Сердце пустоты

С утра Гермиона обнаружила себя на диване в гостиной. Рон не пришёл ночевать. Странно, — подумала она. — Неужели он считает себя настолько ущемлённым? Она послала сову Джорджу, хотя и так понимала, что Рон у него. Просто решила перестраховаться. Пару раз Рон уже делал так. Она посмотрела на стол и увидела письмо от Молли. В нём говорилось, что она заберёт детей после садика, она очень соскучилась и будет рада побыть бабушкой. Отлично, — подумала Гермиона. — У меня будет время разобраться с приступами и прошерстить библиотеку в Министерстве. Я не буду привязана к детям. Сходив быстро в душ, она уже собиралась выходить, как ручка двери повернулась, и Рон зашёл домой. — Где ты был? — спросила она у него. В её голосе даже не было злости. — У Джорджа, — Рон ответил себе под нос. Посмотрев на часы, она поняла, что опаздывает, поэтому решила, что поговорит с ним вечером. Тем более за сегодня она сможет собрать больше информации. Взяв детей, она направилась к машине. Гермиона стояла около Отдела Тайн и собиралась с духом. На часах было 9:58. В этот раз она не опоздала. Открыв дверь, она вошла. Драко стоял у стола в углу зала. За ним располагались шкафы с артефактами — тусклые, пыльные, словно хранящие чьи-то забытые секреты. — Мисс Грейнджер, — край его губ сомкнулся в ухмылке. — Польщён, что сегодня вы вовремя. — Я говорила вам, Малфой, — я не опаздываю. В тот день действительно были обстоятельства. — Что ж, тогда не будем терять времени. Я предполагаю, что у вас ко мне много вопросов, поэтому задавайте их сразу, чтобы это не тормозило нашу работу. Гермиона смотрела на него, пытаясь собраться с мыслями. После его слов у неё как будто всё выветрилось из головы. Она не знала, с чего начать. Ей нужно было узнать как можно больше и в то же время не вызвать подозрений о том, что она догадывается. — Почему я? — выпалила она то, что действительно волновало её на самом деле. — Я удивлён, Грейнджер, что вы решили спросить именно это. Я думаю, вас в первую очередь интересует, не собираюсь ли я как-то воскресить Волан-де-Морта. — Он усмехнулся. Гермиона почувствовала, как в горле у неё пересохло. — Я... — она запиналась. — Я... не думала... просто это выглядит странно. — Прекрати, Грейнджер. — Он резко перешёл на «ты». — Я прекрасно знаю, на что это похоже. Нет, всё это не имеет отношения к Волан-де-Морту. — Он задумался на несколько секунд. — Не напрямую, скажем так. Я дал клятву перед тем, как профинансировать исследование, что это не имеет отношения к тому, чтобы вернуть Волан-де-Морта. Всё дело в этом. — Он задрал рукав и указал на свою метку. — Несколько лет назад бывшие Пожиратели смерти, в том числе и я, заметили, как метка влияет на организм. Причём только у тех, кто был завербован после его возвращения. Те, кто получил метку ранее, такого не испытывали. Видимо, во второй свой приход он модернизировал эту магию. Метка отравляет наш организм и влияет на сознание. Он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде она увидела что-то новое — не издёвку, а усталость. — Я не буду вдаваться в подробности, мисс Грейнджер. Перейду сразу к сути. Я общался со многими, у кого возникла такая же проблема. Мы пробовали разные варианты, проводили исследования. В общем, она убивает нас. Никто из бывших Пожирателей не проживёт и двадцати лет с ней. Единственное, что я нашёл, — это упоминание древнего артефакта, который сможет снять это проклятие. Но про него совсем нет информации, лишь пара упоминаний в древних фолиантах. — Драко... — она первый раз рискнула назвать его по имени. — Так почему я? — Чёрт, Грейнджер, ты