Великое несчастье

Октябрь, 1984 Нарезка кореньев — дело, не требующее колоссальных умственных усилий, но успокаивающее своей монотонностью. Дающее время на раздумья. Незнакомец как в воду канул. Северус заглядывал в лица прохожих, надеясь вновь с ним столкнуться, но безуспешно. Ненавязчиво справлялся о нём у соседей — безрезультатно. После неудачной попытки залезть в его мысли в супермаркете Северус корил себя за медлительность, а Барнаби — за истинно магловскую тупость. Тем не менее, в их убежище пока никто не наведывался. Не попадал в ловушки, расставленные по периметру участка. И всё же, сложно было отделаться от ощущения затишья перед бурей. Приходилось по два раза на день обновлять защитные чары на доме. — Поттер, исчезни с кухни. Время ужина ещё не подошло. Не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, чьё сопение раздалось в дверном проёме. — Я не ясно выразился? Иди в гостиную. Сопение прекратилось, и Северус расслабился. — Почему сейчас оранжевое? — внезапно раздался детский голос. — Почему ты всё ещё здесь? — проворчал Северус. В дверях Поттер переминался с ноги на ногу, не торопясь оставить его в покое. — Что оранжевое? — Тут всё. Северус заправил за ухо свисающие волосы и выгнулся, разминая затёкшую спину. — Закат, — ответил он, обводя взглядом залитую ярко-рыжим светом небольшую кухню. — Почему закат? — Потому что солнце садится. — Почему садится? — Выметайся отсюда, Поттер, я занят. Мальчишка наконец ушёл, а Северус снова погрузился в сортировку трав. Время от времени проверял из окна улицу на предмет подозрительных личностей. Из гостиной возобновились приглушённые звуки детской деятельности. Сложно сказать, сколько прошло времени, прежде чем Северуса опять отвлекли. — Помоги. Мальчишка мялся в дверях, вытянув перед собой игрушку. Он знал, что за вход на кухню без спроса будет обруган и моментально выставлен вон. — Уйди. Северус устало потёр переносицу и опять взялся за нож. И тут… — Ква. Ква. Ква. Моментально крутанувшись на стуле, Северус принялся искать источник странного звука. — Что у тебя в руках? — с подозрением спросил Северус. — Покажи, быстро. Поттер, заручившись разрешением, переступил порог и с готовностью передал игрушку в руки взрослого. — Почини. Северус принял из маленьких ладоней обычную деталь от конструктора. Но стоило пальцам сжать пластмассу, как она раздулась, на секунду покрывшись склизкой зеленоватой пупырчатой кожей, и снова выдала отчетливое: «Ква-а-а». Трансфигурация. Первое по-настоящему оформленное стихийное колдовство. — Что ты с ним делал? — голос Северуса прозвучал неестественно хрипло. Он поднялся, и стул с грохотом отъехал назад. Поттер вжал голову в плечи. — Ничего. Он сам. — Сам? — Он падал и не хотел стоять. — И ты решил превратить его в жабу? Ещё не хватало, чтобы нами заинтересовался Отдел контроля магических существ, — съязвил Северус, выхватывая палочку и возвращая конструктору привычный вид. Мальчишка уже было потянулся, чтобы ему вернули деталь, но Северус положил её на высокую кухонную тумбу. — Не так быстро. Если ты не в состоянии играть самостоятельно, то будешь помогать мне тут. Поздравляю с первой назначенной отработкой, Поттер. Мальчишка задрал голову, явно не понимая значения слова «отработка», но быстро сообразил, что игрушку ему так просто не вернут. — Залезай, — Северус кивнул на тяжелый деревянный табурет, придвинутый к столу. — И не смей трогать ножи. Поттер, кряхтя, взобрался наверх, хватаясь