Номер один

      «Стали известны имена спортсменов, которые совсем скоро представят нашу страну в командных соревнованиях на Олимпийских играх в Пекине. Третьего февраля смотрите короткие программы следующих отделений: мужское одиночное катание — Нэйтан Чен, танцы на льду — пара Мэдисон Хаббелл и Закари Донохью, и на конец дня запланированы соревнования спортивных пар — Алекса Книрим и Брэндон Фрейзер покажут своё мастерство. Короткие программы продолжатся пятого февраля. Выступать будут женщины. Федерация сделала выбор в пользу Евгении Соловьёвой. В этот же день пройдут командные прокаты мужских произвольных программ. О представителях станет известно чуть позже»       — Эй, Илья?       Парень поднял глаза от телефона. Мир вокруг снова обрёл краски и звуки. Он сидел за партой в кабинете, пока в школе шёл обеденный перерыв.       Из-за того, что этот сезон не стал для него олимпийским, было принято решение вернуться на очное обучение. Понятное дело, что всё так же в сокращённой форме. Илья посещал 70% программы в классе, остальное догонял сам, сдавая только домашние задания или проекты. Школа не приносила ему особого удовольствия, но и не доставала. Был отличный повод отвлекаться от рутины, просто общаясь с одноклассниками и занимаясь привычными делами.       — Ты вообще где? Приём?!       Девушка, сидевшая перед ним, помахала рукой перед глазами. Он пришёл в себя и выпрямился.       — Что? Да, я слушаю.       — О чём я говорила? — она вскинула брови, скрестила руки и откинулась на спинку стула, уверенная в том, что все её слова улетели в небо.       — О джазовом концерте в соседнем городе.       Всё верно. Алика удивилась и улыбнулась, снова наклоняясь поближе.       — Ну так что, есть желание?       — Желание?       — Пойти на концерт? Со мной, — пальцы беспокойно сжали карандаш, девушка чуть прикусила щеку изнутри.       Илья замер. Какой концерт? Что она несёт?       Женя участвует в команднике. Это не стало для него новостью. Он был абсолютно уверен, что на какой-то этап её однозначно поставят. На фоне остальных девушек Соловьёва была гораздо выигрышнее, и если федерация хотела играть с Японией и Россией по-крупному, то вариантов не было. Хотя, тоже так-себе идея ставить её на короткую. Там и Карен может неплохо скатать, если так подумать. А вот квады в произвольной действительно могут решить многое. Наверное решили поберечь для лички.       А причём тут концерт?       — Не знаю. У меня плотный график.       Алика опустила глаза и вздохнула. Прогорела. Она уже почти год пытается добиться расположения Ильи, хоть как-то. Совсем невинные знаки внимания. Иногда казалось, что парень в целом принимает её "ухаживания", но зачастую она путала обычное дружелюбие с симпатией. Он слишком редко появлялся в классе, чтобы иметь какие-то конфликты с ребятами. Так что его появления встречались добродушно и с позитивом.       — Понятно.       — Илья! Вот ты где! — двое парней облепили фигуриста с двух сторон. Внешне они были гораздо крупнее и выглядели старше, но это не мешало их дружбе. — Чего ты тут тухнешь? Ты на скейте? Пошли покатаемся, почти час перерыва!       Малинин имел авторитет в местных кругах. Все знали о его достижениях, а те, кто видел, как он катается, хотя бы на видео, здоровались с ним за руку. А ещё плюсом в карму ему шли навыки акробатики. Илья любил в разные моменты, на спор или просто от балды, то на руки встать, то сальто прыгнуть, то скрутиться в прыжок при всех. На тренировках особо не хвалили, это была работа. Но здесь, в простой жизни, трюки получали бурный восторг и значительно повышали самооценку.       — Да мне нельзя. Сейчас сезон, не могу рисковать.       — Да ладно… Даже просто покататься? Без трюков?       — Без трюков я с таким же успехом на бревне постою, скукотища.       — Алика, а ты чего тут повисла? Мне казалось, твои девчонки сейчас на улице, — спросил один из парней.       — Настроения нет, — спокойно ответила девушка.       — Ооо, понятно… — протянул другой, переводя взгляд с неё на Илью и обратно.       — А хочешь, я тебе его подниму? — продолжил первый. — Пошли завтра в кино?       — Завтра, надеюсь, у меня уже будет нормальное. Не стоит, спасибо, — Алика встала из-за стола и вышла.       Илья провёл её взглядом и снова посмотрел на экран телефона. Новых уведомлений нет. В Китае сейчас ночь, в ближайшие несколько часов ничего не произойдёт.       — У тебя кто-то появился? — Ричи, тот что второй, пересел на место девушки и заглянул другу в глаза.       — О чём ты? — Илья сдвинул брови к переносице.       — Перед тобой Алика извивается как змея уже не первый раз, но ты мастерски её динамишь! Самая горячая и закрытая куколка из всех, кого я здесь вижу. У меня только два варианта: или ты уже с кем-то встречаешься, или ты не по девочкам.       — Что ты несёшь, — Малинин закатил глаза, чуть сползая под парту, — глупости не говори. Нет и нет.       — А что тогда? Мартин из кожи вон лезет, чтобы она хоть посмотрела на него, а тебе достаточно просто прийти в школу!       — Она просто не в моём вкусе. Да и не до девушек мне сейчас.       — А когда? Только не говори, что когда со спортом будет покончено. Ты же больной, тебя в старости парализует, а ты все равно по льду лёжа кататься будешь.       Парни рассмеялись, Илья оценил шутку. Ему и самому интересно, в какой момент жизни случится настоящая любовь. Ещё совсем недавно он бы так близок к этому, но всё накрылось в одночасье. Теперь, чтобы только начать интересоваться кем-то другим, нужно сначала перестать думать о прошлом. До тех пор, пока оно, она, вызывает хоть какие-то эмоции, всё бесполезно.

