Life After Loss

            На календаре уже перевалило за двадцатое число и все вокруг еще сильнее пропиталось атмосферой приближающегося праздника. Центр города пестрил разнообразными новогодними елками и яркими световыми инсталляциями, на билбордах то и дело крутили рекламу скидок в том или ином магазине, и даже в тихом коттеджном районе Ким Бэкхёна засияли праздничные огни на соседских домах, знаменуя приближение смены года. Для самого вдовца жизнь стояла на паузе - он не испытывал абсолютно никаких эмоций, ранее любимый праздник для него померк словно падающая звезда в ночном небе. Парень предпочел бы просто поплакать и забыться в тяжелом сне в эту важную ночь, но все его близкие не сговариваясь решили быть рядом с ним. Бэкхён попытался отказаться от компании, но как минимум от живущего с ним сейчас Ханя не получиться так легко избавиться. Махнув рукой на ситуацию, он принял решение: наплевать, пусть делают что хотят. Его жизнь итак уже сплошное пепелище, какая разница что будет в тот или иной день? Блондин сидел в кресле в гостиной закутавшись в пушистый кардиган и задумчиво смотрел в окно на заснеженный двор. В голове пыталось уложиться осознание, что это будет не просто обычная смена цифры в календаре, этот день навсегда прервет существование его любимого человека. Первый важный праздник без Джинхо. Не хочу чтобы этот год заканчивался, Джин… В этом году я все еще эфемерно ощущаю тебя рядом… Все воспоминания связанные с тобой еще слишком свежи, наши чувства, наша обычная жизнь… В этом году еще были “мы” … Перешагнув без тебя в следующий, я потеряю эту связь, да? Тебя никогда не будет со мной в 2025 году. Хочу задержаться здесь подольше… — Эй, Бэкки, не спишь? — Лу мягко трогает блондина за плечо, заставляя отвлечься от своих трагичных мыслей. — Нет… — Я бы хотел немного украсить дом к празднику, если ты позволишь… — парень осторожно заглядывает в чужие глаза, пытаясь установить зрительную связь. — Думаешь это уместно? Отмечать праздник в траур… — хозяин дома не удостаивает вниманием друга, смотря в пустоту за окном. — Бэкки, — грустно тянет Хань и присаживается перед другом. — Нам всем это сейчас нужно. Приедут твои родители, родители Джина… Мы все проживаем это сейчас, и будет лучше если мы постараемся хоть немного облегчить этот траур и создать позитивную атмосферу. Я понимаю, что у тебя нет сил и желания, поэтому я возьму все на себя, только разреши мне… — Хорошо, идем. — согласно кивает Бэк, решая придерживаться правила «делайте что хотите, только не трогайте меня» и встает с кресла, подавая руку другу и помогая подняться. Они вместе спускаются в подвал и хозяин дома указывает на две большие коробки, когда-то подписанные рукой Джинхо на английском языке “Merry Christmas”. Поднимают их наверх и Лу раскладывает содержимое на полу гостиной мысленно решая, как лучше сделать. Бэкхён возвращается в свое кресло снова закрываясь от внешнего мира, но глаза против воли замечают праздничные украшения на полу, воскрешая воспоминания связанные с ними.

«— Малыш, я думаю мы обязаны его взять. — темноволосый мужчина старается выглядеть серьезно в красной шапке Санта Клауса с которой еще не сняли бирку, опираясь на тележку для покупок, наполненную разнообразными елочными игрушками.

—Что? — из соседнего ряда выныривает невысокий парень со светлыми волосами, собранными в высокий хвост на затылке. Замечает предложенную игрушку и прыскает от смеха, прикрывая рот ладонью. —Что за?.. — сквозь смех произносит Бэк, беря в руки фигурку и рассматривая. Ярко зеленый лист конопли с пьяными косящими глазами и широкой улыбкой, щедро посыпанный блестками в тон. — Это противозаконно.

— Ты посмотри какой он милый, — весело произносит Джинхо и разражается смехом от которого на них оборачиваются другие покупатели.

— Где ты вообще его откопал?! — с недоверием произносит парень, ища на полке такие же игрушки.

