Соглашение

Зоре было совсем не весело. Он проснулся на полу. Чертовски замерзнув. Без одеяла, конечно же, она забрала его. Но также без простыней. Ничего. Теперь он был рад, что не снял штаны и рубашку, придя в комнату, ведь к этому моменту он бы уже превратился в сосульку. Он вскочил на ноги и посмотрел на незваную гостью, растянувшуюся на матрасе. Она выгнала его и даже не смогла как следует выспаться в кровати? Боже, людям, привыкшим к двухспальным кроватям, не следует разрешать ложиться в односпальные кровати. Её поза во сне была просто нелепой. Эта девчонка думала, что всё пространство принадлежит ей, и раскинула конечности на всю длину (значительная часть ног свисала в воздухе — кровать была слишком мала, чтобы вместить ее королевское высочество). Разве она не заснула, сидя на краю кровати? Как она оказалась в таком положении? И это была его комната, его кровать. Зора бы перевернул ее в другую позу, если бы не был так чертовски сыт всем по горло. Он потянулся за одеялом, с ворчанием распутывая его из-под так называемой «напарницы». Хуже всего было то, что она держалась за одеяло, как за спасательный круг. Последней каплей стало то, что она нанесла ему сильный удар ногой в живот, от которого у него буквально перехватило дыхание. Тогда он решил подумать о самом неприятном способе разбудить её. Она не заслуживала ничего. Одним сильным рывком ему удалось вернуть своё одеяло. Он укутался в него, прежде чем обдумать свой следующий шаг. Встряхнуть её — отличная идея. Ужасный способ пробуждения, и он знал это не понаслышке, потому что именно так его изящно выводили из сна на славной базе Черных быков (когда его не пробуждали «естественным» образом такие шумы, как крики, взрывы и всевозможные звуки сражения). Итак, Зора встряхнул ее за плечи, и ее локоть, наверное, поздоровался бы с его лицом, если бы он не увернулся. — Отвали, Солид, пять минут. Зора не собирался с этим мириться. Получить удар — это одно, но то, что принцесса приняла его за своего невыносимого, жалкого и ничтожного младшего брата, было откровенным проявлением неуважения. Он схватил простыню и дернул её так сильно, что, казалось, вот-вот порвёт. Но она заметно погрузилась в постель. Её прищуренные глаза медленно открылись, расширились, и он приготовился к тому, что последует дальше. — КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ДЕЛАЕШЬ В МОЕЙ КОМНАТЕ?! Верно, он знал, что это будет что-то в этом роде. — Во-первых, это моя комната, во-вторых, это моя кровать, и, наконец, ты чёртов паразит. — Я- Вдруг она как будто вспомнила. Она покраснела, сжала колени и села, выпрямив спину, на край кровати, слегка запрокинув голову назад в той самой позе «я лучше тебя». Как будто всего минуту назад она не вела себя так чертовски неловко. — Вижу, ты пришёл в себя и дал мне поспать в кровати. О, да ради Бога… Он убьёт её до конца задания. Он едва поспал, проснулся на полу, всё ещё мерз, и был уверен в одном: прямо сейчас он не в состоянии терпеть её поведение. — Ты выгнала меня из кровати. — Весьма грустно, что ты намекнул, что я бы сделала что-то невоспитанное. Ладно. Держи себя в руках. На его губах застыла натянутая улыбка. Задание скоро закончится. Скоро он избавится от неё. Зора глубоко вздохнул. — Я недостаточно поспал, чтоб спорить утром, так что одевайся и встретимся в 10. — В 10? — О, да, тебе надо завязать безумную косу? — съехидничал он. — Сколько это может занять времени? — Иди нахуй, мы под прикрытием, помнишь? Я надену простую одежду. «Простую одежду». Зора усмехнулся. Ему не терпелось это увидеть.

