Teacher's Pest

С ней было что-то не так… Новая таинственная семикурсница появилась в его классе в первый учебный день. Студентка по переводу, о которой Дамблдор, кажется, специально старался не говорить. Он не мог решить, появилась ли она как порыв свежего ветра или как летучая мышь из ада. Его взгляд прошелся по ее непослушным волосам, копне теплых каштановых кудрей. Она часто убирала их назад, заплетая в косу, но сегодня девушка припозднилась и была взволнована, ее щеки пылали, а волосы выглядели сущей катастрофой. Том решил, что ему нравится эта распущенность и дикость. Ему стало интересно, покраснела ли ее грудь также, как щеки. Взгляд мгновенно опустился к вырезу свитера, который она носила, а затем еще ниже, пока парень не спохватился. Он раздраженно проморгался. Коллеги-преподаватели отзывались о ней весьма высоко, восторгаясь ее рвением к учебе, безупречными ответами и дисциплинированностью в учебе. Том прищурился, посмотрев на свиток перед собой. — Сорен Фадж. — На месте. Откуда она взялась? — Гермиона Грейнджер? — Здесь, сэр. Во рту пересохло, и он приостановил перекличку. Сэр. Это было фактически смехотворное проявление уважения, поскольку Том не раз замечал, что ведьма смотрела на него с чем-то вроде… ненависти. Отвращения. Презрения. Довольно часто, когда он ловил эти мимолетные взгляды, портившие ее привлекательные черты, она быстро стирала их со своего лица, возвращая фальшиво-почтительное выражение. Как если бы ведьма что-то знала о нем. Неужели его репутация опередила его? Он бросил взгляд в ее сторону, продолжая перекличку. Перед ней лежала открытая книга, а глаза бегали по строчкам на странице, но девушка смотрела на нее недоверчиво. Словно книга не соответствовала ее стандартам. Том редко встречал других студентов, еще меньше ведьм, которые, казалось, разделяли его любовь к учебе и чтению. Каждое утро в Большом Зале он видел ее уткнувшейся носом в книгу, и ему стоило огромных усилий, чтобы не подойти к ней и не узнать, какие книги ее заинтересовали. Что-то в этой ведьме беспокоило его. Не только тайна ее внезапного появления или странного поведения, но и его частое желание нарушить границы того, что считалось приемлемыми отношениями между учителем и учеником. Почему казалось, что она презирала его? Хотя ведьма была определена на Гриффиндор, возможно, студенты с младших курсов рассказывали ей сказки о нем и его рыцарях. С ней было что-то не так… Она не подходила, как кусочек пазла, застрявший не на своем месте. Она была как яркое пятно в море серого. Для Тома она была белой вороной. Как темное кровавое пятно на белоснежной рубашке. В минуты своей слабости парень представлял, как бы прекрасно она выглядела, покрытая кровью. По какой-то причине Том хотел ее крови. Совсем немного. Возможно, тогда она бы рассказала ему, почему смотрит на него так… только когда думает, что он ее не видит. Том всегда наблюдал… даже когда не смотрел. — Достаньте перья… Откройте учебники на 86 странице, стихийные проклятия. Резким взмахом палочки парень направил стопку свитков в полет по комнате, чтобы они оказались перед своими владельцами. Со всех сторон раздались жалобные стоны, когда студенты осмотрели их. — Я возвращаю вам результаты вашего пятничного теста. Они ужасны, как вы, несомненно, заметили. Я отказываюсь вновь освещать тему темных средневековых волшебников, но вы будете пересдавать этот тест, пока средний балл не достигнет… некого подобия академического стандарта. Заметьте, не моего стандарта…. но хоть какого-нибудь. — Эм, извините, сэр. Только не она. Том обернулся. — Пожалуйста, обращайтесь ко мне «профессор», мисс Грейнджер. То, как она говорила «сэр», заставляло его мышцы напрягаться. — Прошу