— В этой коробке. — указывает брюнет и довольно улыбается.

— Это ужасно, он будет висеть в самом низу. — строго произносит Бэкхён, но тут же улыбается и хихикает от щекочущего дыхания в шею.

— Я его выбрал. Хочу, чтобы он висел в самом центре! — капризно произносит Джин обнимая мужа со спины, и указывает рукой на выставочный образец елки, объясняя в каком именно месте он видит эту игрушку.

— Этому не бывать! — со смехом произносит блондин и укладывает в тележку игрушку в виде маленькой красной машинки с пушистой елочкой на крыше.»

Бэкхён выныривает из болота воспоминаний и даже трясет головой, пытаясь отогнать их подальше. Не сейчас! Не могу… Не могу это вспоминать… К вечеру дом действительно преображается: на окнах мерцают длинные гирлянды-шторы, над камином пушистый венок с еловыми шишками а по окантовке гирлянда из искусственных еловых веток с маленькими блестящими шариками и колокольчиками, на кухонном столе появляется ваза с мандаринами и еще один новогодний венок, в центре которого стоят разной высоты свечи. Перила лестницы на второй этаж мягко обвивает еловая гирлянда с красными бантиками, а еще с помощью Бён Менсу Лу украшает живую елку на улице. Отец Бэкхёна растапливает камин в гостиной для большего антуража, пока Миён готовит для всех какао с зефирками. Блондин все также остается в своем любимом кресле укутавшись в мягкий плед, и бездумно наблюдает за мигающими огоньками на елке за окном. Чувства изнутри разрывают его на части, не давая расслабиться ни на минуту. Я не должен отмечать праздники, не должен украшать наш дом… Я должен нести свой траур по тебе, любимый. Прости меня, пожалуйста, но мне также необходимо позаботиться о наших близких… Они все приедут в наш дом и Хань говорит, что так будет лучше… Мне стыдно перед тобой за это, Джинхо… Парень тяжело вздыхает, устало прикрывает глаза и откидывает голову на спинку кресла. Его жизнь внезапно стала такой сложной, он правда не знает, как жить дальше. Как вести себя? Что делать? Разве он имеет на это право?.. Разве должен?.. Поток тяжелых мыслей прерывает Бён Миён, которая тихо подходит к сыну и нежно поглаживает его по волосам, заправляя упавшую прядь за ухо. — Бэкки, выпей, — в тонкие пальцы осторожно переходит белая керамическая кружка с теплым напитком, в котором дрейфуют тающие маршмеллоу. Вымученная улыбка в ответ с намеком на благодарность и вдовец делает маленький глоток, совсем не ощущая тот самый вкус из детства.

***

Тридцать первого декабря в доме Бэкхёна становится суетливо и шумно, совсем как раньше обычно было в этот день. Мама с самого утра суетится на кухне делая заготовки для блюд на вечер, отец чистит снег возле дома, а Хань то помогает родителям, то отвлекает притихшего друга. Парень снова апатично сидит в кресле не желая даже шевелиться, и близкие все понимают, не трогают его, лишь изредка пытаются заговорить. Можно я просто помолчу с тобой в последний день этого года, любимый? К вечеру приезжают родители Джинхо, которые привозят с собой целый пакет угощений. Ким Соха — мама Джина, выглядит еще хуже убитого горем вдовца. За эти два месяца она очень сильно похудела и осунулась, некогда красивые темные волосы испещрены сединой, а бледное лицо покрывают глубокие морщины. Она изо всех сил старается держаться, но как только обнимает Бэкхёна, всхлипывает и неконтролируемые горькие слезы текут по ее щекам. Джисок быстро уводит ее в другую комнату, боясь, что блондин тоже заплачет, а они здесь сегодня точно не для этого. Какое-то время они отсутствуют, тихо разговаривают в рабочем кабинете на первом этаже, после возвращаясь в уже более стабильном эмоциональном состоянии. Хань искренне старается изо всех сил, нацепив смешной ободок с оленьими рогами и ушками, он то и дело шутит со всеми и раздает теплые объятия, делясь своим настроением. Совместными усилиями