Лекари лесной глуши: Сквозь призму чужого безумия

Спустя некоторое время Лили, всё ещё лёжа на своей новой мягкой кровати, отрешённо и с глубокой грустью пялилась в деревянный потолок комнаты. А снизу, со стороны холла регистратуры, до неё то и дело доносились приглушённые голоса парней, которые уже вовсю о чём-то усердно болтали, делились утренними историями и беззаботно хихикали, наслаждаясь чаем. Ей самой до сих пор было безумно, первобытно страшно даже просто думать о том, что прямо сейчас замышляют против неё её злые и жестокие создатели с фабрики. Прототип и Харли Сойер когда-то нанесли ей столько ужасных, неизлечимых ментальных травм и физических побоев, что этот страх намертво въелся в её пластиковый каркас. Кукла чувствовала себя бесконечно хрупкой и уязвимой. Даже сейчас, когда Грейси в очередной раз упрямо попыталась подняться на ноги, чтобы превозмочь одиночество и спуститься к ребятам, её правая нога мгновенно ответила жуткой, пульсирующей вспышкой боли. Пластиковые суставы отказались подчиняться. Издав тихое, болезненное кошачье шипение, несчастная девчонка бессильно опустилась обратно на кровать, ещё сильнее кутаясь в ванильный плед. Ей казалось, что она навсегда останется обузой для лесной банды лекарей, но она даже не догадывалась, что Теодор и Фантом уже готовят для неё новое лекарство. В этот самый момент, когда Лили, уже окончательно наплевав на жгучую боль в суставах, упрямо хотела во что бы то ни стало заставить себя подняться с постели, в её закрытую дверь внезапно, очень вежливо и тихо постучались. Кукла удивлённо замерла. Затем тяжёлая деревянная створка медленно, с лёгким скрипом приоткрылась, и на пороге спальни показались КэтНап и теневой защитник Фантом. Парни-полукоты выглядели невероятно по-домашнему. Чёрный кот аккуратно держал в ладонях большую белую кружку, от которой поднимался умопомрачительный сладкий аромат тёплого горячего шоколада, а фиолетовый Теодор бережно удерживал фарфоровую тарелку со свежим, пышущим жаром клубничным пирогом. Кот стоял рядом с напарником и расслабленно, плавно покачивал из стороны в сторону длинным пушистым хвостом с завязанным чёрным бантиком. — Эй, Лили... Привет. Ты как, в полном порядке? — тут же с бесконечной, мягкой заботой в голосе спросил КэтНап, забавно и чисто по-кошачьи дёрнув правым ушком среди тёмно-фиолетовых волос. Пластиковая кукла абсолютно ничего не ответила своим спасителям вслух. Она лишь робко, испуганно отвела единственный здоровый правый глаз в сторону, ещё сильнее вжимаясь в подушки. Из-за того, что давным-давно на проклятой фабрике её абсолютно все демонстративно игнорировали, презирали или диким, оглушительным криком приказывали, чтобы она немедленно заткнулась и никогда не лезла не в своё дело, несчастная девчонка полностью потеряла веру в себя. А ведь раньше Грейси обычно просто из-за искреннего, глубокого переживания за других монстров подходила и робко спрашивала, всё ли у них хорошо, надеясь подарить каплю тепла. Но в ответ получала лишь жестокие ментальные побои. Из-за этого кукла наглухо замкнулась в себе и с тех самых пор даже не осмеливалась лишний раз открыть рта в чужом присутствии, панически боясь нарваться на очередной злой окрик или прикосновение. Ночной парень Теодор, посмотрев на своего теневого защитника Фантома с некой глубокой тоской и абсолютным, искренним пониманием этой невыносимой кукольной боли, молча кивнул ему головой. Они оба, стараясь двигаться как можно тише, осторожно и не спеша подошли к прикроватной тумбочке Лили. Парни бесшумно поставили на деревянную поверхность фарфоровую посуду с ароматным клубничным пирогом и кружку с тёплым горячим шоколадом, надеясь, что вкусный запах хоть немного её утешит. Но стоило КэтНапу просто ласково, бесконечно нежно протянуть свою человеческую ладонь к макушке куклы, чтобы просто успокаивающе погладить её по фиолетовым волосам и прогнать призраков прошлого, как Грейси окончательно потеряла контроль над своими страхами. С первобытным ужасом в единственном здоровом глазу она судорожно сжалась в плотный комок под ванильным пледом, инстинктивно закрывая голову руками и ожидая очередного жестокого удара электрошокером. Травма от гаптофобии была слишком сильна. В ту же самую секунду Нап послушно