Счастливая маленькая случайность(Happy Little Accident)

Январь 2008 г.

Это не может происходить прямо сейчас. Нил тяжело облокотился на раковину в маленькой ванной комнате кофейни неподалеку от кампуса, недоверчиво глядя на пластиковую палочку в своей руке. Этого, блять, не может быть, не после всего, что произошло. Этот год должен был стать для него первым стабильным (или настолько стабильным, насколько это было возможно для «Лисов») годом жизни. Никакого отца-убийцы, преследующего его, никаких постоянных смен мест жительства, никаких фальшивых личностей, никакого страха перед надвигающейся катастрофой. Предполагалось, что это будет хороший год. Стук в дверь прервал его размышления. — Простите? С вами там всё в порядке? Нил, должно быть, снова потерял счет времени. В последнее время это случалось чаще обычного. Он спрятал тест в карман, собрался с духом и вышел из ванной. Он быстро прошел мимо того, кто его позвал, вероятно, сотрудника кофейни, и направился на улицу в холодный январский воздух. Несмотря на мороз, улицы вокруг кофейни были довольно оживлёнными. Было время ужина в субботу, поэтому многие студенты предпочитали обедать в местных ресторанах, а не в студенческих столовых университета. Он не планировал уезжать так поздно. Изначально он планировал лишь быстро зайти в аптеку, сходить в туалет и сразу же вернуться в общежитие, но его планы были нарушены неожиданным поворотом событий. Он быстрым шагом направился обратно к башне Фокс. Кулак Нила снова сжал контрольную таблицу в кармане толстовки, и его мысли неизбежно вернулись к рассматриваемой задаче. Беременный. Он же не может быть беременным. Он начал замечать что-то неладное всего пару дней назад, когда надел спортивный бюстгальтер перед тренировкой. Как только он его надел, его грудь почувствовала необычную чувствительность. Он не придал этому значения до тех пор, пока позже не попытался надеть бандаж, и дискомфорт мгновенно перерос в сильную боль, настолько сильную, что он даже не смог его носить. Затем появилась тошнота, каждое утро, без исключения. Затем у него не начались месячные, и вот тогда он по-настоящему начал волноваться. Итак, Нил вышел на улицу в холодный субботний полдень, чтобы купить тест на беременность, всю дорогу до магазина убеждая себя, что он просто параноик, что он никак не может быть беременен , но, по крайней мере, это его успокоит. На самом деле, он не был слишком параноиком. Что, блять, он собирался делать? Ему был необходим аборт, это было совершенно очевидно; оставлять ребенка было немыслимо по многим причинам, но как его сделать? Он понятия не имел, как все это устроено. Это были только лекарства или целая медицинская процедура? А что, если это на какое-то время помешает ему играть в Экси? Чемпионат только начинался, Нил не мог пропускать ни одной игры из-за этого, Кевин бы его убил. В любом случае, он, вероятно, не смог бы сделать это самостоятельно. Это означало, что ему, по крайней мере, нужно рассказать Эбби. Он и так боялся рассказывать что-то подобное медсестре команды, не потому что думал, что она осудит его, а потому что ненавидел раскрывать свою личную жизнь, а тем более свою сексуальную жизнь, людям, которых это не касалось. Завтра он попытается поискать информацию в библиотеке, чтобы хотя бы знать, чего ожидать. Если он скажет Эндрю, что ему нужно пойти туда учиться (что, по сути, не было ложью), то не будет задавать ему никаких вопросов. Черт, Эндрю. Наверное, ему не стоило делать аборт, не сказав ему об этом, верно? Не то чтобы Эндрю был против, но всё же, казалось неправильным делать что-то подобное без его ведома. В конце концов, это был и наполовину его ребёнок. И тут возникает вопрос: как это вообще могло произойти? Они начали заниматься проникающим сексом всего пару месяцев назад, и даже сейчас это не стало регулярным явлением, и они всегда использовали контрацепцию. Ну, за