Белее снега, чернее ночи

      Тяжелый и влажный воздух осеннего леса неохотно выпускал Сергея из своих объятий. Он чувствовал , как с каждым шагом за его спиной смыкаются невидимые лесные заставы, отрезая спасительное тепло, а следом появляется невидимый провожатый. Оглянувшись Сергей отметил подглядывающую за ним лисицу. Разум, очищенный горькими травами, отметил слишком уж осознанный взгляд животного, но магия не чувствовала враждебности, скорее недоверие.       Он развернулся и зашагал дальше. Головная боль, что месяцами выжигала черепную коробку, к которой он привык как к данности, сейчас отступила, оставив после себя лишь легкое головокружение и странное, непривычное чувство невесомости во всём теле.       Ему все еще казалось, что он спит. Ваня был жив. Ваня был полон горячей магии своего рода. Он твердил о смертельной опасности во дворце, об обмане... И, что поражало сильнее всего, он умудрился обернуть слепую подлость самого Сергея себе во благо — и не держал зла. Живой, изменившийся принц, преданные ему гномы, изощренный обман собственного разума — все это до сих пор казалось Сергею бредом воспаленного, изнуренного ядом сознания.              Лорд сунул руку глубоко в карман и пальцы тут же наткнулись на увесистый осколок обсидиана. Черное стекло, согретое его собственным теплом и крупицам магии, едва заметно пульсировало, отзываясь в ладони глухим, ровным ритмом живого Горна. Это была его единственная заземляющая точка в этой круговерти событий, и одновременно его путеводная нить.       Преодолев границу древнего леса, и добравшись уже практически до опушки Сергей наткнулся на патруль.       — Лорд-Хранитель! Сюда! Нашли!       Из утреннего тумана, шурша тяжелыми кольчугами высыпали гвардейцы. Те самые дворцовые «ищейки», о которых с таким презрением говорили в избушке Вани. Лица солдат были серыми от усталости, глаза — шальными. Похоже они действительно кружили по окраинам топей, пока чужая магия водила их за нос, путая следы.       Капитан стражи, грузный мужчина средних лет, почти упал перед Сергеем на одно колено, тяжело дыша:       — Милорд... Хвала Богам, вы живы. Королева... Королева Диана трижды прокляла весь гарнизон. Мы искали вас двое суток. В лесу нашли следы крови и костров...       — Отставить панику, капитан, — голос Сергея прозвучал привычно-холодно, он за секунды вернул себе маску сурового Лорда. Внутри, однако, всё заледенело: «Двое суток? Гномы сдержали обещание и выиграли время. Но теперь нужно железное алиби, в которое поверят. Что он там говорил про костры?»       — В чаще увлекся погоней, и угодил в скрытый овраг. Доложите Ее Величеству, что Лорд-Хранитель вернулся к исполнению обязанностей.       — Но милорд, вы бледны, вам нужен лекарь...       — Я сказал — отставить, — отрезал Сергей, и по венам полыхнул отголосок собственной холодной магии шахт. Стражник тут же осекся и отступил. — Живо подготовьте рапорт о состоянии периметра за время моего отсутствия. Я должен быть у Королевы через час.       Выслушав доклад, он оседлал коня одного из егерей и двинулся к столице и замку. Стражники сопровождали его, плотно окружив. Раньше этот эскорт казался Лорду символом надежности и нерушимости его власти, теперь же он кожей чувствовал, как это кольцо превращается в конвой.       Замок встретил его привычной, душной роскошью. Стены коридоров казались мертвыми и холодными, они были лишены той живой силы, что дышала под сводами лесной избушки. Чем ближе Сергей подходил к личным покоям Дианы, тем громче становился голос сомнения. Маска верного пса Королевы сидела идеально, но вот лицо под ней уже хмурило брови, готовясь выискивать ложь.       Тяжелые двери королевских покоев бесшумно закрылись за его спиной. Сейчас в комнате царил удушливый полумрак, густо насыщенный ароматом дорогих благовоний. Диана сидела в глубоком кресле прямо напротив огромного ростового зеркала в тяжелой раме. Рядом, едва смея дышать, замерли испуганные, бледные слуги — атмосфера в покоях была напитана ее гневом.       Стоило Сергею переступить порог, как Диана резко поднялась, фальшивым жестом прижимая ладонь к груди.       — Серж! Капитан доложил мне о чернокнижниках и овраге. Боги, ты едва не погиб... — в ее голосе сквозило поспешное облегчение.       Она подошла ближе. Ее округлившийся живот скрывали складки бархатного платья цвета густого вина. Тонкие пальцы королевы легли на его забинтованные ладони но вместо тепла, что исходило от Вани неудержимыми волнами, Сергей ощутил только холодное прикосновение мрамора.       — Вылазка затянулась, Ваше Величество, — тихо, но твердо произнес Лорд, удерживая безупречную маску и не отводя взгляда от Королевы. — В чаще я наткнулся на след чернокнижников. Увлекся преследованием, но угодил в скрытый овраг. Вылетел из седла и приложился головой о корень дуба. Потерял счет времени, пока магия не залечила рану и лихорадка не спала. Но сейчас всё в порядке, периметр чист.       Диана внимательно вгляделась в его лицо, словно пытаясь прочесть то, что скрывалось за гранитной маской мага.       — Хвала небесам, ты вернулся. — она прикрыла глаза, пошатнувшись, словно от слабости, и сделала шаг вперед. Ее округлившийся живот почти коснулся руки Сергея. — Ты пропал в этой проклятой чаще, я места себе не находила.       Диана сокрушенно опустила ладонь на свой живот, и Сергей, повинуясь дворцовому этикету, аккуратно придержал её за локоть. Стоило его пальцам оказаться рядом с малышом, как магия шахт внутри его крови инстинктивно, уже по привычке, потянулась навстречу новой жизни. Едва заметный импульс силы словно осторожный стук, и яростная чистая волна первородной магии в ответ. Младенец в утробе узнал его, и от этого понимания у Сергея на секунду перехватило дыхание. Этот теплый диалог и раньше оставался их общей тайной, но сейчас Лорд посмотрел на это другими глазами.       Магическая связь между ним и ребенком замкнулась. Мощный всплеск силы прошел прямо сквозь тело Королевы. Сергей замер, ожидая, что Диана сейчас вскрикнет, отшатнется или хотя бы нахмурится от такого резкого толчка чужеродной энергии внутри себя.       Присутствие такой живой магии в теле беременной женщины должно было срезонировать, выдать себя хоть как-то — это Сергей помнил на каком-то подсознательном уровне.       Но Королева лишь вздыхала, глядя куда-то мимо него. Она была абсолютно, пугающе слепа к этой вспышке. Живот под ее ладонью оставался неподвижным, а лицо — безмятежным       «Она мне не мать», — слова Вани в собственном сознании зазвенели с новой яростью.       — О, мой дорогой Хранитель... — Ее Величество сокрушенно покачала головой. — Ты бледен, тебе нужно восстановить силы. Малыш в безопасности, пока ты рядом с нами.       Сергей кожей чувствовал — он нужен ей. Нужен живым, как единственный щит, способный защитить ее и нерожденного младенца. Диана точно не желала ему смерти.       — С вашего позволения, Ваше Величество, я уйду к себе, — Сергей склонился в поклоне. — Мне необходимо разобрать накопившиеся за двое суток бумаги и изучить утренние рапорты стражи.       — Конечно, иди, Серж. Но сначала отдохни. Я отправлю тебе лекаря.       Сергей еще раз склонил голову в поклоне, развернулся и ровным, уверенным шагом направился к выходу. Спиной он чувствовал на себе два взгляда: один — ледяной и встревоженный, принадлежащий Королеве, а второй — тяжелый, оценивающий, принадлежащий кому-то сильному, тёмному и до хрипоты чужому, кто невидимо присутствовал в этой комнате и дышал ему прямо в затылок.       Дубовые двери королевских покоев глухо захлопнулись за его спиной, отрезая удушливый запах благовоний. Оказавшись в пустом коридоре, Лорд-Хранитель сделал глубокий, медленный вдох. Разум оставался пугающе ясным - морок больше не смел коснуться его мыслей, но цена была высока.       Сергей шел по мертвым коридорам замка, и с каждым шагом маска покорного слуги словно намертво прирастала к его лицу. Изменилось главное: теперь он знал, что защищает не замок и королеву, а невинное дитя, запертое внутри, и Ивана, который доверил ему свою правду.       Сергей сунул руку в карман камзола, крепко сжимая осколок обсидиана. Камень отозвался глубоким, преданным теплом.