Город грехов и надежды

      Место действия: Три месяца спустя. Бенкир — пригород Зелёного пояса.       Осень вступила в свои права. Город утопал в золоте листвы, но в деловых кварталах этого никто не замечал — там всегда было серо от бетона и стекла. Война корпораций продолжалась, просто сменила тактику. Эликс Браут укреплял влияние Vight. Исая Кавидж замкнулась в себе после "гибели" Линер и стала ещё более непредсказуемой. Харман Вордж исчез с радаров — говорили, уехал в Европу улаживать какие-то старые дела. Кенни Аккерман расширял влияние "Фоурн", но без прежней агрессии — смерть племянника его не тронула? Или он что-то подозревал?       А Леви Аккерман... Леви делал вид, что всё по-прежнему. Работал на Vight. Получал приказы. Убивал, когда приказывали. Но по ночам он садился за старый ноутбук, который Армин настроил специально для него — с полной анонимностью, семью уровнями шифровки и автоматическим уничтожением данных при попытке взлома.       И писал письма.

*****

      Место действия: Посёлок Гринвуд, в трёхстах километрах от Бенкира. Маленький дом на окраине.       Фуло Грем — так теперь звали ту, что когда-то была Линер Эмидж — сидела на веранде своего нового дома, закутавшись в плед. Осень здесь была настоящей: пахло прелыми листьями, дымом из печных труб и покоем. Такого покоя у неё не было никогда в жизни.       Она сменила всё: имя, внешность (короткая стрижка, никакого яркого макияжа, простая одежда), работу (устроилась в местную библиотеку — смешно, да? Бывший агент выдает книжки пенсионерам). И каждую ночь ловила себя на мысли, что ждёт.       Чего? Сама не знала.       Пока в старом телефоне, который Леви оставил ей "на крайний случай", не загорелся экран. Один сигнал. Зашифрованное сообщение.       "Проверь почтовый ящик. Л."       Сердце пропустило удар.       Она вскочила так резко, что плед упал на пол веранды, и босиком, по холодной траве, побежала к калитке. Там, в жестяном ящике, среди рекламных листовок и счетов, лежал обычный белый конверт. Без марки, без обратного адреса.       Внутри — короткая записка от руки:       "Завтра. 20:00. Старая водонапорная башня за посёлком. Приходи одна. Если не придешь — пойму. Л."       И больше ничего.       Фуло (в мыслях она всё ещё называла себя Линер) прижала записку к груди и закрыла глаза. Три месяца тишины. Три месяца она думала, что он забыл, что для него это была просто работа, что она — очередной выполненный контракт.       А он помнил.

