3 дня и 3 ночи в Париже

Стамбульский аэропорт. — Господин, будьте осторожнее, вы задели мой чемодан! — сказала Элени, обернувшись с лёгкой насмешливой улыбкой. На ней была белая французская шляпка и ледяного оттенка кашемировое пальто. — Прошу прощения, госпожа, вышло случайно. Надеюсь, с вашим лиловым чемоданчиком всё в порядке, — ответил белокурый мужчина с широкой улыбкой, от которой глаза его почти исчезли. — Всё хорошо, с ним столько всего приключилось, вам и не снилось, — произнесла она, исподлобья разглядывая красавца напротив. — Если захотите рассказать, с удовольствием послушаю ваш греческий акцент, — подмигнул он. — Ах! Откуда вы поняли, что я гречанка? Хотя, вообще-то, я не гречанка, но это долгая история. К счастью, вы ведь хотите слушать, не так ли? — Разумеется! Но необязательно обращаться на «вы», можно на «ты». — Ооо bak ya! Ну что ж, могу я узнать твоё имя? — Оруч, — сказал он и снова подмигнул. — Оруч Фуртуна. — А я Элени. Очень приятно. — Ну что, расскажешь, что приключилось с твоим чемоданом? — С чего же начать? Как вы, турки, говорите: если рассказать — роман получится, а потом и сериал снимут. Вот примерно так. Ладно, для такого красавца, как ты, могу поведать одно дорогое моему сердцу воспоминание, — сказала она, подняв руку в белой перчатке и коснулась ямочки на его смеющейся щеке. Погладила и убрала руку. Оруч хихикнул и покачал головой. — Слушаю вас, господа, во все уши. — Я живу в Трабзоне. Это было, когда я только туда приехала. Из-за некоторых неприятностей я уснула прямо на берегу. Потом меня разбудил один светловолосый красавец с прекрасной улыбкой, высокий, чем-то похожий на тебя, немного жулик, но очень милый. А потом я его избила, — рассмеялась она, и в этот момент они уже сдали багаж и вместе направились к выходу. — Избила, значит? — усмехнулся Оруч. — Не смотри, что я такая милая, рука у меня тяжёлая, — сказала Элени, приподняв одну бровь. — Ну надо же, может, докажешь? — произнёс он с многозначительной усмешкой. — Посмотрим, — ответила Элени, игриво накручивая прядь волос на палец. — Ладно, продолжу. А он взял и бросил меня в море в обнимку с чемоданом. Промокла, пришлось надеть халат, который стал нашей проблемой. Мы даже поспорили из-за этого. — Постой-ка, один из тех халатов сейчас у тебя в чемодане? — Да. А что? — Просто любопытно, — пожал он плечами. — Уверен, в нём ты выглядишь очаровательно. — Хочешь увидеть? — Почему бы и нет? — Извините, господин, но я замужем, — сказала она, сняв перчатку и показав кольцо. Оруч изобразил шок на лице: — Что? Какое совпадение, я тоже! — и показал своё кольцо. Элени с тем же шокированным видом посмотрела на него, потом хихикнула и продолжила: — Как же так? Женатый мужчина пытается со мной флиртовать? — А замужняя женщина флиртует с женатым мужчиной? — парировал он. — Возможно, — сказала Элени, игриво приподняв брови. — Тогда и я, возможно. — А у вас совсем нет уважения к супруге? — спросила она. — Ровно столько же, сколько у вас к супругу. — Я очень уважаю своего мужа. Но не знаю, как долго смогу сопротивляться такому красавцу, как вы. Вы напомнили мне о нём, я очень скучаю. — Тогда я бессилен, кроме как помочь вам унять тоску. — Какой вы внимательный и деликатный! Куда летите? — В Париж. — Не может быть! Я тоже! — Рейс в 12:30? — Да. — Место? — 3A. — А у меня 3B. Похоже, судьба была предрешена с самого начала, — сказал он, изящно откинув прядь волос с её плеча и, коснувшись её шеи указательным пальцем, убрал руку. На лице его заиграла озорная улыбка. У Элени перехватило дыхание. Она хихикнула: — Похоже, это зайдёт слишком далеко, — и положила руку на его широкое плечо, медленно проведя вниз по левой руке. Их взгляды встретились. — Может и зайти, — выдохнул Оруч, слегка заикаясь. Долгий взгляд в её изумрудные глаза сбил его с толку. Элени улыбнулась. — У моего мужа то же самое. Когда он долго смотрит в мои глаза, он забывает, что хотел сказать. Вы бы видели, какой он милый. Оруч насмешливо закатил глаза: — Так и будешь говорить только о муже? — А что поделать, я его очень люблю, — сказала она, приблизившись к Оручу и внезапно взяв его под руку. — Ладно, пойдём к нашему рейсу? Кстати, кем вы работаете? — Я врач, еду на конференцию. — Не может быть! Слишком много совпадений! Я тоже врач, и, похоже, мы едем на одну и ту же конференцию. — Значит, будет весело. — Посмотрим, — подмигнула Элени. Оруч был