за край стола, заваленного пучками сухих трав, ступками и весами. — Будешь перебирать это, — Северус пододвинул к нему глубокую глиняную миску, доверху наполненную сушеными ягодами. — Отделяй порченые и сморщенные от целых. За каждую пропущенную — время до ужина увеличивается на десять минут. Вперёд. Ребёнок шмыгнул носом, запустил руку в миску, взял первую ягоду и повертел её. На кухне снова воцарилась тишина, прерываемая лишь сухим стуком ножа о разделочную доску. Внутри продолжала нарастать глухая тревога. Ситуация стремительно ухудшалась. Трансфигурация в четыре года. Нонсенс. Северус бросил очередной короткий взгляд в окно. Оранжевый закат почти догорел, уступая место фиолетовым сумеркам. Зажглись фонари. — А почему ягода… — Молчать, Поттер, — оборвал его Северус. — Перебирай в тишине. Мальчишка шумно вздохнул и умолк. Но детского терпения хватило ненадолго. Спустя пару минут Поттер снова завозился на табурете, задевая коленом ножку стола. — А почему… — Поттер, — Северус моментально вскинул голову. — Правило простое. Ты можешь сидеть здесь и не идти в угол только в одном случае: если будешь молчать. Поттер уставился в миску, продолжая заниматься своей нехитрой задачей. Северус уже и отвык работать не в одиночестве. — Достаточно. Ягоды отложи. Смотри сюда. Мальчишка раскрыл было рот, но вовремя вспомнил про правило и промолчал, лишь преданно уставившись на руки опекуна. С тихим стуком Северус опустил глубокую ступку прямо перед Поттером, подвинув следом миску с высушенными семенами горной полыни. — Насыпь одну ложку семян в ступку и три. Растирай круговыми движениями, пока они не превратятся в серую пыль. Сильно не дави, иначе всё разлетится. Поттер завороженно проследил за демонстрацией Северуса, словно для него это выглядело как увлекательная игра. Он пересыпал ложку семян, обхватил деревянную рукоять пестика обеими руками и сделал первое круговое движение. — Медленнее, — скорректировал Северус, возвращаясь к своей разделочной доске. На кухне снова воцарилась тишина. Стук ножа и скрежет пестика странным образом попадали в один ритм. Минуты текли незаметно. Мельком следя за сосредоточенным мальчишкой, который чуть ли уже не занырнул лицом в ступку, Северус поджал губы. Ему претила сама мысль о том, что их вынужденное сосуществование в чуждом магловском мире начинало казаться ему естественным.

***

Декабрь, 1984 — На запах местной выпечки стекаются со всей Британии, — поприветствовала его Мэгги в очереди в пекарне, — Зашли за пирожными? — Мне нужны дрожжи, — односложно ответил Северус. Варка зелий вынуждала порой захаживать сюда. — Они тут отличные, аж хрустят, когда крошишь, — подхватила Мэгги, не обращая внимания на его угрюмый вид. Он едва заметно дернул щекой. Навязчивая болтовня соседки удушливым туманом заполняла пропитанное приторным запахом ванили помещение. Северус осмотрел через витрину проезжую часть и застыл. У самого перекрестка остановились двое. Один из них — высокий мужчина в потертой куртке — коротко, по-деловому пожал руку своему спутнику в плаще. Второй стоял спиной к окну. Внутри все мгновенно подобралось. Силуэт казался до боли знакомым, напоминая ту самую фигуру из супермаркета. Северус подался вперед, едва не задев плечом Мэгги, и вгляделся в мутное стекло, пытаясь поймать хоть одно знакомое движение. Однако из-за поднятого воротника и густого приморского тумана разглядеть детали было невозможно. Незнакомец в плаще попрощался и скрылся за