Между нами нелюбовь

      Ангелина с покрасневшими от долго сидения за ноутбуком глазами просматривала почту, ответы работодателей на ее заявки, с раздражением закрывала отказы, один за другим… Она знала, что устроиться ей в  Москве будет не просто сложно, практически нереально. Ее совершенно испорченная некоторыми… обстоятельствами репутация и так не вселяла ни единой надежды на нормальное место работы, но чтобы настолько… такого Ангелина не ожидала. Ее не принимали не только в элитные, знаменитые компании (куда она отправляла свое резюме скорее потому, что когда-то давно взяла за правило не сдаваться и пробовать все), но и маленькие фирмы, бросая ей грубые отказы, один бестактнее другого. Ангелина надеялась, что хоть кто-то обратит внимание не на слова ее бывшего начальника, испортившего ей всю трудовую, а на ее профессионализм, на три языка, которые Ангелина знала почти в совершенстве, на работу заграницей, на… на то былое, что когда-то позволяло ей выбирать, с кем работать, долго думать, рассматривать предложения, а потом также малодушно отказывать любым, даже самым щедрым предложениям, если они ее никак не впечатлили, все то былое, что когда-то делало ее высокомерной львицей в сфере бизнеса, теперь припечатывало ее к земле клеймом, черной пометкой: не брать. И ее не брали.        Ангелина чувствовала накатывающее отчаяние.       Она не была одинока, не была беспомощна, брошена всеми, хотя иногда, холодными вечерами ей так и казалось, ей было к кому пойти, но решительно ни к какому плану «б» Ангелина еще не прибегала. Сама со всем справится. Всегда справлялась, и здесь сможет. Ангелина не боялась больших городов, потому что сама прожила всю жизнь во второй столице России – Санкт-Петербурге, она не боялась много, почти круглосуточно работать и готова была учиться новому, браться за любое, порученное ей дело. Было б дело… Отложив совсем уже старый макбук – отголосок прошлой богатой жизни, Ангелина облокотилась на спинку старого дивана съемной квартиры (уже третьей за последние ее полгода в Москве – с квартирным вопросом у нее тоже не ладилось) и прикрыла глаза. Она была близка к тому, чтобы завыть от безысходности. Нормального жилья нет, работы нет, а о воплощении собственных амбиций, демонстрации своего таланта и речи не сошло…       Сколько бы ни было обидно Ангелине, что все ее умения сейчас пропадали даром, ее не просто призвание, а целое искусство руководить процессами и людьми, подходить к делу по-своему, творчески, неординарно, это не решало проблему, не заслоняло собой красивую, не только выведенную в трудовой книжке, но и разосланную по всем агентствам и компаниям запись: «Непригодный специалист в сфере бизнеса. Уволена за нарушение корпоративной этики, неумение общаться с клиентами, излишнюю эмоциональность, неспособность рассчитывать риски. Непрофессиональные действия со стороны Изосимовой А.Ю. повлекли за собой едва ли не расторжение контракта на несколько миллионов рублей и обязательство выплатить юридическому лицу моральную компенсацию в размене пятисот тысяч рублей». Грязное, непотребное воззвание к работодателям от Виктора Олеговича Вискина, ее бывшего начальника, стерло в порошок пять лет ее кропотливой работы над репутацией (так уж случилось, что с ней у Ангелины Юрьевны постоянно возникали проблемы) и разрушило жизнь в одночасье. Она надеялась, что в Москве, в отличие от Питера, из которого ее угнала невозможность устроиться абсолютно нигде и никем, все будет по-другому… Но, видимо, ошибалась.       Она медленно погружалась в сонливое состояние, что-то среднее между сном и бодростью, как телефон в руке, старенький, потрепанный жизнью айфон завибрировал, оповещая о входящем звонке. Ангелина дрогнула.              Она думала, это звонил Влад, как всегда неравнодушный к ее судьбе, напыщенно веселый и оптимистичный, но в глубине души сильно за нее переживающий, но это был не Влад.       Звонил неизвестный, корпоративный номер и подсвечивалась серая надпись: ООО «BusinessLev». Ангелина невольно хмыкнула, посмотрев на название. А потом задумалась. Странно. Наверное, ассистентка на той стороне провода почти отчаялась дозвониться до слишком придирчивой и нерешительной женщины, еще две недели назад так рьяно нахваливающей себя в своем резюме, но Ангелина в последний момент взяла трубку. – Слушаю. – Здравствуйте! – прозвучал тоненький голос молоденькой, чему-то обрадовавшейся девушки, – Изосимова Ангелина Юрьевна? – Да, это я.  – Вас беспокоит строительная компания «BusinessLev», вы оставляли заявку на принятие на работу две недели назад.  – Да, оставляла. – отвечала спокойная и невозмутимая Ангелина, с подозрением относившаяся к тому, что на ее заявку откликнулось не абы что, а один из московских гигантов в сфере строительства.  – Меня зовут Надежда, я личный ассистент Максима Николаевича Левина, первого гендиректора компании.        «Первого? А что, их там десять, что ли?» – с недоумением подумала Ангелина, но продолжила внимательно слушать лепечущую пташку. – Наша компании готова ответить на ваше заявление и приглашает на собеседование в главный офис на Маломосковской, 14. В четверг вам будет удобно?       «Маломосковская… не совсем окраина, вернее далеко не окраина, но и не самый центр… Неужто их тщеславный начальник не смог ухватить себе лакомый кусочек где-нибудь в Москва-Сити? Или он не такой уж и тщеславный?» – за размышлениями, порожденными абсолютным отрицанием возможности оказаться в таком офисе, как офис «BusinessLev», Ангелина совсем пропустила вопрос ассистентки мимо ушей. – Ангелина Юрьевна? – Да? – В четверг вам будет удобно подъехать в главный офис на Маломосквской?  – Да… – Ангелина ответила машинально, не задумываясь. – Хорошо. Подъезжайте к 16.00, Максим Николаевич как раз должен быть свободен. – Поняла…       Девушка отключилась так же внезапно, как и позвонила. Ангелина проморгалась и только сейчас осмыслила, что произошло.       «Меня позвали работать в одну из самых крутых компаний Москвы… Меня. В такую компанию… Не розыгрыш? Похоже на правду… А… А вот в качестве кого?.. Если мне звонила личная ассистентка этого Максима Николаевича, я-то кем буду? Я ведь подавала заявку на эту должность… Нашли получается кого-то, пока не отвечали мне? Но зачем тогда позвонили?» – в душе Ангелины заворошились сомнение и страх. Вдруг все это чья-то злая шутка, вдруг ее не поняли и предложат место какой-нибудь… да не важно кого. Ассистентка и так звучало жалко. И то на это место уже взяли молодую, энергичную девчушку, ну, конечно, как такую могли не взять… Мысль о том, что она покажется старой на фоне молодух (которыми, как думала Ангелина, был полон офис Левина) была невыносимой, а о том, что она может занять ложность, еще более низкую, чем занимают они, была еще невыносимее. На хорошее место Ангелина не рассчитывала, она не в том положении, чтобы выбирать.       И поэтому сейчас, думая о собеседовании, которое будет через два дня, Ангелина заранее была настроена не самым оптимистичным образом. Но она не сдастся. Ни за что.

***

             Ангелина медленно, не сумев скрыть восхищения, невысоко задрав голову вверх, заходила в главный офис компании «BusineesLev». Снаружи это было практически полностью стеклянное высотное здание, мало чем отличающееся от сотни других, таких же офисных зданий. Но внутри… Внутри Ангелина сразу поняла, что это офис творческих людей: архитекторов, дизайнеров, PR-специалистов, финансистов, экономистов, юристов, бухгалтеров (да-да, в такой атмосфере даже они не могли не быть творческими людьми). Здесь все было стильно, каждая деталь. Ангелине казалось, она попала в какую-то невесомость или во дворец Снежной Королевы из старой сказки про Кая и Герду. Здесь все было из стекла. Вместо привычных стен кабинетов – стекло, причем прозрачное, не матовое, однако зоркий взгляд Ангелины почти сразу приметил некоторые замутненные перегородки – вероятно, при необходимости эти прозрачные стены все-таки закрывались от чужих глаз каким-то механизмом. Офис компании был на самом последнем, сороковом этаже здания, что позволяло сделать потолок стеклянным… Видно было, что это было прочное, уже не такое прозрачное, как стены кабинетов, стекло. И справедливости ради надо сказать, что остеклена была лишь часть крыши, остальной потолок был вполне привычным. После минут пяти подробного рассматривания Ангелина заметила, что этот стеклянный рай не такой уж и стеклянный, просто сегодня был слишком солнечный день, и поэтому даже такое обилие стекла отражало свет в десятикратном объеме. Работники сидели за обычными столами, очень красивыми и удобными, достаточно большими, на которых, на каждом, находились стационарный компьютер, принтер, подставка для папок, органайзер с канцелярией, небольшая ставящаяся этажерочка для бумаги и документов, на некоторых столах еще стояли ноутбуки. Было очень много окон, в пол, и для некоторых кабинетов они служили полноценными стеклянными стенами. Ангелина, хоть и никогда не боялась высоты, но в моменте нервно сглотнула, представив, сколько храбрости надо набраться, чтобы залезть в такой кабинет и проработать там весь день. Общее помещение было не таким уж большим, можно сказать, даже скромным, но довольно просторным. Не было ни одного общего стола, каждый сотрудник сидел за своим собственным. От общего помещения разветлялись кабинеты, служебные комнаты (конечно же, находившиеся не под куполом, под ним находилось только общее помещение, и имевшие обыкновенные двери, все равно стильные. Беловато-серые, с легким орнаментом, но