***

Это была кепка. Но, честно говоря, самая уродливая кепка, которую Зора когда-либо видел. Ему было совершенно непонятно, как кому-то вообще могло прийти в голову создать такой жалкий головной убор. Она была сшита из трёх разных лоскутов ткани с разными узорами и цветами. Каждая нить этой нелепой штуки кричала «дедушкина шапка», и в этом смысле она идеально подходила к цвету её волос. Она засунула под нее всю свою хаотичную гриву «серебристых» (белых) волос. К счастью, она отказалась от булавок Сильвы (это было абсолютный минимум для секретного задания, но принцесса была настолько тупа, что даже до этого не догадалась). Остальная часть наряда скрывалась под плащом, но он был уверен, что ничто под этим плащом не могло быть отнесено к категории «простой одежды». — Где ты нашла эту кепку? — спросил он, любопытство взяло верх. Она пожала плечами. — Она была в вещах Нозеля. Зора не сдержал смешка. Ну, он мог бы догадаться, что у этого парня нет никакого чувства стиля, судя по той нелепой косичке, свисающей ему на лицо. — В любом случае, давай спросим, не можем ли присоединиться к сегодняшнему патрулю, — сказала она. Смех Зоры застрял у него в горле. Он схватил её за запястье, но она тут же вырвалась из его рук. — У тебя есть идея потупее? — Что? Это братья, я уверена. Мы получим больше информации, если проведём с ними время. Мы можем легко загнать их угол и получить признание. — У тебя нет доказательств. Можешь на минуту перестать вести себя глупо? Она скрестила руки, и всё — от её осанки до выражения лица — говорило о том, что она явно становилась всё более и более настороженной. Но ему, честно говоря, было на это наплевать. — Я следую зацепке, — заявила она. — Ты следуешь за необоснованной интуицией. — Говорю тебе: я права. — Честно? Я понятия не имею, как ты стала магическим рыцарем. О, подожди, нет… Я знаю. Ты королевских кровей, так что ты попала в семейный отряд, даже не поднимая пальца. Её лицо внезапно застыло, но ему было всё равно. В конце концов, всё, что он сказал, было правдой… Теперь Зора был в ярости. Он сделал всё, чтобы оставаться вежливым и, по крайней мере, сохранять достаточное самообладание, чтобы задание прошло мирно. Но она не шла на контакт. И по какой-то причине ему больше не хотелось её отчитывать. В нем не осталось терпения, чтобы объяснять ей, что не так со всем ее существом, начиная с этого отношения. Она была чертовски невыносима и раздражала его, и он хотел бросить ее и завершить задание в одиночку. — Знаешь что? — сказала она. — Это не сработает. Мы явно не можем прийти к общему мнению, так что давай разделимся и будем действовать по отдельности. — Не ожидал от тебя такого: это удивительно хорошая идея. Он не упомянул о том, что на самом деле это не так. Их прикрытие зависело от того, что они были вместе. Они должны были путешествовать вместе. К тому же их послали вместе. Сам король магов объединил их в пару, и парень был кем угодно, но только не глупцом. В таком составе команды наверняка был какой-то смысл, хотя Зора даже представить себе не мог, в чём он заключался. Но. Черт, перспектива наконец-то избавиться от нее была слишком заманчива, чтобы упустить такой шанс. Она развернулась и ушла, даже не дождавшись подтверждения. Этого простого факта хватило, чтобы он снова разозлился. Он вернулся в свою комнату и бросился на свою кровать. От нее уже пахло ею. Видимо, занять его кровать было недостаточно: она должна была напомнить ему, что она это сделала. Зора вздохнул. Ладно, может быть, он переборщил с последним замечанием. Если он и научился чему-то о невыносимой напарнице, так это тому, что всё, что касалось её отряда или королевской семьи, было деликатным делом. И он, возможно, переборщил. Совсем чуть-чуть. Пришлось признать: она была способным магическим рыцарем. Но определенно не подходила для