The Wathinwanit

***

Если бы кто-нибудь спросил, насколько прекрасна Касама, или Дин, Тхипапха или, как её чаще называли, Роуз без малейших сомнений смогла бы говорить о ней три дня и три ночи подряд, восхваляя её достоинства, и всё равно не исчерпала бы всех слов восхищения. Будь то история их более чем десятилетнего брака или воспоминания о тех далёких днях, когда они впервые встретились ещё детьми, Дин никогда не менялась. Ни капли. - Мама! - Привет, Дэйзи. Роуз, милая, зачем вы с Дэйзи вышли на улицу? Солнце ещё очень жаркое. - Она захотела увидеть тебя! Дэйзи всё спрашивала, чем ты занимаешься. - Мама делает для тебя качели, солнышко. - Я хочу покачаться! - Почти закончила. Осталось совсем немного. Почему бы вам пока не подождать дома вместе с мамочкой? Когда всё будет готово и солнце начнёт садиться, мама обязательно выйдет с тобой покачаться. Касама ответила своей маленькой дочери, которая с огромным нетерпением ждала качели, которые мама собственноручно строила специально для неё, но малышка лишь упрямо покачала головой. Похоже, своё упрямство она унаследовала прямо от Роуз, ведь сходство было настолько поразительным, что оставалось только удивляться. Именно поэтому ни мамочка, ни дочь вовсе не собирались возвращаться в дом, как им велели. - Но я хочу помочь маме. - Роуз, ты тоже не хочешь мне помочь? - Конечно хочу! Если мы будем делать вместе, качели будут готовы быстрее. - Тогда садитесь вон под тем деревом и поддерживайте меня оттуда. Если слишком долго будете стоять под солнцем, получите солнечный удар. Роуз с тёплой улыбкой приняла эту заботу женщины, которую любила всем сердцем. Касама всегда думала о ней и об их маленькой дочери. С самого момента, когда они узнали, что у них будет ребёнок, Роуз чувствовала, насколько сильно Дин любит Дэйзи. Ещё до того, как малышка появилась на свет. Ещё до того, как открыла глаза и впервые увидела этот мир. Если бы Роуз спросили, какой бывает любовь Касамы, она ответила бы: Она спокойная. Непоколебимая. Нежная, но совсем не слабая. От той болезненной, хрупкой девочки, которую в детстве постоянно обижали задиры на чайной плантации Наб-Анант, уже ничего не осталось. Теперь Дин была взрослой женщиной, которой перевалило за сорок. Можно сказать, она расцвела именно в этом возрасте, став замечательной матерью, безупречно заботящейся о своей семье. Как и подсказывало её имя, Дин была твёрдой и надёжной. Она никогда не сбивалась с пути, никогда не поддавалась соблазнам, хотя её работа постоянно сводила её с новыми людьми и клиентами. Поэтому ревность, которая когда-то пылала в сердце молодой Роуз, давно превратилась в безграничное доверие. Она прекрасно понимала, что больше не является той шумной, собственнической девушкой, какой была раньше. После стольких лет, прожитых вместе, когда их дочери уже исполнилось восемь лет, им почти не нужны были слова. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять чувства друг друга. - Постой спокойно, Дин. Дай я вытру тебе пот. - Мама, попей воды! Тогда ты не будешь такой уставшей. Лицо Дин озарила широкая, искренняя улыбка. Она наслаждалась той заботой, которой окружали её любимая жена и их чудесная маленькая дочь, словно сама природа наделила девочку удивительной способностью дарить любовь окружающим. Дин остановилась, позволяя жене бережно вытереть капельки пота с её лица, а затем с благодарностью приняла холодный напиток, который Дэйзи с такой любовью протянула ей, стараясь хоть немного облегчить усталость после долгой работы. - Почему ты решила сама строить качели, Дин? Можно же было просто попросить кого-нибудь из работников. - Мне хотелось сделать это своими руками. Боюсь, если их построит кто-то другой, они не будут такими хорошими и безопасными для Дэйзи, как если сделаю их я сама. - Ты правда так сильно её любишь? - Не только её. Я люблю и тебя, Роуз. - Прямо при нашей дочери? Тебе совсем не стыдно такое говорить? - Совсем нет. Дэйзи ведь нравится, когда мама и мамочка любят друг друга, правда? - Да! Я больше всех на свете люблю маму и мамочку! Это была самая простая любовь. Без громких слов. Без показной страсти. Без смертельно опасных испытаний, через которые им когда-то пришлось пройти. Лишь спокойная жизнь крепкой, счастливой семьи. Шаг за шагом, рука об руку по дороге любви.