***

      За сутки до церемонии открытия у спортсменов был последний свободный день. Язык не поворачивался назвать его выходным. Просто не было открытых репетиций, можно было распределить время по-своему. Женя и Женя, договорившись заранее, решили выйти на лёд вместе. С ними пошли Саша и Марк, которым тоже захотелось провести время с новой знакомой. Только пришлось приложить максимальные навыки отмазок и подстраховки, чтобы Этери Георгиевна ничего не заподозрила. Время графика Трусовой не позволяло девушке в это время находиться где-то вне номера.       В этот момент, в той самой комнате, сидела Аня, занимаясь своими делами. Она знала, в какое время нужно ждать прихода кого-то из штаба. На кровати Саши лежал макет фигуристки — её пижама, набитая разной одеждой, а из под одеяла свешивалось красное полотенце, имитируя красные волосы. При правильном раскладе ситуации, вошедший в комнату, стоя в темноте у двери, видел бы мирно спящую девушку. Но это и так был план Б, в лучшем случае Аня ещё на этапе стука в дверь должна сказать, что они легли спать.       Тем временем на катке спортсмены применяли пик своих форм на полную катушку. Женя, пожалуй, впервые за несколько недель почувствовала беззаботность и отпустила свои проблемы. Приятная усталость разливалась по телу, а ноги, выдержавшие за сегодня, по меньшей мере прыжков тридцать, молили о пощаде.       Её риттбергер вызывал восхищение всех присутствующих. Несмотря на риск, Саша всё же предприняла попытку прыгнуть его, но с первым падением, оставила эту затею. Вместо этого у них получился прекраснейший параллельный четверной лутц, да ещё и с первой попытки. Поняв это, девушки схватились за руки и закружились на месте. Марк подбадривал с другого угла, рядом с ним Женя протирал камеру телефона.       — Девчонки, это надо запечатлеть.       Потом случилось несколько повторений, в основном по вине американки. Но когда степ-аут случился у Саши, решили временно перейти к чему-нибудь новому.       — Теперь я! — Марк выехал к центру.       — Ой нет, мне нужно передохнуть… — Женя упёрлась руками в колени, тяжело дыша. — Я будто выкатала произволку…       — Сашуль, ну ты то, пожалуйста! — он сложил руки, словно умоляя.       — Тулуп? — без лишних слов ответила Трусова. Кондратюк кивнул.       Ребята двинулись на круг. Тем временем Соловьёва подъехала к Жене, следя за происходящим. Он держал камеру наготове, но синхронизации у фигуристов пока не наблюдалось.       — Ты его не прыгаешь? — спросил парень.       — Не-а. Не понимаю.       — А я не понимаю, как, прыгая лутц, не выучить четверной тулуп.       — Когда заезжаешь в лутц, ты делаешь это с заднего хода. Я за это время успеваю настроиться и почувствовать, что и в какой момент делать. Что тулуп, что флип делаются через поворот, а я всегда боюсь. Что если не задастся заход, а у меня не будет лишней секунды собраться? Понимаешь? — она посмотрела ему в глаза, надеясь, что до него дошёл поток ощущений во время прыжка.       Женя долго смотрел прямо на неё, высоко подняв брови, потом улыбнулся и помотал головой. Не понял.       — У меня он как-то сам по себе получился... Да и все обычно с тулупа начинают, — ответил, снова наводя камеру.       — Не волнуйся, это только в Америке, — шёпотом на английском добавила девушка. — Кстати, почему мы не обращали внимания, что нас одинаково зовут?       