Чужими глазами

Эти сутки превратились для меня в один бесконечный кошмар. Всё пошло наперекосяк, миссия с самого начала не задалась. Наш отряд уже собрался на точке отправления, двигатели вертолёта работали на полную мощность, поднимая вокруг тучи пыли, а мы всё ещё ждали Ксандра и Райну. Мы отступали, отстреливаясь почти на автомате. Боеприпасы заканчивались слишком быстро — каждый выстрел теперь был на вес золота. Магазины щёлкали пустотой чаще, чем отдачей. Кто-то уже перешёл на холодное оружие, кто-то просто прикрывал вертолет, выигрывая нам секунды собственным риском. Но даже сквозь этот хаос одна мысль не отпускала. Где, черт возьми, Райна с Ксандром? Достали ли они артефакт? Или всё это было зря? И вдруг по гарнитуре прошёл шум: сначала — треск, потом послышался голос Ван Хейса, прерываемый помехами. — …цель… повторяю… у нас… Я замер. Пальцы сжались на оружии так сильно, что побелели костяшки. — Время до точки эвакуации? — рявкнул Зейн. Пауза. И затем — снова: — Затопле… кишит… 3 минуты… На секунду всё вокруг будто перестало существовать. Справились! Я взглянул на таймер — он показывал меньше 5 минут действия «руна». Должны успеть! Секунды утекали одна за другой. Командир всё чаще поглядывал на часы. Кто-то нервно ругался себе под нос. А потом они появились. Запыхавшиеся, они буквально влетели на борт в последний момент. Дверь ещё не успела закрыться, когда я шагнул к Райне и крепко обнял её. Наверное, это выглядело глупо, но в тот момент мне было всё равно. Я просто боялся, что больше её не увижу. Тогда я ещё не знал, что впереди нас ждали злоключения посерьезней.

***

Мы столкнулись с Зевсом. Стоило колоссу появиться, как по лицам бойцов я понял всё без слов. Живыми в этот раз мы не выберемся. Срок действия «руна» давно закончился. Повторная инъекция могла дать нам ещё немного времени, но цена была слишком высокой. Все знали, что это почти гарантированная смерть. Воздух вокруг начал вибрировать. Зевс готовил ЭМИ-выброс. От напряжения трещало пространство, металл корпуса вертолета отзывался низким гулом, а волосы на руках вставали дыбом. Странно, но страха я больше не чувствовал. Будто всё происходило не со мной, будто смотрел на чужую историю. Мой взгляд встретился с ясными глазами Райны. В них застыл немой крик отчаяния. А потом в них мелькнуло что-то странное: тёплое, нежное и одновременно безумное. Она медленно обвела взглядом весь отряд. Затем её пальцы сомкнулись на инъекторе. Одним быстрым движением она ввела препарат. — Райна, что ты делае... — Ван Хейс не успел договорить. — СТОЙ! — заорал я. Но было уже поздно. Она выхватила резак и, не раздумывая ни секунды, прыгнула из вертолёта прямо на голову чудовищу. Время словно остановилось. Я видел, как её фигура исчезает внизу и как вспыхивает лезвие резака. Она пожертвовала собой… — РЕЙН! — голос Ксандра сорвался. Я даже не сразу понял, что происходит. Он рванулся к открытому проёму так, будто не видел под ним сотен метров пустоты. Двое из группы едва успели перехватить его за разгрузку. Он дёрнулся так сильно, будто их крепких рук просто не существовало. — Отпусти! — прорычал он. — Держите его! — крикнул кто-то. — Ксандр! Она всех нас спасла! — Зейн Карвер с силой встряхнул Ксандра. Но он уже не слушал. Он стоял у открытого проёма и смотрел вниз, где в дыму и искрах растворялась её фигура. Но я видел не истеричный срыв от потери боевого товарища и члена команды, а последнюю попытку сделать невозможное — успеть удержать Райну. И самое странное — я не видел в этом чужого безумия, ведь внутри меня рвало то же чувство. Просто я стоял на шаг дальше от края. А потом всё превратилось в сплошной туман: гул винтов, крики, треск помех в гарнитуре.

***

— На выход! Выходим! Выходим! Голос командира прорезал оцепенение. Я вздрогнул, словно очнувшись от сна. Нас вывели из вертолёта почти силой. Я помню только резкий свет посадочной площадки, холодный воздух базы и чьи-то команды, которые звучали как сквозь воду. Дальше всё смешалось: медблок, проверка, вопросы, на которые я отвечал автоматически. В казарме я так и не смог уснуть. Сначала просто сидел, потом лежал, потом снова садился, вскакивал и расхаживал кругами. Сон не приходил. Если закрывал глаза, то снова видел, как Райна прыгает на чудовище и … как Ксандр бросается следом. Это меня удивило. Не сам факт попытки прыжка — такие вещи на миссиях случаются, пусть и редко, а его реакция. Райна была моей подругой. Впрочем… даже не просто подругой. Она мне нравилась. И я всегда считал, что знаю её достаточно хорошо, чтобы понимать, что между ней и Ксандром происходит. Она говорила о нём одинаково каждый раз — с раздражением, с усталостью, часто с откровенной злостью. «Ублюдок», — её любимая формулировка. Я и не думал спорить, это полностью совпадало с тем, что я видел сам. Такие люди как Ксандр редко бывают приятными в живом общении. И сейчас, когда всё уже произошло… Я снова прокручиваю в голове его лицо у проёма, как его держали двое бойцов, как он рвался вниз… Неужто это токсичная привязанность? Или он настолько одинок, что Райна была единственной, кто находилась рядом с ним так долго? Или просто две сломанные психики, которые слишком долго работали вместе... И самое странное — от этой мысли не становится легче. Ведь факт остаётся фактом — мы её не удержали.