исключением того раза в конце осеннего семестра, когда они занимались сексом в машине на парковке клуба, и ни у одного из них тогда не было с собой презервативов. Но Эндрю не кончил в него, так что всё должно было быть в порядке . — Эй, Нил!! Внезапный крик чуть не вызвал у него сердечный приступ на месте. Нил никогда не привыкнет к тому, что его узнают на улице; он не мог отделаться от ощущения, что это все еще неправильно, даже несмотря на то, что он больше не скрывался. Он резко обернулся и увидел Мэтта, Дэна, Эллисон и Рене перед пиццерией через дорогу. Мэтт восторженно махал ему рукой. — Мы как раз собирались поужинать, ты идёшь? Нилу обычно нравилось проводить время со старшекурсниками, но сейчас ему действительно хотелось бы побыть в одиночестве, чтобы осмыслить свою новую проблему. С другой стороны, он не хотел, чтобы остальные заметили проблему, ему и так нужно было сообщить двум людям, этого было достаточно. Поэтому он позаботился о том, чтобы тест был хорошо спрятан в капюшоне, и неохотно перешёл улицу навстречу остальным Лисам, выдавив из себя улыбку. — Я думал, ты ужинаешь с Эндрю и Кевином, а что ты здесь делаешь? — спросил Мэтт, когда они сели за свой столик. В заведении громко играла поп-музыка, постоянно звучала болтовня многочисленных посетителей, которые, судя по всему, были студентами. Его желудок запротестовал против решения поесть здесь, когда он увидел жирные куски пиццы на окружающих столиках. —У нас не было никаких конкретных планов. Я просто пошёл на пробежку. — это было лишь отчасти правдой. У них не было никаких конкретных планов, кроме привычек; он всегда обедал с группой Эндрю по субботам, иногда в Пальметто, иногда в Колумбии. Но сегодня вечером он объявил, что идёт на пробежку, ещё до того, как остальные что-либо запланировали, рассчитывая вернуться вовремя. Он вышел из общежития около 16:45. Нил достал телефон из кармана и открыл его. Было уже 8:10, и у него был один пропущенный звонок и два сообщения от Эндрю. 6:54, Эндрю: Ты что, умер в канаве? 7:10, Эндрю: Какой смысл тебе иметь телефон, если ты не отвечаешь, кролик? 8:11, Нил: Извини, потерял счет времени. Встретил старшекурсников, пойду с ними пообедать. 8:11, Эндрю: Он живёт, чтобы лечь туда в другой день. Еду им принесли довольно быстро, и разговор между Мэттом и девушками шёл непринуждённо; семестр начался всего неделю назад, поэтому они в основном говорили о своих новых скучных занятиях и преподавателях, потом о фильмах, которые посмотрели недавно, и о сплетнях о знаменитостях, за которыми следила Эллисон. Они пытались включить в разговор и Нила, но, видимо, быстро поняли по его односложным ответам, что он сейчас не в настроении общаться, потому что в конце концов просто оставили его в покое. В любом случае, Нил не особо следил за разговором в деталях, вместо этого сосредоточив все свои силы на том, чтобы съесть свой куриный салат и не вырвать его. Примерно неделю его мучила сильная тошнота, особенно по утрам, после чего он обычно мог есть все, что хотел, до конца дня. Но не сегодня вечером. Нил не знал, связано ли это с жирным и сырным запахом ресторана или просто с общим стрессом дня, но каждый кусочек ощущался как борьба с желудком. По крайней мере, теперь он знал, из-за чего это исходит. Нил поднял голову, услышав особенно громкое восклицание Дэн, и с удивлением увидел, что Рене смотрит на него с вопросительным взглядом, который ему совсем не понравился. Он знал, что Рене невероятно проницательна в отношении окружающих, ведь это была одна из причин, по которой она до сих пор жива. Он приготовился к вопросам, но она лишь слегка улыбнулась и повернулась, чтобы ответить на вопрос Дэн. Позже все они сели в грузовик Мэтта, и он отвёз их обратно к башне Фокс. Нил был рад холодному зимнему воздуху, так как он немного облегчал его тошноту. Когда они приехали в общежитие, он уже