отстранил свою руку назад, ни на миллиметр не нарушая её личное пространство, и медленно опустил ладонь вдоль тела. Теневой телохранитель Фантом, молча глядя на эту хрупкую, беззащитную куколку на кровати, едва сам сдерживал рвущиеся наружу горькие слёзы. Но, взглянув на КэтНапа, который своим монументально спокойным врачебным взглядом без слов говорил ему: «Идём, братан, не нужно на неё давить... Ей сейчас жизненно необходимо время и покой, чтобы окончательно поправиться после позавчерашнего ужасного события на фабрике», чёрный кот тут же уверенно и согласно кивнул другу. Развернувшись на пятках своих кед, парни-полукоты плавно и аккуратно взмахивая длинными пушистыми хвостами покинули комнату. Они негромко, бережно прикрыли за собой массивную деревянную дверь, оставляя Лили наедине со сладким угощением и её собственными мыслями. Они были готовы ждать столько, сколько потребуется, лишь бы вернуть ей прежнюю улыбку. Пластиковая кукла в это самое время, внимательно и испуганно посмотрев на окончательно закрывшуюся дубовую дверь, наконец-то медленно опустила свои дрожащие руки, мягко касаясь ладонями тёплого ванильного пледа. Одиноко сидя в тишине своей новой сияющей комнаты, Грейси робко взглянула на аппетитное клубничное угощение и горячий, ароматный шоколадный напиток, стоящие на прикроватной тумбочке. Но вместо заслуженной радости её текстильную душу мгновенно сковал леденящий, фантомный подвох. В её голове удушающей вспышкой всплыли кошмарные картины из фабричного прошлого. Лили слишком хорошо помнила тот ужасный день, когда она ещё жила в подвалах Playtime Co. Тогда Прототип точно так же, с обманчивой лаской принёс ей ровно такой же красивый, сочный кусок выпечки. Несчастная Лили, до глубины души тронутая редким проявлением заботы, тогда со слезами счастья на глазах тихо прошептала: «Э... Это всё мне?.. Если да, то... огромное спасибо вам, Прототип!» Девчонка с искренней радостью начала бережно есть этот кусочек сладкой выпечки, но... уже на втором укусе её рот пронзила адская боль. Прямо внутри начинки кукла обнаружила острое, окровавленное лезвие, которое её безжалостный создатель положил туда явно не случайно, а специально — чтобы раз и навсегда хладнокровно избавиться от неё, посчитав дефектной обузой. Вся эта жуткая психологическая травма сейчас мёртвой хваткой сжала сердце Грейси. Она сидела перед тарелкой пирога Теодора, борясь с накатывающей боязнью острых предметов и беззвучно задаваясь вопросом: можно ли ей вообще верить этим добрым лесным лекарям, или за их тёплыми улыбками тоже скрывается смертоносный капкан фабричного безумия? Немного подумав и судорожно сглотнув подступивший к самому горлу болезненный ком страха, Грейси всё же пересилила себя. Трясущимися пальцами она аккуратно взяла пластиковую вилку в руку и принялась с замиранием сердца, предельно осторожно отламывать первый крохотный кусочек клубничного пирога. К её колоссальному кукольному счастью и неописуемому душевному облегчению, внутри нежной выпечки не оказалось абсолютно никаких иголок, скрытых бритвенных лезвий или других опасных острых предметов, способных причинить ей вред. Пирог был чист и пах чистейшей любовью. Взглянув на сочный ягодный кусочек, аккуратно наколотый на пластиковый кухонный прибор, Лили мысленно перекрестилась раз десять, а то и все двадцать, если она сейчас не ошибалась в подсчётах от сильного волнения. Затаив дыхание, она неуверенно отправила кусок пирога в рот, мгновенно сладко зажмуриваясь от неописуемого кондитерского удовольствия. Тесто буквально таяло на языке, наполняя её пластиковое тело долгожданной энергией. Пока Грейси наконец-то спокойно и с аппетитом ела заслуженное лечебное угощение, мирно запивая его горячим шоколадом Фантома и чувствуя, как её гаптофобия отступает, на нижнем этаже дома, посреди просторной уютной кухни, в полном составе собралась вся их лесная банда. Серьёзность момента буквально витала в воздухе. КэтНап, сидевший за круглым столом прямо напротив ДогДэя, всё ещё пребывал в сильном стрессе и тревожно, хаотично взмахивал своим пушистым фиолетовым хвостом из-под халата. А вот светловолосый Луни, уютно устроившийся на стуле по правую руку от молчаливого Фантома, ни капли не унывал — парень вовсю уплетал сладкие