Королевская Защита.

В радиорубке Отеля Хазбин, временно превращенной в штаб военного совета, царило лихорадочное оживление. Стол был завален картами Пентаграмм-Сити и чертежами окрестностей королевского замка. — План безумный, но выполнимый, — Вегги резко воткнула ангельское копье прямо в центр карты, очерчивая периметр. — Мы не станем ввязываться в затяжной бой с легионерами Васаго и Андреальфуса. Наша задача — пробить коридор. Энджел, Хаск, вы берете на себя отвлечение внимания на восточном фланге. Устройте там максимальный хаос, используйте взрывчатку Кармайн. — Сделаем в лучшем виде, детка, — хмуро кивнул Энджел Даст, проверяя обоймы сразу четырех автоматов. — Ради Королевы я готов устроить этим ледяным павлинам настоящий ад в Аду. — А как быть с ангельским барьером? — Хаск хмуро посмотрел на Аластора, который стоял у окна, скрестив руки на груди. — Мы уже знаем, что магия вуду и радиоволны об эту стену зубы обламывают. — О, дорогой Хаскер, на этот раз у нас есть идеальный проводник, — Аластор медленно обернулся, и его улыбка была острой, как лезвие бритвы. Глаза-циферблаты бешено вращались, транслируя опасные радиочастоты. Внутри него все горело от предвкушения — он был готов выжечь собственную душу, лишь бы разрушить эту клетку вокруг Королевы. — Чарли — дочь королевы. В её жилах течет первородная ангельская кровь её матери. Если Чарли применит свою силу и прольет каплю крови на барьер, купол Небесного света признает своего создателя и откроет брешь. Ниффти, ты идешь со мной в авангарде. Твой нож пригодится, когда мы окажемся внутри. — Очистить замок! Заколоть плохих мальчиков! — безумно затараторила маленькая горничная, яростно кромсая воздух швейным ножом. Чарли стояла во главе стола. Её лицо было бледным, но решительным. Страх перед предательством матери отступил, уступив место отчаянному желанию докопаться до правды. — Мы выдвигаемся через час, — твердо произнесла принцесса. — Держимся вместе. Если маму держат в заложниках, мы покажем предателям их место. Спустя час они были уже у королевского замка. Команда Отеля Хазбин действовала молниеносно: пока Хаск и Энджел Даст устраивали отвлекающий подрыв на восточном фланге, заставив легионеров Андреальфуса стянуть туда силы, Чарли, Вегги, Аластор и Ниффти прорвались к самому подножию холма. Ослепительный купол ангельского света высился прямо перед ними, обжигая лица смертных грешников чистой небесным светом. Аластор стоял в шаге от барьера, его глаза-циферблаты бешено вращались, а изо рта доносился дикий, скрежещущий белый шум. Внутренне он был готов сгореть дотла, лишь бы уничтожить эту стену между ним и Королевой. — Чарли, сейчас! — крикнула Вегги, выставляя ангельское копье в сторону заметивших их патрулей Васаго. — Каплю крови на барьер! Чарли решительно шагнула вперед, занесла руку, готовясь призвать свою первородную силу... но в этот самый миг пространство вокруг них разорвалось. Небо над замком окрасилось в багрово-черный цвет, а воздух раскалился настолько, что доспехи легионеров начали плавиться. Из гигантского столба яростного адского пламени прямо между Чарли и ангельским куполом соткался колоссальный, массивный силуэт. Это был Сатана, князь Круга Гнева. — Глупые. Ничтожные. Дети! — его голос прозвучал как раскат грома, от которого задрожали стекла во всем здании. Его явление было настолько сокрушительным, что земля ушла у беглецов из-под ног. От Сатаны исходила такая концентрированная, первобытная ярость, что тени Аластора испуганно взвизгнули и мгновенно втянулись обратно в его плащ. — Назад! — грохот его голоса заставил задрожать сами скалы. Команда отеля не успела даже вскинуть оружие. Прежде чем Вегги подняла копье, а Аластор успел направить свою микрофонную трость, Сатана сделал резкий взмах огромной когтистой лапой. Из его ладони вырвались тяжелые, плотные ленты из уплотненного багрового огня. Подобно живым раскаленным змеям, они молниеносно рванулись к беглецам. Сатана тяжело, шумно выдохнул, и из его ноздрей вырвались струйки дыма. Несмотря на бушевавший внутри него Грех Гнева, он посмотрел на Чарли с глубокой, мрачной заботой. Огненные ленты, державшие остальных, были горячими, но не причиняли грешникам