секретных заданий. Она прекрасно умела вести расследования, и он догадывался, что именно к таким заданиям она привыкла. Она слишком полагалась на свою интуицию, но в остальном обладала неплохими наблюдательными способностями и чувством логики. Хотя ее теории были в основном беспочвенными, в них мог быть смысл. И, может быть, она была права, и, может быть, это были братья. Но нужно было следить за целой деревней, а она, похоже, зациклилась только на этих двоих. Как птица, нацелившаяся на добычу. Как «орел», предположил он. В любом случае. Зора решил забыть о ней и сосредоточиться на проклятом задании. В конце концов, он не собирался позволять ей завершить задание раньше него. Итак, что им было известно на данный момент? Серия похищений, происходящих только ночью. Все в городе беднее, чем когда-либо, из-за войны и климата. Похитители всегда требуют выкуп. — Это не сходится! — воскликнула она. — Если им нужны деньги, они бы не нападали на этот жалкий городок. Здесь нет денег. Это должен быть кто-то из города. Ну, она не ошибалась. Он тоже пришёл к такому выводу. Зора сначала думал, что это просто её предвзятость. Что она просто обвинит первого попавшегося крестьянина и на этом успокоится. Но это имело смысл. Скорее всего, это был кто-то из города. — А тот бармен, с которым ты разговаривал? Он выглядит измученным. У этого человека морщин больше, чем самого лица. А кран? Он сказал, что тот опять протекает. Пиво тоже было отвратительным, как будто его даже не охлаждают? Это заведение разваливается на части. Но он выглядел так, будто любил эту таверну. По какой-то причине. Честно говоря, я не могла понять, как это возможно, ведь это место было ужасным, ему лучше сменить профессию. Ну, Зора не мог это отрицать. Бармен выглядел измученным, это правда. Он выглядел так, будто любил свое заведение, это правда. Место разваливалось на части, это правда. Пиво… он не мог знать, потому что не пробовал его, но сомневался, что оно было настолько плохим, как она сказала, ведь она выпила всю кружку довольно быстро. — Это должны быть сыновья. Один из них или оба. Они похищают людей, знают, кто может заплатить выкуп, потому что знают, кто ещё может позволить себе пить алкоголь целыми днями, а потом получают выкуп. Может быть, их отец даже причастен к этому. Им нужны деньги, чтобы отремонтировать заведение и помочь отцу. Вот и всё. Это было не «всё», черт возьми. Она ничего не доказала. Конечно, это имело смысл. Она была тупой, но умела находить связи, чтобы создать смысл между элементами, которые, казалось бы, не были связаны. Но как насчет остальной части города? Как насчет всего остального, что она упускала? Она что-то упускала. Ну, возможно, она как раз сейчас донимает сыновей того бедного бармена, поэтому он решил ее остановить. Он отбросил в сторону раздражение, недосып и гордость, чтобы ещё раз попытаться поработать с невыносимой принцессой. Зора вздохнул, вышел из своей комнаты и направился к ней. Он громко постучал. Подождал. Постучал снова. Подождал. Затем он положил руку на ручку и вошел. Сначала он подумал, что она там. Затем он понял, по отсутствию криков, воплей и всего остального, что обычно сопровождало его вторжение, что ее нет. И тогда он заметил беспорядок в комнате (гораздо больший, чем он помнил). Действительно, она вернулась в комнату, чтобы приготовиться. Но даже не зная её так хорошо, он понимал, что она бы заперла дверь. Она также сделала бы что-то с тем, что все её вещи валялись на полу. Правда, возможно, ей было всё равно, и она пыталась быстро сбежать из комнаты крысы. Но что-то подсказывало Зоре, что она обязательно сделала бы что-то с тем, что её нижнее белье небрежно купалось в луже чернил. — Вот черт. Ее комнату обыскали. Внезапно ее глупая теория уже не казалась такой неправдоподобной. Он обернулся — и всё потемнело.

