Зачарованный меч

Возможность снова кричать и двигаться стало первым, что ощутил Гарри, когда пришёл в себя. Он подскочил и попытался сделать вдох. Удалось не сразу, сердце с бешеной скоростью колотилось в груди, а в лёгких закончился весь кислород. Через некоторое время дыхание пришло в относительную норму, руки перестало трясти, и Гарри поднял взгляд.  Темнота поглощала всё вокруг. Казалось, даже собственное тело растворяется во мгле. Это точно не спальня в Хогвартсе. Напряжённые пальцы хватались за что-то сухое и жёсткое и пахнущее травой, везде пахло сеном и пылью. Гарри схватился за голову и попытался вспомнить хоть что-то.  Моментально в памяти всплыл момент из гостиной. Он расспрашивал сонного Рона о сказке, потому что не мог уснуть. Потом была библиотека, где он наткнулся на такого же полуночника Малфоя, и они как обычно повздорили. После этого Малфой ушёл, Гарри нашёл книгу, а дальше воспоминания терялись. Он не помнил, как вернулся в спальню, и вернулся ли вообще. Голова раскалывалась, будто его хорошенько швырнули несколько раз в стену, а потом ещё прошлись тяжёлым ботинком.  Вопрос о местонахождении всё ещё оставался открытым, так что Гарри попытался навострить все свои органы чувств и прислушаться. Откуда-то снаружи доносилось едва уловимое журчание воды, кудахтанье и… мычание коров?  Понятней не стало. Как Гарри знал, на территории Хогвартса не было никаких ферм, только огороды и теплицы. Даже в ближайшей деревне он не наблюдал, чтобы кто-то держал у себя скот.  В следующее мгновение охватила запоздалая паника. Он проснулся в неизвестном месте, которое наверняка находится далеко от Хогвартса, а волшебной палочки под рукой нет.  Гарри подскочил, начал ощупывать всё подряд в поисках выхода. Судя по всему, он находился в какой-то каморке, потому что совсем скоро пальцы наткнулись на выемку, напоминающую дверную скважину. Свет из неё не проникал, поэтому, скорее всего, с обратной стороны был вставлен ключ. Гарри опустил руки, нащупывая ручку, но та не поддавалась. Тогда он начал колотить дверь со всей силы. Если не удастся выбить, то хотя бы удастся привлечь кого-нибудь шумом.  И он действительно привлёк. За дверью послышались шаги, и сварливый недовольный голос заставил Гарри резко подскочить.  — Опять ты буянишь, непослушный мальчишка?  Снаружи зазвенело, послышался щелчок, и дверь распахнулась, запуская внутрь приятную прохладу и свежий воздух.  Гарри заморгал от яркого света и уставился на женщину перед собой. Сначала ему показалось, что глаза его обманывают, что это какая-то зрительная галлюцинация. Потому что этого просто не могло быть.  — Тетя Петунья? — Гарри даже не узнал свой хриплый голос. Он пытался понять хоть что-то, но не получалось. Не могла его тётя вдруг оказаться здесь-не-известно-где.  — А ты кого-то ещё ждёшь? И что это на тебе надето?  Это нереально.  — Где я? Что я здесь делаю?  — О! Я скажу, что ты делаешь! Опять прохлаждаешься вместо того, чтобы работать.  — О чём вы говорите? Почему я здесь с вами? Я должен быть в Хогвартсе.  — Скажу Вернону, чтобы он поменьше тебя бил. А то, видать, все мозги отшиб, раз ты мелишь чушь.  Это неправда.  Гарри плечом отпихнул тётю, чтобы выбраться наружу. Он даже не заметил, что потерял где-то второй тапочек, и правой ногой наступал босиком по тёплой земле. Ему гораздо важнее было убедиться, удостовериться в том, что он не сумасшедший.  За углом оказался небольшой ручей. Гарри одним махом раздвинул траву, опускаясь коленями на мокрую землю и всмотрелся в кристально чистую поверхность.  В изогнутом отражении он видел свои напуганные зелёные глаза, круглые очки, сжатые губы, торчащие в разные стороны волосы и, к большому облегчению, шрам на лбу в виде молнии.  Значит, он не сошёл с ума. Хогвартс действительно существует, все приключения, которые с ним происходили не были его выдумкой, как в тех кошмарах, когда он просыпался в чулане под лестницей и верил, что Хогвартс нереален.  