***

- Сладких снов, Дэйзи. - Спокойной ночи, мама. Спокойной ночи, мамуля. Малышка одинаково нежно поцеловала каждую из них в щёку, после чего отправилась в свою комнату по соседству. Совсем недавно ей позволили спать отдельно, с тех пор как она пошла в начальную школу. - Интересно, Роуз… сколько ещё лет мы сможем вот так укладывать её спать? - Что это вдруг на тебя нашло, Дин? С чего такая грусть? - Просто время летит слишком быстро. Наша малышка так быстро растёт… Роуз тепло улыбнулась, и её взгляд наполнился нежностью, когда она увидела, как обычно невозмутимая Дин позволила себе такую редкую минуту слабости. Её надёжная Дин… Даже у неё были свои уязвимые места, особенно когда дело касалось их дочери. Но разве можно её за это винить? Дэйзи была их единственным ребёнком. К тому же она росла удивительно милой и способной девочкой. Отлично училась, с удовольствием участвовала во всевозможных школьных мероприятиях, поэтому неудивительно, что люди к ней тянулись. Неудивительно, что многие хотели дружить с ней и быть рядом. Роуз лишь надеялась, что Дин понимает: Дэйзи просто пользуется популярностью, точно так же, как когда-то в детстве была популярна сама Роуз. Яблоко действительно недалеко падает от яблони. Но даже если это яблоко упало прямо у самого ствола, Роуз никогда не позволит ему укатиться слишком далеко из поля её зрения. - Наша дочь становится старше с каждым днём, а мы с тобой стареем вместе с ней. - Как думаешь, в этом году я стала выглядеть старше, Роуз? - У сорока лет есть своё особое очарование. Что бы ни случилось, моя Дин по-прежнему выглядит великолепно. - А моя Роуз, которой ещё нет сорока, всё так же прекрасна. - Это я и без тебя знаю, - ответила она, лукаво подмигнув. - Я собираюсь оставаться красавицей до шестидесяти лет. Просто чтобы ты продолжала смотреть только на меня. В глазах Дин Роуз была такой же красивой, как и всегда. Время словно не имело над ней власти. Она по-прежнему сияла своей естественной красотой и удивительно, но Дин никогда не уставала влюбляться в собственную жену снова и снова. Провести всю жизнь, каждый день заново влюбляясь в одного и того же человека… Это никогда не казалось ей чем-то утомительным. - Тогда тебе вовсе не нужно так стараться, - мягко сказала Дин. - Почему? Или… к тому времени ты уже устанешь от меня? - Конечно нет. - А звучало именно так. - Я хотела сказать совсем другое. Даже если ты вообще перестанешь стараться, ты всё равно будешь покорять моё сердце каждый день. Ты никогда не была просто красивой. С каждым годом ты становишься только прекраснее. Чем взрослее ты становишься, тем сильнее очаровываешь меня. И знаешь… Теперь я переживаю уже не только за нашу дочь. - Тогда тебе стоит запастись дополнительными силами, Дин. - М-м? - У тебя такая красивая жена, как я, и такая очаровательная дочь, как Дэйзи. Похоже, госпоже Касаме, хозяйке фермы Lover’s Moon, скоро придётся обзавестись парочкой хороших «средств защиты», чтобы распугивать всех мальчишек, которые однажды начнут ухаживать за нашей дочерью. Женщина громко рассмеялась над этим преувеличением своей жены. Хотя… В её словах всё же была доля правды. Дин никогда не искала неприятностей, но если кто-то осмелился бы причинить боль её семье или хотя бы пальцем тронуть дорогих ей людей, она без малейших колебаний встала бы на их защиту. Пусть она не была такой умной и расчётливой, как Нам, не обладала мастерством Лом и не отличалась столь же яростным, вспыльчивым характером, как Фай, но у Дин был собственный способ защищать тех, кого она любила всем сердцем. - Сколько ещё ты собираешься заставлять меня влюбляться в тебя, Дин? После более чем десяти лет, прожитых вместе, Роуз прекрасно понимала: ей никогда не удастся вырваться из плена любви своей Дин. Впрочем… Она никогда этого и не хотела. Ей хотелось, чтобы всё оставалось именно так. Навсегда. Каждый раз, когда ей казалось, что её любимая уже достигла предела своей нежности, постоянство Дин и глубина её любви вновь доказывали обратное. Будь то тихие мгновения раннего утра, когда Роуз только открывала глаза… Или едва слышное: - Я люблю тебя. Которое жена неизменно шептала ей каждую ночь перед сном. Любовь Дин была рядом всегда. Как и сегодня утром. Роуз проснулась позже обычного.Наверное, у Дин были срочные дела, поэтому она уехала ещё на рассвете. На этот раз ей предстояла поездка в Чиангмай, и она настояла на том, чтобы отправиться одна - не хотела, чтобы Роуз и Дэйзи утомились из-за долгой дороги. Прошлой ночью Роуз помогала ей готовить документы к встрече с клиентом и сама не заметила, как уснула прямо за работой.Поскольку дома больше никого не было, кто ещё мог заботливо уложить её в постель, укрыть одеялом и убедиться, что ей тепло и удобно? Зная, что жена легла очень поздно и почти не отдохнула, Дин решила не будить её. Она просто молча позаботилась обо всём. Любовь Дин вовсе не ограничивалась словами «Я люблю тебя». Она проявлялась по-разному. В домашних тапочках, аккуратно поставленных возле кровати… В зубной щётке, на которую уже была выдавлена зубная паста… В стакане, заранее наполненном водой… И в свежесрезанной розе, заменившей вчерашний увядший цветок. Все эти маленькие знаки внимания превращали её утро в нечто светлое и прекрасное, наполняя его сладостью любви женщины, которая даже находясь далеко, всё равно умела сказать: «Я люблю тебя.» И делала это так ясно, что никакие слова были уже не нужны. - Что же такого хорошего я сделала в прошлой жизни, чтобы заслужить всё это?.. - тихо прошептала Роуз самой себе. - Я так сильно люблю тебя, П’Дин.

