переосмысление

Во сне его преследует одно и то же: множество одного и того же человека, только самого человека там нет, словно он смотрит на пустые сосуды. Некоторые сосуды улыбаются, склонив голову, и он теряет свою в ответ на этот жест. Некоторые смотрят презрительно, и он начинает копаться в себе. Некоторые - смотрят пусто, и он не хочет признаваться себе в том, что такие сосуды больше всего похожи на оригинал. Иногда во снах мать, иногда его лучшая подружка и фейковая девушка по совместительству, иногда монстры, которых он никогда не видел, но они ему очень знакомы. Иногда он держит Его за руку, и это самые лучшие и самые грустные сны. После таких он просыпается с чувством, что что-то не доглядел и не предотвратил. Только в каком бы состоянии он не проснулся, в школу собирается по времени, по выученным ритуалам - все собрано и проверено еще вчера (но он проверит еще раз), школьная форма чистая и выглаженная, руки вымыты несколько раз перед выходом, пока снова не начнут противно щипать. Он ненавидит это щипание, но продолжает его добиваться раз за разом, потому что это останавливает рой мыслей в голове. В школе же все как обычно. *** Винсент стоит в окружении одноклассников - я не смею подходить к нему, да и они бы посмотрели на меня, как на привидение. На его лице, как обычно, улыбка. Мягкая, очаровательная улыбка, которую я не могу игнорировать и в которую не могу поверить. Но, когда он так улыбается мне, я ищу и нахожу в ней что-то настоящее. Это еще один мой бесконечный ритуал - пытаться найти настоящего Винсента. Бесконечный, потому что это нереально. Винсент оборачивается и улыбается и мне тоже. Я выдавливаю неловкую улыбку и надеюсь, что она выглядит тепло. По смешку Винсента не понять, но мне и не нужно. Остается только отвернуться к окну, иначе буду выглядеть, как сталкер. Но он ведь улыбнулся мне. Наверняка это что-то значит. Из размышлений вытягивает только голос Анри - её фирменный, немного гордый, но с особенной мягкостью, если она обращается ко мне. - Эйлер, как у тебя дела с... Я делаю усилие, чтобы уловить суть ее слов, потому что в мыслях у меня совершенно иное. - Я все сделал, - невозмутимо говорю я и получаю подзатыльник. - Придурок, что ты сделал? Таблетки? Ты стал химиком? Я виновато потираю шею и наконец внимательно на нее смотрю. - Я пока не покупал таблетки, если ты об этом. Просто... - отвожу взгляд под ее, слишком пристальным, - не хочу звучать странно перед психиатром. У меня же нет таких уж проблем, да? - издаю смешок, но звучит неестественно. Она смотрит неодобрительно, и только так я понимаю, что сказал что-то не то. - Не знаю, кто научил тебя так себя обесценивать, - вздыхает она, - я правда хочу, чтобы тебе стало лучше, Чарльз, - она выделяет мое имя голосом, и это звучит как что-то личное. Я улыбаюсь - на этот раз на самом деле тепло, и она не выдерживает и тоже улыбается, - я проверю на следующей неделе, как ты занялся этим. - Хорошо, - выдыхаю облегченно, и опять смотрю в окно. Честно говоря, я не понимаю, какие у меня могут быть проблемы. Единственная моя проблема - это навязчивые мысли о своих мирах и, пожалуй, о Винсенте. Мои ритуалы меня совершенно не волнуют, и я не знаю, что сделать, чтобы Анри перестала беспокоиться, но, кажется, она считает проблемой всю мою жизнь. Она считает, что если я так и останусь одним, это повлияет на мой эмоциональный фон. Но я не один, у меня есть она и Винсент, а остальных людей я не боюсь, просто... с ними сложно. Я никогда их не понимаю, а они не понимают меня, и у меня просто нет энергии на то, чтобы преодолевать эту стену непонимания каждый раз. Краем глаза я вижу, как Винсент вновь поворачивается на меня - но не успеваю посмотреть в ответ, так как он уже отвернулся.