боли и не обжигали кожу — Владыка Гнева проявил невиданный для себя самоконтроль, чтобы вернуть их всех в целости и сохранности. В долю секунды Аластор, Вегги, Энджел Даст, Хаск и даже брыкающаяся Ниффти были намертво спеленаты по рукам и ногам в тугие, прочные коконы. Огненные путы Сатаны были невероятно горячими, но действовали аккуратно — они плотно сжали грешников, лишив их малейшей возможности двигаться или колдовать, но не причинили им ожогов и боли. Владыка Гнева проявил колоссальный самоконтроль, чтобы не покалечить друзей принцессы. Чарли осталась свободной, но путь к барьеру ей преградило массивное крыло Сатаны. — Дядя Сатана, пусти их! Мы должны спасти маму! — отчаянно закричала Чарли, пытаясь прорваться сквозь огненную преграду. — Довольно глупостей, Чарли! — Сатана тяжело выдохнул, и из его ноздрей вырвались струи черного дыма. Он посмотрел на растерянную принцессу с суровой, мрачной заботой. — Ваш штурм — это самоубийство. Вы думали, что сможете переиграть высшие чины Ада с автоматами и радиоигрушками? Он бросил уничтожающий взгляд на Аластора, который, будучи намертво скованным огненными путами, продолжал яростно фонить и транслировать изломанные радиочастоты. — Вы возвращаетесь в отель. Все до единого, — отрезал Грех Гнева. Сатана сжал кулак, и багровое пламя окутало всю спеленатую группу вместе с Чарли. Пространство у замка исказилось, и в ту же секунду они растворились в воздухе, оставив ледяных легионеров позади. Мгновение спустя огненная вспышка озарила холл Отеля Хазбин. Спеленатые жители отеля гурьбой повалились на мягкий ковер прямо перед барной стойкой. Огненные коконы тут же плавно растаяли в воздухе, вернув им свободу движений. Все они были целы, невредимы, но полностью дезориентированы. Сатана, переместившийся вместе с ними, вырос посреди холла удушающей темной фигурой, едва не задевая головой люстру, на которой так любила кататься Королева. — Сидите здесь и занимайтесь своими грешниками, — прорычал Сатана, и его хвост раздраженно хлестнул по полу. — Ваша Королева приняла решение и пожертвовала собой ради высшей цели. И если ты, Чарли, или твой улыбчивый Оверлорд попытаетесь еще раз сломать этот барьер — вы разрушите всё, что она пыталась защитить. Вокруг Сатаны снова сомкнулось адское пламя, и великий Грех испарился, оставив команду отеля посреди холла. Аластор тяжело оперся на свою трость, тяжело дыша и буравя взглядом пустое место, где только что стоял Сатана. Его гордость была растоптана, их идеальный план штурма сорван, но слова Греха Гнева о «жертве» Королевы зажгли в его голове новую, еще более пугающую интригу... На следующий день Отель Хазбин погрузился в новую, еще более удушающую реальность. После сокрушительного визита Сатаны атмосфера в холле была взвинчена до предела, но утреннюю тишину бесцеремонно нарушил звонкий, синхронный шаг тяжелых каблуков. Тяжелые дубовые двери отеля распахнулись, и внутрь вошла немногочисленная, но внушающая трепет группа суккубов. Жители отеля, мгновенно высыпавшие в холл, замерли. Это не были те легкомысленные, полуобнаженные создания, которых привыкли видеть в Пентаграмм-Сити. Перед ними стояли Ликвидаторы — элитная гвардия князя Асмодея из Круга Похоти, действующая тайно. Одетая в безупречную, строгую броню глубокого фиолетового цвета с неоновыми вставками, гвардия источала ауру смертоносной грации и ледяного профессионализма. На их портупеях тускло поблескивало высокотехнологичное оружие Хеллтеха, а на нагрудниках красовался личный герб Оззи — пылающее сердце, перекрещенное с парой тяжелых клинков. Чарли, все еще бледная после вчерашнего, сделала шаг навстречу, но Вегги тут же заслонила её собой, выставив вперед ангельское копье. Из тени колонны медленно вышел Аластор. Его вечная улыбка превратилась в опасный, натянутый оскал, а глаза-циферблаты бешено закрутились. Радиопомехи вокруг него затрещали сухим, зловещим набатом — Радио-демон был на грани того, чтобы сорваться и превратить этих незваных гостей в кровавое месиво за вчерашнее унижение от Сатаны. Шагнувшая вперед предводительница Ликвидаторов даже не взглянула на оружие Вегги или на угрожающие тени Аластора. Она сохраняла абсолютное, профессиональное