почувствовал себя немного лучше. — Мы собирались посмотреть фильм, очередь Дэн выбирать, и, кажется, Никки захотел пойти с нами, хочешь пойти? — спросил Мэтт, увидев Нила, остановившегося перед его дверью. — Спасибо, но я сказал Кевину, что посмотрю с ним последний матч "Пенн Стэйт", когда вернусь. Так что, в другой раз? — он ничего Кевину не сказал, но это было довольно убедительное оправдание. — Сегодня субботний вечер, вам двоим нужно хоть иногда отвлечься от Экси, — ответил Мэтт. — Я ходил с вами в закусочную. Это не имело отношения к Экси. Мэтт лишь вздохнул, услышав классический ответ Нила: сдаться в схватке, в которой он знал, что проиграет. Умный человек. — Хорошо, тогда спокойной ночи. Мэтт, дважды похлопав Нила по плечу, направился в свою комнату, и Нил открыл ему дверь. Кевин уже сидел на диване и читал одну из своих книг по истории. Рядом с ним на полу стояла открытая бутылка водки, но он не выглядел пьяным. Пока что. Эндрю не было рядом, Нил предположил, что тот, вероятно, курит на крыше. Обычно Нил присоединялся к нему, чтобы поговорить, целоваться или покурить в тишине, и независимо от того, насколько ужасным был день, это тихое время наедине, которое они проводили вместе каждый вечер, всегда помогало ему избавиться от тревог. Но теперь ему нужно было поделиться новостями и принять решение, и мысль о том, чтобы сейчас поговорить об этом с Эндрю, наполняла его ужасом. Нет, ему нужно было больше информации, прежде чем говорить об этом с кем-либо, а после этого ему понадобится время, чтобы подумать, как он собирается поднять этот вопрос. Это означало, что он не мог оставаться наедине с Эндрю; он знал Нила вдоль и поперёк, он бы сразу заметил, что что-то не так, а после всего, что произошло в прошлом году, Нил не хотел откровенно лгать ему. Поэтому ему придётся незаметно избегать Эндрю в течение следующих нескольких дней, как раз достаточно времени, чтобы привести свои мысли в порядок. Всего пара дней. Наверняка Нил справится и с этим. — Почему ты просто стоишь у двери? — Кевин прищурился, подняв взгляд от книги. — Кажется, Эндрю наверху. Он ушел пару минут назад. Нилу просто хотелось спать, изнеможение от стресса давило на его конечности, но если старшекурсники зададут вопросы об игре, которую они якобы будут смотреть завтра, Кевин не станет за него лгать. К тому же, Эндрю заподозрит неладное, если он сразу ляжет спать. — Я ещё не смотрел матч "Пенн Стэйт". У тебя есть запись? Это сработало на ура. — Нет, Нил! Я же тебе говорил посмотреть это три дня назад! Если через пару недель мы встретимся с ними, нам нужно быть максимально подготовленными. — Кевин захлопнул свою огромную книгу по истории и с досадным вздохом взял в руки компьютер. Итак, Нил, преодолев усталость, устроился на диване рядом со своим товарищем по команде, и они вместе смотрели матч, а комментарии и жалобы Кевина заполняли тишину. Это должно было быть всего лишь предлогом, но Экси почти всегда умудряется привлечь его внимание, независимо от его настроения, и поэтому Нил вскоре обнаружил, что спорит с Кевином о тактических моментах. Когда Эндрю вернулся к концу первого тайма, его карие глаза тут же остановились на нем, и тревога Нила, забытая за последний час или около того, резко вернулась к нему, его мозг внезапно обострился из-за положительного теста на беременность, все еще спрятанного в толстовке. Ему следовало выбросить его, когда он был вне дома, какого черта он его хранил? Нил коротко улыбнулся ему, в духе «я в порядке, просто устал», надеясь, что этого будет достаточно, чтобы избежать разговора на сегодня. Эндрю задержал взгляд на несколько секунд, затем повернулся и, не сказав ни слова, направился в спальню. Следующие пару дней оказались не намного лучше. Каждое утро его снова начинало мучить тошнота, обычно в самый неподходящий момент перед первым утренним занятием. До этого ему довольно