прощения… Профессор… Этот тон. — …но в моем тесте… вы отметили неправильным ответ о Рацидиане. В вопросе спрашивалось «Чему нас может научить неудачная попытка Рацидиана создать заклинание патронуса в разгар нападения на соседнюю деревню?» Она пристально посмотрела на него, словно ожидания ответа. Том приподнял бровь. — И что насчет этого? Она явно разгорячилась. Риддл решил, что ему нравится видеть ее разгневанной. — Что ж, я написала, что мы можем научиться тому, что чары Патронуса поддаются лишь тем, кто чист сердцем. Темные волшебники не могут воспользоваться ими, не уничтожив себя. Том провел языком по зубам, скрестил руки на груди и облокотился на стол. — Скажите, мисс Грейнджер, это факт или вы сделали предположение на основе своих догадок? Возможно, вы где-то слышали об этом? Ее глаза сверкнули гневом, заставив его губы дернуться. — Я могу составить свое собственное мнение, сэр… — …профессор. — …и совершенно очевидно, что это так. Вы когда-нибудь слышали, чтобы волшебная палочка восставала против своего волшебника? Чтобы волшебника съели личинки за попытку наложить чары? Это неслыханно. — Именно, — сказал он коротко. — Других подобных случаев не было. Я уверен, такое имя как Гермиона… Шекспир, если не ошибаюсь? Возможно, также фамилия Грейнджер указывает на то, что вы магглорожденная или, по-крайней мере, полукровка, и, вероятно знакомы с маггловским эмпирическим правилом выдвижения гипотезы. Когда проходит проверка гипотезы, одного случая недостаточно для подтверждения правильности теории. Для доказательства необходимо искать множество случаев… закономерность, если хотите, — он холодно посмотрел на девушку, игнорируя, как ее плохо скрываемая ярость, вызывает у него желание стянуть ее со стула за волосы. — Поскольку других подобных случаев не зарегистрировано, то ваша теория лишь… теория. Не факт. Она вздернула подбородок. — Вы можете вызвать Патронуса? Том моргнул, приходя в ярость. — Как вы думаете, я бы преподавал в этом классе, если бы не мог? — Так сделайте это. Его глаза сузились, а несколько студентов ахнули. — Мисс Грейнджер, с сожалением сообщаю вам, что не подчиняюсь приказам студентов. — Мне было бы любопытно увидеть, как он будет выглядеть. Риддл натянуто улыбнулся. — Не как стая личинок, могу вас заверить. Ее собственные глаза слегка сузились, отражая его собственные. — Мне кажется, вы слишком рьяно протестуете, — девушка лукаво улыбнулась. — Шекспир… Гамлет вообще-то, но уверена, вы знаете. Том целенаправленно прошел вперед, пока не остановился, возвышаясь на ее столом. Уголки его губ приподнялись. — Отработка, мисс Грейнджер. Увидимся после уроков. Ее рот приоткрылся, и Том мог практически увидеть пар из ее ушей. Закрой свой прелестный ротик, пока я не наполнил его. Риддл повернулся, чтобы уйти. — Откройте свои книги на… — Так каков же ответ, профессор? Он резко остановился, жевательные мышцы напряглись от недовольства. Развернувшись, Том вернулся к ее столу размеренным шагом и наклонился над ним, уперевшись кулаком в столешницу. — Во время дуэли или сражения никогда не применяйте заклинания, которые никогда не пробовали. Придерживайтесь того, что знаете. Она сглотнула, а ее глаза нервно скользнули по его лицу. Он проследил за этим движением. — Пожалуйста, воздержитесь от того, чтобы открывать свой рот до конца урока. В противном случае, вы продлите время своей отработки. Том ушел прочь, намереваясь оставить Гермиону кипеть в напряженной тишине. — Вы также сделали предположение, основанное на догадке, профессор. Он остановился как вкопанный, но не обернулся. — Интересно, с такой фамилией как Риддл, ваш отец тоже был магглом? Эта ведьма хотела смерти. — Задержание на следующие шесть недель.

