Сирена Готэма

Изменения в Ист-Энде начались незаметно, но для человека, привыкшего к суровым реалиям готэмских окраин, они были очевидны. Всё началось с того, что на улице Эвелин починили фонарь. Тот самый, который мигал, как стробоскоп на дешевой дискотеке, с самого её переезда, и до которого коммунальным службам не было никакого дела. Затем куда-то исчезла стайка мелких наркоторговцев, обычно трущихся у входа в прачечную. А однажды утром Эвелин с удивлением обнаружила, что местный бродячий пёс, обычно скаливший зубы на всех прохожих, увлеченно грызет огромную, явно дорогую кость из зоомагазина премиум-класса. Когда здоровяк по кличке Лом, регулярно собиравший «налог на безопасность» с мелких лавочников, при встрече с ней вдруг побледнел, вжался в стену и вежливо поздоровался, сняв грязную кепку, Эвелин поняла: что-то происходит. И это «что-то» имело отчетливый привкус паранойи Летучей Мыши. Она не была дурой. После поездки в бронированном лимузине и слишком уж внимательных взглядов Брюса Уэйна было несложно сложить два и два. Бэтмен взял её район под свой негласный контроль. С одной стороны, внутренний гик вопил от восторга — её охраняет сама Бэт-семья! С другой — это означало, что она привлекла внимание, которого так старалась избежать. Вечером в гримерке «Синей птицы» мистер Кобальски нервно протирал стаканы, хотя это была работа бармена. — Эви, послушай, — начал он, переминаясь с ноги на ногу. — Сегодня приходили какие-то хмыри. В дорогих костюмах, но с лицами, просящими кирпича. Расспрашивали о «Святой из Птицы». О тебе, значит. Эвелин замерла, приоткрыв рот. Карандаш для губ так и остался висеть в воздухе. — И что вы им сказали? — Сказал, что у нас тут джаз-клуб, а не церковь, и никаких святых я не нанимал. Они покрутились, посмотрели афиши и ушли. Но мне это не нравится, девочка. Это ребята Черной Маски, я их породу за милю чую. Эвелин медленно опустила карандаш. Слухи. Всё-таки она была слишком беспечна. Желание помочь уставшим людям обернулось тем, что местные бандиты решили сделать из неё городскую легенду. — Не волнуйтесь, мистер Кобальски, — она постаралась, чтобы голос звучал уверенно. — Я просто певица. Им не в чем меня обвинить. Надевая черную шелковую повязку, Эвелин дала себе строгую установку: сегодня никакого исцеления. Ни капли. Только чистый джаз, техника и никаких эмпатических волн. Ей нужно было стать обычной, чтобы слухи утихли сами собой. Зал был полон. Эвелин вышла на сцену и, как обычно, скользнула «взглядом» сквозь повязку по публике. Большинство посетителей были завсегдатаями, но у барной стойки выделялась одна фигура. Парень в потертой коричневой кожаной куртке. От него исходила тяжелая, напряженная энергетика, словно от сжатой пружины, а под курткой явно угадывались контуры чего-то металлического и угловатого. *«Надеюсь, это просто очень суровый музыкальный критик»*, — нервно подумала Эвелин и дала знак пианисту. Она пела старательно, но держала свой дар под замком. Голос звучал красиво, профессионально, но без того магического обволакивающего тепла, которое снимало боль. Зал аплодировал, люди улыбались, но никто не исцелился от похмелья, и ничьи шрамы не перестали ныть. Эвелин мысленно выдохнула с облегчением. Отработав два сета, она переоделась в свои обычные джинсы и кардиган, попрощалась с Кобальски и вышла через черный ход в переулок. Ей нужно было поймать такси на соседней улице. Холодный ветер ударил в лицо, принося запах сырости и бензина. Эвелин сделала пару шагов, когда из тени мусорных баков бесшумно выступили две массивные фигуры. Те самые «хмыри в костюмах». — Добрый вечер, пташка, — прохрипел один из них, поигрывая массивным кастетом. — Наш босс, мистер Сионис, большой поклонник твоего таланта. Он хочет пригласить тебя на частное прослушивание. Прямо сейчас. Эвелин отступила на шаг, её сердце забилось где-то в горле. Черная Маска. Хуже варианта в Готэме было не придумать, разве что сам Джокер. — Я не даю частных концертов, — стараясь не выдать дрожи в голосе, ответила она. — И мой рабочий день окончен. Дайте пройти. Второй бандит мерзко усмехнулся и сделал шаг вперед, протягивая руку к её плечу. — Боюсь, это не просьба, милая. Босс сказал привести тебя, и мы... Договорить он не успел. С пожарной лестницы над ними раздался тихий металлический лязг, и в следующую секунду в переулок спрыгнула фигура в коричневой куртке. Тот самый парень от барной стойки. Всё произошло так быстро, что Эвелин едва