Твой

Это было так... Больно, невыносимо, страшно и ужасно. И всё равно за этим всем легко вспорола оцепенение нежность. Было так ужасно ощущать, что чувства не ушли, даже увидев его руки в крови. Всё ещё хотелось упасть на колени, попросить прощения, вернуться во времени, чтобы предотвратить... Сделать что угодно, лишь бы для него, просто чтобы продолжить хоть что-то их. Ощутить удушающую тоску внутри. Поссориться на пустом месте. Вернуть как было... Но его ужас, осознание что Кейн знает... Кейн не хотел этого понимать. На него смотрят пристально, глядя в глаза, повторяет в десятый раз воспоминание Кейн в голове, с ужасом, с осознанием. С виной и горем. А сам Кейн не способен выдержать блеск бирюзовых глаз и жмурится, пыль летит в глаза, но не винит ни в чём. Он испуган, конечно испуган. Они оба напуганы и не знают, что же делать дальше. А затем Грант пропадает.

***

Кейна трясёт, он знает, там он оказался случайно. Его не должно было быть там. Это ошибка, непростительная и ужасная. Но что он может сделать теперь? Он задыхается, он в ужасе, и дело даже не в трупе недалеко от дома, даже не в том, кем было тело этого человека до этого. А потому что он, самый дорогой в жизни, исчез, так быстро, словно Кейн мог его осудить, сдать органам или хоть как-то повлиять на жизнь против воли. Но Кейну всё равно на закон, ему всё равно на чужую жизнь, лишь бы он был в порядке. Кейн готов подобно пешке пожертвовать собой, словно слон сходить по грани, и подставиться под прицел чужого хода, ради жизни его Короля. Готов вспороть себе глотку, испачкать руки в чужой крови, лишь бы милый его был рядом. Может не в качестве возлюбленного, даже не другом. Кем угодно, но рядом. Кейн готов идти за ним или впереди него, быть плечом и опорой или же наблюдать издалека. Но главное, чтобы было за кем идти. Кому быть опорой. За кем наблюдать. Но сейчас он не может идти за ним. Его здесь нет, он не появится и виноват в этом сам Кейн.