Молчание пташек

Почти пять месяцев назад. Весеннее солнце окрашивало крыши зданий университета. После занятий это место становилось почти беззвучным. Студенты разбрелись по своим делам, а профессора — по своим домам. Зик сделал глубокую затяжку и выпустил дым, слегка подняв голову. Над ним пролетел скворец. От этого уголки его губ тронула улыбка. Он стоял, облокотившись на капот своей машины, припаркованной за трибунами футбольного поля. Но не просто стоял в тени. Он охотился. Сколько прошло времени с его последней охоты? Недели? Это было неважно. Главное — чистое удовольствие от момента, идеи в голове, от точно расставленной ловушки. «Жан Кирштейн…» — повторил он про себя. «Этот студент сильно отличался от Армина и Марко. Громкий, местами нахальный, плохо понимающий философию, но красивый. Да, тот типаж парней, которых обожали девочки. Высокий спортсмен с завышенной самооценкой. Хотя, возможно, просто мальчик, прячущийся за своей неуверенностью…» Что Зика в нём зацепило? Он не был особенным — хватало студентов, которые напрочь игнорировали его предмет. Но Жан не только игнорировал, но и пытался спорить с ним. Зик любил, когда люди пытались оспаривать его мысли. Ведь, как говорится, в споре рождается истина. Но это был совсем другой случай. Упрямство заставляло Жана спорить, а не вера в правоту своего мнения. «Интересно, в постели он такой же упрямый или сломается ещё до того, как узнает истину?» — задался он вопросом. Внезапно шум шаркающих шагов вывел Зика из размышлений. Он не спешил — откинул бычок на землю и придавил его ботинком. Капот его машины был открыт, а рядом лежали инструменты. Иллюзия починки машины. Зик заметил, как Жан склонил голову к телефону и брёл по тропинке в нескольких метрах от него. Естественно, он не замечал человека, который выслеживал его как хищник. Из-за этого Зик взял ключ и стукнул по железной части машины, чтобы привлечь внимание. И это сработало. Жан поднял голову в сторону звука. Мгновение — и их глаза встретились. — Профессор? Что вы здесь делаете? — первым нарушил тишину Жан. Зик изобразил скромную улыбку и почесал затылок, играя растерянность. — Да вот машина не заводится. Думал, сам смогу разобраться. Но, как ты понимаешь, философия и машиностроение — совершенно разные вещи. Жан приподнял бровь, оценивая ситуацию. Зик почти видел, как шевелятся шестерёнки в его голове. Как он складывает один плюс один: выбрать безразличие и пойти на тренировку или помочь профессору и решить таким образом проблему с неуспеваемостью по его предмету. «Ну же, Жан, смелее. Ты же знаешь, что тебе нужно моё одобрение», — мысленно подталкивал его Зик, чувствуя, как предвкушение растекается по венам. Жан в этот момент бросил взгляд в сторону раздевалок, потом на профессора. — Знаете, я немного разбираюсь в машинах. Могу посмотреть, — предложил он. Торжествующая улыбка расплылась по лицу Зика — что со стороны могло восприниматься как благодарность. — Правда? Если я, конечно, тебя не отвлекаю, то просто глянь и скажи: это безнадёжно или нет. Жан после этих слов развернулся и подошёл к нему. Сбросил спортивную сумку с плеча и засучил рукава. Лицо приняло серьёзное выражение — как у профессионала. Отчего Зик чуть не издал смешок, но сдержался. — Так что именно за проблема? Она просто не заводится или заводится и глохнет? — деловито начал спрашивать Жан и наклонился над двигателем, уперев руки о край машины. Зик уже не слушал. Его взгляд скользнул по спине парня, плавно поднимаясь выше. Шея с проступающими венами, отбивающими пульс в такт сердцу. Чуть рыжеватые