Вот только почему Гарри оказался здесь? Домишко, из которого он выбежал, не находился на знакомой Тисовой улице. Откровенно говоря, это вообще не походило на улицу. Поблизости были только бескрайние луга и пасущиеся овцы да коровы.  — Чего ты там возишься?  Может, это просто очередной реалистичный кошмар, где он оказывается с Дурслями? Гермиона однажды рассказывала про осознанные сны, когда ты можешь управлять своим сном и понимать, что спишь. Сейчас он жалел, что невнимательно слушал подругу. А она наверняка рассказывала, как можно выйти из такого сна.  — Я сплю? — решил попытать удачу Гарри, за что сразу же получил подзатыльник.  — Бери мотыгу и вперёд в поле, а то не получишь еду. Очень реалистичный кошмар.  Гарри, нехотя, встал, взял инструмент, и побрёл в поле. Солнце только начинало выглядывать из-за горизонта, поэтому воздух был прохладный и совсем не душный. Конечно, он собирался только имитировать деятельность, ведь это просто сон, а во сне стараться нет смысла.  Совсем скоро Гарри проснётся в комнате в Хогвартсе и, если Гермиона с Роном наконец отлипнут от своего проекта по зельям, они все вместе пойдут в Хогсмид. Обязательно посетят Сладкое королевство, где накупят много сладостей, а после зайдут в «Три метлы» за сливочным пивом.  В животе Гарри заурчало. Прошло немного времени, но рот уже наполнился слюной. Интересно, разве во сне можно хотеть есть?  Наверняка можно, это ведь сон.  Он бросил мотыгу и проследовал в дом, откуда доносился приятный запах свежей выпечки. Внутри всё чем-то напоминало лачугу Хагрита: ни тебе современной маггловской техники, ни бежевых обоев на стенах. Будто со стен и потолков сняли весь красочный слой, оставив только деревянный каркас.  Вернон сидел за столом и с удовольствием облизывал свои большие пальцы. Его внешний вид, как и вид всех Дурслей, вызвал у Гарри изумление. Подобную одежду он прежде не встречал в реальной жизни, видел только на древних картинах в коридорах Хогвартса.  Гарри опустил взгляд. Сам-то он так и стоял в хлопковой пижаме с одним пушистым тапочком. — Чего пришёл? — низкий грубый голос прервал Гарри от разглядывания себя. — Ещё не полдень, чтобы тебе было позволено отдыхать.  Гарри вспомнил, зачем пришел. — Можно мне поесть?  Вернон вытащил изо рта пальцы, посмотрел на тётю Петунью, а затем на Дадли, который всё это время лежал на печи и грыз сухарь, как огромный пухлый хомяк. Рядом с ним валялось ещё несколько буханок хлеба, покрытых золотистым слоем.  — Еды нет, — ответил Вернон и махнул рукой, намекая Гарри поскорее убраться из дома и не нарушать семейную идиллию.  — Правда? А у Дадли тогда что?  — Это не для тебя.  Гарри закатил глаза. — Если он будет так много есть, то через месяц его самого можно будет подавать к столу.  — Ах ты грубый мальчишка!  Дядя Вернон подскочил со скамьи так резко, что Петунья визгнула от страха. Он, лениво волочась, дошёл до полки, с которой стянул длинную верёвку, обтянутую чёрной кожей.  Не успел Гарри опомниться, как кнут с огромной силой полетел прямо в его сторону. Он сделал резкий выпад вбок, избегая удара.  — Стой, где стоишь!  Ещё несколько ударов обошли Гарри стороной, потому что в этом заведомо неравном бою он проигрывать не собирался. Таким образом он в раскорячку допрыгал прямо до печи и выхватил из рук Дадли буханку хлеба. У него под боком ещё несколько булок, а Гарри был невероятно голоден.  Когда еда оказалась в руках, Гарри пулей преодолел зал и выскочил на улицу. Вернон, по всей видимости, не собирался за ним гнаться, но Гарри всё равно побежал по единственной дороге, которая была подведена к дому. Куда она его приведёт оставалось загадкой, главное убежать как можно дальше от этого дома и этих людей.  Когда Гарри посчитал, что отдалился достаточно, он сбавил шаг и отдышался. Вокруг не было ни души: одни поля, засаженные пшеницей, синее небо и огромные кучевые облака.  — Какой-то очень странный сон.  Подытожил он и поднёс к своим губам долгожданное лакомство.  — Это не сон, мой мальчик.  Гарри подавился хлебом.  