спокойствие. Плавным движением руки суккуб извлекла из планшета плотный свиток из темного пергамента и развернула его. — Принцесса Шарлотта, — её голос, обманчиво бархатный, но стальной, эхом разнесся по притихшему холлу. — Мы прибыли по официальному распоряжению. Она развернула свиток лицевой стороной к Чарли. Наследница престола судорожно вздохнула и прижала ладонь к губам. Внизу пергамента снова полыхала золотисто-алая королевская печать Люцифер. Та самая первородная магия крови, которую невозможно подделать. — Согласно данному указу Королевы, — продолжила предводительница гвардии Асмодея, — с этого дня и до тех пор, пока Её Величество не решит иначе, к вам и вашим близким друзьям приставляется личная охрана из числа Ликвидаторов Круга Похоти. С этого момента они отвечают за вашу абсолютную безопасность. Она сделала знак рукой, и из строя вышли несколько суккубов, распределяясь по залу. — Вы вольны заниматься своим отелем, — чеканя каждое слово, добавила командир, — но правила изменились. Куда бы вы ни пошли — на прогулку, по делам в город или на встречу — ваш личный суккуб пойдет следом. Шаг в шаг. Они будут присутствовать на ваших собраниях, сопровождать вас на улицах Пентаграмм-Сити и контролировать каждый ваш контакт с внешним миром. Любая попытка избавиться от эскорта или проявить неповиновение будет расценена как нарушение прямого приказа Королевы. — Это не охрана! Это конвой! — яростно крикнула Вегги, её единственный глаз горел бешеным огнем. — Вы просто запираете нас под домашний арест! Командир Ликвидаторов даже не повела бровью. — Это официальная воля Королевы, защищающая её преемницу. Нравится вам это или нет. Чарли бессильно опустила руки, чувствуя, как невидимые тиски заговора сжимаются вокруг них все сильнее. Сначала ангельский барьер, потом оцепление Васаго, жесткое предупреждение Сатаны, а теперь — элитные ищейки Асмодея, которые станут их тенью. Аластор, стоявший позади принцессы, до хруста сжал ладонью набалдашник своей микрофонной трости. Из его динамика вырвался короткий, болезненный скрежет рвущейся радиоленты. Каждая деталь этого пазла кричала о том, что Королеву целенаправленно и методично изолируют от дочери, а саму Чарли берут под тотальный контроль под предлогом «безопасности». И тот факт, что теперь за каждым его шагом, за каждым его вздохом будет наблюдать элитный суккуб Асмодея, превращал внутреннюю тоску Радио-демона по Королеве в ледяную, расчетливую и бесконечно опасную ярость. Игра пошла по-крупному, и им только что перекрыли последний глоток воздуха... После сытного завтрака, который прошёл в отеле под удушающим, бдительным надзором фиолетовых глаз Ликвидаторов, Ниффти решила, что расписание менять никто не вправе. Раз уж по указу Королевы эти элитные суккубы из Круга Похоти обязаны следовать за ними шаг в шаг, маленькая горничная нашла этому конвою весьма практичное применение. В холле отеля развернулась картина, заставившая Хаска за барной стойкой подавиться утренним виски, а Энджела Даста — широко раскрыть от изумления глаза. Ниффти с самым серьёзным и деловитым видом вооружилась своей пушистой щёткой для пыли и лихо запрыгнула прямо на голову суккубу, приставленной к ней в качестве конвоира. Гордая воительница Асмодея, привыкшая к смертоносным спецоперациям, жестоким допросам и ликвидации опаснейших грешников Ада, сейчас стояла посреди холла с абсолютно каменным, смиренным лицом. Маленькие ладошки Ниффти крепко вцепились в её аккуратно уложенные рога, используя их вместо руля. — Так, а ну-ка, крылышки в стороны! Вверх, вверх, плохая девочка! Нам нужно достать до той люстры! — звонко закомандовала Ниффти, яростно размахивая щёткой. К огромному удивлению Вегги, которая уже приготовилась защищать малышку от неминуемой расправы, суккуб даже не разозлилась. Профессиональный долг и железный приказ Королевы «всегда быть рядом с объектом» Ликвидаторы трактовали буквально. Гвардейка лишь тяжело, покорно вздохнула. Позади её фиолетовой брони мягко расправились изящные кожистые крылья, и она плавно, без единого лишнего движения взмыла под самый потолок отеля — ровно туда, куда указывала маленькая горничная. — Левее! Ещё левее! Там паутина! Мы должны очистить