углом, оставив в мучительных сомнениях. Это мог быть обычный прохожий. Или нет. Тем временем высокий мужчина развернулся, толкнул тяжелую дверь пекарни, заставив громко звякнуть дверной колокольчик, и встал в самый конец очереди — прямо за Мэгги. Северус медленно отвернулся к прилавку, но его мысли лихорадочно заработали в совершенно другом направлении. Обычный расспрос от нелюдимого «мистера Смита» выглядел бы подозрительно. Требовался предлог. — Молодой человек, так вам дрожжи в бумагу завернуть или в пакет? — звонкий голос продавщицы выдернул из размышлений. — В бумагу, — бросил он, даже не взглянув на женщину. Времени на раздумья не оставалось. Магл опёрся о прилавок, скрипя кожаной курткой. — В пакет было бы надежнее, — авторитетно вставила Мэгги, качая головой. — Бумага размокнет от сырости, у нас ведь сегодня такой туман… — Вы правы, Мэгги, — резко перебил её Северус. Голос его прозвучал непривычно громко среди приглушённых разговоров других покупателей. — Сырость на улице невыносимая. Мужчина за его спиной едва заметно дёрнулся от неожиданного звука. —Это точно, — с готовностью подхватила Мэгги, радуясь, что «мистер Смит» наконец-то поддержал беседу. — Там сегодня вообще ничего не видно. — Из-за этой хмари у перекрестка совершенно ничего не разглядеть, — вдруг подал голос посетитель из конца очереди, и его губы тронула резкая усмешка. Северус обернулся ровно настолько, чтобы смочь зафиксировать детали. Он был немногим старше его. Лет тридцать. Этот человек не был обычным портовым работягой. Руки он держал в карманах, но когда достал одну Северус заметил сухие пальцы с едва заметными шрамами. Мэгги мгновенно развернулась на каблуках, её глаза загорелись самым искренним обывательским любопытством при виде нового лица. — Да-да! — застрекотала она, взмахнув руками. — Вы, кажется, не из наших мест? Я Мэгги, а это… — Эрик, — сухо оборвал её Северус, не давая соседке засыпать незнакомца лишними расспросами. — Сэмюэль. Можно просто Сэм, — мужчина коротко кивнул, протягивая руку для рукопожатия. Теперь помимо шрамов удалось разглядеть ещё одну деталь. Следы от чернил. — Да, я тут проездом. На лодочной станции скопилась уйма хронометров, которые до этого годами никто не чистил. Вот, отмываю шестеренки от копоти и столетней грязи. Корабельный часовщик. Северус мысленно дополнил досье. — О, хронометры! Как романтично. А потом их на лодки обратно установят? — всплеснула руками Мэгги. — Едва ли. Это раритет. Владелец это старье потом в Лондоне на аукционе планирует сбыть подороже. Пока Мэгги развлекала нового знакомого, Северус молча стоял в стороне. В углу пекарни, на ковре, возился Поттер с Томми. Непослушные вихры Поттера упрямо падали на лоб, почти полностью закрывая глаза. Ребёнок накрутил локон на указательный палец — верный признак того, что обилие чужих людей вокруг заставляло его нервничать. Томми шумно катал по полу деревянный самолёт. — Раз уж нам всем приходится дышать этой мучной пылью в очереди, — Сэм резко крутанул головой, отчего кожа куртки со скрипом натянулась, — почему бы не сесть за тот столик у окна? Я как раз собирался взять кофе. Составите компанию? «Вот так нежданная удача», чуть было не подумал Северус, если бы к удивлению для себя не обнаружил, что Сэм при этой фразе в упор посмотрел на него. В глазах промелькнул быстрый, оценивающий интерес. Это шутка? Северус без труда принял вызов, хотя эта немая дуэль и оказалась для него полной неожиданностью. — Почему