Перед ним прямо на дороге сидела скорченная старческая фигура. Лицо скрывала мантия, а из-под капюшона была видна только длинная серая борода.  — Как Вы здесь появились?  — Я всегда был здесь.  — Но ещё секунду назад здесь никого не было, — возмутился Гарри. — И что значит, что это не сон?  — А то и значит, — спокойно ответил старик. — Оглянись вокруг. Разве может сон воссоздать такой прекрасный мир? Этот замечательный запах пшена, ласковое пение птиц и лучи солнца?  — Мы с Вами живём в разных мирах, — Гарри опустился рядом на ужасно пыльную дорогу. Он удержался, чтобы не чихнуть. — В моих снах есть место только боли, крикам и страданиям.  — А что ты чувствуешь сейчас?  Гарри ненадолго задумался. Он опустил голову на колени, прижимаясь лбом к пижамным штанам. — Хочу домой.  — А где твой дом?  — В Хогвартсе.  Старик молчал. Если бы не его мирное дыхание, Гарри бы подумал, что он превратился в статую. Ветер слегка касался длинной бороды, пёстрая мантия завораживающе поблескивала на солнце, и весь его образ очень выбивался из окружающей местности.  Но тем не менее старик не казался лишним, не выбивался из местного колорита. Он был частью всего вокруг. Гарри вдруг тоже захотелось стать этой частью. — А сейчас что чувствуешь? — спросил старец.  — Как меня жарит солнце.  — Ну вот и славно.  Они замолчали. Постепенно страх начал отступать, освобождая место приятному спокойствию. Оно заполняло лёгкие, распространялось до кончиков пальцев, обволакивало разум.  — И давно Вы здесь сидите?  — Я всегда был здесь, — повторил старик, словно его заклинило.   — Значит, очень давно…  Гарри протянул ему буханку хлеба.  — Вот, возьмите.  — А как же ты? Разве ты не голоден? — Ничего. Думаю, мне удастся выкрасть ещё.  — Собираешься вернуться туда, от куда так старательно убегал? — как-то загадочно протянул старик. Гарри показался знаком этот тон. — Ты же хочешь вернуться домой?  И старец скинул капюшон. На Гарри уставились два синих пронзительных глаза, очки полумесяцы и до боли знакомая хитрая ухмылка.  — Профессор Дамблдор? Но как же так… Вы же… — Умер? — подсказал он. Гарри закивал. — Да уж… Не думал, что это произойдёт так скоро.  — Знаете, вот теперь я точно не поверю, что это не сон.  — Но тебе придётся, если хочешь вернуться туда, откуда пришел.  — Тогда где я? Я тоже умер или Вы мне снитесь?  — Скоро ты всё узнаешь, а теперь слушай внимательно, — Дамблдор распахнул свою мантию. В одну руку Гарри он сложил свёрнутый папирус, а во вторую лимонную конфету. Гарри сдержал желание разрыдаться прямо на месте. Он так скучал по этим леденцам. — Эта карта поможет тебе в пути. Собери все артефакты и найди, к чему они тебя приведут.  Гарри попытался переварить услышанное. Сон хочет, чтобы он выполнил поручения Дамболдора?  Он распахнул заклёпку, которая сдерживала бумагу, и второй конец тут же выскользнул из рук, раскатываясь по всей дороге.  — Очень… объёмно.  Самая обычная карта, совсем не то, к чему он привык. Изображения не двигались и не менялись, просто кусок бумаги, пропитанный чернилами. Огромный кусок бумаги.  — А я тоже могу колдовать? — ответа не проследовало. Гарри поднял взгляд. — Дамблдор?  Старик испарился так же незаметно, как и появился. А ведь у Гарри ещё было куча вопросов, которые остались без ответа.  — Ладно, посмотрим.  Судя по карте, он находился в поле между домом Дурслей и «Зловещим лесом», отмеченным галочкой с рисунком кристаллика. Скорее всего, этот кристаллик и был тем самым артефактом, который нужно найти. Не теряя ни минуты и желая как можно быстрее выбраться из этого «ни сон, ни смерть», Гарри завернул длинный папирус и побежал по дороге в сторону леса. Почему это место прозвали «Зловещим» он догадался сразу. Чем ближе он подходил, тем больше сгущались тучи, а мирное синее небо превращалось в огромную серую массу. Земля, проросшая плющом, путалась в ногах. Нужно было всё-таки задержаться и найти второй тапочек. Густой туман опустился на деревья, и от полного забвения спасал только едва уловимый огонёк фонаря, похожий на глаз неизвестного зверя. Гарри подобрал сук, чтобы расчистить путь. Без волшебной палочки было трудно. Одно дело, когда отгоняешь от себя всю нечисть простым заклинанием, и другое, когда нужно делать это голыми руками.  — Кто идёт? — сверху раздался грубый туповатый голос, и Гарри непроизвольно попятился назад.  Перед ним, слегка покачиваясь из стороны в сторону, стоял великан с крохотной головой и огромным телом. От его запаха тут же захотелось зажать нос и больше не дышать.  Это тролль, очень похожий на того, с кем Гарри сражался ещё на первом курсе. Гарри удивило, что это существо смогло воспроизвести своим ртом внятное предложение.  — Я Гарри Поттер, — запоздало представился Гарри.  — Не знаю таких, — тролль приблизился, получше рассматривая человека перед собой. Он не выглядел враждебным, но Гарри захотелось отойти как можно дальше, лишь бы не чувствовать смрад. — Уходи, мальчишка. Тебе нечего делать в этом лесу.  — Но мне нужно…  — Я СКАЗАЛ ПРОВАЛИВАТЬ!  От пронзительного рычания Гарри кое-как смог устоять на ногах. Будь он младше, определённо перепугался бы. Но даже тогда Гарри бы не убежал. Победил тролля однажды, победит и сейчас.  Покрепче сжав сук, Гарри сделал рывок. К счастью, тролль всё ещё был таким же неуклюжим, как и тролль на первом курсе, и, пока монстр разворачивал своё тучное тело, у Гарри была фора. Самое главное сейчас — найти артефакт и как можно скорее слинять. Знать бы ещё, как этот артефакт выглядит.  — Надо было уходить, — прогремел сзади голос тролля. Он быстро нагнал Гарри. Ветви деревьев и плющ монстру совершенно не мешали, потому что они раздвигались под напором тучного тела.  Сколько бы Гарри ни всматривался в густой туман, сколько бы ни бегал вокруг поляны как дурак, никаких артефактов не находилось. Только растения и дикая природа. А дыхание тролля сзади доносилось всё ближе.  Хотел бы Гарри, чтобы здесь, как и тогда, были друзья. Гермиона бы наверняка заметила, что надо искать, а Рон точно бы придумал, как одолеть тролля. — Вот ты и попался.   Гарри подхватили за воротник пижамы, и он оказался перевёрнутым вверх ногами в мощных руках чудовища.  — Экспульсо! Петрификус Тоталус! — прокричал он, но ничего не произошло.  Тогда Гарри наклонил голову к руке тролля, вонзаясь зубами в огромный зелёный палец. Вкус был отвратительный, будто в рот запрыгнула лягушка. Гарри понятия не имел, какие лягушки на вкус, но скорее всего что-то похожее на это.  Тролль завопил и разжал руку, что позволило Гарри выскользнуть.   Хотел бы он снова засунуть палочку в нос троллю, но сук разломился, когда его схватили. Поэтому Гарри просто выплюнул кусок откусанной плоти и полез за своей свёрнутой картой. Может, он невнимательно её осмотрел?  Тролль воспользовался этой короткой заминкой, чтобы вырвать карту из рук. Гарри не уступал, они тянули несчастный кусок бумаги, но в физической силе любой человек проигрывает троллю.  — Ты меня уже достал! — тролль вырвал карту, и Гарри по инерции упал на землю. — Чтобы знал, куда не стоит соваться.  Карта вспыхнула синим пламенем. Знал бы Гарри, что тролли так умеют, определённо вёл бы себя осторожней на первом курсе. Оставив кусочки бумаги догорать в воздухе, тролль, полностью довольный своей проделанной работой, скрылся в гуще леса.  — Да, проблема… — Гарри почесал лоб. Без карты он сразу почувствовал себя неуютно. Бродить по лесу в поисках неизвестно чего неизвестно зачем не имело смысла. И только в голове родилась мысль, что сейчас бы не помешало немного удачи, на вытянутую ладонь приземлился не до конца истлевший кусочек карты. Ни на что не рассчитывая, Гарри стряхнул пепел с руки и перевернул жалкий клочок. Первые несколько секунд он с недоумением вглядывался в рисунок, снова и снова перечитывая название местности и не веря своим глазам.  Но не могло это оказаться простым совпадением! Сначала Дамблдор, а теперь… Какой же он идиот! Это ведь не сон, это намного хуже. Теперь-то Гарри всё понял.  — О Мерлин…