волосы, слегка двигавшиеся от его движений. Наконец глаза остановились на затылке — том месте, что нужно было Зику. Он хищно облизнул губы. Внизу живота разлился жар, мышцы напряглись. — Мне кажется, проблема с охлаждающей жидкостью… — ответил Зик, чтобы парень чуть ниже наклонился. И как только он принял эту позу, Зик быстро осмотрел периметр. Чисто. Пальцы сжались на гаечном ключе. Адреналин хлынул в кровь. Дыхание замерло. Удар. Раздался глухой треск. Голова Жана машинально упала вперёд, ударившись о двигатель, потом под тяжестью своего тела он сполз на землю. На его щеке остался след от мазута. Зик не стал ждать и моментально подхватил его под мышки и потащил к багажнику. — А ты тяжёлый, малыш, — прохрипел он, запихивая безвольное тело внутрь. Руки пробирала мелкая дрожь от напряжения и адреналина. Зик ещё раз обернулся, чтобы убедиться в отсутствии свидетелей. Потом достал шприц и вколол Жану седативное. Захлопнул багажник и сел в машину. Дрожащими руками он закурил сигарету и сделал долгую затяжку. Потом медленно выдохнул дым. Теперь волнение сменялось чистым чувством удовлетворения. Он посмотрел на себя в зеркало заднего вида. На него смотрели глаза не профессора, а глаза зверя. «Ницше говорил: бездна смотрит на тебя, когда ты на неё смотришь. Но никто не спрашивает — что видит бездна, когда смотрит на тебя?» Наши дни. Эрвин сидел, как обычно, во главе стола и в пятый раз читал один и тот же абзац в деле перед ним. Его мысли были далеки отсюда. «Есть ли поводы опасаться агентов?» — задумался он и поднял взгляд на Порко и Райнера, которые сидели на другом конце стола. Райнер казался очень сосредоточенным — брови сведены к переносице, глаза скользят по бумаге перед ним. Порко же качался на стуле, как школьник, и что-то просматривал в своём ноутбуке, неустанно щёлкая мышкой. Этот звук уже двадцатую минуту сводил Эрвина с ума. Внезапно Леви хлопнул папкой по столу, отчего Николо чуть не подпрыгнул рядом с ним. — Ты можешь, блядь, не качаться на этом грёбаном стуле? — рявкнул он. Эрвин тяжело вздохнул, потирая переносицу. Честно говоря, их постоянные перепалки уже давно достали, его казалось бы, крепкие нервы. Порко на мгновение замер, потом в глазах появился блеск, и он начал снова раскачиваться. — Ты какой-то нервный, помощничек. Плохая ночь или ты всегда ходишь как хмурый гном? — усмехнулся он. — Порко… — попытался остановить его Райнер, тяжело вздыхая и потирая переносицу. Леви, естественно, дёрнулся вперёд, но пока не нападал. — Да ладно вам. Леви и правда у нас… как бы сказать… не весельчак. Но поверь, он очень сильный в плане набить морду, так что будь поаккуратнее, — вступился Глен. «Боже мой, как дети малые», — обречённо пронеслось у Эрвина. — Ой, да видел я таких… — не унимался Порко. Его за плечо схватил Райнер. — Порко, я сказал — хватит! — почти прорычал он. — Так-так-так! Парни! Давайте успокоимся, — заговорил Николо и поднял руки в успокаивающем жесте. — Я понимаю, мы все сейчас напряжены, но давайте не терять лицо из-за усталости. В конце концов, мы же команда, верно? — почти наивно спросил он всех. Из Леви вырвалось неодобрительное фырканье. Но тут оживился Глен. — Слушайте, а он прав. Мы хоть из разных, так сказать, подразделений, но сейчас объединены общей целью. Но! — продолжил он, подавшись вперёд на стол будто заговорщик. — Мы ведь так нормально и не познакомились. — Он указал ручкой на Леви. — Вы, например, не знаете, какой у нас чувствительный Леви к чистоте и порядку. А мы, например, не знаем, как вы ведёте свои дела. — К чему ты развёл эту демагогию? — не