Arknights: Reunion's Black Knight

Они нанесли удар так быстро, как молния. Пока солдаты, ведущие конвой, поняли, что происходит, им уже перерезали глотки холодными клинками отряда «Глубокого проникновения» и его командира, Петра Петровича Герасимова. Тёплая кровь растекалась по тёмной форме солдат «Урсуса», а заражённые заключённые, которых они вели, радостно приветствовали своих спасителей. Пётр опустил шарф, закрывавший рот, глубоко вдохнул холодный воздух тундры и дал знак своим людям освободить пленных. — Эй, Лео! Проверь того парня у своих ног, у меня опять кончаются сигареты. — Понял, капитан. — Партизан отдал честь, опустился на колени и обшарил карманы трупа. Не найдя ничего, он полез в них руками и вытащил кошелёк из штанов мёртвого. — Опа! Смотри, капитан, у этого ублюдка было полно всего! — Оставь, Лео, а то Старик голову мою на своей чёртовой алебарде закрепит. — Пётр плюнул на землю. — Если хочешь, чтобы всё было сделано как надо... — пожаловался он, подойдя к другому трупу. Сначала он провёл лезвием ножа по одежде солдата, чтобы смыть кровь, а затем, что было важнее, стал искать сигареты в карманах. — Давай, капитан, он же не узнает! — умолял партизан, словно расстроенный ребёнок, хотя был старше самого Петра. — Конечно, узнает. — Холодный, мягкий женский голос раздался позади них. — Теперь положи кошелёк на место. К ним подошла беловолосая женщина Урсус в белом, с луком в руках, за спиной у неё стояла группа йети. Ветер развевал её длинные белые волосы, и Пётр посвистел в её сторону, продолжая искать сигареты. — Но Катя, ты правда думаешь, что этому дураку они ещё нужны? — возразил партизан, пытаясь отстоять свою точку зрения. Белокурая женщина прицелилась в партизана из лука и натянула стрелу. — Сейчас же. — Её голос был холоднее самой тундры вокруг. Партизан подчинился и положил кошелёк обратно в карман мёртвого. — А ты что делаешь? — Сигареты. — Ты раб своих пороков, Пётр. — Екатерина убрала стрелу в колчан. — А разве не все мы ? — Пётр широко улыбнулся, доставая из кармана трупа маленькую пачку сигарет. Он поднёс её к уху и потряс — пачка не была пустой! Но когда он открыл её, там оказалось всего три сигареты, должно хватить. — Ну, я получил то, что хотел, гражданские — ваши, если хотите, Катя. — Пётр натянул ушанку и поднял шарф, капитан партизан прошёл мимо заражённых заключённых, которые благодарили его, а за ним следовали его солдаты. — Это не вопрос «хочу я их или нет», — сказал она, — наша задача — вернуть их на базу. —Кто сказал? «Патриот». Екатерина никогда не позволяла эмоциям проявиться на поле боя, но каждый раз, когда она произносила это имя, в ее обычно спокойном тоне чувствовалось легкое уважение. «Ох… точно». Петр остановился и посмотрел на небо, солнечный день. Идеальный день для очередного рывка через тундру, чтобы увидеть, как кровь окрасит снег в красный цвет. Если бы его обещание Патриоту не обязывало его защищать Зараженных, чем бы он сейчас занимался? Возможно, он проводил бы время в другом уголке Империи. Возможно, он все еще носил бы цвета Имперской армии вместо цветов Партизан Патриота, проливая кровь во имя Царя. Возможно, он напивался бы в каком-нибудь переулке в Деити Грифербурге, или, что ему нравилось больше, напивался бы в каком-нибудь переулке в своем родном городе Камчатке. «Ну, моя дорогая Катя, только убедись, что ты не будешь стрелять так близко ко мне, если возникнут неприятности, хорошо?» Петр достал одну сигарету из украденной пачки, проходя мимо Йети и Екатерины, снег хрустел под его ногами. «Я ничего не обещаю». Они заняли свои обычные позиции: Петр и его люди шли впереди, а Екатерина и ее отряд Йети прикрывали тыл и фланги. Петр зажал сигарету между губами, ощупал свои карманы. «Кто бы ни придумал эту униформу, тот был чертовым идиотом», – подумал Петр. Зачем столько карманов? И все же, зажигалки нигде не было, он сплюнул сигарету на землю и пошел вперед. Сзади Катя играла с его зажигалкой в руках, ее льдисто-голубые глаза следили за танцующим пламенем, прежде чем она сунула ее в один из своих карманов. «Ты когда-нибудь скажешь мне спасибо, Петр». И так Партизаны маршировали по снегу, снова одержав победу.