. Он отпустил её руку и встал. — Завтра подпишем документы. А пока — займитесь Сибель. Я хочу знать, что она ищет под моим городом. — Я уже этим занимаюсь. — Знаю. — Он помолчал. — Кстати, о вашем расследовании. Мой брат. Тисс насторожилась. В голосе Тая что-то изменилось — едва заметно, как трещина в стекле. — Что — ваш брат? — Он помогал вам вчера. В Нижнем ярусе. С Хребтоломом. — Тай говорил ровно, но каждое слово было как удар клинка. — Берт — хороший человек. Слишком хороший для этого города. Он не создан для интриг, для грязи, для того, что мы с вами делаем. Он лечит драконов и верит, что мир можно исправить. — Это делает его слабым? — Это делает его уязвимым. — Тай посмотрел ей прямо в глаза. — Я не вмешиваюсь в ваши союзы, леди эя Вэдтри. Вы можете работать с кем угодно, если это идёт на пользу делу. Но если с ним что-то случится — если его втянут в то, из чего он не сможет выбраться, — я спрошу с того, кто его втянул. Вы понимаете? — Понимаю, — сказала Тисс. — Но я не втягивала его. Он сам предложил помощь. — Он всегда предлагает помощь. Это его проклятие. — Тай отвёл взгляд. — Идите. У вас много дел. Тисс вышла.

***

Вечерний Мортенхол встретил её холодным ветром. Она шла через Верхний Круг, прокручивая в голове разговор. Сделка заключена. Условия жёсткие, но приемлемые. Документы завтра. С этого момента она — не просто последняя из Вэдтри, а союзница наследного принца. Это давало ей защиту. И делало мишенью. Что касается Тая... Он был опаснее, чем она думала. Не потому, что угрожал. А потому, что сказал правду. Он согласился на сделку не из выгоды — или не только из выгоды. Это пугало и интриговало. В «Трёх шпорах» её ждал сюрприз. Не роза в этот раз. Конверт из плотной серой бумаги с печатью Ордена. Она вскрыла его в комнате. «Тисс. Сибель активизировалась. Сегодня ночью её люди снова спустятся в пещеры. На этот раз с магами. Она ищет не просто ингредиенты для ядов. Она ищет Сердце. Я не знаю, зачем. Но если она найдёт его раньше нас, последствия будут хуже, чем ты можешь представить. И.» Тисс перечитала письмо дважды. Сердце. Последний живой фрагмент Прародителя — тот самый, что, по легендам, бился где-то под Чертогом. Она думала, это миф. Красивая история для туристов. Но Ирвин не стал бы писать о мифах. Она подошла к окну. Ночной Мортенхол лежал перед ней, ощетинившись башнями и драконьими костями. Она сжала письмо в кулаке. — Сердце, — сказала она вслух. — Ну конечно.