хорошо удавалось скрывать это от остальных, поскольку никто из «Лисов» не учился с ним в одном классе, особенно после того, как он сменил специальность на математические науки. Только один раз его вырвало сразу после пробуждения, и, конечно же, этого было достаточно, чтобы Эндрю понял, что что-то не так. Нил сказал ему, что он не болен, что, по сути, не было ложью, и Эндрю подозрительно быстро отмахнулся от этого. Но Нил не был настолько наивен, чтобы поверить ему. Теперь, когда Эндрю знал, что с ним что-то не так, он будет копать и копать, пока не выяснит, в чем дело. Даже если он этого прямо не показывал, у Эндрю было гораздо больше терпения, чем у Нила; он ждал, пока не окажется подходящего ракурса или не получит нужную информацию, прежде чем наносить удар. Но он нанесет удар. Вероятно, у Нила было всего пара дней, чтобы прийти в себя перед неизбежным разговором с Эндрю, но, возможно, это было к лучшему; вся эта попытка уклониться от ответственности делала его несчастнее, чем что-либо еще. После всего, что они пережили вместе, он ненавидел скрывать что-либо от Эндрю. — Ты меня вообще слушаешь? Нил снова обратил внимание на Дэн, пытаясь вспомнить, что она говорила, прежде чем отвлечься. Они сидели вдвоем в зале стадиона на своей новой еженедельной встрече. Поскольку выпускной девушек приближался, Дэн заметила, что Нил стал более тревожным, ведь на него легла ответственность за капитанство. Он все еще не был уверен, что справится с этой задачей, особенно учитывая, что почти все первокурсники были на стороне Джека против него, но у него не было выбора. Поэтому Дэн предложила проводить еженедельные встречи, на которых она отвечала бы на его вопросы и рассказывала истории о своих первых годах в качестве лисицы и о том, как ей удавалось руководить кучкой непокорных ублюдков, которые постоянно подрывали ее авторитет. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? На этой неделе ты выглядишь довольно рассеянным, — спросила она его. — Да, со мной всё в порядке», — солгал Нил. — Просто думаю о разных вещах. В тот день он наконец-то сходил в библиотеку во время свободного урока и нашел компьютер, чтобы поискать информацию о беременности, процедурах аборта и, в частности, о том, как сделать аборт. Он был прав, полагая, что ему придется поговорить с Эбби. Он все еще не горел желанием это сделать, но хорошая новость заключалась в том, что если он сделает это на ранней стадии, то сможет просто принять таблетку и не пропустить ни одной игры. — Ну, что бы это ни было, ты можешь поговорить с нами об этом. В любое время. Даже когда нас не будет, лучше не переставай писать мне сообщения из-за боязни побеспокоить меня или чего-то подобного. С уходом девочек все будет совсем по-другому, Нил не любил об этом слишком много думать. Они были рядом в лучшие и худшие моменты его жизни в прошлом году, они поддерживали его, когда он в них нуждался, даже если от этого они получали только неприятности. Теперь они были для него семьей, но он не знал, как расстояние изменит все. — Нет, не перестану, — пообещал он ей. — Ты уже решила, куда поедешь? Дэн откинулся на спинку дивана и провел рукой по ее коротким волосам. — Вероятно, я приму предложение Шарлотты. Это лучший компромисс между расстоянием и возможностью. Поскольку тренер Воган наверняка уйдет на пенсию в следующем году, я практически гарантированно буду его помощником всего год, прежде чем занять его место, а это невероятная возможность для университетской команды. Даже если это команда второго класса. — Мэтт, наверное, вне себя от радости, что ты выбрала город, который находится относительно недалеко. На ее губах мелькнула озорная улыбка. — Я ему еще не сказала. Через три недели у нас годовщина, тогда я ему и скажу. Ты первый, кому я расскажу после тренера, так что ты сдержишь это в секрете?» — Конечно, — ответил Нил. Похоже, они оба скрывали