выдержал Леви. Глен повернул голову к коллеге. — А к тому, что пора бы нам познакомиться ближе. Сегодня в баре «Крот» акция: два бокала пива по цене одного! — произнёс он так, будто выдал сейчас лучшую идею в мире. — Ну? — добавил он, глядя на всех присутствующих. Воцарилась тишина. Почти каждый переглядывался друг с другом, кроме Леви. По его лицу было видно, что эта идея ему не нравится. Эрвин задумался. Ему и самому не нравилась эта затея. Быть в людных местах в громкой компании всегда было для него своего рода пыткой. Но сейчас это был реальный шанс выведать у этих двоих информацию о том, что они накопали. — Думаю, Глен прав, — неожиданно для всех заговорил Эрвин. Леви кинул на него неодобрительный взгляд, а у Николо взметнулись вверх брови. — Это мероприятие не ради пьянки, а ради сплочения. По последним дням видно, что атмосфера только накаляется, от чего сложнее сосредоточиться на деле, — деловито вещал Эрвин. Снова повисла недолгая пауза, но потом Глен обратился к агентам. — Наш босс дело говорит. Ну так что, вы с нами? Райнер переглянулся с Порко, потом снова посмотрел на детективов. — Не знаю, во что вы играете, но если это не попытка скомпрометировать нас, то мы не против, — ответил Порко, перестав качаться на стуле. Эрвин кивнул и начал складывать документы. Все засобирались и зашуршали бумагами. Через час они уже сидели в мрачном баре, пропахшем пролитым пивом и дешёвой картошкой фри. Столик был сколочен из грубой сосны, и на нём виднелись трещины и сколы от долгих лет использования. Сначала разговор не клеился. Все в основном задавали стандартные вопросы: где служил? Как попал в правоохранительные органы? Но постепенно такие, как Глен и Порко, уже накатили по три бокала пива, отчего стали более развязными. Леви, как обычно, сидел хмурый, как туча, держа в руке чай. Не спрашивайте, как он умудряется в баре найти чай. Эрвин хоть и заказал пиво, но почти не притронулся к нему. Ему было важно сохранять чистую голову и слушать каждое произнесённое слово. Мимо прошла официантка, и уже хорошо захмелевший Порко присвистнул, нагло пялясь на её зад. — Эй, может, пригласим пару девочек? — спросил он и уже махал каким-то сомнительным девушкам за барной стойкой. Его руку перехватил Райнер и опустил. — Порко, никаких гражданских. У тебя по пьяни очень длинный язык, — предупредил его напарник. — Ой, да ты такой же зануда, как и… — он осекся, посмотрев на Эрвина и Леви. — Ладно, хрен с вами. И тут, явно разгорячённый алкоголем, переключился на Леви. — Эй, ворчун, что опять молчишь? Обдумываешь расследование? — расплылся он в саркастической улыбке. — Не напрягайся, всё равно никакого толка, — усмехнулся он и сразу же получил в бок локтем от Райнера. — Эй! Ты мне чуть пиво не разлил! — возмутился Порко. — Елена, эта белобрысая стерва… — неожиданно заговорил Леви. Все вокруг замолчали и уставились на него. Эрвин тоже внимательно смотрел на помощника. Леви облокотился локтями на стол, но продолжал смотреть куда-то мимо всех. — Она выносит мусор Зика и стережёт его как сторожевая собака. — Что ты имеешь в виду? — серьёзно спросил Эрвин. Леви наконец посмотрел на него с таким же серьёзным лицом. — То и имею в виду. Я планировал найти ДНК в мусоре Зика, но каждый раз, когда я вёл наблюдение, эта стерва выносит его ровно к тому времени, когда подъезжает машина мусорщиков, и не уходит, пока пакет не закинут внутрь и не сожмут прессом. — Значит, они догадываются, что мы охотимся за его ДНК, — задумчиво заключил Райнер. Все замолкли, думая о сказанном. — Это логично, вспоминая, как