отель! — восторженно пищала Ниффти, пока её послушный живой «транспорт» завис в воздухе под массивной хрустальной люстрой. Малышка вовсю орудовала щёткой, а суккуб безупречно балансировала в воздухе, покорно подставляя голову под прыжки и покачивания крошечной грешницы. Глядя на эту абсурдную сцену, Чарли на секунду улыбнулась — впервые за последние несколько дней. Это было так похоже на то, как полгода назад сама Королева точно так же катала Ниффти на своих роскошных золотисто-белых крыльях, весело напевая и смеясь над её маниакальной страстью к чистоте. Аластор, стоявший у подножия лестницы, проводил летающую гвардейку и Ниффти долгим, нечитаемым взглядом. Его глаза-циферблаты на мгновение замерли, а из микрофона донёсся тихий, щемящий мотив старой джазовой пластинки. На секунду ему показалось, что на месте фиолетового суккуба Асмодея в воздухе парит Она — с её лёгким, заливистым смехом и сияющими глазами. Осознание того, что гвардия Похоти сейчас просто безропотно заменяет Королеву в её бытовых привычках, заставило Радио-демона сжать зубы. Его улыбка обострилась, став пугающе хищной. Элитный конвой думал, что полностью контролирует отель, но они даже не подозревали, что Радио-демон уже начал просчитывать, как использовать эту их буквальную, слепую исполнительность против них самих... Вид Ниффти, весело орудующей щёткой под потолком, растопил лед в сердце Чарли. Это было настолько точной, болезненной копией её воспоминаний о маме, что принцесса почувствовала: сидеть сложа руки больше невозможно. Если эти Ликвидаторы настолько слепо и буквально выполняют приказы, значит, их покорность можно использовать. Чарли решительно развернулась и подошла к командиру отряда Ликвидаторов, которая недвижимой фиолетовой статуей застыла у главного входа в отель. Вегги тут же сделала шаг вперед, пристроившись по правую руку от принцессы, а из тени коридора беззвучно выплыл Аластор. Радио-демон слегка наклонил голову, его глаза-циферблаты мерно вращались, а радиопомехи вокруг него стихли до едва различимого, зловещего шипения. Он весь превратился в слух, ожидая этой беседы. — Командир, — твердо, стараясь придать своему голосу истинно королевский вес, начала Чарли. — Полёты моей горничной доказывают, что вы беспрекословно подчиняетесь регламенту безопасности Королевы. Как её дочь и законная наследница престола Ада, я требую расширить рамки этого регламента. Ответьте мне: где сейчас моя мама? В каком она состоянии? Она ранена? Больна? Лицо суккуба под фиолетовым шлемом осталось абсолютно непроницаемым. Её неоновые глаза даже не моргнули. — Данная информация не входит в протокол обеспечения вашей безопасности, принцесса, — сухо и безэмоционально отчеканила командир. — Отказ в предоставлении данных. — Послушайте меня! — Чарли сделала шаг ближе, её голос дрогнул от подступающих слез и гнева. — Шесть месяцев тишины! Сначала Сатана заявляет, что она «пожертвовала собой», теперь вы запираете нас здесь! Если она в безопасности, почему вокруг замка ангельский барьер? Кто заставил её подписать этот указ? Кто угрожает ей? Командир Ликвидаторов выпрямилась еще сильнее, чеканя каждое слово словно автомат: — Приказ Королевы. — Какой еще, к черту, приказ?! — не выдержала Вегги, сердито перехватив копье. — Вы можете сказать хоть что-то человеческое? Ей плохо? Она в заложниках? Вы ведь служите Асмодею, а он всегда был предан правящей семье! Помогите нам! Суккуб даже не повернула головы в сторону Вегги. Её бархатный, но леденящий душу голос прозвучал как бездушный приговор: — Приказ Королевы. — Ах, какая восхитительная, непрошибаемая исполнительность, — с легким скрежетом старых пластинок в голосе подал сигнал Аластор, делая шаг из тени. Его улыбка растянулась до самых ушей, обнажая ряды острых зубов. Он подошел к командиру почти вплотную, так, что его прожженный ангельской магией плащ едва не коснулся её брони. — Скажите, дорогая леди, а если я решу прямо сейчас вырвать из вашей прекрасной фиолетовой головы парочку ответов с помощью моих теневых друзей? Князь Асмодей не обидится? Что по этому поводу говорит ваш маленький ультиматум? Ликвидатор медленно перевела взгляд на Радио-демона. Ни один мускул на её лице не