***

Зора проснулся с огромной головной болью, пересохшим горлом и связанный. Он с ворчанием сел и попытался оценить окружение. Похоже на погреб. Винный погреб. Его заперли в винном погребе. Чёрт. Может, она была права. Ну, на самом деле всё было не так уж плохо. Он оказался в темноте, с завязанными за спиной руками, лишенный своего гримуара, а рана на голове ужасно болела, но от надоедливой принцессы не было и следа, что было и хорошим знаком (хотя ему бы хотелось не оставаться в одиночестве в этой ситуации), и благословением (потому что в его нынешнем состоянии он бы не смог справиться с ее надоедливым высочеством). Она, безусловно, была снаружи, надеюсь, искала его. Хотя, если подумать, нет. Она никак не могла знать, что его похитили; для этого ей пришлось бы заботиться о своем товарище по команде, а забота о крестьянине казалась для нее совершенно невозможной. Да и в любом случае, даже если бы она знала, она бы его не искала. Она бы пыталась доказать, что права. Будучи настолько нехитрой, что он был уверен: ее быстро разоблачат и бросят сюда, к нему. Внезапно Зора услышал шум снаружи. Через долю секунды дверь с грохотом распахнулась, и он всё понял. Время было слишком идеальным, настолько идеальным, что он начал думать: может быть, всего лишь может быть, какой-то бог всё-таки его слушал. — Вам это с рук не сойдёт! Я предупреждаю вас: я королевской крови! Ее без церемоний сбросили с последних ступенек лестницы, и она замерла в полной тишине. Зора вздрогнул. Что-то хрустнуло. — Черт! «Мужской голос», заметил Зора. К сожалению, он почти ничего не мог разглядеть. Таинственный мужчина спустился по лестнице, проверил, дышит ли она, а затем тяжелыми, торопливыми шагами побежал обратно наверх. Дверь с грохотом захлопнулась, и воцарилась тишина. Зора, опираясь на стену позади себя, попытался подняться, а затем осторожно сделал шаг к ней, пока не заметил, как ее грудь поднимается и опускается. Она жива. Ну, это уже была хорошая новость. Последнее, что ему было нужно, — это чтобы тот с серебряной косой убил его за то, что он не вернул сестру живой. Он схватил бесполезную королевскую напарницу за плащ и оттащил в угол. Зора вздохнул в отчаянии. Это точно не она вытащит его отсюда. Через несколько минут она пришла в себя и наверняка бы закричала, если бы он не приложил ладонь к ее губам. — Заткнись. У меня болит голова. Он видел по её глазам, что ей было на это наплевать, но всё же отпустил её, надеясь, что она хотя бы сбавит обороты. — Так, ты дал себя поймать, — заметила она со спокойствием, ухмылкой и дерзостью, которые абсолютно не подходили ситуации. Как она могла по-прежнему вести себя с ним так высокомерно, когда ее саму только что столкнули с лестницы? — Как и ты, — заметил он. — Ты попался первым. Зора усмехнулся. Честно. Какая разница? — Они обыскали твою комнату, — сказал он, чтоб это наконец-то избавило её от высокомерия. — Уверен, что-то в твоей королевской одежде выдало нас. — Откуда ты знаешь? — Я пошёл туда. — Ты зашёл в мою комнату без разрешения? — Сейчас это важно? Она замолчала, потом призналась: «Полагаю, нет». Он закатил глаза. — Так, что случилось? — спросила она. — Зашёл в твою комнату, обернулся, потом проснулся здесь. — Ты видел, кто забрал тебя? — спросила Небра. Зора пожал плечами. — Не уверен, я быстро вырубился… Ты? — Это был Чарльз. Зора вздохнул. — Доказательства? — Его голос. — Чарльз вчера мало говорил. — Это его голос. Я уверена, это он. Видела часть его лица. Он решил, что ему слишком больно, чтоб спорить. — В любом случае, не можешь развязать