гостей накрывается большой стол на кухне с разнообразными блюдами, по телевизору включают самую популярную кинопремию Кореи — KBS Drama Awards, а Лу заинтересованно тестирует соус, приготовленный мамой Бэка. Блондин оповещает, что идет переодеться и поднимается на второй этаж, заходит к себе в комнату и прижимается спиной к двери. Прикрывает глаза устало выдыхая и пытается найти в себе силы хотя бы дождаться двенадцати, а потом спрятаться в своей комнате и оплакать новый год без любимого мужа. Пытаться держать натянутую улыбку невероятно сложно, но глядя на старания всех вокруг, он не может иначе. Нужно просто перетерпеть, а потом он уйдет, чтобы все выдохнули и смогли наконец расслабиться, без необходимости угодить ему. Впервые в этот день ему совсем не хочется наряжаться и веселиться. Он надевает обычный белый пуловер из тонкой вязки и кремовые брюки, решая, что этого более чем достаточно. Часть волос как обычно собирается за затылком в расслабленный пучок, а вторая половина мягко струится по узкой спине. Слегка дрожащие пальцы уже берутся за ручку двери, но взгляд внезапно падает на обручальное кольцо на безымянном пальце. Пальцы свободной руки едва касаются блестящего металла нежно поглаживая, а голова в безысходности упирается лбом в холодную поверхность двери. Ну же, Бэкхён, соберись… Вытерпи буквально час… Несколько глубоких вдохов чтобы совладать с эмоциями, и парень неспешно спускается по лестнице вниз, замечая своего отца в компании Джисока, которые о чем-то разговаривают сидя на диване. На последней ступеньке блондин задерживается, не спеша обозначать свое присутствие. Еще одну минутку для того, чтобы собраться с силами. Он сжимает в кулак всю оставшуюся волю и обращает на себя внимание входя на кухню, а друг тут же приобнимает его за плечи провожая за стол. Место Джинхо во главе стола по умолчанию остается пустым. Никто не решается сесть туда, отдавая своеобразную дань уважения его памяти, и вдовец в душе благодарит всех за это. Бён Миён заботливо накладывает пару разных закусок в тарелку сыну, но он лишь обреченно ковыряется в еде, почти ничего не съедая. Все вокруг словно не знают, как себя вести при нем. То забывшись активно обсуждают мясной рулет, то молчаливо выпивают шампанское, видимо не понимая какой стратегии придерживаться, а блондин лишь изредка выдавливает из себя болезненные улыбки и какие-то фразы для поддержания разговора. В полночь Хань включает онлайн трансляцию у колокольни Посингак. Считается, что звук колокола стирает всё плохое из жизни и символизирует процветание и удачу в будущем году. По традиции тридцать третий удар совпадает с наступлением Нового года в Корее. Все присутствующие поднимаются со своих мест и желают друг другу счастья и здоровья, выпивая в честь праздника и мысленно загадывая желания. Все, кроме хрупкого парня, которому больше нечего пожелать в этой жизни. Он выпивает искрящийся напиток до дна и отставляет бокал, даже не подозревая, что все гости сегодня загадали свои желания для него. Где-то на улице, судя по звукам совсем рядом, раздаются один за одним громкие выстрелы, заставляя всех присутствующих с улыбкой переглянуться. Бэкхён обращает внимание на спешащего к окну Ханя, который сейчас выглядывает в разные стороны ища источник звука. — Салют! — восторженно кричит друг, резко оборачиваясь, — Так близко! Скорее, выходите на улицу! Бэк, идем! — с искренне счастливой улыбкой он подбегает к блондину хватая его за руку и буквально тащит в сторону выхода. — Так, угги, — обувь спешно выставляется к двери, — Надевай скорее, — командует Лу, в спешке одеваясь сам, — И пуховик, — накидывает вещь на плечи Бэкхёна и буквально вытаскивает его во двор даже не давая одеться до конца. От растерянности хозяин дома не успевает запротестовать или вообще вставить слово, пытаясь просто поспевать