дрогнул перед грозой Оверлордов. Она лишь приподняла свиток с золотисто-алой королевской печатью: — Любое проявление агрессии со стороны Оверлорда Аластора будет подавлено силами гвардии. Основание: приказ Королевы. Чарли бессильно отступила назад. Эта стена из фиолетовой брони и двух слов была такой же непробиваемой, как и ангельский барьер вокруг замка. «Приказ Королевы». Это было всё, что им оставалось слушать. Мама запечатала Ад, запечатала Пентаграмм-Сити, запечатала их отель и собственную дочь, оставив вместо ответов лишь идеальных, бездушных исполнителей своей таинственной воли. Вечером двери Отеля Хазбин с грохотом распахнулись, и в холл буквально влетел Энджел Даст. На его лице не было и следа привычной усталости после изнурительного дня на студии Валентино. Напротив, Паук сиял от восторга, а все его четыре руки активно жестикулировали. Следом за ним, с неизменно каменным лицом и идеальной выправкой, вошла её личный суккуб-ликвидатор, чья фиолетовая броня выглядела так, будто она только что вернулась с легкой прогулки, а не из эпицентра разврата. — Ребята, вы просто не представляете! Я официально заявляю: мне начинает чертовски нравиться моя охрана! — громко объявил Энджел на весь холл, падая на диван и закидывая ноги на подлокотник. Чарли и Вегги, сидевшие за столом с картами, удивленно подняли головы. Из тени у лестницы бесшумно соткался Аластор. Его глаза-циферблаты мерно вращались, а радиопомехи вокруг него стихли — Радио-демон внимательно вслушивался, пытаясь понять, как гвардия Асмодея ведет себя за пределами отеля. — Что случилось, Энджел? Валентино снова буйствовал? — с тревогой спросила Чарли. — Вал как обычно решил, что ему все дозволено, — фыркнул Энджел, довольно потягиваясь. — В перерыве между съемками этот напыщенный мотылек распустил свои грязные руки и попытался силой затащить меня в свою гримерку. Но не тут-то было! Моя девочка, — Паук восхищенно указал на застывшую позади дивана гвардейку, — просто шагнула вперед. Вал начал орать, брызгать слюной, что он Оверлорд и сотрет её в порошок. А она? Она даже бровью не повела. Просто взяла его за грудки одной рукой и отправила сутенера в такой дальний полет через всю студию, что он головой пробил собственный неоновый щит! И угадайте, что она ему сказала, пока он отряхивал свои блестки? «Безопасность объекта — приказ Королевы». Это было лучшее шоу в моей жизни! Вегги изумленно приоткрыла рот, а Чарли облегченно выдохнула. Гвардия Похоти действительно защищала их намертво, невзирая на статус Оверлорда Беспредела. — Кому-то весело, а у кого-то личные границы трещат по швам, — раздался хмурый, раздраженный голос из-за барной стойки. Хаск яростно швырнул тряпку на деревянную поверхность и бросил уничтожающий взгляд на свою охранницу, которая неподвижной фиолетовой скалой стояла прямо у него за спиной, буквально дыша бармену в затылок. — Эта крылатая ищейка не оставляла меня ни на одну чертову минуту! — проворчал старый кот, наливая себе дешевого виски, чтобы хоть как-то заглушить стресс. — Куда бы я ни пошел — на склад за бутылками или просто проветриться на задний двор. Да она пошла за мной следом, даже когда я отошел в туалет по нужде! Стояла прямо над душой в этой тесной кабинке с каменным лицом! Я ей ору: «Эй, дай мне хоть каплю личного пространства, я никуда не испарюсь из этого сортира!», а у неё на всё один ответ — этот её долбаный «Приказ Королевы»! Энджел Даст покатился со смеху, утыкаясь лицом в подушку, а Чарли виновато улыбнулась Хаску. Аластор, наблюдавший за этой сценой, тихо и зловеще рассмеялся, наполнив холл легким джазовым шипением. Его улыбка оставалась острой, но внутри него крепла холодная уверенность. Ликвидаторы Асмодея были идеальным, непробиваемым оружием. Они не подчинялись Оверлордам вроде Валентино, они не давали Хаску шагу ступить без контроля, и они свято чтили магию Королевы. Это означало, что пока гвардия рядом, отель в абсолютной безопасности от внешних врагов. Но это также означало, что если Аластор захочет подобраться к тайне барьера ближе, ему придется перехитрить этих безупречных суккубов, которые готовы дежурить даже у туалетных дверей ради выполнения воли своей пропавшей Королевы.