успела моргнуть. Парень не стал тратить время на разговоры. Он просто шагнул вперед, схватил бандита с кастетом за лацканы дорогого пиджака и с пугающей силой впечатал его затылком в кирпичную стену. Раздался глухой стук, и первый хмырь осел на мокрый асфальт, потеряв сознание. Второй бандит с рычанием сунул руку за пазуху, явно за пистолетом, но парень в куртке крутанулся на месте и нанес ему сокрушительный удар ногой в колено. Хруст кости эхом разнесся по переулку. Бандит взвыл, падая на землю, а парень для верности добавил ему короткий, но профессиональный удар кулаком в челюсть. Воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием поверженного. На всё ушло меньше четырех секунд. Парень отряхнул руки, поправил воротник куртки и повернулся к Эвелин. У него были темные волосы с едва заметной белой прядью, пронзительные голубые глаза и усмешка, в которой смешались обаяние и угроза. — Терпеть не могу, когда перекрывают пожарные выходы, — непринужденно произнес он, кивнув на валяющиеся тела. — Нарушение техники безопасности. Эвелин стояла, прижав сумочку к груди. В её голове, знающей канон, шестеренки закрутились с бешеной скоростью. *Черные волосы. Белая прядь. Кожаная куртка. Нечеловеческая скорость и полное пренебрежение к здоровью противника.* *«Твою мать. Джейсон Тодд. Красный Колпак»*, — Эвелин мысленно застонала, но внешне постаралась изобразить испуганную, но благодарную горожанку. — С-спасибо, — выдавила она. — Вы… вы очень вовремя появились. — Да пустяки, — Джейсон сунул руки в карманы и подошел чуть ближе, внимательно её разглядывая. Вблизи она казалась ещё более хрупкой, чем на сцене. — Я Джей. Большой поклонник твоего творчества. Решил выйти покурить, а тут эти любители классической музыки пристают к артистам. — Эвелин, — она кивнула. — Мне, наверное, лучше вызвать полицию... — Я бы не советовал, — Джейсон криво усмехнулся, пнув носком ботинка лежащего бандита. — Эти парни из клуба Романа Сиониса. Копы им ничего не сделают, а вот бумажной волокиты тебе прибавят на неделю. Давай я лучше посажу тебя в такси. В Готэме нынче неспокойно. Она не стала спорить. Спорить с Джейсоном Тоддом было так же продуктивно, как пытаться переубедить кирпичную стену. Они вышли на освещенную улицу. Джейсон поднял руку, и желтое такси мгновенно затормозило у обочины (Эвелин подозревала, что таксист просто испугался свирепого взгляда Джея). Он открыл перед ней дверцу. — Было приятно познакомиться, Эвелин. Пой без повязки чаще, у тебя красивые глаза. И… будь осторожнее по пути домой. Он протянул таксисту смятую стодолларовую купюру. — Довезешь девушку в целости и сохранности. Адрес она скажет. Сдачу оставь себе. И если с её головы упадет хоть один волос — я найду тебя и заставлю съесть твои права. Усек? Таксист, побледнев, яростно закивал. Эвелин села на заднее сиденье и посмотрела на Джейсона через опущенное стекло. — Спасибо, Джей. Надеюсь, у вас не будет из-за них проблем. Джейсон искренне, по-мальчишески рассмеялся, и на мгновение в нем мелькнул тот самый Робин, которым он когда-то был. — У меня? Проблемы из-за пары шестерок Романа? Милая, я и есть проблема. Спокойной ночи, Эви. Такси тронулось. Эвелин смотрела в заднее стекло, как фигура в кожаной куртке растворяется в готэмском тумане. Всё было ясно. Брюс Уэйн не просто взял её на карандаш. Он спустил на её защиту своих цепных псов. И это одновременно пугало и заставляло сердце биться в каком-то странном, предательски теплом ритме. Джейсон проводил взглядом такси, достал из кармана коммуникатор и нажал кнопку вызова. — Брюс? Это я. Сионис клюнул на слухи, прислал своих людей к клубу. Я их немного... переубедил. Девушка едет домой, она в порядке. На другом конце повисла секундная пауза, а затем раздался низкий голос Бэтмена: — Насколько сильно ты их «переубедил», Джейсон? — Жить будут. Бегать и говорить — какое-то время нет, — ухмыльнулся Тодд. — Знаешь, старик, а у тебя хороший вкус. Она классная. И, кстати, она сегодня не использовала свои фокусы. Вообще. Как будто знала, что за ней пришли. Она умнее, чем кажется. — Продолжай наблюдение, — отрезал Брюс и отключился. Сидя в Бэт-пещере, Брюс Уэйн смотрел на мигающую точку GPS-маячка, который Джейсон незаметно прикрепил к бамперу такси, увозящего Эвелин. Девушка, которая может исцелять словом, но достаточно умна, чтобы притвориться обычной, когда чувствует угрозу. Брюс откинулся в кресле. Ему определенно нужно было выпить кофе в Ист-Энде еще раз.