******

      Место действия: На следующий вечер. Водонапорная башня.       Осень здесь была холоднее, чем в посёлке. Ветер пронизывал до костей, но Фуло стояла на верхней площадке башни, кутаясь в тяжёлое пальто, и смотрела на дорогу. Она пришла за час до назначенного времени. Не могла сидеть на месте.       Ровно в 20:00 на лестнице послышались шаги. Лёгкие, почти неслышные — она узнала бы их из тысячи.       Леви поднялся на площадку и остановился в трёх метрах. На нём была та же чёрная куртка, те же тёмные джинсы, тот же холодный взгляд. Но что-то изменилось. Она не могла понять, что именно.       — Ты пришла, — сказал он. Это не было вопросом.       — Ты написал, — ответила она. — Я думала... я думала, ты забыл.       Леви сделал шаг ближе. Ещё один. Теперь они стояли достаточно близко, чтобы видеть отражение луны в глазах друг друга.       — Я не забываю, — тихо сказал он. — Я просто не показываю.       Повисла пауза. Фуло чувствовала, как колотится сердце. Глупо, глупо, она же взрослая женщина, бывший агент, её учили контролировать эмоции. Но сейчас все уроки вылетели из головы.       — Как ты? — спросил Леви. — По-настоящему.       Она усмехнулась — горько и светло одновременно:       — Странно. Я впервые в жизни не вру, не шпионю, не притворяюсь. Работаю в библиотеке. Представляешь? Я, которая ненавидела читать отчёты, теперь выдаю старушкам любовные романы.       — Ты счастлива?       Вопрос застал врасплох. Она задумалась:       — Не знаю. Наверное, это ближе к счастью, чем всё, что было раньше. А ты?       Леви отвернулся, посмотрел на горизонт, где редкие огни посёлка сливались с темнотой леса:       — Я делаю вид, что всё по-старому. Эликс доволен. Кенни думает, что я мёртв для него. Микаса... Микаса ушла.       Фуло нахмурилась:       — Ушла? Куда?       — К Эрену, — в голосе Леви не было боли, только констатация факта. — Она выбрала его. Мы расстались... мирно. Она сказала, что любит его с детства, а я был просто... убежищем. Временной гаванью.       — Мне жаль, — тихо сказала Фуло.       — Не жаль, — Леви покачал головой. — Она была права. Я не умею любить. Не умею быть рядом. Она заслуживает того, кто умеет.       Ветер усиливался. Фуло поёжилась. Леви заметил это, снял свою куртку и накинул ей на плечи — так естественно, будто делал это всю жизнь.       — Ты замёрзнешь, — сказала она.       — Я привык к холоду.       Их взгляды встретились. Что-то дрогнуло в воздухе между ними.       — Зачем ты пришёл? — спросила Фуло прямо. — Реально. Не для проверки, не для отчёта. Зачем ты рисковал, тащился сюда триста километров, чтобы стоять на этой дурацкой башне и мёрзнуть?       Леви молчал долго. Так долго, что она уже решила — не ответит. Но он ответил:       — Я не знаю.       — Не знаешь? — она не поверила.       — Я никогда не делал ничего для себя, — его голос звучал глухо, будто каждое слово приходилось вытаскивать из себя силой. — Всегда по приказу. Всегда потому, что надо. А тут... я просто хотел тебя увидеть. Убедиться, что ты жива. Что у тебя всё хорошо. Что моё решение не было ошибкой.       — Твоё решение? — переспросила она. — Ты про то, что спас меня?       — Я про то, что отпустил, — поправил Леви. — Я мог оставить тебя. Мог не приходить в ту ночь. Мог сделать вид, что ничего не знаю. Но я пришёл. И я до сих пор не понимаю, почему.       Фуло шагнула к нему. Теперь между ними оставался только шаг.       — А если я скажу, почему?       Леви поднял на неё глаза — и впервые за весь разговор в них не было холода. Там было что-то другое. Что-то, чего он сам боялся признать.       — Скажи, — выдохнул он.       — Потому что ты не такой, каким себя считаешь, — тихо сказала она. — Потому что под всей этой бронёй, под всеми шрамами и приказами, есть кто-то, кто хочет просто... быть. Не убивать, не выполнять, не подчиняться. А просто быть. И ты нашёл это во мне. А я нашла это в тебе.       Леви смотрел на неё, и впервые в жизни не знал, что ответить. Слова застревали в горле. Чувства, которые он так долго подавлял, рвались наружу.       — Я не умею... — начал он.       — Я знаю, — перебила Фуло. — Я тоже не умею. Но, может, научимся вместе?       Она протянула руку. Её пальцы коснулись его щеки — осторожно, будто боялась, что он исчезнет.       Леви закрыл глаза на секунду. А когда открыл, в них больше не было льда.       — Ты даже не представляешь, — прошептал он, — как я боялся, что ты не придёшь.       — Я пришла, — улыбнулась она. — И, кажется, никуда не уйду.       Внизу, в посёлке, зажглись фонари. Где-то лаяла собака. Пахло дымом и приближающейся зимой. А на старой водонапорной башне двое людей, которые всю жизнь были чужими инструментами, впервые почувствовали себя просто людьми.       Леви осторожно, будто учился заново, обнял её. Фуло прижалась к его груди и услышала, как бьётся его сердце — быстро, сильно, совсем не так, как у бесстрастного убийцы.       — Что теперь? — спросила она в его куртку.       — Теперь, — Леви поцеловал её в макушку — неуклюже, впервые в жизни, — теперь я буду приезжать. Часто. А когда всё утихнет... я останусь.       — Обещаешь?       Он помолчал. Потом сказал то, чего не говорил никому и никогда:       — Обещаю.

******

      Место действия: Тем временем в Бенкире. Пентхаус Эрена Йегера.       Микаса Аккерман стояла у окна, глядя на ночной город. Сзади подошёл Эрен, обнял её за талию.       — О чём думаешь?       — О Леви, — честно ответила она.       Эрен напрягся, но промолчал.       — Не волнуйся, — Микаса повернулась к нему. — Я сделала выбор. Но я всё равно волнуюсь за него. Он слишком долго был один.       — Он сильный, — сказал Эрен. — Справится.       — Дело не в силе, — покачала головой Микаса. — Дело в том, что он даже не знает, что можно быть не одному.       Эрен поцеловал её в висок:       — Значит, найдёт. Или уже нашёл.       Микаса удивлённо посмотрела на него:       — Ты что-то знаешь?       Эрен улыбнулся загадочно:       — Я акционер Лавидж. Я знаю всё. Но это не моя тайна.       За окном Бенкир сверкал огнями, не подозревая, что где-то далеко, в маленьком посёлке, двое бывших шпионов учились быть просто людьми.