меня? Она вздохнула и принялась освобождать руки, словно это было самым изнурительным занятием из всех, когда-либо придуманных. — У тебя есть гримуар? — спросил Зора. — Нет, — призналась она. — Они использовал какое-то средство, чтобы ослабить мою ману, а потом просто забрали его у меня. Но, будучи членом семьи Сильва, у меня всё ещё оставалось достаточно маны. И я отлично сражалась даже без своего гримуара. Да, он был в этом уверен. Хвастаться сейчас, когда их заперли в винном погребе, — это как раз то, что она могла бы сделать. — Что ты можешь сделать без него? — спросил он. Им надо найти способ выбраться отсюда. Но сначала им надо убедиться, что они смогут защитить себя, а не… оказаться здесь снова. — Много чего, — похвасталась она. — Ты должна быть конкретнее. Она отвела взгляд. — …Я могу заполнить комнату туманом. Густым и тяжёлым туманом. Зора усмехнулся. — Магия тумана такая полезная. — Замолчи. По крайней мере, я могу скрыть нас, пока мы сбегаем. Что можешь ты? В любом случае, он чувствовал себя слишком плохо, чтобы пользоваться магией, а без гримуара он не мог задействовать свои ловушки. Поэтому он пожал плечами. — Ничего, о чем стоит упоминать. — Тогда замолчи. Он вздохнул, слишком уставший, чтобы даже пытаться отомстить ей, а затем стал потирать болящие виски. — У тебя есть вода? — спросил он. — Я похожа на фонтан? — Можешь создать воду из тумана? — Это займёт вечность. Без гримуара я не могу сделать ничего конкретного. — Магия тумана чертовски бесполезная. — Ну уж прости, что у меня не водная магия. Зора вздохнул и замолчал. Честно говоря, в этот момент он был готов выпить даже туман. Ему было всё равно. Она внезапно встала. — Я пойду проверю дверь. — Ты можешь стоять? — Конечно, я могу стоять. И ходить. — Нет, я спросил, потому что слышал хруст, когда ты упала с лестницы. Думал, ты сломала кость или ещё что. — Ещё что… Она пару раз моргнула, затем сунула руку в карман и достала… символ Сильва. Разбитый. Он усмехнулся. Она расхаживала с ним? Насколько можно гордиться тем, что ты член королевской семьи? — Нет… нет, нет! — Э? Успокойся. Это просто булавки. — И мои серьги! Они сломаны! — Почему ты ходила с ними? Это тупо. — Я не могла оставить их! Они- Она не договорила, явно решив не спорить с ним. Вместо этого она встала и медленно поднялась по лестнице. — Как дверь? — спросил он. — Конечно же, заперта. — Выбей её. — Кем ты меня считаешь? Я не сделаю что-то такое некультурное. — Да? Что ж, ваше высочество выпнула меня этим утром. Так что хорошенько ударь что-то, что не может чувствовать боль. — Я не пинала тебя. Ты пытался разбудить меня, ты сам виноват. И я не стану пинать дверь. Я поранюсь. — У тебя чертовски сильные ноги, ты не поранишься. Теперь пни дверь и вытащи нас отсюда. Она сердито застонала, после послушалась (послушалась! Это было неожиданно…). Безуспешно. Ни ответа, ничего. — Что ж, по крайней мере, мы знаем, что они не стоят за дверью. — Она вздохнула. — Какой там замок? — спросил он. — Подойди и посмотри сам. Ты намерен сидеть, пока я делаю всю работу? — Меня ударили по голове, я уже стараюсь изо всех сил не вырубиться, а ты не помогаешь. — Ты был неосторожен. Сам виноват. Зора тяжело вздохнул. Может, она не ошибалась. Но её тоже забрали, так что она не имела права хвастаться. — Похоже на обычный дверной замок, — всё же сказала она, рассмотрев его. — Без магии. Он должен открываться ключом. — Можешь открыть его? — спросил он, прекрасно понимая, что ему придется это сделать. — Могу. — Правда? — Да. Как это вообще возможно? Нет, стоп. Вспомни историю