невыносима. — Он усмехнулся, но в его голосе не было издёвки. — Это материнство так влияет на женщин, или ты хочешь нарваться на комплименты от меня? Ты самая умная волшебница, которая умеет находить и анализировать информацию. Мы же учились вместе в школе. Гермиона старалась держать лицо, чтобы не начать беззвучно открывать рот от шока. Малфой. Драко Малфой захотел работать с ней из-за её мозгов. Он только что похвалил её. Ей стало дурно. Она почувствовала, как у неё начинает кружиться голова. — Ну и когда я увидел у тебя на столе фото с этой экспедиции, — продолжал он, — всё сошлось. Я решил, что есть все шансы отыскать артефакт. Гермиону мутило. Она оперлась на стену. У неё снова начинался приступ. — Грейнджер, с тобой всё нормально? — услышала она голос Малфоя где-то вдалеке. И потеряла сознание. Она очнулась на стуле. Малфой стоял рядом, придерживая её. — Если бы я раньше знал, что от моих комплиментов девушки будут терять сознание, я бы не женился. — Он усмехнулся, но на его лице отражалась тревога. — Я... нет, всё нормально... это бывает, — запинаясь, проговорила она. — Отголоски войны с Волан-де-Мортом, к сожалению, оставили след. — Думаю, нам лучше продолжить завтра, — сказал ей Малфой. — Всё нормально. — Гермиона полностью пришла в себя. — Давай продолжим. С чего ты хотел бы начать? Малфой с недоверием смотрел на неё. — Не думаю, мисс Грейнджер, что нам стоит продолжать. — Его тон снова приобрёл надменность. — Я жду вас завтра в это же время. А сейчас лучше отправляйтесь домой. Я могу помочь вам трансгрессировать. — Нет, не стоит. — Гермиону опять начало подташнивать. — Я доберусь сама. — И она направилась к выходу. Сев в машину, она решила обдумать информацию. Конечно, многое ещё было непонятно, но она начала составлять в голове образ взрослого Драко Малфоя. И, кстати, он не был таким уж говнюком, каким хотел казаться. Время приближалось к обеду. Она решила, что будет неплохо перекусить, а потом поехать к терапевту. Стоя перед дверью в Косом переулке, она немного волновалась, поскольку сеансы с Салли — это не самое приятное, что ей приходилось испытывать. Дверь открылась перед ней. — Заходи, — услышала она из комнаты голос Салли. Зайдя в комнату, Гермиона села перед Салли. — Мои приступы опять вернулись, — произнесла она. — Я помню, вы говорили, что они должны проходить более подконтрольно. Но я уже два раза теряла сознание и не могу понять, что является катализатором. Салли внимательно смотрела на неё. Потом, достав палочку, произнесла: — Давай посмотрим. Она прошептала заклинание и стала внимательно всматриваться в её глаза. Минут пять Салли сидела неподвижно. Наконец закончив, она обратилась к Гермионе: — У меня не очень хорошие новости для тебя, — сказала она. — В твоём мозге происходят необратимые процессы, которые влияют на весь организм. Раньше этого не было. Мы думали, что панические атаки вызваны отложенным ПТСР после войны, но сейчас я вижу, что это имеет не только психологические, но и физические причины. — Гермиона, что ты делала в последнее время? Может, ты сталкивалась с какими-то древними заклинаниями или работала с алхимическими редкими веществами? — Нет, Салли, ничего такого, — ответила Гермиона. — Я даже не понимаю, с чего это всё вернулось. Несколько раз я чувствовала подступающие приступы паники, когда злилась или думала о трансгрессии. А потом я два раза потеряла сознание, хотя это было не связано ни с какими событиями. — Хорошо, я дам тебе зелье. Оно поможет сдерживать это всё, но принимать нужно каждый день. А пока подумаю над твоим случаем, попробую найти побольше информации. Я дам тебе знать, как