в восторге от этой игры, качая головой и смеясь, они пошли дальше. --- Элени любила сидеть у окна, но они никогда не обсуждали это, и вообще мало что знали друг о друге. Однако Оруч, будто знал, указал рукой на кресло у иллюминатора: — Прошу вас, мадемуазель. Это заставило Элени улыбнуться, и её щёки стали похожи на две спелые вишни. — Благодарю вас, месье, — сказала она, проходя на место. Оба были в предвкушении Парижа, новых открытий, друг друга... Самолёт наконец взлетел, и они то и дело поворачивались друг к другу, глупо ухмыляясь и хихикая. Они качали головами, думая о том, что любовь делает людей такими глупцами. В очередной раз, встретившись взглядами, Элени воскликнула с сияющей улыбкой: — Ну что ты всё смотришь? Смотри вперёд, ей-богу! — Голос её звучал счастливо и кокетливо. Оручу захотелось в этот миг крепко обнять её и спрятать в карман. Как можно быть такой красивой и милой? Её улыбка озаряла целый мир, его мир, наполняя покоем, ускоряя кровь. Каждый раз, когда она смеялась, он чувствовал себя живым. Элени была величайшим даром Бога ему. Он не мог наглядеться и надышаться на неё. До сих пор не верил, что они всё-таки женаты. Размышляя об этом, он глубоко вздохнул, всё ещё глядя на неё, и понял, что не ответил на вопрос, но не мог отвести взгляд от её глаз и лунного лица. — Ору-у-уч, хватит! — рассмеялась Элени. На самом деле ей очень нравилось, как он смотрит на неё, как его медовые глаза словно тают при взгляде на неё. Как можно так любить? Когда он смотрел на неё, цвет его глаз становился теплее, добрее, как свежеиспечённый кекс. Зрачки расширялись, радужка словно трепетала. Оруч смотрел на неё заворожённо, а Элени ловила его взгляд, изучая его глаза — он был как ребёнок. Медленно выходя из транса, Оруч выдохнул: — Ты прекрасна, — прошептал он, словно спросонья. — Ты красивее всего, что есть красивого в этом мире... Ах, Элени... — Говоря это и глядя на неё, он покраснел сильнее обычного. Элени чувствовала, как горят её щёки, пересохло в горле, пересохли губы. Она поймала себя на том, что смотрит на его губы, и, смутившись, отвела взгляд, улыбнувшись. В аэропорту она не смущалась, играя роль, но сейчас вела себя, как та девушка в Трабзоне... Как новобрачная, смущающаяся, но она не хотела быть такой. Повернувшись к нему и глядя на его красивое лицо, светлые волосы, она прошептала: — Ты тоже очень красив, matia mou, — и провела правой рукой по его щеке. Ей нравилось гладить его лицо. Каждый раз, когда она делала это, Оруч закрывал глаза и, словно желая ещё глубже прижаться к её ладони, наклонял голову, ища правильный угол. Затем она медленно убрала руку, и он открыл глаза. — Я немного посплю? — спросила Элени, хотя и без того заснула бы через минуту. В самолёте или автобусе, особенно в долгой дороге, она моментально отключалась. Не прошло и двух минут, как её большие глаза начали закрываться. Оруч каждый раз поражался её способности мгновенно засыпать. Они спали вместе всего дважды: в первый раз он не помнил, как это произошло, а во второй... То утро было свежо в его памяти, тот день в горном шале, до свадьбы, когда они встретились «поговорить», хотя на самом деле поссорились. Но это уже совсем другая история. Сейчас Элени проведёт почти четыре часа полёта, положив голову на плечо своему любимому мужу Оручу. Оруч был безмерно счастлив. Он обожал запах жасмина в её волосах. Весь путь он не шевелился, исполняя роль живой подушки для Элени. --- Путешествие закончилось. Они получили багаж и нарочно разошлись в разные стороны. Минуты спустя они встретились у такси. У одной и той же машины. — Ты остановилась в «Ритце»? — спросил Оруч. — Я тоже снял там номер из-за близости к конференции. — То же самое, — широко улыбнулась Элени. — Тогда поедем вместе, месье? — Вы читаете мои мысли, мадемуазель. Оруч открыл перед ней дверцу, Элени села в такси. Помог водителю загрузить багаж и устроился рядом с ней. — Элени, может, пропустим эту конференцию? Честно, совсем не хочется. — Оруч, не глупи, мы должны пойти. Мы оба давно не были на подобных мероприятиях. Они вышли из ролей, общаясь так, как им хотелось. — Я знаю, но мы и так редко бываем вдвоём, у нас всего три дня, — начал он, прижимаясь к ней и обнимая за плечи, играя с её волосами, постепенно приближаясь к шее. — Пожалуйста, поедем на конференцию... В следующий раз, — прошептал он своим густым, хрипловатым и тёплым