с бюджетом. Она и раньше не раз заявляла, что сможет справиться с тем, с чем явно не могла. — Конечно, — сказал он, готовясь встать и взять дело в свои руки. — Кажется довольно лёгким. И в половину не так сложно, как с тем, что у нас дома… там такой старый замок. Зора несколько раз моргнул, потом решил закрыть глаза, пока она не попросит помочь с замком. Ну, по крайней мере, если им удастся выбраться, они смогли бы забрать свои гримуары, пролить свет на всю эту историю и, наконец-то, вернуться домой. — Думаю, ты должен быть благодарен, что я оставила заколки. — Я поблагодарю тебя, когда и если тебе удастся вытащить нас. — Это снимет покрытие и краску… — сказала она, не обращая внимания на его ответ. — Они будут испорчены. — И? У тебя нет сотни таких? Она вздохнула и приступила к работе. — Странно, что я не связана, — сказала она. — Они скоро вернутся… как неосторожно с их стороны. Может, они просто глупые, в конце концов, они крестьяне. — Это… точно странно, — сказал он, осознав. — Почему ты не связана? — Либо они заняты где-то ещё, либо я не дала им шанса так сделать. Хотя у них был элемент сюрприза… и мой гримуар… Зора усмехнулся, вспомнив её крики и борьбу, когда её привели сюда. — Да, логично. — Может, они подумали, что убили меня и запаниковали. Хочу сказать, можешь представить убийство королевской особы? Надо признаться, с начала задания он уже несколько раз прокручивал в голове подобный сценарий. Зора решил, что лучше оставить эти мысли при себе. — Поторопись и открой замок. — Я открываю замок. — Ты медленная. — Я ничего не слышу с твоим писком. — Я пищу? — Не можешь заткнуться? Он вздохнул и замолчал. Затем он услышал это: щелчок двери. Зора встал, прислонившись спиной к стене для поддержки. — Было бы здорово закончить до завтра, — сказала она, заметно нетерпеливая. — У тебя явно короткая память. Мне надо напоминать тебе, что я серьёзно ранен? Она сердито вздохнула и закрыла дверь, поспешно спускаясь по лестнице, прежде чем она схватила его за руку с примерно таким же тактом, терпением и заботой, как он и ожидал (то есть никакими). Зора держался за перила, как за спасательный круг, пока она тащила его вверх по лестнице. Надо признать, что в этот момент он был на волосок от потери сознания. Он чувствовал, как собственный пульс пульсирует у него в голове. Когда они наконец дошли до двери, он прижался спиной к перилам и попытался перевести дыхание, пока их начал окружать туман. Она снова открыла дверь, следя, чтоб та не скрипела, и потерпела полное фиаско. Они выйдут из подвала. Но он понятия не имел, насколько он пригодится. Более того, он был почти уверен, что далеко не уйдет. Его мысли были резко прерваны, когда его прижали к стене, ее ладонь закрыла ему рот, а тело полностью прижалось к нему, словно она пыталась превратить его в кирпич. Он почувствовал, как его сердце забилось чаще (это был адреналин от риска быть пойманным, без тени сомнения), и, честно говоря, он бы проклял ее за эту вынужденную близость, если бы смог произнести что-то, кроме приглушенных звуков. Она шикнула на него, хотя это было совершенно бесполезно и немного поздно, учитывая, что она уже прижала руку к его губам и поставила их обоих в такое положение, что стало ясно: за дверью кто-то был. Теперь Зора пытался дышать, что было сложно с рукой на губах. Поэтому он закрыл глаза и решил прислушаться, не обращая внимания на то, как постепенно немело его тело, как внезапно он почувствовал усталость, как ее тепло вдруг стало ему приятно, как уютно было смотреть на туман, исчезающий и плывущий вокруг…