Женя настолько задёргался, что привык. В России слишком много фигуристов-тёзок, как мужчин, так и женщин. Поэтому ещё одно имя «Женя» на коньках воспринималось обыденно.       — Да, действительно прикольно. Тебя и на родине так называют?       — Кто как. Для русскоговорящих и тех, кто близок со мной, я Женя. Но в общем Дженни. Не люблю эту форму, словно другой человек.       — Да, Дженни как-то не по-нашему, — парень снова рассмеялся. — А твои тренера как тебя называют?       — "Ну сколько можно валяться, две минуты прыгаешь — десять валяешься". Иногда Женей.       — Марк! Осторожно!       Ребята снова переключились на центр катка. Казалось, всего на минуту разговорились — Кондратюк уже лежит, расставив ноги в стороны.       — Марк, посмотри на меня, ты живой? — суетилась Саша. Такой её ещё не видели, по крайней мере не будучи её одногруппниками. — Что болит? Встать можешь?       — Душа... — он протянул руку к ней. — Я только что рухнул в ваших глазах. Во всех смыслах. Позор мне.       — Идиот...       Девушка села рядом, прямо на льду, упираясь головой в руки. Она искренне испугалась. Не потому, что чуть-что, ей прилетит. Не потому, что сорвал прыжок, а потому что страшно за него. Да, Кондратюк и его прикольчики в большинстве случаев действовали Саше на нервы, но именно он был тем, без кого мир омрачался. Если бы с Марком что-то случилось, она бы рвала на себе волосы.       — Ну прости, Сашенька. Решил добавить чуточку драматизма.       — Вы живы? Ничего не ушибли? — подъехала Женя.       — Голову, — ответила Трусова, вставая.       — Иди передохни, — девушка положила ей руку на плечо, направляя в сторону борта, на котором лежали их вещи.       — Я что, так сильно загнул?       — Что загнул? — не поняла американка.       — Ну, в смысле переборщил.       — А, блин, не знаю. Я отвлеклась, увидела только концовку.       В этот момент к ним подъехал Семененко, обдавая парня снегом из-под коньков.       — Ну и что произошло? — он протянул руку Марку. Тот схватился и выпрыгнул с места.       — Да всё по-старому. Хотел как лучше — получилось как всегда.       Женя только цокнул языком и покачал головой. Иногда стоило выключить инфантильность, особенно в общении с Трусовой. Такая серьёзная девушка могла и лезвием с ноги куда-нибудь заехать. То-ли у Марка такие неудачные попытки подкатить, то-ли у Саши перманентно плохое настроение, но у ребят совсем не клеилось.       — Дай ей выдохнуть. И сам приди в себя. Я тоже хочу попрыгать, — парень всучил ему свой телефон, кивнул Жене, мол, готова или нет, и после короткого кивка они начали набирать скорость.       — Давай с тройного, — крикнул парень.       — Аксель?       Получив одобрение, они стали подстраиваться под шаги друг друга.       — А ты с руками прыгаешь?       — Могу без.       — Давай без них, — после этих слов Женя стал пристально следить за ногами напарницы. Она шла впереди — он догонял.       Женя пошла на заход — Женя повторил, Женя присела — Женя следом. Толкались они одновременно. Получилось очень красиво и чисто. Марк засвистел, даже Саша оживилась. Ребята дали друг другу пять и улыбнулись.       — Хороши!       — Попробуем четверной сальхов? — спросила девушка.       — Конечно.       