информацию от своих партнеров. По крайней мере, новость Дэна была хорошей, она не избегала разговора из страха перед тем, как пройдет беседа. Но он скоро поговорит с Эндрю. Все будет хорошо. Это было нехорошо. Нил действительно всё испортил. Он никак не мог представить, что всё так испортится, когда Эндрю наклонился к нему, спросив «да» или «нет». В тот момент он думал только о том, что после недели страданий ему надоело избегать Эндрю по какой-то глупой причине. Нил хотел, чтобы тот был рядом, хотел забыть обо всех своих проблемах и тревогах и раствориться в его прикосновениях. Он никак не ожидал, что всё так внезапно обрушится на него, когда Эндрю поцеловал его в живот, словно требуя прекратить это, прежде чем он успел это осознать. Он всё испортил напрочь. Почему он так долго откладывал этот момент? Ему следовало поговорить с Эндрю раньше. Всё, чего он добился, — это спровоцировал Эндрю и заставил его думать, что Нил скрывает нечто действительно ужасное. Нечто, что могло бы их окончательно разрушить. Нилу нужно было срочно принять меры по минимизации ущерба. Теперь они сидели на крыше, лицом друг к другу, Эндрю пристально смотрел на него, ожидая и, очевидно, предчувствуя ответ Нила на его предыдущий вопрос. — Что? Ты думал, что… Нет, Эндрю, нет. Обещаю. — Ты не помнишь всего, что произошло. Как ты можешь это обещать? — его голос был резким, словно ему хотелось вырвать эти слова из себя, чтобы произнести их вслух. — У меня есть некоторые пробелы в памяти, но недостаточно большие, чтобы я мог забыть об этом, если бы это случилось. Но этого не произошло. Нил не отводил взгляда, понимая, что Эндрю, вероятно, ищет в нем хоть какой-то след лжи, но он его не найдет. Он не понимал, как Эндрю пришел к выводу, что Нила, возможно, изнасиловали в Эверморе, но ему нужно было немедленно это опровергнуть. Воспоминания Нила о гнезде все еще были немного расплывчатыми в некоторых моментах, но в этом он был чертовски уверен. Он видел, как слова дошли до Эндрю, его плечи слегка расслабились, но Нил понимал, что всё его тело оставалось напряжённым. Чувство вины сжимало его желудок; во всём виноват он сам, если Эндрю сейчас расстроен. — Прости, что я заставила тебя поверить в то что я… — Если ты ещё раз извинишься, — перебил он его, всё ещё явно разозлённый, — я сброшу тебя с этой крыши. Что бы ты ни хотел мне сказать, выкладывай всё как есть. В этой ситуации остается только сорвать пластырь. — Я беременный, — выпалил он. Нил ждал какой-нибудь реакции, вопроса или даже ругательств, но ничего не получил. Эндрю не отводил взгляда и не шевелился, казалось, он даже не дышал, поэтому Нил воспринял это как сигнал к продолжению разговора. — На прошлой неделе я сделал тест после того, как несколько дней чувствовал себя плохо. Это было странно, потому что не было похоже на желудочный грипп или пищевое отравление, а потом я понял, что у меня давно не было месячных, и у меня постоянно болела грудь; я даже не мог носить спортивный бюстгальтер весь день. Поэтому я пошел в аптеку и купил пластиковый тест, хотя мне казалось, что я просто параноик. Я действительно думал, что он будет отрицательным, но оказалось, что нет, и я запаниковал. — Мне следовало сказать тебе сразу, а не избегать тебя, но мне нужно было немного подумать. И я также немного поискал информацию, потому что я абсолютно ничего об этом не знаю. Можешь быть уверенным, мама не проводила мне вводный курс по беременности, кроме как: не занимайся сексом. Единственная причина, по которой я распознал симптомы, — это этот дурацкий фильм, который Эллисон заставила нас посмотреть некоторое время назад… — Нил, замолчи. Нил тут же замолчал, сердце бешено колотилось в груди. Для него было совершенно несвойственно так изливать свои мысли, но на прошлой неделе он обдумывал этот разговор со всех сторон, и это держало его в напряжении. Эндрю закрыл глаза и положил