крендельки, довольно и уморительно хрустя ими на всю кухню и разбавляя это хмурое кошачье напряжение. — Так, ребят... Сразу предупреждаю: если вы все там в подвалах случайно сдохнете от лап Олливера, я вас лично на заднем дворе закопаю и даже плакать на могилах не буду, — строго, леденящим тоном заявил парень- Теодор, невозмутимо доставая из глубокого кармана своего белого медицинского халата тяжелый пистолет для тренировок. Немного помолчав и крутанув ствол на пальце, он нехотя добавил: — Ну... наверное, всё-таки всплакну разок, чисто ради приличия. — Да брось ты, Наппи, нормально всё будет, чё ты паникуешь раньше времени! Прорвёмся! — весело хихикнул в ответ рыжий пёс-получеловек. ДогДэй задорно вильнул хвостом со светло-жёлтым бантиком, лениво упёрся локтями в деревянную поверхность обеденного стола и уютно подпёр ладонями свой подбородок, с улыбкой глядя на хмурого напарника. — Ага, знаем мы все твоё фирменное «нормально»... Обычно после него приходится половину госпиталя по брёвнам пересобирать, — с тихой, слабой улыбкой на лице прошептал Фантом. Теневой защитник вальяжно откинулся на спинку стула, но в следующую секунду его золотой глаз из-под пышной чёлки заворожённо замер. Он отчётливо увидел, как из дверного проёма холла, аккуратно держась за перила лестницы и отчаянно стараясь не упасть от пульсирующей боли в правой ноге, на первый этаж медленно, робко спускается Лили. Она искала их тепла. — Слушайте, парни, а крендельки-то — реально просто огонь! У Финкса на складе воровал, что ли? — уплетая очередную сладость, уморительно усмехнулся светло-фиолетовый Луни. Полукот-получеловек весело качал ногами в белых кедах, будто бы вообще полностью игнорировал этот серьёзный мужской разговор об оружии и Прототипе, думая исключительно о еде и наслаждаясь безопасным утром. Парни сидели в сборе, совершенно не подозревая, что их израненная шпионка уже стоит у них за спинами, затаив дыхание. — Слушайте, парни... А давайте прямо сейчас у нас на заднем дворе устроим классный пикник на траве? — неожиданно предложил чёрный кот Фантом, лениво взмахивая угольным хвостом и уже вовсю представляя, как они с КэтНапом будут увлечённо тренироваться на деревянных манекенах, пока Луни и ДогДэй весело болтают обо всём на свете. Вся банда на кухне тут же удивлённо замолкла на полуслове и синхронно переглянулась между собой. Буквально через секунду на лицах парней расплылись одинаковые, бесконечно душевные и тёплые человеческие улыбки. Идея была просто потрясающей. — О, конечно, давайте! Отличный план! А то в этом закрытом доме от вечных лекарств воздуха уже просто полный ноль! — тут же одобрительно, во всё горло тявкнул ДогДэй, забавно и очень мило высунув изо рта кончик языка. — Лично я обеими руками за! — весело и бодро откликнулся светло-фиолетовый Луни, шустро кидая в рот ещё один сладкий крендель и довольно, громко хрустя им на всю кухню. КэтНап на это бурное коллективное одобрение ничего говорить не стал. Он лишь молча, с абсолютно безмятежным лицом плавно взмахнул своим длинным пушистым хвостом с завязанным чёрным бантиком, согласно и твёрдо кивая головой. Но ровно в этот самый момент, будто по невидимому сигналу, КэтНап и Фантом одновременно, всем своим обострённым кошачьим загривком почувствовали чьё-то тихое, робкое присутствие у самого входа. Они синхронно повернули головы и посмотрели прямо перед собой, в сторону коридора холла. В дверном проёме кухни, отчаянно удерживаясь одной тонкой рукой за гладкую деревянную стену, стояла бледная Лили. Её правая пластиковая нога по-прежнему мелко и болезненно дрожала от жгучей боли, но в здоровой левой руке девчонка упрямо и аккуратно держала пустую фарфоровую посуду из-под клубничного пирога и кружку, показывая, что она всё съела и пришла вернуть вещи. Чёрный кот, бросив короткий взгляд на своего фиолетового друга, с мягкой, одобряющей человеческой улыбкой понимающе кивнул ему головой. Не сговариваясь и действуя как единое целое, Нап и Фантом одновременно поднялись со своих стульев. Спокойными, размеренными и абсолютно бесшумными шагами в своих белоснежных кедах они дружно направились прямиком к застывшей на пороге кукле, готовые бережно забрать у неё посуду и лично отнести её на этот долгожданный лесной пикник.