совершенно без каких-либо вставок, с ручками, сливавшимися с дверями, будто кто-то хотел скрыть эти помещения). Краем глаза Ангелина заметила прозрачную комнату с цветными пуфиками (вероятно, место отдыха, подумала она). Это была последняя секунда, в которую Ангелина еще могла познакомиться с интерьером. К ней подошла статная, на вид очень строгая шатенка и обратилась к ней. – Вы здесь по какому вопросу? – Ангелина от такого напора слегка опешила. Она была женщиной неробкого десятка, довольно легко вспыхивающая и острая на язык, и она чувствовала, как внутри начинает что-то медленно закипать от пренебрежения, сквозившего в голосе шатенки. От этого приема. Ангелине тотчас же престало нравится это красивое стеклянное помещение, лишенное элементарного – административной стойки в самом начале офиса. Возможно, она и была, просто Ангелина, увлекшись, ее не заметила, но ведь ее не окликнули… и поэтому она так свободно вошла почти в самый центр офиса. «BusinessLev» резко показался Ангелине каким-то простым, не тем возвышенным идеалом, до которого ей, Ангелине, как она считала сама, было не допрыгнуть. – Мне позвонила Надежда, представилась сотрудницей вашей компании и помощницей Максима Левина, генерального директора. Я здесь, чтобы пройти собеседование. – шатенка оглядела Ангелину с головы до ног. Та не была одета просто или безвкусно, потеряв деньги, Ангелина не потеряла вкус и желание выглядеть достойно, но от всего ее наряда не веяло помпезностью, вычурностью, дороговизной. Ангелина тут же бросила такой же ответный внимательный взгляд на оппонентку и отметила, что цена дорогого, из хорошей ткани, идеально отпаренного брючного костюма, который был на шатенке, наверное, измерялась в тысячах долларов – непозволительная теперь роскошь для Ангелины. Она невольно закусила нижнюю губу от досады, от понимания того, что как бы красиво она не ответила бы, эта женщина в темно-фиолетовом костюме выиграет любую их словесную схватку. – Вам звонила помощница или личная ассистентка Максима Николаевича? – Ангелина удивленно покосилась на шатенку. – А есть особая разница? – глаза Ангелины расширились, когда она увидела, как от этой фразы вспыхнула шатенка. – Конечно, есть! Как вы идете на собеседование в компанию, не изучив даже элементарных внутренних правил?! – Ангелина тяжело выдохнула и посмотрела вниз. Она не хотела грубить и ссориться, даже не устроившись на работу. Она попыталась внутренне заставить себя рассмеяться от абсурдности правил здесь. Но гнев в душе перевешивал. – Я читала общие правила, изучала положение компании на финансовом и товарном рынках России, из соцсетей наблюдала и анализировала стратегию развития, а также посмотрела процент застройки домов компанией в городе. Мне кажется, это намного важнее, чем знание, кто в какой платок смаркается. – Ангелина холодно и гордо произнесла свою речь, задрав подбородок вверх. Этим напором она обезоружила на время застывшую сотрудницу, но ненадолго. – Что ж… Я рада, что вы удосужились посмотреть хоть что-то перед тем, как прийти сюда. Я так понимаю, вам звонила наша новая сотрудница – личная ассистентка Максима Николаевича Надежда Лярина. На какую должность вы претендуете? – Ну, раз должность ассистентки уже занята, то логично, что на нее я не претендую. А планирую занять, по-видимому, должность помощницы Максима Николаевича, раз в этом офисе такое иерархичное деление. Я правильно понимаю? – глаза Ангелины насмехались над оппоненткой, и только слепой или очень глупый человек мог не заметить этого. И фиолетовая леди напротив это, естественно, увидела и разозлилась окончательно. – Вы правы. Лена! – Ангелина вздрогнула от того, как громко крикнула шатенка, – Проводи эту… даму к Надежде, пусть она, после того, как Максим Николаевич освободится, проведет ее к нему в кабинет. – Лена, девушка лет двадцати восьми смиренно кивнула и, на автомате улыбнувшись Ангелине, уже подошла к ней ближе, как Ангелина резко обернулась по направлению уходящей шатенки и нагло бросила. – А вы какую должность занимаете в этом офисе? Вы не представитесь? – молодая ассистентка Лена застыла в оцепении от страха перед кем-то явно занимающим более высокое положение, чем она, и шока от неслыханной явно здесь смелости, а шатенка повернулась резко, зыркнув на Ангелину недобрыми глазами. – Виктория Германовна Райдос, заместитель второго гендиректора компании Александра Шепса. – Ангелина смутилась. «Первый, второй… Здесь директоров действительно десять? Да и что еще за Шепс? На сайте он был указан лишь как начальник отдела маркетинга… А везде, на всех материалах журналистов Левин да Левин, один Левин. Какая ж чертовщина».       Виктория ушла, а Ангелина позволила себе быть уведенной Леной, все еще с осторожностью на нее поглядывающей.