мы давили на него, — добавил Николо. — Точнее, наш Леви, — сказал Глен, отпив пива. Леви бросил на него испепеляющий взгляд. Но неожиданно Порко подвинул локоть на столе в сторону помощника детектива. — Так ты бы подмигнул ей, включил свой шарм… — с кривой улыбкой произнёс он. — Только тебе придётся высоко карабкаться по ней, пока достигнешь её лица. Хотя… Можешь начать с нижних губ — ты как раз до них дотянешься… — растягивая слова, давил Порко. Атмосфера накалилась до предела, и никто не успел среагировать, как Леви выбил ногой из-под Порко стул, и тот с оглушительным грохотом упал на пол. Все моментально вскочили на ноги, чтобы растащить дебоширов. Раздался звон посуды, и несколько бокалов полетели на пол с шаткого стола. — Блядь, я убью его! — взревел Леви. — Иди сюда, мелкий ублюдок! — ответил Порко, уже вскочив на ноги. Их драку сдерживали коллеги. — Эй! Вы там! Пошли нахрен из бара! — крикнул бородатый бармен и уже шёл в их сторону. — Чёрт, Глен, Николо, тащите Леви на улицу. — Потом повернулся к Райнеру: — А ты своего тащи через задний ход, — приказным тоном сказал он. Райнер кивнул и начал тянуть за подмышки напарника, который пытался вырваться. Эрвин же направился навстречу бармену. — Прошу прощения, мы уже уходим. Давайте я только покрою ваши убытки, — деловито сказал он и достал бумажник. Бармен остановился, нахмурив брови, и посмотрел на нанесённый ущерб. Всё это действо заняло не больше десяти минут, и, уладив конфликт с баром, Эрвин вышел на улицу, надеясь, что всё закончилось. Но увы. Его взгляд сразу же остановился на суматохе впереди. На парковке стояли Райнер, Глен и Николо. Глен сделал шаг вперёд, но потом остановился и посмотрел на Эрвина. Тот едва заметно качнул головой. Не надо. Николо перевёл взгляд с одного на другого, явно колеблясь, но тоже остался на месте. Райнер тяжело вздохнул и отвернулся, скрестив руки на груди — он давно понял, что Порко сам напросился. Они просто стояли и наблюдали, как Порко и Леви сцепились в борьбе. Раздражение от усталости накрыло Эрвина. Сколько ещё можно этого ребячества? Он целенаправленно устремился к ним, но потом замедлил ход. «Может быть, парни правы, выпуская пар?» — эта мысль засела в голове, поэтому он просто молча подошёл к ним и не стал вмешиваться. Со стороны они были похожи на двух петухов, кряхтящих и катающихся по асфальту. Несколько минут шла борьба, пока Леви не оказался сверху Порко. Он уже занёс кулак над его лицом, когда Эрвин вмешался и схватил его за руку. — Хватит! Лица вы портить друг другу не будете. У нас завтра встреча с Закклаем, — произнёс он. Леви медленно опустил кулак, но не сводил глаз с Порко. Тот усмехнулся, вытирая разбитую губу. — Ладно, детектив. Ваша взяла. Пока что. Он поднялся, отряхнул одежду и пошёл к машине Райнера. Тот молча последовал за ним. Эрвин посмотрел на свою команду. Глен и Николо переглянулись. Леви стоял, сжимая кулаки по бокам. — Езжайте по домам. Завтра будет долгий день, — сказал Эрвин и направился к своей машине. Но перед тем, как сесть за руль, он бросил взгляд в темноту, где скрылись агенты. «Они что-то скрывают. Я это чувствую» — подумал он. Он уже открыл дверь, как в кармане завибрировал телефон. Новое уведомление в «шахматах». Эрвин открыл его. Сообщение гласило: «Уже поздно, а тебя всё ещё нет. Всё в порядке?» Лёгкая, усталая улыбка тронула его губы. «Всё-таки приятно, когда тебя кто-то ждёт», — подумал он.Напряжение немного спало. Его палец набрал ответ: «Проблемы с коллективом. Буду через двадцать минут». Он убрал телефон в карман и завел двигатель.