Сердце пустоты

С утра, приняв зелье, которое дала ей Салли, она почувствовала невероятный подъём. Как будто у неё прибавилось сил, и настроение значительно улучшилось. Всё-таки Салли — лучшая, — подумала Гермиона. Ей хотелось приготовить завтрак, поболтать с Роном с утра. Она тихонечко заглянула к нему в комнату. Он ещё спал. Что ж, — подумала она, — не буду его будить. Тем более у них начал вырисовываться какой-то хрупкий мир, и это в любом случае было лучше, чем война. На выходных они возьмут детей, съездят за город. Им всем не помешает немного отвлечься и скинуть напряжение. В таком приподнятом настроении она вышла из дома. Зелье действительно действовало на неё очень благоприятно. За многие недели она наконец-то не чувствовала эту усталость от своей жизни. Она обязательно закончит проект. Получит место в Департаменте, и её жизнь будет прекрасна. Около Министерства она обратила внимание на небольшое кафе. Раньше она часто заглядывала к ним — их бариста восхитительно умел делать чаи интересных вкусов. Её любимый был розмариновый. Необычное сочетание остроты и хвои оставляло интересное послевкусие на языке. Зайдя в кафе, она попросила у бариста две порции чая. Отвесила ему комплимент и с улыбкой стала ждать заказа. Малфой не казался ей таким уж плохим, как в школе, и её грели мысли о новом назначении в Министерстве. К тому же она не хотела лукавить перед собой — он ясно дал понять, что ценит её ум, а это всегда приятно. В Отдел Тайн она зашла ровно в 10:00. Он уже ждал её. Усевшись за стол перед ним, она протянула ему стаканчик с чаем. — Что это? — недоверчиво посмотрел он на неё. — Вы решили меня отравить, Грейнджер? Гермиона игриво рассмеялась. Чёрт, по моему с зельем всё же перебор, — подумала она. — Это чай. Так сказать, в знак того, что я полностью готова погрузиться в работу с тобой, а не вспоминать старые школьные обиды. Он ничего не ответил, но сделал глоток. — Необычный вкус, — сказал он. Гермиона внимательно смотрела на него. — Что ж, — сказал он, обращаясь к ней. — Думаю, в общих чертах ты поняла, что я ищу. Меня очень интересует ваша экспедиция в Марокко. Скажи, вы нашли «Сердце пустоты»? И где вообще была взята информация о нём? — Откуда ты вообще знаешь про «Сердце пустоты»? — Она округлила глаза. — Грейнджер, чёрт возьми, — на его лице появилась злость, — ты на любой мой вопрос будешь отвечать вопросом? Так мы точно не сможем ничего найти. Я знаю про «Сердце пустоты», откуда у меня эта информация — ни на что не влияет. И да, это именно тот артефакт, который может убрать Тёмную метку. — «Сердце пустоты» — это родовое проклятие, — тихо сказала она. — Весь твой род будет умирать, всегда, и ты ничего не сможешь с этим сделать. Противодействия нет. У тебя же сын? — В её глазах был страх. — Я знаю, Грейнджер. — Он устало присел рядом с ней. — Я не садист. Чёрная метка — это само по себе проклятие, которое наложено на тебя. И при взаимодействии с «Сердцем пустоты» ты либо избавишься от Чёрной метки, либо умрёшь. — Малфой... — Она начинала выходить из себя. — Откуда ты это взял? Про «Сердце пустоты» есть только один фолиант. Он находился в Египте и сейчас погребён в той чёртовой пещере, где мы его искали. Она сделала паузу, собираясь с мыслями. — И всё, что было известно, — это то, что это родовое проклятие, и координаты, которые нужно было разгадать. Я разгадала, но, видимо, ошиблась. В этой пещере не было ничего. Сам фолиант остался там же. Мы пытались достать его, даже подключали местных, но ничего не вышло. Она посмотрела на него с недоверием. — Я теперь вообще не понимаю, на что ты рассчитываешь. Тот, кто предоставил тебе информацию, скорее всего, соврал. — Я знаю, что он не один. — Малфой говорил спокойно, но в его голосе звучала уверенность. — Поверь мне, я обладаю достаточной информацией. Артефактов было три. Тот, про который ты рассказываешь, — всего лишь один из трёх. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Я предполагаю, что есть записи. Нам нужно будет их найти, а потом по этим записям вычислить места, где находятся остальные артефакты. Я предлагаю начать с Министерства и их библиотеки. Возможно, мы сможем обнаружить какие-то упоминания о древних фолиантах. Он посмотрел на неё пристально. — Я надеюсь, я достаточно ясно обозначил задачу и дал всю имеющуюся информацию? — То, что ты рассказываешь, практически невозможно. — Она подняла на него глаза. — Я даже не представляю, как мы это сделаем. — Поэтому ты здесь, Грейнджер. — Он усмехнулся. — Неужели ты думаешь, что я поверю в то, что Уизли с Поттером могли бы сами отыскать крестражи? Или ты потеряла сноровку? Гермиона задумалась. А почему, собственно, она решила, что он предлагает ей что-то нереальное? Раньше она всегда справлялась со всеми сложными задачами, и сейчас у неё достаточно вводных, чтобы действительно найти артефакт. Ей даже стало стыдно перед собой. Даже Малфой видит в ней больше потенциала, чем она сама сейчас. И как это с ней произошло? — Я поняла задачу, мистер Малфой, — сказала она с энтузиазмом. — Думаю, мы найдём вам «Сердце пустоты». — Наконец-то, Грейнджер, — сказал он. — Не думал, что мне понадобится столько времени на то, чтобы вы вспомнили, на что вы способны. Надеюсь, работать вы будете быстрее, поскольку в таком темпе я не доживу даже до момента экспедиции, — сказал он с сарказмом. — Отлично, тогда давайте приступим к библиотеке, — сказала она. Они поднялись на уровень выше. Библиотека в Министерстве была огромная, а они лишь примерно представляли, что им искать. В течение нескольких дней они проверяли всю доступную информацию и искали зацепки. Результатов пока не было. Малфой оказался достаточно начитанным, что удивило Гермиону. На третий день, где-то к обеду, у Гермионы стали слезиться глаза, и она начала чихать от пыли. — Малфой, — она позвала его, — я думаю сходить пообедать. Здесь слишком пыльно, да и нужно проветрить голову. Я думаю, нам нужно сменить стратегию. Я чувствую, что мы ищем не в том направлении. Он стоял рядом со стеллажом. Посмотрев на неё внимательно, он сказал: — Надо же. Я думал, Гермиона Грейнджер всегда знает, что ей делать. — Он ухмылялся. — Сдаёшь позиции. — Дело не в этом. Мы просто наугад ищем информацию, даже не зная, что ищем. И, если честно, я думаю: будь что-то в библиотеке Министерства, мы бы нашли это достаточно быстро, — ответила она. — Ладно, я пойду. Буду где-то через час. — Подожди. — Он подошёл ближе. — Я пойду с тобой. Я бы мог отпустить ещё пару едких комментариев, но ты права — надо проветриться. — Ты уверен, Малфой? Я хочу пойти в магловское кафе. — Ей хотелось добавить какую-то колкость в сторону него по этому поводу, но она промолчала. Он действительно эти последние дни вёл себя достойно с ней. Да и мерзким он ей уже не казался. Возможно, в другой жизни она могла бы даже с ним общаться. Гермиона испугалась своих мыслей. Это Драко Малфой. Пожиратель смерти. Не забывай это, — сказала она себе. Не ответив, он пошёл с ней. Выйдя из Министерства, они завернули за угол, где располагался небольшой ресторанчик. Сев за столик, он спросил: — Почему сюда? Почему именно магловское кафе? — Не знаю. — Она пожала плечами. — Когда я вышла на должность инспектора, мне было очень сложно. Ведь по сути, вместо роста, я падала вниз. И это место... оно как будто выносило меня из той реальности, из той магической