Отсюда никто не выйдет прежним

Рыжие искры выпрыгивали из жерла костра на тёмном фоне ночной улицы. Ни один вечер в пограничье не обходился без огня, не считая дней на «Пляже». Мою голову давили тяжёлые мысли. После того, как я вернулась к остальным, я узнала цену нашей победы. Оказывается, Татта пожертвовал своей рукой, чтобы снять браслет. Таким образом, Арису смог незаметно суммировать свои очки с его и провернуть последнюю битву. Те самые проклятые пятьсот очков. Моё сердце разрывалось от жалости к этому парню, хоть я и знала его всего два часа. И на контрасте в моём сознании всплывал образ Нираги. Какими разными могут быть люди. Даже не просто различными, а стоящими по противополжные стороны одной пропасти: один разрушает и тянет всех за собой, мешая даже шансу на спасение, другой — без колебаний отдаёт всё, что у него есть, лишь бы этот шанс появился у остальных. Всё это еле укладывалось в голове, когда Арису заговорил: — Прежде чем провернуть трюк с рукой Татты… я узнал, что раньше команда короля треф тоже были игроками, как и мы. И я подумал. А если… если после прохождения всех игр нас заставят стать гражданами… — он запнулся, с трудом сглотнув, — и мы… никогда не сможем вернуться в прежний мир?.. — Нет, — твёрдо сказала Куина. — Я верю, что мы вернёмся. — Она окинула взглядом всех по очереди. — Нам осталось совсем немного, только фигурные карты. Мы сможем. Губы Арису тряслись так, будто он вот-вот разрыдается. Он поднял глаза: — Вдруг без жертв мы не сможем больше пройти ни одной игры? Вдруг Татта – это только начало? — Арису говорил, а его глаза застилали слёзы. — Вот именно, ради Татты, — сказала Куина. — Мы должны сделать так, чтобы его смерть не была напрасной. И больше, — она скользнула взглядом по каждому по очереди, — жертв не будет. Мы все выберемся отсюда! —Да. Ради Татты, — повторила я. И добавила — Мы выберемся… Слова давались тяжело, но я заставила себя продолжить, цепляясь за них как за последнюю надежду: — Мы уже слишком далеко зашли… чтобы не дойти до конца. Мне отчаянно хотелось в это верить, но откуда у меня могла взяться уверенность? «А если Арису прав?..» Эта мысль словно запустила эффект домино, и вслед за ней одно за другим потянулись все воспоминания: четвёрка и десятка червей, крыша, Нираги, чёртов план с сейфом, Ичиро, Сакура, коротковолосая девушка… Я судорожно вцепилась пальцами в волосы, будто могла физически удержать эту накатывающую волну. Казалось, что все эти мысли вот-вот разорвут мне голову. — Ребята… — голос прозвучал тише, чем я ожидала, с лёгкой хрипотцой, — вы меня извините, но я отойду. Никто не стал задавать лишних вопросов, я увидела лишь едва заметные кивки и короткие взгляды, в которых было больше понимания, чем слов. Резко встав на ноги, я направилась к одной из заброшенных машин. Холодный металл встретил меня равнодушным прикосновением, и я, почти бессознательно, опёрлась о него спиной, позволяя прохладе немного остудить тревожные мысли. Подняв взгляд, я утонула в бездонной глубине ночного неба, усыпанного редкими, но упрямо мерцающими звёздами. Интересно, почему их мерцание неизменно действовало на меня успокаивающе. Словно звёзды брали на себя часть тяжести, которую я несла. Даже тишина звучала по-другому, когда глаза были прикованы к небесным светилам. И потому появление движения в темноте я заметила не сразу. Лишь спустя несколько секунд взгляд зацепился за едва различимый силуэт, который медленно отделялся от густой черноты и, не спеша, двигался в мою сторону. Я насторожилась и на всякий случай приняла позицию, из которой легко убежать, однако не сдвинулась с места. Фигура приближалась до тех пор, пока я не узнала в ней знакомые черты. — Нираги? Что ты здесь делаешь? — фраза сорвалась с губ сама, вместе с удивлением, которое я не успела скрыть. Парень остановился напротив меня. Он смотрел на меня… как-то… по-другому. — Что тебе надо? — я была в готовности в любой момент рвануть с места. Брюнет тяжело вздохнул, прежде чем сказать: — Я никак не могу забыть то, что было. Я думаю только об этом. Я была так удивлена происходящему, что не могла вымолвить ни слова, а только вопросительно смотрела на него. Он опустил взгляд в сторону и поджал губы. Так выглядит человек, который отчаянно не хочет произносить то, что собирается сказать, но всё же заставляет себя сделать это. — Извини за… всё. Вот тут у меня и отвисла челюсть. Это было настолько неуместно, неожиданно, неправильно в его исполнении, что на секунду я просто перестала понимать, где нахожусь и что происходит. — Чего? — я оглянулась, словно пытаясь найти подтверждение услышанному, и в этот момент мой взгляд зацепился за нечто странное: вдали