голову на бетонную стену за спиной, обдумывая все, что только что сказал ему Нил. Они провели несколько минут в молчании, и на этот раз Нил ждал, когда Эндрю его нарушит. — У тебя ещё остался тест? Нил кивнул и достал из кармана карточку, чтобы показать ее Эндрю. — Ты просто всегда носил это с собой? — Нет, я спрятал его в наволочке. Взял его еще до того, как поднялась сюда. Я знал, что расскажу тебе. Эндрю не стал брать тест, но пристально в него вглядывался. Наконец он глубоко вздохнул и поднял взгляд на Нила. Когда он заговорил, его голос был, как обычно, бесстрастным, но Нил все же почувствовал в нем какое-то напряжение. — Я переступил черту раньше? Когда ты попросил меня остановиться? — Нет, — ответил Нил стальным тоном. — До этого момента я был абсолютно согласен, но когда ты поцеловал меня в нижнюю часть живота, мне вдруг показалось очень неправильным, что ты целуешь именно там, где находится ребенок, но ты об этом не знаешь. Вот почему я сказал тебе остановиться. После объяснений Нила Эндрю, казалось, немного расслабился; он даже пробормотал что-то вроде «недоумок» , прежде чем провести рукой по волосам и снова посмотреть на Нила. — Что ты хочешь делать? Нил скрестил руки на груди и подтянул колени ближе к себе; его толстовка явно была недостаточно теплой для длительного пребывания при такой температуре. — Я узнал, как сделать аборт, и, поскольку, думаю, еще довольно рано, я мог бы просто купить таблетку, но мне нужно поговорить с Эбби, чтобы это сделать, другого выхода нет. — Я не об этом просил. Нил поднял на него взгляд, на его лице читалось явное замешательство. — Что? — Я сказал, — в его голосе слышалось раздражение, — что ты хочешь делать? Чего он хотел? Нил размышлял о реальности своей беременности уже больше недели, и это был первый раз, когда он задал себе этот вопрос. Имело ли это значение? Оставлять ребенка было невозможно. Ни во время учебы в колледже, ни когда их жизнь наконец-то стала спокойнее, ни с его участием в делах Мориямы. К тому же, они ничего не знали о воспитании ребенка. Ему не нужно было спрашивать, чтобы понять, что Эндрю никогда бы не рискнул тем, что у его ребенка будет такое же детство, как у него самого; поэтому усыновление тоже не рассматривалось. Ему был необходим аборт. Он пожал плечами, выражая полное поражение. — Я об этом не думал. Аборт — единственное разумное решение. Эндрю поднял бровь, услышав ответ Нила. — А ты, наркоман, известен тем, что всегда поступаешь разумно? С этим он не мог поспорить. — Почему ты меня об этом спрашиваешь? Ты же не хочешь его оставить. Подожди. Ты ведь не хочешь, правда? — Нил, неважно, чего я хочу. Ты носишь ребенка. Если ты хочешь сделать аборт, то завтра мы пойдем к Эбби и сделаем это. Если ты хочешь сохранить ребенка, то мы его сохраним. Нил не знал, как на это ответить. Это было совсем не то, чего он ожидал. Эндрю преподнес все так просто, но на самом деле все было совсем не так. — Если ты ещё не уверен, — продолжил Эндрю, — то дай себе время на размышление. Подумай так, что ты не будешь потом жалеть, потому что это точно больше не повторится. — Хорошо, — прошептал Нил. — Хорошо, а теперь возвращайся внутрь; ты замерзаешь, и я хочу покурить. — Его тон был окончательным. Он быстро отмахнулся рукой и потянулся за сигаретой. Нил встал, понимая, что Эндрю нужно время, чтобы осмыслить новость, и спустился вниз. Голова всё ещё кружилась, когда он вернулся в свою спальню и сел на край кровати. Они действительно могли это сохранить? Он вообще этого хотел? Никогда в жизни он бы не подумал, что станет родителем, учитывая тот образ жизни, который он вел до недавнего времени. Даже сейчас это было далеко от идеальной ситуации. Это была бы безумная идея. Кевин заглянул в дверной проем, раздраженно глядя на Нила. — Где Эндрю? Пора идти, готовьтесь. Он снова оказался в исходной точке. Что он собирался делать? ​