за Ханем. В воздухе снова раздаются громкие хлопки, а вслед за ними черное небо окрашивается в яркие блестки салютных залпов. Бэкхён неосознанно поднимает голову вверх, завороженно замирая. Невероятно красивые всплески разноцветных огоньков озаряют небо и спешно исчезают, давая возможность блеснуть следующему выстрелу. — Идем, скорее! — глаза Лу блестят от счастья, и он снова тянет вдовца за собой, выбегая из ворот на улицу. На дороге напротив его дома суетятся Чанёль в уже знакомом красном пуховике на распашку и незнакомый мужчина, возле ног которого кружит пушистый белый самоед — Макс. Мужчины заметив их, весело улыбаются и машут руками. Брюнет поджигает еще одну коробку салюта, отбегая назад, пока высокий незнакомец открывает бутылку шампанского, громко стрельнув им куда-то вверх. Под веселый смех Лу и салютные залпы шампанское льется из бутылки через край, и мужчина пытается успеть отпить его. Пак в это время расставляет одноразовые картонные стаканчики прямо на капоте машины, из открытых дверей которой сейчас звучат самые популярные новогодние песни. Друг первым перебегает через дорогу весело махая руками, а блондин замечает за собой вышедших из дома родителей, которые сейчас тихо переговаривались, пытаясь понять что происходит. Ким Джисок смотрит с некоторым недоверием во взгляде, понимая, что это не друзья его сына и он никогда их раньше не видел. Новые гости активно подзывают всех ближе к импровизированному столу на капоте, и родители Бэкхёна первыми двигаются навстречу, оповещая семью Ким, что это друзья. Бён Менсу берет на себя обязанность познакомить всех, а Чанёль в свою очередь представляет своего друга — О Сехуна. Высокий и красивый, с темно-пепельными волосами и ярко выраженными скулами, сейчас он приветливо улыбался, пожимая руку новым знакомым. Лу присаживается вниз и ласково треплет Макса, чмокает его в мокрый нос получая дружелюбное облизывание в щеку. Весело смеется попадая под заинтересованный взгляд Сехуна, который думает о том, что у его пса оказывается есть такие очаровательные знакомые. Бэкхён подходит ближе останавливаясь немного поодаль ото всех в тот момент, когда Чанёль поджигает еще одну коробку салюта, заставляя притихшего вдовца с легкой улыбкой поднять голову вверх. Блондин переводит взгляд на Пака, который сейчас аккуратно подает первый стаканчик с шампанским Лу Ханю попутно болтая с Менсу, а после вместе с Сехуном раздает остальные всем присутствующим. От вида этой сцены в груди зарождаются огоньки тепла и уюта, а улыбка сама расцветает на губах. — Бэк, иди сюда, — Чанёль обращает на него внимание и машет подзывая ближе, но не дожидаясь шагов сам идет на встречу. Скидывает капюшон с темных волос взлохмачивая их пальцами и подходит вплотную, все с той же неизменно яркой улыбкой. — Что это все..? — не успевает спросить вдовец, как его бережно обнимают прижимая к широкой груди. Вдох влетает в горло и застревает там от неожиданности, заставляя замереть в удивлении. — С новым годом, Бэк. — тихий голос где-то в районе макушки светлых частично собранных волос. Пак чуть крепче прижимает тонкое тело к себе касаясь щекой мягких прядей, и отстраняется глядя в растерянные глаза сверху вниз. Где-то за ними О Сехун поджигает последнюю коробку салюта из которой с громкими хлопками летят искры в темное зимнее небо. Брюнету даже не нужно поднимать голову чтобы насладиться этим зрелищем, Бэкхён делает это за него — смотрит вверх и отвести от него взгляд сейчас очень сложно. Темные и блестящие глаза в сумраке ночи с яркой россыпью цветных бликов на радужке словно драгоценные камни, завораживают в этот момент. Хлопки в небе смолкают, и рука автоматически тянется поправить спадающие на лицо светлые пряди, заправляя за ухо и накидывая упавший капюшон. — Не замерзни, — мужчина усмехается еле ощутимо проводя подушечкой