Sketches: Вне зоны доступа

      Неоновые вывески огромного города слепили глаза. После тишины лесных дорог и диких источников этот мегаполис оглушил их шумом тысяч машин, гулом рекламы и бесконечным людским потоком. Вергилий, по-прежнему сидевший за рулём, уверенно лавировал между чёрными кэбами, пока у Данте оглушительно и жалобно не заурчал желудок. ​— Верг, тормози, — простонал Данте, утыкаясь лбом в плечо брата. — Если мы сейчас же не поедим, я начну грызть руль. ​— Мы не можем ничего купить, Данте, — ледяным тоном отозвался Вергилий, притормаживая у пешеходного бульвара. — Если ты забыл, у нас нет денег. ​— Ой, да ладно тебе, что-нибудь придумаем... Они остановились под раскидистым деревом возле неоновой вывески пиццерии. Мимо неспешно прогуливались туристы и местные жители. Разумеется, два двухметровых близнеца в длинных пальто на футуристичном кастомном мотоцикле мгновенно приковали к себе взгляды. Люди начали притормаживать, с улыбками перешёптываться и доставать телефоны. И Данте, заметив это, хитро прищурился, ибо прямо сейчас в его голове зрел план, старый как сам уличный бизнес. Но Вергилий же, заметив направленные на них чёрные прямоугольники гаджетов, ощутимо напрягся. Он опустил ладонь на эфес Ямато, окинув толпу предупреждающим взглядом. ​— Воу, воу, полегче, — Данте быстро накрыл руку близнеца своей ладонью, мягко, но настойчиво удерживая её на месте. — У меня есть отличная идея, как обернуть этот людской интерес нам на пользу. После этих слов охотник вальяжно опёрся локтем о массивный металлический корпус байка, повернулся к проходящей мимо паре студентов и ослепительно улыбнулся: ​— Эй, народ! Всего пять фунтов — и у вас будет лучшее фото в профиле. Студенты переглянулись, один парень прикинул цену и кивнул: «А давай! Байк вообще чума». Он протянул Данте купюру, и охотник задорно подмигнул в камеру смартфона. Следующей подошла компания девушек, но их внимание привлёк исключительно тот, кто был за рулём. Вергилий так и остался сидеть в седле. Он скрестил руки на груди, выпрямил спину и смотрел строго перед собой, высокомерно игнорируя реальность. ​— Ой, а можно с вашим хмурым другом? — защебетали девчонки. — Он так круто держит образ! ​Данте со смехом сгрёб ещё пару купюр: — С хмурым — десять фунтов, дамы! За вредность и бесконечный пафос. Одна из девушек робко встала чуть ближе к Вергилию, делая селфи. Старший близнец в этот момент медленно, с запредельным презрением повернул к ней голову. На его лице читалось такое искреннее желание испепелить её на месте, но девушка лишь восторженно пискнула. А когда поток желающих иссяк, Данте сыто похлопал по карману пальто, где приятно шуршала честно заработанная пачка купюр. На пару огромных коробок пиццы хватало с запасом. ​Спустя пятнадцать минут они устроились на тихой лавочке в глубине парка. Младший близнец с глухим, блаженным мычанием уничтожал уже третий кусок пиццы, потянув за собой длинную нить расплавленного сыра. Рядом на скамейке лежала вторая открытая коробка — классическая «Маргарита», к которой охотник пока не прикасался. ​Данте облокотился на плечо Вергилия, протягивая ему салфетку: — Скажи спасибо своей хмурой роже — на ней можно целое состояние сделать. ​Вергилий медленно перевёл на него взгляд. ​— Я проклинаю тот день, когда согласился поехать с тобой, — тихо, раздельно и с глубочайшим экзистенциальным утомлением произнёс он. ​— Ну ладно тебе, не дуйся, — прошамкал младший сын Спарды, преданно глядя на брата. — Ты был великолепен. Буквально заработал нам на ужин своей неподражаемой харизмой. Он красноречиво ткнул носком сапога в край второй коробки, от которой всё ещё шёл пар, и развёл руками, мол, «всё для тебя, пользуйся». Вергилий ещё несколько секунд буравил Данте тяжёлым взглядом, словно взвешивая, что сейчас важнее — уязвлённая гордость или пустой желудок. ​Но тем не менее, старший сын Спарды аккуратно снял одну перчатку, безупречным аристократичным жестом подцепил треугольник пиццы из коробки и сделал первый укус. Гордость гордостью, а калории после долгой дороги были необходимы даже сыновьям Спарды.