реальности, где после стольких лет борьбы у меня ничего не получилось. Он внимательно смотрел на неё. — Давай закажем вина, Грейнджер. — Что? — Она удивлённо посмотрела на него. И поняла, что очень хочет согласиться. Пить вино за обедом и непринуждённо беседовать с умным человеком. А Малфой действительно оказался таким — она не могла это отрицать. Как будто это как раз то, чего она желала уже очень долго. У неё не было друзей, а с компанией Рона она никак не могла найти общий язык. Гарри с Джинни были в Европе, а больше в последние годы она ни с кем и не сблизилась. — Давай, — согласилась она. Когда им принесли вино, она спросила: — Что ты делал все эти годы после войны? — Думаю, ты знаешь, что вся моя семья избежала Азкабана по чистому стечению обстоятельств. — Он горько усмехнулся. — Отцу пришлось многим пожертвовать, и это его сломало. Он сидел дома, пил и постоянно бормотал о былом величии. Думаю, он сходит с ума до сих пор. Первые пару лет я просто заперся дома. Я точно не собирался возвращаться в Хогвартс и уж тем более идти работать в Министерство после. Я много читал. И, кстати, мне нравятся многие магловские книги, Грейнджер, — он ухмыльнулся, смотря на неё. — Неужели? — Она картинно удивилась и округлила глаза. — Это какие же? — Много, Грейнджер, — сказал он. — У меня было достаточно времени. «Портрет Дориана Грея» очень поразил меня в молодости. Она смотрела на него с неприкрытым удивлением. — Вот это да, — ответила она. — Отличный выбор, Драко. Помню, я зачитывала его до дыр. — Я не сомневался, Грейнджер. — Он так же усмехнулся. — Когда отец стал просто невыносим, мы с матерью уехали. Я несколько лет путешествовал по Европе. А потом появилась Астория. Она хорошая жена. Правда сейчас мы редко видимся, она в основном проводит время во Франции. — Почему? — Гермиона сидела неподвижно. Она чувствовала, как проникается к нему. Чувствовала его печаль. — Они с Асторией в основном живут во Франции сейчас. Именно из-за него я думаю, что готов пойти на всё, чтобы убрать это. — Он с отвращением посмотрел на свою руку с Чёрной меткой. Вино уже проникло в голову Гермионы. Зелье Салли делало её чувства слишком яркими, мысли — слишком лёгкими, а границы — слишком размытыми. Она потянулась и слегка провела пальцами по его руке. Она почувствовала, как рука Драко дёрнулась, но он не убрал её. Лишь пристально смотрел на неё. Они сидели неподвижно несколько минут. — Грейнджер, я думаю, нам нужно поесть. Иначе ты точно не сможешь работать. — Прости. — Она отдёрнула руку. — Ты прав. Вино в обед слишком дало мне в голову. Им принесли еду, и больше они не проронили ни слова. В Министерство они возвращались молча. Гермиона чувствовала, как её голову заполняет пьянящий туман. Надо принять отрезвляющее зелье, — думала она. — Так я точно не смогу сосредоточиться. — Мисс Грейнджер! — Элоиз бежала к ней со всех ног. — Мисс Грейнджер, я нигде не могла вас найти. Там... там... — Элоиз запиналась. — Что случилось? — Гермиона остановила её. — Ваш сын. Он в больнице Святого Мунго. Гермиона почувствовала, как комната стала терять очертания, а земля уходить из-под ног. — Гермиона! Гермиона! — Малфой бил её по щекам. Она пыталась сфокусироваться, но реальность всё ещё расплывалась. — Ты сможешь трансгрессировать? — Малфой смотрел на неё. В его глазах была тревога. — Я... я... — Она пыталась подобрать слова. — Я уже давно не могу трансгрессировать. Я езжу на машине, — из последних сил ответила ему Гермиона. — Чёрт. — Малфой смотрел на неё. — Со мной сможешь? Я перенесу тебя. — Я постараюсь. Думаю, да. Да, это будет отличный вариант. Главное, чтобы я не потеряла сознание. Он обхватил её за талию, и они исчезли.