указательного пальца по тонкой переносице напротив, и в шутку легко щелкает по кончику носа как ребенка. — С новым годом… Чанёль… — тихо произносит парень, искренне улыбаясь уголками губ. — Идем, — брюнет разворачивается и приобнимает вдовца за плечи, подводя ближе ко всей компании у машины. Сехун сам представляется блондину и пожимает маленькую холодную ладонь, доброжелательно улыбаясь. О подает ему стаканчик с шампанским, следом переключаясь на другие и подливая напиток. Все вокруг улыбаются и общаются, даже лицо Ким Сохи кажется немного светлеет. Нежданные гости щедро делятся своим праздничным настроением, а люди переживающие болезненную утрату неосознанно тянутся к ним, словно к свету. — С новым годом! — громко произносит Сехун и поднимает свой стаканчик вверх, ловя поддерживающую реакцию и улыбки. Шампанское, пусть и на холоде улицы, отлично подходит для такого момента. Макс сам замечает подошедшего блондина, который присаживается вниз и крепко обнимает его шепча как скучал, на что пёс счастливо виляет хвостом. О на мгновенье зависает наблюдая за этой сценой, и искренне удивляется умению Макса заводить новых друзей даже раньше своего хозяина. Капот машины Чанёля становится своеобразным новогодним столом заставленным шампанским и коробкой крупных мандаринов, которые Хань заботливо чистит для всех раздавая как подарки. Тяжелая атмосфера, что висела за столом в доме Бэкхёна словно мягко исчезает на морозной улице. Папа нежно приобнимает маму, они смеются сейчас и выглядят такими молодыми. Родители Джинхо искренне улыбаются слушая о проделках Макса, которыми делится его хозяин. Лу, который отважно несет бремя утраты вместе с другом, сейчас весело хихикает, передавая очищенный мандарин в руки брюнета. Макс не отходит от хозяина дома ни на шаг и получает сейчас ласку в неограниченном количестве. Бэкхён делает небольшой глоток сладкого шампанского, что покалывает язык и смотрит на улыбающегося Чанёля. Ты мой ангел-хранитель..? Появился в самую тяжелую минуту отчаянья, и теперь появляешься постоянно… — Бэкки, ты не замерз? — блондин выпадает из своих мыслей фокусируя взгляд на подошедшей маме, которая заботливо касается его руки. — Немного, — честно признается парень, потирая холодные руки. — Позовем всех в дом? — осторожно спрашивает Миён, заглядывая в родные карие глаза. — Да, давай. — Так, внимание! — громко произносит женщина, беря ситуацию в свои руки. — Предлагаю всей компанией переместиться в дом. У нас там полный стол угощений, незачем мерзнуть на улице. Прошу, проходите. — Менсу улыбается собирая пустые стаканчики с капота, а нежданным гостям становится немного неловко. Изначально они планировали только поздравить и уехать, а теперь получается напросились за стол. — Это так неловко, мы как снег на голову, но планировали приехать ненадолго. — оправдывается Пак виновато улыбаясь. — Спасибо, что приехали, правда. — ласково улыбается Миён и касается чужой руки, одобрительно похлопывая. — Не уезжайте так быстро, пожалуйста. — Что Вы! — взволнованно тараторит брюнет. — Конечно, будем только рады составить компанию. — Вот и прекрасно, — счастливо улыбается женщина. Семья Ким заходит в дом одними из первых, чтобы организовать стулья и чистые тарелки для новых гостей, пока Менсу собирает разорванные упаковки после яркого зрелища и уносит их в мусорку. Сехун берет из багажника коробку со звенящими от движения бутылками шампанского, и зовет за собой Макса следуя за улыбающимся Ханем, который придерживает им дверь. — Заходите, я сейчас машину перепаркую к воротам и приду. — машет рукой Чанёль и садится за руль, делая музыку в машине тише. — Бэк? — вопросительный взгляд мамы. — Я подожду его, — Миён с понимающей улыбкой кивает и уходит. Бэкхён отходит к воротам чтобы не мешать и ждет пока мужчина паркуется и глушит мотор. Он выходит, обходит