бы и нет, — медленно произнес он, чувствуя, как внутри разгорается опасное напряжение. И глупый, совершенно неуместный азарт шпиона. — Отличная идея, — согласилась Мэгги, от которой ускользнул смысл молчаливой борьбы собеседников. — Я присоединюсь к вам через пару минут. Сперва отлучусь в уборную. — Так вы часовщик на лодочной станции? — спросил его Северус, опускаясь на стул. — Да, что-то вроде того. Ваш сын? В этот момент Томми с размаху налетел на Поттера, проходясь игрушечным самолётом по его макушке, словно по взлётной полосе. — Что, простите? — переспросил Северус, вновь оборачиваясь к Сэму. — Вы то и дело на ребятню поглядываете. Хулиганит он у вас что ли? Вот-вот убежит или пакость какую задумать может? Томми на ковре потянул Поттера за растрепанные волосы, заставляя того запрокинуть голову. — Племянник. Он… порой может доставлять неприятности. — Как и все мы в их возрасте, — понимающе хмыкнул Сэм. На заднем плане Поттер, потеряв терпение, изо всех сил толкнул Томми обеими ладошками в грудь, отчего тот шмякнулся прямо на брошенный самолёт. Отвлёкшись на сцену на ковре, Северус не успел придумать ответ, и Сэм продолжил: — Женаты? Нет, это и впрямь должно быть шуткой. — Нет. — Свои дети? — Нет. И кто теперь кому допрос устроил? — Занятно, — протянул мужчина. — Извините за моё любопытство. — Извинения после того, как вы его уже удовлетворили, работают слабо, не находите? — спросил Северус, старясь игнорировать возню на полу. Мужчина криво ухмыльнулся и откинулся назад, закидывая локоть на спинку стула. Самолёт под пятой точкой Томми слабо задымился. Северус еле уловимо сменил позу, направив все силы на тушение искры стихийной магии безмозглого Поттера. — Что ж, тогда и о себе поделиться обязан. Разведён, детей нет. — Я не… — начал Северус, пытаясь вернуть себе самообладание после устранения зачинающегося пожара. — Вы не спрашивали, верно, — кивнул Сэм. — А что бы вам хотелось спросить? Поневоле втянутый в разговор, полный двусмысленных подтекстов, Северус оценил свои шансы. Простой магл. Что ж, добыча сама шла к нему в руки. — Вас одного сюда в командировку прислали? Сэм почесал щетину на шее, явно размышляя, с каким намерением был задан этот вопрос. Северус еле заметно склонил голову, ловя отражение Поттера в стекле витрины, мысленно вцепляясь в его сознание и отчётливо произнося: «Прекрати сейчас же!». Мальчишка отпустил из рук чужой самолёт и повертелся, не понимая, откуда в его голове появился чужой голос. — Одного. То есть, с коллегой. Но живём мы отдельно, — при последних словах он ещё раз одарил Северуса ощупывающим взглядом, вызывая у последнего желание расхохотаться от бредовой подоплёки этого диалога. — Вы тут оба надолго останетесь? — Я нет. Сейчас на пару недель. Но, кто знает, не подкинут ли мне тут работёнку в будущем снова. А вот товарищ мой — надолго. Впрочем, ему же лучше, — произнёс Сэм, отбивая пальцем ритм по пачке сигарет. Мальчишка наконец обратил внимания на опекуна, и тот одними губами прошептал ему «Поттер», вкладывая в свой вид обещание неминуемой расправы, как только они доберутся до дома. — Почему же? — невинно спросил Северус. — Он сам родом из здешних краёв. И там какая-то семейная драма у него произошла. Он и рад тут застрять. Впрочем, не моё дело. Не люблю лезть в жизнь других. Северус уже собирался задать следующий вопрос, но тут вернулась из уборной Мэгги, и все вопросы потонули под толщей её восторженных отзывов о местных тортах.