***

- Дэйзи, как тебе завтрак, солнышко? - Очень вкусно, мамочка! - Мама приготовила его для нас с тобой перед тем, как уехать на работу. Поэтому ты должна всё съесть, хорошо? - Да! Я всё доем! Роуз с улыбкой наблюдала, как её дочь с удовольствием уплетает завтрак, особенно обрадовавшись тому, что его приготовила сама мама Дин ещё до того, как отправилась в рабочую поездку. Несмотря на невероятно плотный график, Дин всегда находила время, чтобы позаботиться о своей семье, никогда не забывая ни об одной мелочи. И как после этого Роуз могла не ревновать… саму себя? Причём по нескольку раз в день. - Мамочка? - Да, солнышко? - Когда я поем, можно мне пойти поиграть с Мод Ной? - Конечно можно. Только если у тебя есть домашнее задание или что-нибудь, что нужно сдать учительнице, сначала обязательно сделай это, хорошо? - Хорошо, мамуля. Тхипапха неспешно продолжала завтракать, тогда как её дочь торопливо доедала свою порцию, сгорая от нетерпения скорее побежать играть с Мод Ной - своей старшей подругой. Мод Ной была дочерью Мод Даэнг и Тэя, бригадира работников фермы. Она была лучшей подругой Дэйзи не только в школе, но и дома, на ферме. Хотя Дэйзи росла единственным ребёнком, она никогда не чувствовала себя одинокой. На ферме жило много детей работников, и ей всегда было с кем играть. - Малышка Дэйзи, куда это ты так спешишь? - Тётя Мод Даэнг, я иду играть с Мод Ной! - Госпожа Роуз, я переживаю, как бы моя сорванка не вернулась вместе с госпожой Дэйзи вся в ссадинах. Она у меня такая же дикая, как маленькая обезьянка. - Всё в порядке, Мод Даэнг. Пусть Дэйзи учится познавать мир. - Но я боюсь, что госпожа Дин узнает и потом будет меня ругать. - Я сама с ней поговорю. Иногда она слишком сильно переживает. Нам стоит быть немного спокойнее, чтобы Дэйзи не чувствовала себя словно в клетке. - Это потому, что госпожа Дин очень сильно любит госпожу Дэйзи. Конечно, Дин обожала их маленькую дочь, так же сильно, как и сама Роуз. А в чём-то, пожалуй, даже сильнее. Нельзя было сказать, что она была строгой матерью, скорее, её любовь порой становилась чрезмерной заботой. Поэтому Роуз нередко приходилось помогать сохранять равновесие, чтобы они втроём могли открыто говорить обо всём, окружая друг друга любовью и взаимопониманием. - Как думаешь, что станет с деревом, если посадить его и всё время держать в тени, ни разу не позволив ему почувствовать солнечный свет, Мод Даэнг? - Наверное… оно завянет. Оно ведь даже не сможет нормально получать солнечный свет для фотосинтеза. - Именно. Воспитывать ребёнка - это почти то же самое. Дэйзи нужны жизненные испытания и собственный опыт, чтобы вырасти сильной и стойкой. - Вы удивительная, госпожа Роуз. Надеюсь, однажды я тоже стану такой хорошей мамой. - Ничего особенного во мне нет. Я просто воспитываю Дэйзи так, как когда-то воспитывала меня моя мама, лишь немного добавив собственного подхода и того, чему меня научила П’Дин. - Вот бы вы ещё помогли воспитать мою Мод Ной. Эта девчонка такая упрямая, что мы с Тэем уже не знаем, как с ней справляться! - Ну что ты, Мод Даэнг. Разве ты никогда не слышала поговорку: «Шаловливый ребёнок - умный ребёнок»? - Тогда моя Мод Ной, должно быть, настоящий гений! Роуз громко рассмеялась. Стоило ей представить неугомонную Мод Ной, которая действительно напоминала маленькую обезьянку, как сдержать смех стало невозможно. Если бы у неё с Дин родился настолько энергичный ребёнок, им наверняка пришлось бы устраивать настоящие семейные совещания, чтобы придумать, как справляться с этим маленьким ураганом. К счастью, Дэйзи проказничала лишь вполовину меньше. Поэтому им не приходилось бесконечно бегать за ней, словно