Ситуация повторилась. Заход один за другим, след в след. Синхронизация на уровне парников. Нет, преувеличено, конечно, но для людей, которые впервые одновременно стоят на одном льду — слишком идеально.       Оба прыгнули. Женя приземлила ровно на выезд, Женя упал.       — Господи, Женя, что с тобой?! — фигуристка в одночасье оказалась рядом с ним. Точно так же, как несколько минут назад Саша у лежащего Марка. Только на этот раз ситуация гораздо хуже.       Семененко не отвечал. Только шипел, вставая. Рука машинально потянулась за спину.       — Больно? Давай помогу, — она быстро просунула свои руки под него, стараясь не дотрагиваться на всякий случай ни до какой части спины. Парень чуть покряхтел, но встал, опираясь, выпрямился, продолжая держать руку в области позвоночника.       — Спасибо. Всё нормально, я в порядке.       К этому моменту возле них оказались и Саша, и Марк. Оба с перепуганными глазами, только и делая, что переводя взгляд с одного Жени на другую.       — Может к Шведскому его..? — тихо шепнула Саша. — Это наш врач, если что.       — Не надо, всё хорошо, — чуть жёстче добавил парень. — Извини, — тут же смягчился, почувствовав свой грозный тон. — У меня были некоторые, м-м, сложности со спиной. Ничего такого, просто при неправильной нагрузке может случиться подобное.       Почти весь сезон Женя страдал от последствий неудачного каскада на показательных. Он приземлил его, мягко говоря, никак. Неделю было больно даже лежать, но на восстановление времени не было. Трещина ушла в тень. Знало только самое близкое окружение. А с отбором на Олимпиаду, о травме было запрещено говорить где-либо.       — Ну так-то любой с таким приземлением не кайфанёт от ощущений, — Марк протянул ему смартфон. — Хотя бы аксель красивый снял.       — Жень, извини, сегодня что-то не получилось. Мне жаль, — разочарованно обратился к девушке тот.       — Глупости не говори, ничего не случилось, — тут же встрепенулась она. — Поехали, я помогу.       Фигуристы выдвинулись со льда, Женя чуть придерживался за Женю. Сойдя на пол, было видно, что ходьба причиняет ему дискомфорт, но такое было характерно для любых падений на спину. Денёк поберечься, таблеточку выпить — будет как новый. Или просто хотелось в это верить, успокаивая себя. В конце концов у него будет достаточно времени — в команднике катается Кондратюк.       К слову о командном зачёте. Семененко вообще не расстроился, что взяли не его. Выбор в мужской части не стоял. Самая большая загадка была у девочек. И вот то, что взяли Камилу, было несколько неожиданно. Самая юная из всей сборной. Никто не сомневался, что она может, но подумали ли они о том, выдержит ли она такую нагрузку?       — Спасибо тебе, что согласился. И мне кажется, что твоя спина — моя вина.       — Ни в коем случае! — взмахнул рукой Женя. Точь-в-точь как его тренер. — Мне всё очень понравилось. Иди отдыхать, дальше я сам. Видео пришлю когда доберусь. Доброй ночи!       Дальше её бы и не пустили. На входе в корпуса строгий контроль. Мало того, что их всех возможно уже обыскались, не хватало ещё и попасться на территории соперников. Наконец-то Женя Соловьёва снова рухнет на кровать от усталости с улыбкой на лице. Наконец-то её мышцы в тонусе из-за физической нагрузки, а не нервов. Она там, где должна быть.