_____________________________________________

Гермиона покинула класс, устроив большое представление. Это было специально, разумеется. Проявление такого непослушания не было в ее планах, но ведьма ничего не смогла с собой поделать. Она ненавидела его. Кроме того, она ждала несколько недель, будучи очень терпеливой и послушной. Пытаясь сыскать его благосклонность. Пытаясь привлечь его внимание. Это не работало. В любом случае, не так быстро, как она думала. Поэтому Гермиона решила воспользоваться другой тактикой. Вместо того, чтобы попытаться произвести на него впечатление, она была полна решимости чертовски его разочаровать. Теперь она проведет под его наблюдением шесть недель. Если этого времени будет недостаточно, чтобы сблизиться с ним, доказать, что она достойна того, чтобы завербовать ее, возможно, узнать месторасположение его дневника… тогда она должна будет придумать что-нибудь еще. Вот только он уже решил, что она магглорожденная, в лучшем случае, полукровка. Это нехорошо. Гермиона приняла решение использовать свое настоящее имя, беспокоясь, что может случайно ошибиться и вызвать его подозрения. Она ожидала этого, но была уверена, что сможет убедить его, что является полукровкой. Возможно, она бы даже больше ему понравилась, если бы он так думал. Потому что была бы как он. Гермиона была умной ведьмой, и могла использовать свои знания о его прошлом в своих интересах. Ей требовалось ускорить этот процесс, потому что она уже скучала по своим друзьям и семье. Девушка вернулась в лето 1945 года с оружием на перевес, на ее шее висел новый улучшенный Маховик Времени. Она показала Дамблдору достаточно воспоминаний о будущем, чтобы убедить его, что в глубине души заботится о благе волшебного мира. Он практически испытал облегчение, узнав, что его подозрения по поводу Тома Риддла оправдались. — Когда Риддл подаст заявку на эту должность, я знаю, что вы убедите Диппета не нанимать его, но мне нужно, чтобы вы сделали обратное. Так он будет рядом с вами, и вы сможете за ним приглядывать. Это предоставит мне возможность сблизиться с ним и сделать то, что я должна. — И что же это, мисс Грейнджер? — взгляд Дамблдора был острым. — Думаю, вы уже знаете. Он сложил руки и откинулся на спинку стула, погружаясь в свои мысли. — Кроме того… на работе в Борджин и Беркс он научится кое-чему опасному, так что лучше держать его подальше оттуда. Нет лучшего искушения, чем пост преподавателя Защиты от Темных Искусств. Брови Дамблдора задумчиво нахмурились, пока он постукивал кончиками своих длинных пальцев друг о друга. Гермиона взглянула на них, вспоминая темное проклятие, разъедавшее его руку. Риддл был опасен. — Он довольно молод, мисс Грейнджер. Только что закончил учебу. — Да, знаю. Это идеально. Он еще не полностью реализовал свои планы, а значит, станет легкой мишенью.

_____________________________________________

В какую игру решила сыграть эта девчонка? Первые несколько недель семестра она была отвратительно уступчивой. Том знал, что это был лишь фасад. Сегодняшние события подтвердили это. Но почему она вдруг стала такой неуступчивой и надоедливой? Он специально предупредил ее о задержании, чтобы она клюнула на наживку. Она хотела задержания. Это было очевидно. Том мысленно ухмыльнулся. Девчонка была умной ведьмой, но он был умнее. В голове возник образ его студентки, раскрасневшейся и разгневанной, с приоткрытым от ярости ртом. Ведьме повезло, что она была его студенткой. Риддл поерзал на своем стуле, пока его разум наполнялся развратными мыслями о том, как он трахает ее в рот, прижав к стене… пальцы крепко впутаны в ее волосы и грубо оттягивают их, чтобы вырвать всхлипывания из ее прелестного ротика. О, те сдавленные звуки, которые бы он выжал из нее, приглушенные его членом… Том осознал, что думать подобное о студентке совершенно неэтично… но он всегда был негодяем.