машину и открывает багажник забирая крафтовый пакет с мандаринами. — Ого, так много… — выдыхает блондин, обращая внимание на яркие фрукты. — Мы не могли приехать с пустыми руками, но решение было спонтанным, поэтому выбор не слишком обширный. — виновато улыбается брюнет, удобнее перехватывает ношу и ставит авто на сигнализацию. — Ничего и не нужно было, — заверяет парень. — Идем, — Пак подмигивает Бэкхёну и пропускает хозяина вперед, придерживая дверь. В доме становится еще более непривычно шумно от такого количества гостей, вдовец даже немного тормозит на входе словно оглушенный обилием звуков. На кухне слышен стук посуды, которую наспех моет Сохи, звонкий голос Ханя и смех Сехуна, а также голос мамы которая что-то предлагает попробовать Максу. Отцы семейств уже сидят за столом и о чем-то негромко общаются, ожидая когда все соберутся. — Я пойду наверх немного приведу себя в порядок, — сконфуженно произносит блондин, убирая пуховик в гардеробную и надевая тапочки. На самом деле ему нужно просто пару минут перевести дыхание, прежде чем окунуться в компанию гостей. — А что не так? — Чанёль тоже вешает пуховик на вешалку, оставаясь в обычной черной футболке. — Ты итак в порядке. — прохладная ладонь мягко останавливает за запястье. — Это нам должно быть стыдно за нашу наглость. — Ну что ты, вовсе нет. — искренне отрицает парень, вызывая улыбку напротив. Они вместе заходят в кухню и не могут сдержать улыбки. О Сехун уже гордо чокается рюмкой со старшими мужчинами выпивая что-то явно покрепче чем игристое, Сора умело разделывает на тарелке ароматное запеченное мясо, а Лу стоит рядом наготове с тарелками, чтобы его раскладывать. Макс тоже рядом, выпрашивает кусочек пытаясь навалиться на ногу парня, чтобы он его заметил. На экране поют самую новогоднюю и старую песню — Happy New Year, на окне ярко мигает гирлянда которую определенно нужно переключить, а Бэкхён не успевает уследить за всеми действиями вокруг. В этой комнате сейчас слишком много жизни и эмоций, так много, что парню становится дурно. Его близкие имеют полное право хоть немного порадоваться празднику и отвлечься, но что на счет самого Бэкхёна? Разве может он — вдовец, улыбаться и чувствовать тепло и… радость? Улыбка стирается с губ и изнутри накрывает отвратительный коктейль из чувства стыда и безнадежности. В моменте хочется уйти, остаться в одиночестве, спрятаться в комнате и поплакать. Кажется, в суматохе никто не успевает обратить внимание на хозяина дома лишь показавшегося на пороге в комнату. Блондин резко разворачивается спешно удаляясь в сторону лестницы, почти переходит на бег и смаргивает выступившие слезы. — Бэк, — Чанёль догоняет его на втором этаже останавливая за предплечье. — Бэкхён, подожди, что такое? Нам уехать? — мужчина разворачивает парня к себе лицом, пытаясь поймать его взгляд. — Нет, — дрожащий тихий голос. — Все вам так рады, вы создали здесь праздничное настроение, это при мне все боялись лишний раз даже разговаривать. — чужие слезы блестят на щеках в мягком свете настенного бра. — Давай поговорим. — Пак с нажимом усаживает блондина на низкий широкий подоконник в коридоре и сам присаживается боком к стеклу, за плечи поворачивая хозяина дома к себе лицом. — Поговори со мной, прошу, не убегай. — большие пальцы аккуратно стирают чужие слезы. — Скажи мне, что ты чувствуешь сейчас? — Мне стало так стыдно, — тихо всхлипывает парень не в силах контролировать эмоции и пытается закрыть лицо руками, которые перехватывают не давая этого сделать. — Мой муж… умер два месяца назад, — слова даются тяжело раня горло изнутри, — Как я могу улыбаться сейчас и сидеть за общим столом на этом празднике? Словно ничего не произошло! — голос дрожит от подступающей истерики, заставляя дрожать сгорбленную под тяжелым горем фигуру. — Т-ш-ш, — тихое шипение призывает замолчать, — Бэкхён, — низкий