мелькнули бегущие силуэты, сопровождаемые приглушёнными криками. — Что за… — произнесли мы почти одновременно и мои руки, ещё секунду назад скрещённые на груди, автоматически расцепились, повиснув по бокам. Не успели мы ничего понять, как раздались выстрелы и силуэты начали обрушиваться на землю. Мы мгновенно пригнулись, спрятавшись за машиной. — Блять… Этого только ещё не хватало. Откуда стреляют? — с раздражением бросил Нираги, осматриваясь по сторонам. И тут мы одновременно подняли головы. — Король Пик, — задумчиво протянула я, смотря вверх. По небу медленно и даже как-то несвойственно мирно проплывал дирижабль со свисающим полотном карты. Казалось, что он потешался над хаосом внизу. Выстрелы звучали всё ближе. Пригнувшись, мы рывком перебежали к другой машине, что стояла в нескольких метрах, а затем просто рванули вперёд. Я на мгновение обернулась к костру, где ещё недавно мы сидели с остальными. Но там было пусто. Лишь дрожащие языки огня на ветру, и больше никого. Тревожная мысль резко вонзилась в мой мозг: «А вдруг я их больше вообще не увижу?» Не оглядываясь, я бежала вперёд, почти не разбирая дороги, чувствуя только, как сердце бьётся где-то в горле. Неожиданно передо мной выросло здание, и от одного только его вида меня накрыла резкая волна облегчения. Я, не раздумывая, рванула внутрь. Это оказался супермаркет. Половины полок были пусты, однако другую половину всё же ещё занимали остатки прежней жизни. Нираги забежал вслед за мной: — Хорошая идея, — бросил он и тут же, прислонившись к стене, почти упал на пол. Я, чувствуя, как ноги начинают подкашиваться, опустилась, позволяя стене принять на себя часть моего веса. Мы пытались восстановить дыхание и использовать каждую секунду на максимум, чтобы отдохнуть. Выстрелы слышались не сильно отдалённо, но всё-таки на достаточном расстоянии, чтобы сделать привал. Нужно было отдышаться. Я всё ещё не могла понять что происходит. Мысли путались, цеплялись одна за другую и тут же рассыпались, не давая ухватиться ни за одну из них по-настоящему. Что здесь делает Нираги? Очевидно, что после игры треф он проследил за нами, но… почему? Внезапно, сквозь хаотичный поток вопросов ко мне закралась мысль… или надежда?.. «А вдруг он задумался? Могли ли мои слова на игре треф повлиять на него, сдвинуть в нём что-то?» В моей голове было слишком много вопросов, а выстрелы тем временем звучали всё громче. — Что… — выдохнула я, всё ещё пытаясь выровнять сбившееся дыхание, — это… такая игра? И какие здесь правила?.. Нам даже их не озвучили. — Да какие на хрен правила, — огрызнулся Нираги, — нас тупо расстреливают. Он едва договорил, как по ушам ударил оглушительный звук. — Чёрт, они здесь! — выкрикнула я. Не сговариваясь, мы сорвались с места и выскользнули из укрытия, пригибаясь под пронзительным свистом пуль, который не оставлял шансов для ошибок. Мы снова бежали без остановки, вперёд, не обращая внимания на усталость и в какой-то момент впереди показалась тёмная полоса леса. Мы, не сбавляя темпа, рванули туда, ныряя под защиту деревьев. Выстрелы не стихали, наоборот, казалось, что они идут за нами по пятам, сокращая расстояние с каждой секундой. Не теряя темпа, спотыкаясь о корни, цепляясь за ветки, мы пробирались через лес. Вдруг я почувствовала что-то мягкое под ногой, отчего моя стопа соскользнула. Я не успела ни вскрикнуть, ни даже толком понять, что произошло. Мир резко накренился, потеряв опору, и всё вокруг сорвалось вниз вместе со мной. Когда я открыла глаза, первое, что я увидела, было ослепительно-голубое небо. «Что?.. Почему так светло?..» В следующую секунду о себе дала знать боль в голове. Я машинально приложила ладонь ко лбу, будто это должно было помочь. Свет резал глаза, заставляя меня жмуриться и вновь закрывать их. Веки не справлялись с этим внезапным напором света, и я какое-то время просто лежала на спине, не в силах ни открыть глаза, ни до конца понять, где я и что со мной. Повернув голову, я увидела странную картину. Там стояли… Куина, Арису, Усаги, Чишия, Нираги, и … Агуни? «Какого чёрта здесь происходит? У меня галлюцинации? Ничего не помню. Как они все оказались вместе?» Они стояли поодаль от меня и что-то обсуждали, переговариваясь. Их голоса сливались в приглушённый, расплывчатый шум, так что я не могла разобрать ни слова. Куина вдруг обернулась, задержав взгляд на мне. На секунду она замерла, а затем резко кинулась ко мне: — Хитоми! — выдохнула брюнетка, опускаясь рядом на колени. Тёплая ладонь коснулась моего плеча. — Куина… — тихо сказала я, — что произошло? — Ты вчера ударилась головой. Мы с ребятами бежали от короля пик и внезапно увидели, как Нираги сидел в ложбине среди деревьев. Мы бы