пытаясь собрать крабов в корзину. - Эх… ну когда же П’Дин вернётся домой? - Что? Ещё и полдня не прошло, а вы уже соскучились по госпоже Дин? Сегодня у Роуз был выходной. Ей не нужно было ехать в офис, да и никаких срочных дел не осталось, пока Дин находилась в рабочей поездке на севере страны. Чтобы скоротать время, Роуз пригласила Мод Даэнг составлять цветочные композиции. Перед этим она отпустила Дэйзи играть с друзьями, предупредив лишь, что сначала нужно вернуться домой к обеду, а уже потом можно снова идти гулять. После обеда они спокойно сидели вдвоём, занимаясь цветами. - А что? Разве ты сама не скучаешь по Тэю, когда вы какое-то время не видитесь? - После стольких лет вместе иногда, наоборот, хочется немного отдохнуть друг от друга. Немного расстояния иногда даже полезно. - Вот как? - Ну, наши отношения совсем не такие, как у вас с госпожой Дин. - И чем же они отличаются? - Сколько бы лет ни прошло, вы всё ещё такие же нежные друг с другом. Даже после рождения госпожи Дэйзи ваша любовь совсем не изменилась. Обычно со временем у супругов чувства становятся спокойнее. Та искра постепенно угасает. - Только не у нас. Чем дольше мы вместе, тем сильнее я люблю П’Дин. Я скучаю по ней постоянно. Роуз совсем не нравилось долго находиться вдали от любимой. Даже если расстояние разделяло их тела, сердца всё равно оставались рядом, но ничто не могло сравниться с тем чувством, когда они действительно были вместе, заключённые в объятия друг друга и даже если вечером они ложились спать не одновременно, одного лишь осознания, что любимая находится совсем рядом, было достаточно, чтобы её сердце обрело покой. - Вам даже не нужно это говорить, - улыбнулась Мод Даэнг. - Всё и так видно. - Неужели настолько заметно? - Ещё бы! Стоит тебе только заговорить о госпоже Дин, как у тебя сразу начинают сиять глаза. Так было всегда и ничуть не изменилось. Поэтому я и завидую тому, как сильно вы любите друг друга. - Потому что она - моя первая и единственная любовь. - Я просто счастлива, что рядом с вами оказался такой замечательный человек. - Да… Если бы тогда я не влюбилась в П’Дин и не вышла за неё замуж… Честно говоря, я даже представить не могу, какой была бы моя жизнь сейчас. Если бы десять лет назад она доверилась не тем людям… Если бы не сумела разглядеть доброту Дин… Если бы связала свою судьбу с тем ужасным отцом и сыном с чайной плантации Наб-Анант… Её жизнь вполне могла превратиться в беспросветную тьму, неумолимо катящуюся к гибели. А может быть… И к чему-то ещё более страшному. Она никогда не стала бы той прекрасной розой, которую так бережно и с такой любовью растили, лелеяли и ценили больше всего на свете и у неё никогда не было бы этого маленького розового бутончика, которого они с Дин вместе растят, окружая всей своей любовью и заботой, оберегая его до того самого дня, когда он распустится прекрасным цветком и найдёт свою собственную вазу - место, которому будет принадлежать. Именно такой была любовь, которую Дин подарила ей. Именно такой Роуз видела её своими глазами. Любовь, которая не нуждалась в громких словах или красивых обещаниях. Любовь, которая проявлялась в каждом поступке. В каждом взгляде. В каждой мелочи. В постоянной заботе. В тихом присутствии рядом. В верности, не знающей сомнений. В надёжности, на которую можно было опереться в любую минуту. Любовь, благодаря которой Роуз могла проживать каждый новый день с уверенностью, что рядом с ней есть человек, который никогда не отпустит её руку и если даже всего этого всё ещё недостаточно, чтобы объяснить, насколько прекрасна Касама… Хотите, чтобы я продолжила рассказывать о ней ещё три дня и три ночи?