голос пытается привлечь внимание, но вдовец зажмуривается отрицательно мотая головой и не желая ничего слышать. — Бэкхён, послушай меня, просто послушай, пожалуйста. — Чанёль говорит тихо пытаясь успокоить, и блондин смаргивает слезы находя в себе силы посмотреть в глаза напротив. — Я не могу понять твои чувства, только лишь догадываться на сколько твоя боль разрушительна и через что ты сейчас проходишь. — теплые ладони бережно берут заплаканное лицо стирая слезы и поглаживая скулы большими пальцами, не давая тем самым разорвать контакт глаз. — Мне безумно жаль что такое случилось с твоим мужем, но теперь он навсегда останется в твоих воспоминаниях и здесь. — пальцы касаются груди в районе сердца, заставляя замереть. — Он будет жить в твоем сердце, пока живешь ты сам. Я знаю, что ты его очень сильно любишь, и уверен, что он тоже любил тебя больше всего на свете и даже в такой ситуации как сейчас, желал тебе счастья. Я тоже мужчина и что бы со мной ни случилось, я не хотел бы чтобы мой любимый человек положил свою жизнь на мою могилу. Смею предположить, что Джинхо тоже не хотел бы чтобы ты убивал себя, запрещал себе все чувства оставаясь в одиночестве и стыдился улыбки. Ты продолжаешь жить Бэкхён, ради него и ради себя. Поверь, думаю он больше всего хотел бы чтобы ты несмотря ни на что был счастлив и научился снова искренне улыбаться своим близким. Он всегда будет приглядывать за тобой оттуда. — Пак указывает на темное небо в окне и Бэкхён неосознанно следит за его движением, повторяя взглядом. — Думаю, ему тоже очень больно, тяжело и неспокойно, если он видит тебя вот такого, как сейчас и никак не может помочь. Ты должен разрешить себе жить дальше в первую очередь ради него. И в память о нем. А мы все будем рядом чтобы помочь тебе в этом. — заканчивая свою речь, мужчина попытался ободряюще улыбнуться, мысленно переводя дыхание от такого сложного монолога. Блондин несколько секунд просто смотрит, словно пытаясь осознать услышанные слова, а после придвигается ближе и доверчиво обнимает брюнета, пряча лицо у него на груди и рвано выдыхает. Совершенно разбитый и беззащитный сейчас, отчаянно нуждающийся в поддержке. — Я не могу… правда не могу, Чанёль, — шепчет Бэкхён зажмуриваясь в попытке сдержать слезы. — Ты сможешь. — уверенно произносит Пак, мягко поглаживая дрожащую фигуру по затылку вниз, по выступающим позвонкам спины укрытым длинными волосами. — Я в тебя верю. Ты сильнее, чем ты думаешь. — Я не знаю, как жить без него… — отчаянный шепот. — Ты научишься. — Чанёль склоняет голову укладывая скулу на чужую макушку. - Я буду помогать тебе. Помнишь, я же дал тебе обещание быть хорошим другом? – добрая улыбка на губах, а парень еле ощутимо кивает. — Ты мой ангел-хранитель? — тихо спрашивает блондин и по голосу трудно определить сейчас шутка это или нет. — Возможно, — грустная усмешка. А может я и правда сильно задолжал тебе в прошлой жизни, Бэкхён..? Они еще какое-то время сидят обнявшись в тишине коридора, и бездумно слушают приглушенные голоса с первого этажа. Бэкхён успокаивается, но мужчина продолжает неосознанно перебирать длинные волосы и не спешит разрывать объятия. Позволяет новому другу взять столько, сколько ему необходимо чтобы хоть временно успокоить бушующую боль внутри. — Бэкки? Чанёль? — на лестнице раздается взволнованный голос Ханя, который не спешит подниматься наверх, словно боясь нарушить странную тишину. — Все хорошо, мы через пять минут придем. Не волнуйся, — успокаивающе произносит брюнет, не желая, чтобы парень сейчас увидел их в таком виде и расстроился. Пусть сегодня этот сильный духом друг немного расслабится. Чанёль возьмет его заботы на себя, сил ему на это точно хватит. — Хорошо, — в голосе сквозит сомнение, но Лу соглашается, и по звуку шагов — удаляется. — Бэк? — тихо зовет Пак касаясь чужой