убежали дальше без него, но … — на секунду её брови приподнялись в удивлении, и казалось, что она сама не верит в то, что говорит, — он держал тебя на руках. Я опустила глаза и прищурилась, пытаясь вспомнить хоть что-то, всё ещё держа лоб ладонью. Спустя несколько напряжённых секунд память начала возвращаться: я отошла к машине, появился Нираги, начался обстрел, и мы бежали… — А Агуни? Откуда он взялся? — Агуни мы встретили чуть позже, кто-то вдруг начал стрелять в самого короля… Я почувствовала, как голова пульсирует от боли и зажмурилась. — Хитоми, с тобой всё в порядке? — прервала свой рассказ Куина голосом, который осторожно коснулся меня. — Да, прости… просто немного голова болит, — тихо отозвалась я, проводя ладонью по виску, где пульсировала навязчивая боль. — Продолжай. Губы Куины неожиданно растянулись в довольной улыбке: — У нас прекрасные новости, — она сделала паузу, смакуя эти слова, — Агуни был очень решительно настроен, он узнал о нём раньше, чем мы и успел собрать стратегию. И благодаря ему… теперь у нас на один дирижабль меньше, — её улыбка в этот момент была крайне заразительной. Вдруг Куина опустила глаза в пол и поджала губы. Затем прищурилась и спросила: — Хитоми, а как так оказалось, что Нираги… — её брови взметнулись, она вопросительно посмотрела на меня, не закончив предложение, но это было и не нужно. Я отвела взгляд, смутившись от неожиданности вопроса. Я не знала как ответить, она застала меня врасплох. «Как вовремя». С радостью подумала я, когда услышала шаги. Я подняла голову и увидела, как к нам приближались остальные.

***

Вечером, когда традиционный костёр тлел, выбрасывая в воздух искры, мы снова собрались. Арису вдруг заговорил, очевидно начав рассказ о чём-то: — Я был с друзьями. На последнем слове его голос сорвался, взгляд застыл где-то перед собой, в пустоте, словно он снова оказался там, среди тех воспоминаний, от которых невозможно было отвести глаза. — Мы были в Сибуе, как вдруг… среди бела дня начался салют. Это было последнее, что мы увидели, прежде чем спрятаться в туалете… Он на секунду замялся и тихо усмехнулся, поняв, как странно это прозвучало. — Не важно зачем мы это сделали, — он вернул серьёзное выражение лица, — но после этого… когда мы вышли оттуда… всё и началось. Плечи Куины едва заметно вздрогнули. Она вскинула голову, и взгляд её стал напряжённым, будто в памяти вспыхнуло что-то давно подавленное. — В Сибуе? Я тоже там была… и салют… я его помню… — Я вас видела, — сказала я, устремив взгляд на Арису. — Соболезную. Я не стала говорить вслух того, что и так было ясно. — И фейерверк… я тоже его видела… и… Я медленно повернула голову в сторону Нираги. Он стоял у стены ближайшего здания, небрежно упершись в неё плечом и согнув одну ногу, в этой позе его часто можно было увидеть на «Пляже», для полного образа сейчас не хватало только винтовки. — И даже его… Куина резко вскинула ладони, пытаясь удержать рассыпающиеся мысли: — Стоп. Подождите. В её глазах мелькнуло растущее понимание: — Вы хотите сказать, что все мы были в Сибуе… и последнее, что видели, прежде чем начался весь этот ад, был фейерверк? — Да, — коротко отозвался Чишия, не меняя выражения лица, будто речь шла о чём-то очевидном. — Да, — тихо подтвердила Усаги, обхватив себя за локти, словно пытаясь удержать воспоминания под контролем. — Я тоже была там… И этот салют привлёк моё внимание. У меня вдруг закружилась голова, я упала на колени, а когда подняла голову, все исчезли. — Интересно… — протянула я, задумчиво опустив уголки губ вниз, — не думаю, что это совпадение. Тишина захватила пространство. Никто не спешил говорить. Каждый провалился в собственные мысли, возвращаясь к тому дню, к тому моменту, когда всё ещё было нормально. Я на мгновение прикрыла глаза, собирая разбегающиеся мысли, глубоко вдохнула, чувствуя, как воздух тяжело наполняет лёгкие, и, преодолевая внутреннее сопротивление, заставила себя произнести: — Предлагаю разделиться. Сказать это было не легко. Однако желание положить всему этому конец и как можно быстрее вернуться в прежний мир брало вверх над всеми страхами. Я продолжила: — У нас у каждого есть масть, которая получается лучше всего… таким образом, мы сможем выбраться отсюда максимально быстро. Никто не смотрел друг на друга: взгляды упрямо уходили вниз, к земле, словно там было легче спрятаться от неизбежного. Прошло несколько долгих секунд… или целая вечность. Куина медленно подняла руку. — Я за... Её пальцы дрогнули, прежде чем замереть в воздухе, а взгляд так и остался прикован к земле, будто поднять его было сложнее, чем принять само решение. Прошло ещё несколько секунд, прежде чем решение стало единогласным.