***

Март, 1985 — Мой коллега? Уолтер? — переспросил Сэм. — Он тот ещё затворник. Даже не получается его вытащить пропустить по стаканчику со мной, не то что в компании незнакомых ему людей. Я тут один от скуки совсем чахну. Ещё свидимся, Эрик. Это заявление Сэма прямо перед своим очередным отъездом в Лондон изрядно раздосадовало. Продолжать гнуть свою линию и настойчиво просить о знакомстве с человеком в плаще опрометчиво. Можно было прибегнуть к легилименции и вмешаться в жизнь городка и его посетителей с иной, тёмной стороны. Но едва ли в подобном риске была потребность. И Дамблдор указа не давал. Инстинкты Северуса на время умолкли; он почти поверил в то, что этот предполагаемый сквиб — существо безобидное. Поверил не полностью, конечно, но достаточно для того, чтобы прекратить по несколько раз за ночь проверять след в магических защитных чарах, окутывающих их дом. Хотя бы так. Северус стоял на крыльце, ожидая доставки утренней почты. На небольшом пятачке перед домом, огороженном низким забором, Поттер усердно ковырял землю лопаткой. Вдруг тишина двора нарушилась. Каждое воскресенье навещавшая соседей семейная чета парковала свой громоздкий фургон у обочины. Из машины, шумно переговариваясь вышли муж с женой, а следом за ними на грязный асфальт выскочил их сын. Пока родители доставали из багажника бесчисленные пакеты, он лениво побрел вдоль забора, пиная носком кроссовка дорожную гальку. Возле их калитки он остановился. Магловский мальчишка, ничуть не смутившись чужого присутствия, подошел вплотную к низкому забору и навалился на него грудью. Ребенок принялся рассматривать копошащегося в земле Поттера. В этот момент на дорожке у калитки показался велосипед местного почтальона. — Доброе утро, мистер Смит! Вам тут пара квитанций и… — почтальон замялся, выуживая из сумки жёлтый конверт. Северус вырвал почту из его рук одним коротким движением. Он развернулся спиной к забору, вскрывая конверт ногтем большого пальца. «Уважаемый мистер Смит, Доводим до Вашего сведения, что, согласно имеющимся у нас данным, Ваш подопечный, Майкл Смит, на сегодняшний день: не имеет карты плановых медицинских осмотров; не имеет обязательных медицинских отметок, что может повлечь за собой проверку условий содержания ребёнка…» Магловская бюрократия сведёт его в могилу раньше, чем мальчишка поступит в Хогвартс. Ощутив чужое присутствие рядом, Северус обернулся: — Чего тебе? — Хочу домой. Поттер стоял у нижней ступени крыльца. — Хорошо. Пошли. Стой, где твоя лопатка? Я же говорил тебе, чтобы за своими вещами ты следил самостоятельно и… — Северус осёкся и окатил притихшего ребёнка внимательным взглядом. — Домой, — едва слышно выдохнул Поттер, утыкаясь носом в собственный рукав. Тихий, покорный тон мальчишки, его внезапное желание уйти с улицы и пустые руки, которые он прятал за спину. Он был… расстроен. Северус медленно поднял глаза на фургон соседей, рядом с которым тот самый соседский ребёнок пытался закопать в дорожную грязь лопатку Поттера. Детские шалости не задевали Северуса. Пусть это будет мальчишке уроком, чтобы тот не щёлкал носом. Жизнь часто отбирает то, что любишь. Северус был уверен, что мозгом дал себе команду направиться внутрь дома, однако тело предательски не послушалось. Чеканя каждый шаг, он спустился со ступеней, подошел к калитке и обратился к матери мальчика, которая как раз закрывала багажник фургона. — Миссис. Пожалуйста, объясните вашему отпрыску, что отбирать чужие игрушки — это признак дурного тона и дефицита воспитания. Будьте любезны вернуть лопатку. — Ой, да ладно вам, — она отмахнулась. — Дети просто играют. Подумаешь, комок пластмассы, в грязи изваляли. Не будьте вы таким букой на людях, мальчики всегда так развлекаются. Сами разберутся. Челюсть дёрнулась, как от невидимой пощечины. — Вы меня не поняли. Если уровень вашего интеллекта не позволяет вам привить сыну базовые навыки цивилизованного поведения, этим займусь я. И поверьте, мой метод вам не понравится. Женщина на секунду опешила. — Да как смеете? Как вы, как вы… — затараторила она, не решаясь подобрать верных слов. — Если у вас так туго со средствами, что не по карману прикупить сыну собственные игрушки, могу подсказать дорогу до ближайших мусорных баков. Судя по манерам вашего отпрыска, побираться там для вас — привычное дело. — Лео! — нервно крикнула она, поправляя съехавший на плече бумажный пакет. — А ну отдай ему эту несчастную лопатку! Господи, поиграть уже нельзя… Брось её сейчас же, она нам и не нужна вовсе. Мы тебе в городе нормальную купим, большую. Магловский ребёнок, напряжённо слушая их препирательства, разжал пальцы, позволяя испачканной пластмассе с глухим шлепком выпасть прямо в дорожную грязь, и испуганно подбежал к матери. — Всего хорошего, — буркнула женщина. Северус наклонился и подобрал лопатку за самый край рукояти, стараясь не испачкаться. Когда он поднялся обратно на крыльцо, то лишь молча протянул лопатку замершему Поттеру. Пальцы все еще подрагивали от распирающей изнутри злости от «приятного» общения. Мальчишка принял её обеими ладонями, крепко прижимая к груди. Северус толкнул дверь, впуская ребенка в сухое тепло прихожей и бросая почту на полку. Поттер послушно шмыгнул внутрь, сразу усаживаясь на коврик, стаскивая ботинки. — Я сам её помою, — едва слышно пообещал он. — Честно. Она не будет пачкать. Рука Северуса замерла на ключе, торчащем в замочной скважине. Мальчишка смел оправдываться. Словно в том, что его обворовали прямо под окнами дома, была его собственная вина. Что-то больно полоснуло по натянутым нервам. Северусу внезапно захотелось сделать ему выговор ни за что. Просто за существование этого несносного ребёнка. Но он вовремя сдержался. — Мыло на раковине, — сухо произнес Северус, наконец запирая дверь на два оборота и отсекая их от улицы. — Используй щетку. И не залей пол. Верх сентиментальной глупости.