голосом. Элени глубоко вздохнула, вздрогнув. Медленно повернула голову к Оручу. Их глаза встретились, но его были закрыты. Их губы были совсем близко. Сколько раз они уже целовались! Им удавалось сохранять отношения в тайне, пока наконец они не поженились. Когда их губы почти соприкасались, Элени заговорила шёпотом: — Перестань, ты что, хочешь заморочить мне голову? — Губы её двигались, касаясь его. Оруч улыбнулся, не размыкая губ, кривой улыбкой, когда лишь один уголок рта приподнимается. Открыв глаза, он сказал: — Разве это плохо? Пусть эта голова заморочиться. Давай забудем обо всём и будем наслаждаться этим моментом... друг другом... — Каждое его слово задевало её губы, это было похоже на странный поцелуй. Элени хихикнула от щекотки. — Прекрати-и-и, — протянула она, положив левую руку ему на щеку и слегка отстранив его лицо. Оруч открыл глаза, его янтарные глаза встретились с её изумрудными. — Что значит «прекрати»? Я твой муж, разве нет? — Да при чём тут это? Конечно, муж, но нам нужно на конференцию. — Я думаю, не нужно, — сказал Оруч, прижимаясь к ней и кладя голову ей на плечо. — Ну вот, так мы не договаривались, Оруч. Сначала конференция, потом — веселье. Оруч закатил глаза. — Ты такая правильная! — Он знал, что это вызовет у неё реакцию. Стоило сказать, что она чего-то не может или что она слишком серьезна, как она тут же пыталась доказать обратное. — Кто? Я? — возмутилась она. — Да. — Вовсе нет. — Ну, если ты так считаешь, — улыбнулся Оруч, всё ещё лежа у неё на плече. Элени резко дёрнула плечом. — Посмотри на меня! — Она снова приподняла одну бровь. — Ого, чего ты завелась? Не смотри так строго, я пугаюсь. Элени рассмеялась на его слова, вспомнив их игру в аэропорту и тот берег... — Какая же я правильная? Будь я такой, разве стала бы тайно выходить за тебя? — Ну, не знаю... Мы пошли на это, чтобы Мелина не пыталась отвезти тебя, чтобы дядя ничего не сделал, еще, конечно, из-за Адиля. Ну и главное — мы безумно любим друг друга, — сказал Оруч, сияя от удовольствия. — И где тут нарушение правил? — Вот именно. Ты не нарушила ни одного правила. — Юх! — фыркнула Элени, как обычно делал Оруч. Он рассмеялся. — Юх-то юх, но ты всё-таки правильная, признавайся? — Нет. Вовсе нет, — сказала она, отвернувшись к окну, делая вид, что ей всё равно. — Ну, как скажешь, — протянул он, отвернувшись в другую сторону. Элени знала, что он давит на её больное место, но ничего не могла с собой поделать. — Ладно, не пойдём на конференцию. Доволен, господин? — Ты серьёзно? — он повернулся к ней. — По по по, ты прямо светишься от радости. Я абсолютно серьезна. — Отлично! Тогда, как заселимся в отель, сразу идём ужинать в хороший ресторан. Я уже забронировал столик. — Ого, да ты уже всё спланировал, — сказала она, покачивая головой и приближаясь к нему. Оруч широко улыбнулся. Она нежно взяла его за левую щеку и звонко поцеловала в ямочку на правой. Когда она отстранилась, на его щеке остался след от помады. Оба сияли. В их жизни наступила весна, несмотря на зимнюю стужу. И, несмотря на множество поцелуев, всё было как в первый раз. При каждом прикосновении у обоих, особенно у Оруча, перехватывало дыхание. Они смотрели друг на друга с томной улыбкой, и Элени пальцем стёрла след помады с его щеки. — Ах, — вдруг вздохнул Оруч. — Что? — Не знаю, до сих пор не верится, что мы поженились, что нашли предлог и приехали сюда, что наконец-то можем быть вдвоём, не прячась. Элени хихикнула. — Сильно ты ждал, да? — она покачала головой и закатила глаза, и её игривость ещё больше распаляла Оруча, но он всё равно был готов ждать. — Я бы ждал тебя и дольше, это не проблема. Если бы ты меня не простила, я бы ждал, пока ты простишь. Хорошо, что ты простила быстро. Дай бог здоровья твоему отцу, ведь страх, что он убьет меня, сработал в нашу пользу. — Оф, замолчи! Не впутывай Адиля в это, я не знаю, что с ним делать. И не хочу сейчас думать об этом. Раз ты хочешь, чтобы я расслабилась, давай забудем обо всём на эти три дня. Договорились? — Договорились. Тем временем они наконец доехали до отеля. Взяли багаж, заселились и сразу поднялись в номер. Они сняли королевские апартаменты на три дня. Оба были в предвкушении. Хотя с момента свадьбы прошло три недели, они ещё не жили вместе. Тайные встречи постоянно прерывались из-за хаоса последних дней. И так и не случилось той ночи, когда они могли бы отдаться страсти всецело.