что-то найду. Не теряйся, пожалуйста. Я знаю: двое детей, работа, сложно найти время на себя. Но это действительно важно. Твою проблему нужно решать, и я найду способ. Хорошо? — Она посмотрела на Гермиону. — Конечно, Салли, — ответила ей Гермиона. — Тогда я, наверное, пойду. Салли отдала ей зелье, они тепло попрощались, и Гермиона вышла. Время было ещё раннее. Она подумала, что было бы неплохо вернуться в Министерство и сходить в библиотеку, выбрать книги, которые могли бы пригодиться. Но, сев в машину, она почувствовала дикую усталость и решила двинуться к дому. Молли должна забрать детей, и им с Роном уже следовало серьёзно поговорить. Зайдя домой, она увидела, что Рон был не на работе. Он сидел в гостиной и смотрел в стену перед собой. — Ты рано, — сказала она ему. — Я взял отгул сегодня, — ответил он безразлично. Она внимательно посмотрела на него, собираясь с силами, чтобы начать разговор. За эти пару дней произошло слишком много, и это уже безотлагательно требовало обсуждения. — Рон, — она присела к нему на диван, — нам нужно поговорить. — Я знаю, — сказал он ей, не поворачивая головы. — Прости меня, Гермиона. Я повёл себя как последний мудак. Я вижу, что происходит. Я понимаю, что тебе тяжело. Но я боюсь. Я действительно боюсь, что, если начну помогать, тебе не станет легче, и я буду чувствовать себя немощным, никуда не годным мужем. Поэтому я и выбираю отстраняться. Я знаю, что это неправильно, но я уже не могу по-другому. Я перегнул палку с Лиз, я понимаю. — Ах, Рон... — произнесла Гермиона, пододвигаясь к нему. — Дело не в Лиз. Я верю тебе. Дело во мне и в тебе, в нашей жизни. Когда я сталкиваюсь с трудностями, мне всегда приходится решать их самой. А я тоже хочу поддержки. Я хочу, чтобы мне помогли, особенно с детьми. Выйдя на работу, мне стало сложно справляться со всем в одиночку. Он внимательно посмотрел на неё. — Я вижу это, — сказал он серьёзно. — Поэтому я считаю, что тебе лучше уволиться из Министерства. — Что? — Гермиона вопросительно посмотрела на него. — Я не хочу увольняться. — Я видел письмо от Гарри. Когда ты собиралась мне рассказать, что тебя поставили работать с Драко Малфоем? Гермиона начала закипать. — Может, тогда, когда ты бы ночевал дома и разговаривал со мной? — Её голос начал срываться. Рон замолчал, снова уставившись в стену. — Это опасно. Ты же понимаешь, он Пожиратель смерти. — Бывший Пожиратель смерти, — удивляясь сама своим словам, произнесла Гермиона. — От этого проекта зависит моя карьера в будущем. И, если честно, я не думаю, что он правда что-то задумал. Сегодня я разговаривала с ним. — Гарри написал, что, скорее всего, твои подозрения беспочвенны. Он сам ещё раз всё проверил, связался с кем-то в Министерстве. И оказалось, что Пожиратели... — Рон с особенным омерзением произнёс это слово, — уже давно ищут способы свести метки. Это опасная магия, которая убивает их. — Малфой как раз это и рассказал мне. Рон, это действительно мой шанс. Шанс на нормальную работу. К тому же Малфой сейчас не такой придурок, как в школе. Он тоже уже взрослый, и у него есть свой интерес в этом. — Ладно, — сказал ей Рон. — Ты уже всё решила. Спорить с тобой мне бы не хотелось. Только будь осторожна. Я не доверяю ему. — Рон, — она внимательно посмотрела на него, — я тоже ему не доверяю. — Пойду прилягу, — сказал он и поцеловал её в макушку. Гермиона смотрела, как он уходит в свою комнату, как закрывается за ним дверь. Она хотела обсудить с ним, что к ней вернулись приступы, но сейчас, смотря на всё это, она понимала, что это уже не важно. Это была её проблема, и она разберётся с ней сама. Как и всегда.