***

Июнь, 1985 — Но послушайте моего совета: в такую жару панамка просто необходима! У него же вся макушка напечется. И почему он у вас в вельветовых штанишках? Кожа ведь совсем не дышит. Ребенку нужны шорты, легкий хлопок! Вы же не хотите, чтобы у бедняжки случился тепловой удар? В ушах зазвенел похоронный марш по его безвременно погибшим нервным клеткам. — Вы совершенно правы, миссис Марш, — мягко протянул Северус, заставляя себя наслаждаться этим разговором. Чистый, без каких-либо примесей мазохизм. Самый концентрат. — Моё упущение. У него уже было заготовлено несколько идей для пыток на случай, если Тёмный Лорд вернётся. Он бы предложил ему мучить провинившихся слуг путём выслушивания поучений от миссис Марш. Ему почти что не терпелось поделиться своими наработками с Лордом. — Вот-вот! Мужчины совершенно ни смыслят в том, как вырастить ребёнка, — победоносно закивала старушка. Грань между шпионской маскировкой и реальностью истончилась до предела, превращаясь в опасную привычку. — Папа, смотри, — позвала своего отца девочка недалеко от них, указывая пальцем на взлетающую с газона жирную сороку. Мальчишка у его ног притих на пару секунд. А затем дёрнул Северуса за штанину. — Папа, смотри, — повторяя за ней, выдал Поттер. Время могло замедляться и ускоряться — магия способна им управлять. Ставить время на паузу… Сомнительно. Северусу не было известно о столь мощных заклинаниях. А вот Поттер осведомлён был лучше. Папа, смотри. И время остановилось. Время и пространство пронизаны друг другом. Был ли сейчас Северус тут, среди умиляющихся мамочек? Или он ненароком угодил в преисподнюю, споткнувшись на ровном месте? Как долго он уже в неё падает? Год? Два? Три? Все свои двадцать пять лет? Бессвязные слова вылетают из чужих ртов. Порой срываются и с его собственных губ. Прощания, неловкие кивки. Вот, сейчас они завернут за угол и… Северус схватил ребёнка за плечо и грубо одёрнул. — Никогда. Больше, — ледяным тоном процедил он, склоняясь к мальчишке. Поттер ойкнул от резкой встряски и тут же спрятал лицо в ладонях. — Ты никогда больше не назовешь меня «папой». Никогда. Я не он. Ты уяснил? Ребёнок, всё ещё не решаясь отлепить руки от лица, кивнул, и Северус ослабил хватку, брезгливо отталкивая его от себя. И тут же отступил назад, не в силах смотреть на мальчишку. Страх — признак животной природы человека. Он заставляет спасаться бегством или нападением. Папа, смотри. Но Северус понятия не имел, что этот первобытный страх сможет ворваться в его жизнь столь буднично — скрывшись в двух коротких словах Гарри Поттера.