щеки, проверяя не задремал ли хозяин дома. Бэкхён медленно отстраняется, садится ровнее и трет щеки стянутые от высохших слез. — Ты как? Может ты сейчас умоешься и мы спустимся вниз? Все собрались ради тебя, побудь немного с ними, хорошо? — в ответ слабый кивок. Блондин уходит в ванную которая находится рядом с его спальней, а мужчина остается ждать его на том же самом подоконнике. Он устало прикрывает глаза растирая их руками и чувствует себя опустошенно. Этот разговор словно вытянул все силы, но видя, что смог хоть временно успокоить безутешного вдовца, Чанёль понимает — оно того стоило. Спина немного ноет от неудобной позы, и брюнет опирается на стену позади расслабляясь. Осознанно подставлять свои плечи под чужое горе совсем не просто, и вытирать чужие слезы от потери на самом деле титанический труд. Потому что Бэкхён не ребенок, и плачет он не из-за сломанной игрушки, поэтому утешить его покупкой новой невозможно. Что может сделать Чанёль? Лишь говорить какой-то успокаивающий бред и обнимать. Пока слезы не иссякнут, пока самые острые чувства не притупятся, пока не наступит адаптация к страшной ситуации. Ким Джинхо, надеюсь я прав насчет тебя. Надеюсь, ты хотел бы чтобы мы вытянули твоего мужа из твоей же могилы. Погрузившийся в свои мысли мужчина немного тормозит, когда из ванной выходит хозяин дома и останавливается напротив, нервно натягивая рукава пуловера на пальцы. Его лицо выглядит лучше, немного бледное, но почти не заметно что он плакал. Только уставшие глаза выдают прошедшие события, но это можно списать на поздний час. Чанёль встает в полный рост и с улыбкой снова приобнимает низкую фигуру за плечи. — Ну ты чего? Там никто тебя не укусит. — шутливо произносит Пак, стараясь настроить парня на нужный лад. — Я не хочу, чтобы все снова смотрели на меня и не знали что делать. — тихий голос. — Не будут. Я тебя закрою, будут смотреть только на меня. Могу еще и спеть, тогда точно все внимание мое. — Тебе определенно нужно больше практики. — с нотками веселья в голосе произносит блондин, и внезапно снова обнимает брюнета. — Спасибо, Чанёль. Мужчина не успевает положить свои руки на чужую спину, как Бэкхён с грустной улыбкой уже отстраняется. — Давай так, если тебе снова невыносимо захочется плакать — сожми мою руку. Так я сразу сработаю на опережение и ни за что не дам этому случиться. — уверенный тон Пака заставляет глупо поверить в его слова. Они входят на кухню в тот момент, когда захмелевший Сехун пытается показать какие-то команды Макса, но пёс чувствуя запах алкоголя прячется от хозяина под стол не желая контактировать. Хань весело смеется и случайно задевает недопитый фужер шампанского, опрокидывая его себе в тарелку. Миён сидящая рядом тут же промакивает все бумажными салфетками и улыбается глядя на стыдливо прикрытое руками лицо Лу, а Ким Джисок наполняет фужер, аккуратно подставляет парню и шутливо просит больше не разливать. Дело в обстановке или расслабленном состоянии после выпитого алкоголя, но никто не замолкает при виде Бэкхёна, лишь улыбаются и искренне радуются его присутствию. Уже не совсем трезвый друг крепко обнимает блондина, и тут же тихонько фырчит в тонкую шею, заставляя парня взвизгнуть и дернуться в сторону. — Щекотульки на подходе, — нараспев произносит Лу и снова делает несколько попыток довести хозяина дома до смеха. Бэк и правда смеется, выставляет руки и пытается не дать другу приблизиться к себе, а гости за столом улыбаются вместе с ними. Чанёль замечает взволнованный взгляд Миён обращенный ему, и незаметно подает знак, что все в порядке. Садится на стул рядом с блондином и с улыбкой делает несколько глотков шампанского, ловя чувство, что на своем месте. Он нужен здесь и сейчас. Все еще обязательно будет хорошо. В эту ночь Ким Бэкхён больше не плачет и радует своих близких легкой искренней улыбкой.