***

Илья: "Привет! Концерт ещё в силе?"

Алика: "Привет. Да"

Алика: "А как же твой график?"

Илья: "Я не потеряю в форме, если пропущу одну из двенадцати тренировок в неделю" Илья: "Не против моей компании?"

Алика: "Шутишь что ли?"

Алика: "Сегодня в семь. Адрес скину"

      Илья закрыл мессенджер и снова перешёл на аккаунт Жени. Там всё так же, как и десять минут назад.

«Отдых в радость»

      Очень неоднозначная подпись под роликом, где она и ещё один русский фигурист прыгают параллельный триксель, а потом кокетливо милуются на камеру.       Быстро она нашла новую цель. И кого? Российского запасника, который изначально вообще ехать не должен был? Смешно. И типаж похожий — светловолосый, с милым детским личиком. А может увидела в нём замену и утешение? Получается, он не только в спорте первый запасной.       Только вот Женя пригодился, а Илья нет.       Чёрт с ним. С ними двумя.       На самом деле Илья и до этого думал написать Алике. Ведь сейчас ему ничего не мешает. Да, возможно начинать общение с девушкой без интереса так себе затея, но аппетит приходит во время еды, не так ли? А вдруг повезёт? А если нет, то хоть статус в глазах парней поднимет. А тут, на тебе — его и здесь опередили. После публикации Соловьёвой словно загорелся зелёный свет и сама вселенная велела действовать.       Сегодня командник у девочек. Он может не успеть. А надо ли?       — Что значит не пойдёшь? — удивился Скорняков.       — Я иду на концерт.       — Какой концерт? С кем?       — С одноклассницей. Выступление джазовых исполнителей, — парень старался избегать взгляда отца, перекладывая вещи в рюкзаке.       — Вот это новости. И давно ты интересуешься джазом?       Он так и хотел ответить, что это не его дело, но был бы перебор. Он лишь зло фыркнул. Ему не вправе запретить, он принял решение. Какой-то концерт не отразится на его будущем.       — Твоя девушка? — с нескрываемым интересом добавил Роман.       — Просто хорошая знакомая, — не скрывая злости в резких движениях закончил Илья.       В его комнате был идеальный порядок. Всё на своих местах, наверное впервые за год. Он стоял перед зеркалом, застёгивая верх майки-поло.       Татьяна осторожно постучала и вошла. Так странно и боязно наблюдать за тем, как растут твои дети. Особенно в возрасте на грани совершеннолетия. Это больше не мальчик, а вполне взрослый и самостоятельный парень. Женщина искренне, как в принципе и любая мать, считала, что её сын безумно красивый, умный и талантливый. Но подозрения, что с ним могут общаться из выгоды, периодически не давали покоя. Особенно когда в его окружении появлялись очень неоднозначные личности. Ей хотелось предостеречь, навести на верный путь. Но шанс, что Илья воспримет слова всерьёз, был равен нулю.       — Тебе что-нибудь нужно?       — Нет, мам.       Он надел худи и брызнул парфюм. Затем стал приводить в порядок волосы.       — Эта девочка, она тебе нравится? — тихим голосом спросила Татьяна, присаживаясь на край кровати. Она вела себя так, будто зашла в клетку с тигром.       — Не знаю.       — Не пойми меня неправильно, но я думала между тобой и Женей что-то есть.       Илья даже не дёрнулся. Знал заранее, ну точнее предполагал, что именно это интересует маму больше всего.       — Ничего.       Повисла неловкая тишина. Парень закончил с причёской. Осталось только обуться. Но неожиданно даже для себя, Татьяна вновь заговорила:       — Сынок, сначала расплети тот ком, что у тебя в голове сейчас, перед тем, как начинать новый. И ввязывать в него новых людей. Не думай о том, какая будет реакция, мы с папой в любом случае рядом, — она встала. — Только постарайся вернуться допоздна.       Рюкзак упал на пол.

***

      Женя не слышала ничего вокруг. Всё смешалось в один фоновый гул. Только музыка в наушниках, собственное дыхание и бесчисленное повторение упражнения. Перепрыгивания со ступеньки на ступеньку и прыжок.       Её выход через час. Она уже в платье для короткой программы, с причёской и макияжем. В Пекине утро, так что усталости не было, а вот напряжения — хоть отбавляй. Америка дышала в спину России в командных соревнованиях. Девушки решали всё. Впервые Женя осознала ту тяжесть на плечах, когда от того, как она сегодня откатается, зависит общая медаль. Она может стать как героиней страны, так и той, кто всех оставила без золота.       Между подходами она брала телефон в руки. Избегая любых новостей, девушка предпочитала искать отвлечение в коротких роликах, со скоростью выстрела пролистывая всё, что связано с фигурным катанием и миром спорта. Даже малейшее слово в этот момент могло стать фатальным. А вот смешные ролики на отвлечённые темы выручали.

«Вечер, джаз, мы»

      Такая надпись была под новой фотографией на аккаунте Ильи. Он стоял в полутёмном помещении с мягкими светом. На фоне была сцена, но из-за засветов фото было чуть смазано. Зато очень чётко было видно, как одной рукой он обнимает темноволосую девушку. Та прижалась к нему, чуть склонив голову, расплывшись в улыбке.       Ещё раз.

«Вечер, джаз, мы»

      Сволочь. Он знал. Знал, куда и чем бить. А ещё и в нужный момент.       Значит нужно идти в контратаку. Только умнее и извращённее.       — Ну что, птичка моя, ты готова? — Рафаэль Владимирович обнял девушку. Было очевидно, что он переживает куда сильнее. По крайней мере Женя держала напряжение внутри себя, по собственному обычаю не выдавая лишнего слова в день проката.       — Да.       — Сейчас тебе нужно заложить хорошую базу для произвольной программы. Кто бы ни катал послезавтра — от сегодняшней короткой будет зависеть многое, если не всё. При чистом исполнении, ещё не известно, ты или Валиева.       Соловьёва стояла как вкопанная, злая и горячая, в прямом смысле. Тело было готово расплавить лёд на арене. Её не пугали ни полупустые трибуны, ни сильные соперницы, ни ответственность перед федерацией. Женя может, Женя откатается. Наверное Илье надо отдать должное — что бы там у него не было с той девчонкой, эта внутренняя ярость, которая вспыхнула мгновенно, сейчас очень поможет. Ярость не потому, что он нашёл другую, а потому что пытается навредить. Намеренно выбивает землю из-под ног.       Все последующие двадцать минут до её выхода, девушка распалялась как могла. Вспомнила все обиды за всю жизнь. И как в юниорах ей коньки портили, и как перелёты откладывали прямо в аэропорту, и даже как папа в угол ставил. Ожидая оглашения своей страны, она настолько перевозбудилась, что стоя за бортом прыгала с ноги на ногу. Арутюнян сам чуть не взлетел от нервов, глядя на такой настрой.       Мелодия начиналась очень плавно. С таким темпом Женя успевала задавать самой себе ход на подъём. Она знала, что Илья смотрит. Лицо тут же заиграло на судей. Ровно в музыку она перешла в кораблик и выдала самое несчастное лицо. Руки раскрывались в красивые позиции, девушка чувствовала, что летит. Такое происходило только на самых уверенных прокатах. После последнего чистейшего прыжка игра пошла не на технику, а на компоненты. Она выдала физический максимум.       Закончив последним вращением в заклоне и приняв финальную позу, она улыбнулась. Но Арутюнян, стоя за бортом, поднял голову на куб и не узнал её. Это была не птичка, а полноценный сокол. Она увидела цель и пришла к ней.       Вот как нужно мстить.